Короткие истории

      Кристиан вдыхал горький сигаретный дым. От неприятной горечи горел рот, горло и лёгкие. Он глядел вниз, с высоты десятого этажа. Стремительно передвигающиеся внизу люди выглядели совершенно ничтожными. И не только потому, что все люди внизу были японцами, хотя и это тоже. Крис зло выдохнул, выбросил горящий окурок и поспешил внутрь своего номера. Это была дешёвая комнатка, которую обставили в стиле американских 80-х, как это стало модно в Японии. Обычная двуспальная кровать, тускло коричневый ковёр, трёхногий телевизор с двумя смешными антеннами и мятно-зеленый дисковой телефон. Как и телевизор, телефон был чисто декоративным элементом, который разумеется не работал. Кристиан взглянул на него. Это был обыкновенный дисковый телефон с мятным корпусом и кремовым диском. Он не работал, как и телевизор, как говорил швейцар с узкими чёрными и умными глазами. Крис выдохнул и лёг на кровать, раскинув руки звёздочкой. Кожа под футболкой чесалась и жглась от солёного пота. Кристиан лениво поднялся с кровати и стянул из шкафа белое полотенце. Мужчина стянул футболку, штаны, носки и нижнее бельё, прежде чем забраться в душевую кабинку и сразу же включил воду. Крис громко и чётко выругался, когда холодная, почти ледяная вода достигла его розовой кожи.       Кристиан взглянул на телефон, сидя на кровати и пытаясь натянуть на свои ноги брюки. Телефон странно манил взять его в свои руки и позвонить кому-нибудь. Наконец справившись с жёсткими коричневыми брюками, Кристиан решительно взял в правую руку трубку телефона. Левая рука начала набирать номер. 424-338-8000. Из трубки раздались утробные, долгие гудки. -Больница имени Мартина Лютера Кинга-младшего в Лос-Анджелесе, — пробубнил низкий мужской усталый голос. -Эм… здравствуйте, — неуверенно поздоровался Кристиан, резко подпрыгнув на кровати. Почему соединение случилось, ведь телефон не должен работать? Почему? -О, вы ошиблись номером, да? — внезапно ожившим голосом спросил доктор. Кристиан прямо представил, как худощавый мужчина в докторском халате и смешными пышными усиками подпрыгнул в неудобном кожаном кресле и заинтересованно вслушался в голос из телефонной трубке. -Не совсем. Понимаете, мне в отеле сообщили, что телефон не работает, а я решил попробовать кому-нибудь позвонить, — -А, хулиганские побуждения, — с улыбкой заметил бесплотный голос доктора: -Мы ведь можем поговорить? Просто в последние четыре часа — несколько сложных родов, просто ужас. Хочется поговорить о чём-то с кем-то, а не слышать громкие крики матерей и младенцев, — -Это очень важная работа, — весомо заметил Кристиан, невольно кивая, совершенно не замечая, что собеседник его не видит. -Я знаю, просто, знаете, это утомляет, — устало выдохнул доктор из телефона, а затем внезапно оживился: -Мы можем поговорить о литературе? Вам нравится Конан Дойл? — -О, это настоящая классика, — воскликнул Кристиан. Последующие три минуты прошли в оживлённом разговоре о литературе, авторах, о молодом поколении (хотя сам Кристиан и относился к этому самому молодому и наглому поколению). -О Господь Бог, я же не спросил твоего имени! Я такой невоспитанный старый варвар! — внезапно воскликнул голос безымянного доктора: -Моё имя Патрик Оуэн, я тебя как? — -Кристиан. Кристиан Лейн, — внезапно из трубки раздался странный, булькающий звук. Голос из трубки исчез. Крис на секунду замер, невидяще глядя на трубку. Затем мужчина положил трубку, а затем поднял её и попытался набрать номер. Из трубки вырвался гулкий шум, но ничего не происходило. Доктор из больницы Лос-Анджелеса по имени Патрик Оуэн остался на другом конце мира. Кристиан негромко вздохнул, поправил растрепавшиеся волосы и отправился в клуб.

***

      Патрик Оуэн странным взглядом посмотрел на внезапно замолчавшую трубку белого телефона, а затем чуть вздохнул. Видимо телефон из отеля Кристиана решил именно в этот момент испустить свой последний вздох. Доктор взглянул на часы «18:45». Разговор длился ровно пять минут. Патрик поправил кончик пышного моржового уса и, поднявшись с кресла, грузно отправился в сторону палат посетительниц, пора делать вечерний обход.       Когда спустя три месяца в больницу привезли толстую женщину с грубыми чертами лица и засаленными волосами, то Патрик уже практически забыл тот странный разговор. Доктор уже даже решил, что его разум решил дать ему перерыв и, во время короткого поверхностного сна, ему приснился этот Кристиан. Женщина кричала, размахивала руками и проклинала врачей на многие поколения вперёд. Роды шли очень тяжело, голова ребёнка умудрилась застрять в родовом канале, поэтому Патрику и двум медсёстрам пришлось несколько часов чуть ли не выскребать крошечного, но очень громкого и бойкого мальчишку со светлыми волосами. Потом ещё час пришлось возвращать промежности пациентки человеческий вид. -Спасибо вам, доктор. Простите, что я так с вами — больно, нервы, — тихим, немного сорванным голосом благодарила Патрика женщина: -Если бы не вы, то мой сын, то я…- -Не волнуйтесь. Всё хорошо, это всего лишь моя работа, — отмахивался от благодарностей усталый Патрик Оуэн, чьей единственной мыслью было найти свободное место в подсобке и хорошенько выспаться перед ночным дежурством. -Тогда назовите моего сына. Мой муж умер, а другие родственники смогут приехать только через неделю. Негоже ребёнку всё это время не иметь имени, — Патрик уже хотел отказаться от этого, но его язык и усталый мозг оказался быстрее. -Кристиан, — -Кристиан, — попробовала на язык имя женщина, а затем улыбнулась: -Красивое имя. С приходом в большой мир, Кристиан Лейн, надеюсь ты будешь хорошим мальчиком, — в голове доктора что-то громко щёлкнуло. Он почувствовал, как к горлу подступает нервная икота. В мозгу возникла странная мысль: «Понятно почему иногда он не понимал или я не понимал его слова — лет двадцать точно прошло.». А потом он упал без сознания.