Помоги мне не умереть

Так прошло около года. Каждый последующий день был лучше другого. Все праздники проходили лучше прежних. Антон наконец-то перестал думать о суициде, он полюбил себя и окружение. Аня, Серёга и он везде держались вместе, помогали друг другу. А также отношения парня и бабули взлетели ввысь настолько, что он наконец начал воспринимать её как самого близкого человека спустя столько времени… *** 28 апреля. Антон по просьбе бабушки забежал в магазин за некоторыми продуктами. Набрав небольшую корзину, он поставил её на кассу и заранее вытащил 300 рублей. — 200 рублей, — озвучила цену продавщица, пробив всё, что было выложено на ленту, — Ещё что-то брать будете? «А может бабулю порадовать…да точно!» — быстро решил юноша. — Да, дайте ещё пожалуйста вон те конфеты. — указал он на полку, которая находилась за кассиршей. Она аккуратно достала их и пробив, объявила цену: — 306 рублей. Откопав немного мелочи, Шастун положил деньги в руку продавщице и вылетел из магазина с довольным лицом. Проходя мимо тёмно-зелёной остановки Антон бросил печальный взгляд в её сторону. Это до сих пор происходит. Но ничего, он привык. Его жизнь стала лучше, а это мелочь. Уйдёт как-нибудь само. *** У дома парень уже было приготовился преподнести бабушке подарок, однако она его почему-то не встречала. «Странно. Это же её традиция в любое время года…ну ладно. На улице правда холодно, хорошо, что не вышла. Ещё простынет.» —подумал Шастун, вернув себе былое хорошее настроение. Тихо открыв входную дверь, юноша вошёл, но на удивление снова не увидел его любимую бабулю. «Где же она?» — уже заволновался Антон. — Бабушка? — крикнул парень. Ответа не последовало. Юноша решил подняться наверх и только там нашёл старушку. — Бабуль, всё хорошо? — тут же подбежав к лежащей на кровати бабушке, спросил Шастун. — Ой! Ты пришёл! Не переживай за меня, Тошенька! Прости пожалуйста, что не встретила, я немного устала… — как-то грустно ответила Алевтина Викторовна. — Да ничего. Я там конфеты твои любимые купил, пойдём есть? —предложил парень. — Спасибо, мой хороший! Но я сейчас правда не могу. Спасибо ещё раз, — улыбнулась старушка, — Принеси мне водички пожалуйста, Тош. — Да, конечно. — подскочил юноша. — Подожди секундочку, — внезапно остановила его бабуля, —Я тебя очень люблю и сильно-сильно тобой горжусь! — Я тоже тебя очень люблю но…к чему ты это сейчас? — нахмурив брови, задал вопрос Антон. У бабушки заблестели глаза, но протерев глаза она постаралась твёрдо сказать: — Просто так, Тош, просто так. Шастун вышел из комнаты и направился на кухню за стаканом. «Странно всё это…» — размышлял юноша, наливая воду. Поднявшись обратно, Антон подошёл к лежащей с закрытыми глазами старушке. — Бабуль, вот вода, — попытался разбудить её парень, — Бабушка, проснись! Почему ты не просыпаешься? Тут его сердце пропустило несколько ударов. Он понял. Она не спит. Стеклянный стакан полетел вниз и разбился вдребезги. — Только не это! — задрожал голос Шастуна, — Бабушка, проснись пожалуйста! Слышишь! Ну пожалуйста! Слёзы моментально побежали по бледным щекам, падая на холодный пол. «Так стоп. Пульс.» —сориентировался парень. Он с надеждой дотронулся до шеи старушки двумя дрожащими пальцами, но…его нет. — Блять нет, нет пожалуйста. —молил Антон. «Что делать, что делать?! Телефон!» — вспомнил он, уже помчавшись за ним в коридор. По дороге Шастун налетел на стёкла от того же стакана, которые впились в локоть и остались там, но ему до этого нет дела. Его самый близкий человек умирает, какие осколки?! Судорожно набрав скорую Антон закричал в трубку: — У меня человек умирает! — Адрес? — спросил голос. Быстро проговорив место жительства, Шастун бросил телефон и понёсся обратно в комнату к бабуле. — Бабушка ну очнись прошу тебя…— тряс руку старушки юноша, — Ну не бросай меня. Поняв свою немощность в этот момент Антон осел на пол. Он держал руку старушки, пытаясь подарить ей тепло, но результат один… Шастун утопал в слезах и ненависти к самому себе. «Ничего не сделал. Не понял раньше.» — пролетали беспорядочные мысли в голове. Дождавшись скорой, которая приехала за 10 минут юноша забрался в машину, желая узнать всё на месте. В машине парень держал руку Алевтины Викторовны, несмотря на просьбы врачей отпустить, ведь это мешало их работе. Но Антон не отпустит. Это его самый близкий человек, он не хочет потерять и его. *** — Разойдитесь! Дайте пройти! —расталкивали врачи толпу людей в больнице, торопясь в операционную. Юноша бежал рядом, всё также не отпускаю руку бабули. Но вот нужные им двери и Антон был вынужден остаться. Он молча сел на ближайший стул и положил голову на руки. «Я не могу потерять её, не могу! Она столько сделала для меня, а я так и не успел её отблагодарить…» — думал парень, — «Ещё и детдом. Нет, нет, нет. Я не попаду туда.» Мысли сбивались, путались, а потом и вообще исчезли. Остались только слёзы — бесконечные реки отчаяния, появляющиеся из ниоткуда и уходящие в никуда на протяжении всей то мимолётной и захватывающей, то продолжительной, но однообразной жизни… — Шастун Антон? — раздался голос откуда-то сбоку. — Да, я! — подскочил парень. — К сожалению, Алевтина Викторовна Семёнина скончалась от инсульта. Мне очень жаль. — тихо оповестил стоявший перед ним врач низкого роста и в очках. В его голосе правда звучали нотки сожаления, но Антону не было до них абсолютно никакого дела. Сейчас все эмоции в душе Шастуна перемешались в одно состояние—отчаяние. «Это конец? Как?.. нет…» —мысленно не переставал надеяться на другой исход юноша. — У вас есть родственники? —аккуратно спросил мужчина. — Нет. — сдержав дрожь в голосе, сказал Шастун. — Мне правда очень жаль, — грустно добавил врач, — Мы делали всё что могли, но… — Мне нужно отойти. — вставая, бросил парень, больше не в силах сдерживать боль. — Да, конечно. — вздохнул собеседник. Завернув за угол Антон зашёл в туалет и включил воду, дабы умыться, но неосознанно уставился в одну точку. «Урод. Идиот. Сопля. Слабак. Нытик. Педик. Хуйло. Еблан…» Тысячи слов, как острые иглы одни за другими врезались в Шастуна в мыслях, и пролетая сквозь него отдалялись эхом. Антон закрыл уши руками, но если бы это помогало… Оскорбления беспощадно летели со всех сторон, не оставляя и живого места на душе юноши. «Я больше не могу!» — закричал парень, но не наяву. В следующий миг его поглотила тьма. Он не чувствовал ничего, и от этого становилось легче. Сейчас парень не чувствовал боли, никаких переживаний, а лишь погружался в себя… *** — Эй, как там тебя… Антон! — вдруг раздался смутно знакомый голос, — Смотри на меня, слышишь? Дыши ровно. Держа его запястья, сидя перед ним и смотря в глаза говорил мужчина, имя которого, парень так и не смог забыть. «Арсений Сергеевич.» — всплыло в памяти парня. — Что произошло? — вставая с холодной плитки и держась за голову, спросил Шастун. — Паническая атака у тебя была, что. — ответил мужчина, — Я захожу, а ты в углу сидишь, ну и всё понял. Не бросать же тебя на полу, пока чего не отморозил. — Вот как. — произнёс Антон, —Извините за неудобства. — Это нормально. У всех бывает.—задумчиво ответил Арсений Сергеевич, — Ты собственно, что здесь делаешь, суицидник? — Я… — замялся Шастун, вспомнив тот злосчастный мост, — Я с бабушкой сюда приехал. — И где она? — спросил Арсений Сергеевич. — На том свете, — попытался с твёрдо ответить парень, но вышло совсем наоборот, — А Вы что тут забыли? — Я вообще-то здесь работаю. Врач я. — рассказал мужчина, —Ну я пошёл, дел много. — Я тоже пойду, — окончательно пришёл в себя Антон и направился за дверь, успев попрощаться по дороге, — До свидания. «Опять стыдно перед ним,» —подумал юноша, — «Как слабак выглядел. Зачем только он сюда зашёл.» Вот только мысли Шастуна прервал ещё один голос старой знакомой: —Ну привет, Антоша.