Помоги мне не умереть

Арсений уже которую минуту стоит рядом со спящим Антоном и молча смотрит на него. Почему-то, он кажется ему каким-то другим, непохожим на других людей. О нём хочется узнать больше, увидеть его настоящую личность. «Что заставило его стать таким скрытным? Почему вдруг оказался здесь? Откуда у него такие проблемы?» Миллионы вопросов один за другим появлялись в сознании Арсения Сергеевича. Внезапно в палату зашёл анестезиолог. Это был низкий человек, одетый в чистейший белый костюм и носивший очки. Он взглянул на парня, затем перевёл взгляд на коллегу и тихонько произнёс: — Вот уж не думал тебя здесь найти. Там главный врач тебя искал. — Что ты знаешь об этом юноше? — проигнорировав слова собеседника, спросил мужчина. — Об Антоне? — уточнил анестезиолог, — Я толком ничего и не знаю, но у него вроде бабушка не так давно умерла. Сирота он, в детском доме живёт. — Откуда у него бабушка? Год назад я спас его от суицида, и он точно проживал в детском доме. — не останавливался Попов. — Вот уж не знаю. Под опеку взяли, скорее всего. — предположил собеседник. — Не нравится мне всё это. Я видел владелицу детского дома, и ничего хорошего она собой не представляет. — проворчал мужчина. — Ой, Арс, прекращай! Что ты так заинтересовался? Вроде тебе никогда не были интересны твои пациенты и тем более их личная жизнь… — задумчиво спросил анестезиолог. Мужчина предпочёл не отвечать на этот вопрос, поэтому обойдя коллегу, направился в кабинет главного врача. Он зашёл в небольшую комнату, посреди которой стоял широкий стол, а неподалёку находились полностью заваленные шкафы. За своим рабочим местом сидел брюнет, полностью погружённый в документы, казалось, даже не замечавший коллегу. Попов слегка замялся, но не подал ни малейшего вида, а лишь спросил: — Звали, Александр Владимирович? — Звал, — равнодушно ответил главный врач, в это время перебирая очередные бумаги, — Скажи-ка мне, Арсений, что у нас с прибылью на данный момент? — А что не так? — удивился мужчина. — Не понимаешь, да? — злобно улыбнулся Александр, — Маловато ты стал работать, а долги то никуда не уходят… — Я и так по субботам здесь сижу, хотя и не должен! — возмутился Попов. — Меня не интересует когда и как ты работаешь. Срок долгов истекает, а значит срок твоего пребывания здесь — тоже, — агрессивно произнёс главный врач, — Не вернёшь долги до следующего воскресенья — наш договор прекратит действие. Свободен. — Но… — хотел было возразить Попов. — Свободен! — повысил голос собеседник. Попов лишь молча вышел за дверь, хотя на душе бушевал ураган злости на этого человека. «Я работаю без отдыха, что его опять не устраивает?! Если бы не договор…» — опустив глаза, подумал врач. *** Антон проснулся только спустя час, и посмотрев на время, убедился в этом. Он взглянул на свой локоть и слегка коснулся к забинтованному месту. На удивление, рука болела даже слабее, чем раньше. «Проспал я конечно,» — зевнув, подумал парень, — «Интересно, а где там Арсений Сергеевич, а то и поговорить не с кем.» Его раздумья прервал стук в дверь. — Войдите. — посчитал правильным сказать юноша. В комнату зашла молодая санитарка с пластмассовым подносом в руках, и поставив его на тумбочку рядом с Шастуном, прокомментировала свои действия: — Обед принесла. Ты, я так понимаю, пока не в силах ходить, так? — Наверно. — неуверенно ответил парень, попытавшись пошевелить ногой и удивившись, понял, что в силах это сделать. «Надо же! Ходить могу, » — обрадовался он, — «Но это не повод отказываться от обеда в постель. Не каждый день наслаждаешься подобным.» Девушка вышла, оставив юношу наедине с собой. Шастун перевёл взгляд на еду и брезгливо взял поднос в руки. Он не особо хотел есть, но и повторение такой ситуации не ждал, поэтому взял ложку и зачерпнул ею жидкость, так называемую супом. «Ну брезгливый я и че?» — оправдался перед собой Антон. Попробовав пищу, парень сморщился от количества соли в этом блюде. Юноша поспешно отставил суп в сторону и посмотрел на вторую тарелку с рисом и котлетой. «Рис. Наверное вкусно. Особенно вкусно, когда у тебя аллергия.» — усмехнулся Антон. К котлете он и притрагиваться не стал, так как ожидал такого же результата дегустации, как и с прошлыми блюдами. «Эта еда и с бабушкиной лепёшкой не сравниться. Что уж говорить о её супах.» — вспоминая Алевтину Викторовну, вздохнул юноша. Шастун выбросил пищу с подноса в маленькую урну и закидал её салфетками, чтобы никто не заметил. Из всего принесённого парень оставил только компот. Он был более менее вкусным, в отличии от еды. После «заметания следов» Антон укутался в одеяло и задумался: «Как там Серёга с Аней. Не звонят, не пишут. Педики. А хотя как они это сделают? У меня ни интернета, ни вайфая. Скорее я тут педик. Волноваться их заставляю.» Юноша очень сильно скучал и хотел поскорее написать или позвонить друзьям, но где взять такую возможность? Негде. Остаётся жить с тем, что есть. «Надеюсь, мы ещё когда-нибудь встретимся.» — печально вздохнув, подумал Антон.