Исключение

POV Эрик

Просыпаюсь с утра не в своей постели. Я ведь вчера собирался уйти, но не смог устоять перед красотой и обнажённым телом девушки, вышедшей из душа, которая любезно предложила мне чай. Лучи яркого летнего солнца падают на кровать, освещая обнажённую женскую спину и чёрные волосы. Убираю левую руку с поясницы девушки и ложусь на спину, заложив руки за голову. Сонными глазами оглядываю спящую брюнетку. Блестящее лицо, повёрнутое профилем ко мне, смугловатая кожа и волосы, хаотично разбросанные по подушке и спине. Среди черноты одеяла и волос замечаю на контрастирующей с окружающей обстановкой коже спины отметины. Отодвигаю одеяло до ягодиц и вижу на спине девушки огромного чёрного дракона, расположившегося диагонально, не затронувшего правое плечо и левую часть поясницы. Удивляюсь увиденному, и, протирая глаза, ещё раз оглядываю спину, думая, что мои глаза меня обманывают. Но нет, на спине действительно красуется огромный чёрный дракон. Интересно, как я его раньше не заметил. Но ведь она ни разу не поворачивалась ко мне обнажённой спиной. Удивляюсь увиденному, и не из-за того, что как будто ни разу не видел тату на теле девушки, а из-за того, что это было тату на теле искренней. Думал, что там не приветствуются такие отметины на теле. Провожу кончиками пальцев по части татуировки. Сделана давно. Это девчонка действительно не так проста. Краешком глаза замечаю крошечный рубец, не закрытый чернилами, чуть ниже тату, почти на ягодице, который тянется выше и выше по направлению туловища дракона. Так вот он зачем, она перекрыла татуировкой шрам. Довольно большой. От куда же у праведной искренней такое клеймо. Как-нибудь спрошу. Ариадна мило посапывает, а я понимаю, что пора уходить. И так целую ночь провёл с ней в постели. Я не привык засыпать с девушками, даже если такое и было пару раз, то на утро они быстро уходили, но за частую я их выгонял почти сразу после секса, так, например, было с той неофиткой-искренней, которая своими криками привлекла внимание Ариадны. Но я не у себя, и выгнать сейчас лежащую рядом со мной брюнетку не могу и, наверное, не хочу, поэтому придётся уйти самому. Встаю и ещё раз оглядываю так мило спящую девушку. Захожу на пару минут в ванную, а выйдя одеваюсь. Тихо этого сделать не удаётся, искренняя просыпается. — Уже уходишь, — хриплым ото сна голосом тихо говорит Ариадна. — Пора идти воспитывать неофитов, — монотонно произношу я, сконцентрировав взгляд на груди, которую еле-еле прикрывает одеяло, находящееся в руке девушки. — Не мучай их, Эрик, — томно произносит она, убрав выбившуюся прядь волос за ухо. — У меня пока хорошее настроение, — ухмыляюсь я и бросаю последний взгляд на обнажённую девушку в постели прежде, чем уйти. Воспитывать неофитов я не собирался, у них начинается этап психологической подготовки. Их страхи воспитают сопляков получше меня. Поэтому пока нужно зайти к Максу и провести серьёзный разговор. Вчера так и не удалось разобраться в нападении на искреннюю, которая после так легко сдалась ко мне в плен. Стоит признать, я сам не лучше, ведь инициатором был я, а точнее мои животные инстинкты. Она была хороша, старалась изо всех сил, чтобы доставить мне удовольствие, даже не смотря на боль от первого проникновения. Конечно, у меня раньше было несколько девственниц, но для всех них это значит немного больше, чем для меня. Они думали, что если я забрал их невинность, то теперь я чем-то им обязан, но нет, тут ошибка и большое заблуждение. Хороший секс — и всё, забыли. С искренней также. Стоит признать она весьма красива, довольно прагматична и очень умна, чертовски хороша в постели. Возможно ещё несколько раз переспим, а после она укатит обратно к себе в Искренность, и я тут же забуду про неё. Но мне не даёт покоя её прошлое: шрамы по телу, воспитание Джанин и такой бурно обсуждаемый переход. Из собственных мыслей меня выводит Макс, в чей кабинет я уже пришёл: — Эрик, почему вчера не пришёл? — с недовольством бубнит лидер. — И тебя вчера не было в квартире, я заходил, но дверь мне так и не открыли. — Был занят, — сухо произношу я, недавая даже повода для сомнений в моих словах. — И чем же? — Макс локти на стол и соединяет ладони. — Важным делом, — огрызаюсь я. Да Макс, если бы ты знал, что вчера у меня была горячая ночка с искренней, то сейчас бы ты так не смотрел на меня. — Что может быть важнее нападения на эту искреннюю?! — грозно выпалывает мужчина, сидящий напротив меня. Я только ухмыляюсь. Да, Макс, вчерашний секс с искренней был намного важнее, чем пустой разговор с тобой. Вчера я не только получил удовольствие, но доставил его ещё и искренней, и помог забыть ей о происшествии. — Ты рассказал о нападении Джеку Кэнгу? — этот вопрос имеет большее значение, чем глупые детские допросы Макса, он сам об этом знает. — Нет, я не рассказал, — смягчая тон, произносит чернокожий мужчина. — Этот шум, он никому не нужен. Если девчонка хочет, то пусть рассказывает. Но я думаю, что после этого, её заставят вернуться в Искренность, — мужчина делает паузу глубоко вздыхает. — Почему же? — недовольно произношу я, — Разве она сама сюда не напросилась? — Она правая рука Джека, решает важнейшие вопросы в Искренности. И, по рассказам Джанин, делает какие-то невозможные вещи на благо и процветание своей фракции, — Макс отпил из стакана и потёр лоб ладонью, пытаясь, немного расслабиться, — Так что в наших же интересах найти того ублюдка, который вчера воткнул в неё нож! — Фор этим уже занимает. Но нож не наш, в Бесстрашие таких нет, — я чётко констатирую факт, — Когда Дэймон вернётся с очередного патруля стены, я спрошу у него про дела с изгоями на дальних территориях. Да, Дэймон будет как никогда кстати. Дэймон — один из лидеров Бесстрашия, отвечающий за патруль стены, появляется во фракции несколько раз в месяц, зато всегда когда нужно. Огромные вечеринки и пиршества — его верные сопровождающие. Да, брат. Сейчас бы выпить с тобой, к не разбираться во всех этих делах. А через пару часов ещё идти на разведку и возможную зачистку изгоев.

POV Ариадна

Чувствую, как пальцы Эрика скользят по моей спине. Он заметил дракона. Не подаю вида, что проснулась. Интересно, что он сделает. Мужчина встаёт с кровати и уходит, но через несколько минут возвращается и начинает одеваться. Пора заканчивать этот цирк: — Уже уходишь? — хриплю, немного приподнимаясь с кровати, придерживая одеяло рукой и осматривая почти одевшегося блондина. — Пора идти воспитывать неофитов, — в голосе Эрика не слышно никаких эмоций. Но он врёт. Вижу по движениям его тела. Этот идиот врёт мне, наверное, забыл кем я являюсь. — Не мучай их, Эрик, — разочарование и грусть пронзает всё моё тело, но я подыгрываю его поведению. Зачем ты тогда остался на ночь, если утром просто как трус и тупой подросток хочешь сбежать. — У меня пока хорошее настроение, — ухмыляется мужчина, прежде, чем уйти. А у меня, видимо, плохое. Дура, какая же ты, Ариадна, дура! Первый раз заняться сексом, да ещё и с кем, с этим ублюдком Эриком. Я, конечно, знала, что он ужасный садист, мучитель, доминант и всё-такое. Но, набросившись на меня вчера с поцелуями, оставшись на ночь, а утром просто уйти не оставляя следов, наврав, оставил меня как какую-то девку лёгкого поведения. Я разочарована, глубоко ранена. Наверное, все мои мечты были более ванильные и розовые. Нафантазировала себе неземную любовь. Нет, детка, взгляни правде в глаза, ты же искренняя. Для него это просто секс, а ты была всего лишь очередной девкой на ночь. Если для него это пустяк, то для меня тоже! Нет, блять, кого я обманываю. Для меня это не было пустяком. От обиды и злости на Эрика бросаю в стену книгу и откидываюсь спиной на подушку, на несколько секунд закрывая глаза и глубоко дыша. Ладно, забуду, просто не буду про это вспоминать. Меня ждут более важные дела, например, разговор с Джеком. После утренних процедур и завтрака иду к стационарному телефону. Мой долг рассказать обо всё Джеку. После недолгих гудков слышится мужской голос: — Джек Кэнг, чем могу помочь? — Мистер Кэнг, это Ариадна Бэйл, — стараюсь говорить как можно увереннее и чётче. Разговор предстоит не из лёгких. — Рад тебя слышать! — всё-таки мне за эти дни пребывания в Бесстрашии не хватало общения с членами моей фракции. Такими открытыми, ничего не скрывающими и говорящими то, что хотят, неутаивая правды, не лукавя. — Как обстоят твои дела? — Если не учитывать, что вчера меня проткнули ножом, то всё довольно хорошо. — Что с тобой сделали? Проткнули? Кто? — Джек был очень встревожен. — Я вчера следила за учениями неофитов, в темноте кто-то кинул нож мне в бедро, — я быстро начала объяснят произошедшую ситуацию, — Может, это произошло случайно, или кто-то сделал это намеренно, я не знаю… — глубоко выдыхаю в трубку. — Я считаю, что тебе срочно нужно вернуться обратно, — спокойно произносит мистер Кэнг, привнося в свои фразы нотки настойчивости. — Не сейчас, — начала протестовать я, — Эта ситуация как раз доказывает то, что я подобралась у чему-то очень важному, я нужна здесь, — твёрдо заканчиваю свою фразу, оставляя последнее слово за Джеком. — Возможно, ты и права, — разочарованно выдыхает мистер Кэнг, — Я знаю, что двух уже казнили. А этот Аарон Райс сейчас тщательно допрашивается, скоро будет произведён суд. Он сказал, что вы знакомы. Это так? — настороженно интересуется лидер. — Мы были знакомы в Эрудиции. Наши отцы — они общались. Аарон — моя первая детская влюблённость. Но это было давно, — чётко проговорила я, как на духу. — Я тебе сразу же доложу, как прошёл суд над ним, если, конечно, ты сама не хочешь на нём поприсутствовать. — Нет, Джек, пару дней мне нужно не нагружать ногу, и ещё помочь Фору с неофитами, — я чётко констатирую факты, ожидая ответа Джека. — Как обычно, все дела на тебе, — чувствую, как мистер Кэнг слегка улыбается в трубку, — Ариадна, было приятно тебя услышать, но мне пора! — Да-да, конечно! До свидания, — я прощаюсь с негласным лидером нашей фракции и вешаю трубку.