Помоги мне не умереть

Пролетела неделя, две, три. Лёша приносил Антону по кусочку хлеба в два дня, так как больше еды утащить за спиной Аллы Георгиевны не удавалось. Однако, совсем недавно друг Шастуна был замечен за таким делом, поэтому юноше пришлось уже вторую неделю сидеть на одних сигаретах и воде. Парень очень хотел есть и делал всё для этого, но заведующая воспитательница всегда находила недочёты в проделанной уборке. Одинаковое недовольство женщины отвергло желание Шастуна что-либо делать, и теперь каждый день он проводит в своей комнате, закуривая последние сигареты. *** Вечер четверга. Антон сидит у окна и смотрит в небо, такое же тёмное и непонятное, как и его будущее. «Сегодня ясный вечер, каждую звёздочку видно,» — слегка улыбнувшись, подумал юноша, — «Бабуля говорила, что если загадать желание под яркой луной, то оно может исполнится. А мне не о чем просить. Бабушку не оживить, родителей тоже. Большего мне от жизни и не нужно.» Прикрыв окно, парень решил готовиться ко сну, по прежнему надеясь хоть там встретить Алевтину Викторовну, ведь время идёт, а он всё не может увидеть её даже на долю секунды. Раньше Шастуну часто снились сны, которые он хотел видеть, но только не в последнюю неделю. Эти ночи наполнены кошмарами, заставляющими просыпаться посреди темноты, и вновь прикрывать уставшие глаза на несколько часов, чтобы потом опять вскочить в холодном поту. Антон прилёг на матрас и хотел было погрузиться в сон, как вдруг понял, что его сильно мутит. «Ёб твою мать, я сейчас блевану!»  — в панике вставая с кровати и спеша в ванную, подумал Шастун. Помчавшись к лестнице, он сделал шаг вниз и понял, что теряет контроль над своим же телом. В следующие секунды юноша покатился по ступеням. *** Спустя какое-то время до сознания парня начали доноситься слова: — Антон! Очнись, Антон! Шастун приподнялся, как он понял с кушетки, и мутным взглядом обвёл место и всех присутствующих. Рядом с ним с огромными глазами стояли Алла Георгиевна и медицинская сестра детского дома. — Ох, очнулся! Я уж думала нашатырь будет нужен, а у нас его нет. — выдохнула женщина в белом халате. — Этого ещё не хватало! — выкрикнула воспитательница, — Я на диете в молодости сидела и ничего! В обмороки не падала! А он у нас, видите-ли, неженка! Пару дней не поел и всё! — Но я… — хотел возразить юноша, но внезапно снова потерял сознание. *** Придя в себя во второй раз, Антон взглянул уже на новое помещение. Это была обычная больничная палата — комнатка с кроватью, низкой тумбочкой и белым столиком. Неподалёку от него стояла явно наигранно испуганная заведующая воспитательница и сидел врач. — Антоша! Ну наконец-то, проснулся! — воскликнула Алла Георгиевна, — Как ты себя чувствуешь? «Проснулся! Как будто прилёг отдохнуть, — в мыслях возмутился парень, — Неужели в обморок упал? Отчего интересно.» — Нормально. — сдержанно ответил юноша. — На пару слов. — вставая, бросил женщине врач. Затем оба покинули палату и плотно закрыли дверь. «Кого-то мне этот мужчина напоминает… — подумал Шастун, — Вспомнил! Арсений Сергеевич. Это же правда он. Снова увиделись и снова не в лучшей обстановке.» Задумчиво почесав локоть, Антон неожиданно вскрикнул: — Ай, зараза! Осколок, который видимо уже считал себя частью тела юноши, дал о себе знать с помощью острой боли. «Прижился тут, — взглянув на него, усмехнулся в мыслях парень, — Да хуй с ним! Сам вылезет.» Все раздумья парня прервал звук открывающейся двери. Это зашла всё те же Алла Георгиевна и Арсений Сергеевич. — Мы решили, что ты полежишь здесь день, другой, а потом вернёшься в детский дом. — немного недовольно объявила заведующая. — Хорошо. — кивнул Антон, поспешно пряча больной локоть под одеяло. «Ого. Вот это праздник! Несколько дней без этой швабры. Как в санаторий приехал.» — подумал Шастун. — Вы можете идти. — напомнил воспитательнице врач. Женщина поспешно вышла, на прощание махнув рукой в сторону мужчины. Когда дверь захлопнулась, Арсений Сергеевич обратился к Антону: — Ну привет, суицидник.