Исключение

POV Ариадна

С приездом Эрика в Искренность у меня появилась куча дел, никак не связанных с делами моей фракции. Этой ночью, когда Эрик спокойно спал у себя в квартире, которую я даже осмелюсь назвать люксом, среди всех апартаментов Искренности, я вела переговоры с Максом, выслушивая его наставления и рекомендации по решению возникшей проблемы. После навестила Дэймона и проконтролировала, чтобы ему оказали нужный уход. Он, конечно, ещё не очнулся. Наверное, это к лучшему, ведь сейчас я так не хочу отвечать на его вопросы. Эрик. Ну, а что Эрик? Его я намеренно игнорировала и избегала весь день. Понимаю, что не смогу этого делать все дни, пока он будет находится в Искренности. Но наверное мне нужно время, чтобы привыкнуть к нему и всё забыть. Все дела с ним вела моя секретарша. Он, конечно, был в ярости. Я могла слышать его разъярённые возгласы через стену. Мне «посчастливилось» его издалека заметить в больничном крыле. Но я быстро прошла мимо, не акцентируя на нём внимание. И вот я возвращаюсь в свою квартиру спустя почти 24 часа, довольная своей работой и в целом днём, но очень уставшая. Хороший ужин и крепкий сон, очевидно, помогут восстановить силы. Найдя ключи в небольшой сумке, открываю дверь и вхожу в тёмное и холодное помещение. Наверное, забыла закрыть окно, и теперь здесь очень зябко. Сразу иду ко окну, намеренно игнорируя свет, точнее его отсутствие. Останавливаюсь у окна и, прежде чем его закрыть, на пару секунд выглядываю, вдыхая ночной воздух. Да, сейчас бы прогуляться под звёздами! Послушать треск кузнечиков. Было бы великолепно. Оставляю небольшую щёлочку и отхожу от окна. Нужно включить свет и переодеться. Тянусь к торшеру, который стоит рядом с коричневым кожаным, чтобы немного осветить комнату. — Ааа!!! — мой пронзительный крик разносится по всей квартире от того, что мужская рука зажигает светильник вместо неё. — Если ещё громче заорёшь, то сойдёшь вместо сирены, — недовольно пробубнил знакомый мужской голос. — Да пошёл ты, Эрик! — я замахнулась и ударила мужчину ногой по икре, просто в отместку за то, что моё сердце чуть не остановилось, — Ты вообще соображаешь своей головой! Я до смерти испугалась! Хочешь поиздеваться - езжай в своё Бесстрашие и отрывайся там на неофитах! — я держусь за голову, чтобы немного успокоиться и привестись в порядок. — С удовольствием! Но, к сожалению, я должен тратить своё время на пребывание здесь, — с пренебрежение заявил Эрик, вальяжно раскинувшись на диване, разместив руки на спинке. — Как мне тебя не жаль! — прожигая в блондине дыру, злорадствовала я. — Причина, по которой я тебя до сих пор не наказал, это субординация, — в спину произнёс мне Эрик, потому что я дальше не собиралась стоять подле него, как дурочка. — Как ты сюда вообще попал? — как бы невзначай спрашиваю я, снимая чёрный пиджак и вешая его на спинку стула. — Вошёл через дверь. Я шумно и очень недовольно выдохнула. Конечно, меня не удовлетворил данный ответ. Эрик так упрям и противен, что просто не может ничего рассказать. Все эти игры мне уже надоели. Я просто хочу поговорить на чистоту. Мы в Искренности так привыкли делать. — Как дела? — наигранным заинтересованным тоном спрашивает Эрик. — Знаешь, до недавнего момента было всё хорошо, — я сложила руки на груди, наблюдая за фигурой Эрика. — Не хочешь спросить, как у меня дела? — Эрик отреагировал на мою долгую паузу, ведь я не намерена продолжать эту беседу. — Нет, потому что я чёртова искренняя, и какие-то лицемерные меры приличия я соблюдать не намерена! — Знаешь, — Эрик медленно встал с дивана, — Сегодня ночью мне приснилось, как ты убила меня: просто взяла и хладнокровно перерезала глотку, — парень подошёл ко мне, пальцем показав на шее линию воображаемого пореза. — Забавно, — резко отрезала я, делая шаг назад от Эрика, — Но в жизни я бы выбрала тебе смерть помучительнее! — злорадная ухмылка заиграла на моём лице. — И какую же? — Эрик вновь сократил расстояние между нами, заинтересованно смотря на меня сверху вниз. — К чему это всё?! — вдруг не выдерживаю я, срываясь на Эрика, — К чему все эти игры? Что ты хочешь?! — толкая Эрика в грудь на каждое слово, почти кричала я. — Мне казалось, что ты высказал мне всё в прошлый раз?! — так много вопросов подряд я никогда не задавала, даже на суде искренних. — Успокойся, ладно, — Эрик крепко схватил меня за запястья, не позволяя больше ударять себя. Как ни странно его тон был хладнокровен, как и он сам. — Пусти меня! Я не хочу, чтобы ты меня трогал! — уже более спокойно произношу я, грозно смотря в глаза лидера Бесстрашия, как будто мой взгляд может как-то его задеть. — Мне казалось, что тебе нравится, когда я тебя трогаю? — пошло спросил Эрик, склонившись над моим ухом. — Нравилось, — я поправила мужчину, но мои щёки горели пунцовым огнём от смущения, ведь Эрик прав, что его касания вызывают в моём теле огромную бурю эмоций, даже сейчас. — Хорошо, искренняя, но врать ты не умеешь, — блондин отпустит мои руки, отходя на шаг назад. — Но вот ты как раз врать умеешь! — негодовала я, поглаживая запястья. — Что ты хочешь от меня услышать?! — всё также спокойно продолжал спрашивать Эрик, упорно смотря на меня. — Что я поступил, как полный кретин? Что я не должен был врать ни тебе, ни себе? А? — Да, именно это я хочу услышать! — я перешла на крик, а на моих глазах стали наворачиваться слёзы, которые я так не хотела показывать Эрику. Всё что угодно, но он не должен видеть меня слабой и сломленной. — А ещё я хочу извинений, — вытирая катившиеся слёзы, чуть более сдержанно произношу, — Я хочу простых человеческих извинений за то, что ты разбил мне сердце и так нагло соврал, наплевав на всё, что было между нами! После моих слов Эрик просто стоял и молчал. Или он не знал что сказать, или просто подбирал слова или собирался с мыслями. Эрик был, определённо, не из тех, кто долго думает над своими словами. Сейчас он боролся сам с собой, а точнее со своим эго, которое не позволяло сказать заветные слова. Представляю, на сколько ему тяжело сейчас, ведь нужно перебороть свою гордость, чтобы сделать всё на своё благо. Ведь я знаю, что в глубине души Эрик любит меня, и все его действия говорят об этом. — Ладно, — вдруг тишину озаряет напряжённый голос Эрика, — Я признаю, что был не прав, — скрипя сердцем и зубами произнёс Эрик, сокращая между нами расстояние, — Я был зол на то, что ты решила уехать, не сказав мне заранее, я не думал, что это так срочно! — он подошёл вплотную ко мне, взяв меня за плечи, — Ты сделала больно мне, и я захотел сделать больно тебе! Но вместе с этим с этим я испытал такую боль, которую не может нанести ни одно оружие! Эрик вдруг поднял одну руку, а я от неожиданности вздрогнула, подумав, что он хочет ударить меня, но после я быстро откинула от себя этот страх и снова смотрела на Эрика, строгими глазами. Он протянул ладонь к моему лицу и кончиками пальцев смахнул несколько катившихся слезинок. Эрик продолжал гипнотизировать меня своими глаза, заставляя сосредоточить взгляд только на нём. А после взял и резко прислонился своими губами к моим. От неожиданности у меня расширились глаза и я даже не думала отвечать на поцелуй. — Надеюсь, это сойдёт за извинения? – отрываясь от моих губ, говорил Эрик, смотря в мои ошарашенные глаза. Собравшись с мыслями, я решила ответить, спустя несколько секунд замешательства. — Намного лучше были бы слова: «Прости меня, Ариадна! Я был чёртовым мудаком!», — пародируя тон Эрика, произносила я, убирая его руку с моей щеки. — Ладно! — теряя самообладание произносил Эрик, отходя от меня на несколько шагов, — Ладно! – ещё раз повторил он, протирая глаза рукой, — Извини меня за то, что я был чёртовым мудаком! — громко произнёс Эрик, поднимая свой взгляд на меня. В этот момент я начала смотреть на Эрика другими глаза. Я резко перестала дышать от услышанного. Не верю своим ушам? Эрик действительно только что сказал это? Не уже ли он поборол свою гордость, перешёл через своё предубеждение и сказал наконец мне эти слова. — Спасибо, за твои слова! — тихо прошептала я слова, которые обычно говорят на суде в Искренности. — Я что, нахожусь на сраном суде? — как будто прочитав мои мысли, спросил Эрик, разочарованный моим ответом. — Это привычка! — отрезала я, немного расслабляясь от услышанного. — Как твоя рана? — немного помявшись, спрашиваю я Эрика, чтобы отвлечь его от предыдущего вопроса. — Всё нормально, — Эрик сел обратно на диван, помедлив с ответом. Сейчас между нами вновь выросла стена. Какое-то непреодолимое предубеждение повисло в воздухе, и кто-то должен был разрушить его. Эрик продолжал вальяжно сидеть и смотреть на меня строгими глазами. Понятно, что он сделал всё, на что был способен в данной ситуации. Значит, он ждёт шага от меня. Но что мне сделать? Сейчас я не могу просто взять и броситься в его объятия, как будто ничего не было. Извинения - извинениями, но нужно время. — Знаешь, — глубокий голос Эрика вывел меня из моих раздумий, — Во сне, прежде чем перерезать мне глотку, ты соблазнила меня, — он крепко сжал челюсть, как будто жалея, что произнёс эти слова. — Соблазнила? — переспросила я, пытаясь представить в своей голове весь сюжет, — И как? Я была жутко сексуальной и обходительной? — решаю поязвить, подходя к сидящему мужчине. — Ты была очень развратной и настойчивой в том заманчивом белом платье, — лидер Бесстрашия оценивающе осмотрел меня с ног до головы, ведь сегодня я была в похожем чёрном платье. — Очень развратной и настойчивой, — повторила за ним фразу, подойдя к нему вплотную, смотря горящими глазами на Эрика, который выглядел таким сексуальным в привычной чёрной обтягивающей футболке и кожаных штанах, по-хозяйски раскинувшись на диване. Какой-то первобытное чувство брало надо мной верх, не понятно почему: то ли я так давно не видела Эрика, то ли я страстно нуждалась в близости с кем либо, то ли этот мужчина имел надо мной полную власть. Ведь несколько минут назад мои мысли были целомудренные и неприкосновенные. — Совсем не похоже на меня, правда? — усевшись сверху на колени Эрика, словно наездница, спросила я, закусив нижнюю губу. — Определённо, не похоже, — Эрик, крепко обхватив меня своими ладонями за талию, притянул ближе к себе и страстно поцеловал, проникая языком в мой рот и исследую каждый миллиметр, словно это впервые. — Несколько минут назад я собиралась выставить тебя за дверь, — отрываясь от губ Эрика, шепчу я, — А теперь вот, — тяжело дышу, проводя ладонью по щеке блондина, — Не знаю, что на меня нашло, — заинтересованно смотрю в глаза Эрика, словно пытаюсь найти в них объяснение. — Просто ты устала ходить по струнке в Искренности и хочешь нарушать правила, быть ужасно развратной и…, — Эрик опустил руки с моей талии на бёдра, — И любимой! — еле слышно прошептал он. — Я люблю тебя, Эрик! — шепчу, смотря в глаза мужчине, обхватив его лицо ладонями, и не сводя взгляды с его глаз, — И я говорю это от чистого сердца, и если надо, то повторю. Эрик несколько секунд просто смотрит на меня, изучая каждую частичку моего лица. — Я хотел тебя забыть, правда, — после паузы начал Эрик, взяв мои ладони в свои руки и переложив их к себе на грудь, — Но не получилось. Потому что это было не просто увлечение. Я люблю тебя, ясно! — он стал нежно водить по моей фигуре, — Только ты можешь так откровенно дерзить мне, но при этом говорить любую правду, даже самую нелицеприятную для меня. От этих слов у меня пролился бальзам на душу. Вдруг дышать стало тяжелее, а живот наполнился целой стаей бабочек, которые всё порхали. Мне хотелось прижаться к Эрику и больше его не отпускать. — Я же искренняя, верно, — ухмыльнувшись произношу я, начиная нежно целовать мужчину, который уже потянулся к застёжке на моём платье.Ну