ментоловые сигареты/карамельные конфеты

Саундтрек: You get me so high — The Neighbourhood.

      Двадцать пятое ноября.       Наши исследования с Джоном просто невероятны! Мы нашли способ, как оборотням контролировать свою силу и обращения, чтобы им было не больно, а также, чтобы они могли превращаться в крайних ситуациях! Это просто чудо, наши исследования приносят такую пользу, скоро Джон сможет жить нормальной жизнью без боли.       Сейчас мы дорабатываем заклинание и зелья, надеюсь, это поможет им всем.

10.15.

      Джон уехал в Исландию, в надежде найти больше оборотней-одиночек. Я изобрел окончательную версию заклинания, осталось испробовать его на нём. Мы присоединились к Тому Реддлу, он хочет сделать мир лучше, это невероятно!

10.29

      Мне кажется, что-то не так. Руперт что-то скрывает, и это меня настораживает. Они замышляют что-то, я ещё не рассказывал ему о том, что зелье и заклинание уже готовы, всё это меня настораживает.

11.05

      Джон и ПС-ы решили, что надо возродить оборотней, и чтобы они присоединились к ним. Они хотят истребить всех, кто встанет у них на пути. Я планирую прекратить это, они хотят обратить всё больше людей не по их воле, это неправильно.

11.10

      Джон хочет убить меня, чтобы заполучить наши формулы, которые записаны в этом дневнике. Он не рассказывал никому, что этот опыт мы ставили вдвоём. Это ужасно, они планируют что-то ужасное. Я спрячу эту тетрадь как можно дальше, никто не должен увидеть это. Никто не должен узнать это. К этому дневнику смогут прикоснуться только те, с кем я связан теми или иными узами. Только они увидят то, что здесь записано.

11.25.

      Прочитанное повергло парня в шок. Его отец всё это изобрел!? Не может быть.       Джон Руперт.       Мысль дошла до него не сразу, но потом он вспомнил, чья это фамилия. Рудольф Руперт. Джон отец этого ублюдка.       Руперт-старший ещё жив? Или его убили? Что всё это значит?       Всё было настолько запутано, что у Нотта кружилась голова.       Он решил открыть дневник в надежде увидеть там мысли отца. Узнать, почему он присоединился к Тёмному Лорду. Всё было не так, он хотел верить, что всё было не так.       Его размышления прервало вторжение в комнату Блейза Забини. — Привет, что читаешь? — брюнет робко закрыл тетрадь и спрятал под подушку. Блейз не должен знать об этом. — Да так, русская классика, — напряжённо ответил тот. — Ну ладно, там тебя Грейнджер внизу ждёт. Вы должны были встретиться где-то, но ты опоздал на двадцать минут. Она подумала, что что-то случилось, и пришла сюда, — произнёс мулат. — Там тебя дама сердца ищет, а ты тут книжки читаешь? — слизеринец напыщенно закатил глаза и приложил ладонь ко лбу. — Да иди ты, — отмахнулся парень, кинув подушкой в друга и направляясь к выходу.       Увидев на диване девушку, разговаривающую с Паркинсон, брюнет подошёл к ним и чмокнул Гермиону в лоб. — Прости, милая, я был немного занят, — ему надо было рассказать ей. Она точно знает, что делать с этим дневником. Но стоило ли тревожить шатенку? Всё только начало налаживаться, и очередные проблемы. — Ничего страшного, я мило поболтала с Пэнси, — улыбнулась Грейнджер, ложась ему на грудь. Она действительно его расслабляет. С ней он действительно другой, Паркинсон говорила правду. — А ты изменился, — как-то вечером в гостиной, когда они были одни, произнесла слизеринка. — Что? О чём ты говоришь? — докуривая сигарету, небрежно спросил парень. Сегодня он курил ментоловые, они начинали всё больше ему нравится. — С ней, ты изменился с ней. Ты просто сияешь, — ухмыльнулась она, доставая одну штуку из пачки для себя. Пэнси не часто курила, но когда видела у Нотта что-то новенькое, то не отказывалась от них. — Она изменила тебя, сама того не понимая. С ней ты стал счастливее. — Брось, я такой же как и всегда, — засмеялся брюнет, но то, что говорила брюнетка, было правдой. Она — его лекарство и наркотик, он понял это давно.       Посидев с девушками ещё немного, Теодор пошёл в комнату забрать дневник, а после этого пара направилась в свою секретную комнату. — Ты что-то хотел мне показать? — спросила Гермиона, садясь на кровать. — Да... да, я хотел... в общем вот, — Нотт протянул гриффиндорке тетрадь. Раскрыв его, Грейнджер ничего не обнаружила. — Что это? — недоумевая спросила она. Брюнет прикоснулся к вещице, и на страницах сами собой начали появляться буквы. Некоторое время шатенка просто читала, с каждым новым прочтённым предложением её лицо искажалось от ужаса. — О Господи... — Я должен был тебе рассказать, у нас не должно быть секретов и... — Да, милый, ты всё правильно сделал. Он... отец Рудольфа? — Да, я не знаю жив ли он, но да. — Тео... тот человек в капюшоне... это... я думаю, что это Джон. Может, он узнал о дневнике и о том, что эта вещь попала к тебе в руки. Может быть, он не забыл об этой идее, — она замолчала на некоторое время, а Нотт кивнул. Он не знал, что делать. — Мне страшно, Тео. — Всё будет хорошо. Всё только налаживается. Может быть, это просто забытая тетрадь, уже не имеющая смысла. Возможно, Руперт уже мёртв. — Я так на это надеюсь... — прошептала девушка. — Как прошёл день? — спросил Теодор через некоторое время, перечитывая со своей спутницей дневник отца. — Хорошо, Рон помирился с Лавандой, мне не снились кошмары, и сегодня я хотела... — он прервал её на полуслове. — Я вообще-то хотел прогуляться в Хогсмид, только вдвоём, — предложил он. — Я тоже хотела провести вечер с тобой! — радостно произнесла девушка. — Значит, берём у Поттера невидимку, и к Розмерте? — К Розмерте.

***

— Тео, Миона, как я рада вас видеть! — окликнула их женщина, когда они подходили к барной стойке. — Здравствуй, Роза! Мы не удержались, и захотели сегодня разукрасить этот вечер походом в твой бар, — улыбнулась ей шатенка.       Какая же у неё обворожительная улыбка. — Вам как всегда? Сливочное пиво? — Нет, Розмерта. Сегодня мы бы хотели медовое вино. Говорят, ты прекрасно его готовишь, — Теодор подмигнул даме, и та мигом умчалась в кладовую за бутылкой. В помещении был немноголюдно: за столиком около окна сидела пожилая женщина и старик из деревни, напротив них расположился Дин Томас с какой-то девчонкой с Хаффлпаффа, а за крайним столиком сидел мужчина в чёрной мантии.       Нет. Это не он, просто прохожий.       Гермиона не заметила фигуру в капюшоне, и пара разместилась за их обычным столиком. Вскоре мадам принесла им выпивку, и они начали говорить ни о чём. Тайком брюнет всё же сжимал палочку в кармане брюк.       К концу вечера они изрядно напились, в ход пошли пошлые шуточки от девушки и лёгкие касания её ног от парня. Расплатившись за выпитое, и направившись в сторону туннеля под «Сладким королевством» ситуация становилась ещё развратнее, и около магазина Теодор страстно поцеловал Грейнджер. Какие же сладкие губы. Они были двумя противоположностями: он — ментоловые сигареты и крепкий алкоголь, а она — сладкие карамельные конфеты и выпечка с корицей, но сегодня всё смешалось, как и в последние два с половиной месяца.       Нотт прижал Гермиону спиной к стене дома, та повисла на нём и обхватила ногами торс слизеринца. От пары волнами исходило возбуждение и жар, но им было мало. Руки парня скользнули под блузку шатенки, блаженно сжимая грудь. Она же начала оставлять багровые следы на шее Теодора. — Я хочу тебя... — приглушённо призналась девушка вперемешку со стоном от новых ласк. — Ты моя... Ты моя. Я так хочу почувствовать тебя, — прошептал он ей на ухо. — Так не тяни время, — шатенка позволила брюнету приподнять её юбку, снять колготки и скользнуть рукой под нижнее бельё. Новый блаженный звук вырвался изо рта Гермионы. — Нет... нет, не здесь... я хочу насладиться тобой.       Они легко пробрались в туннель «Сладкого королевства», а потом хотели незаметно проскользнуть в их комнату, но услышали голоса за углом. Теодор протолкнул девушку в первый попавшийся кабинет и как можно тише закрыл за собой дверь. — Как ты можешь! Мы друзья с самого детства, а ты сейчас несёшь такую чепуху! Я с Гарри, Грэхем! — со злобой и яростью воскликнула какая-то девушка. Пэнси. — Ну-ну, и что же после окончания школы вы будете делать? Ваши отношения не примут, а я буду всегда званым гостем в вашем поместье. Выбирай правильную пару, Паркинсон. Я не люблю долго ждать, — Монтегю явно шантажировал её. — Не дождёшься, — выплюнула фразу слизеринка. — Я никогда не буду с тобой. Я никогда не буду твоей. Мы с Гарри — единое целое, и это не разрушит общество.       После этой фразы послышался звонкий звук каблуков и туфель последующих за ними, но вскоре всё стихло. — Что за чушь? — спросила шатенка. — Не знаю. Кажется, у Пэнси проблемы. Надо будет спросить у неё, что этот идиот хочет.       Услышанное перебило весь настрой, хотя алкоголь не выветрился, и двое хотели спать, так что было принято решение разойтись по комнатам. — Спокойной ночи, мышка, — Нотт поцеловал девушку в нос, после этого она всегда смешно морщилась. — Спокойной ночи, дорогой.

***

      Вместе с первыми лучами солнца, пробивающимися сквозь занавески в комнате, пришло и похмелье.       Тео даже не удосужился снять штаны и рубашку, как пунктуально.       Голова трещала по швам, и казалось, что скоро расколется. В то время, пока парень пытался встать с кровати, все одногруппники уже бодрствовали. — Прекрасно выглядишь, — усмехнулся Малфой, выходивший из ванной. Сарказм в его ситуации был явно не в тему, и слова эхом доносились до брюнета. — Да пошёл ты, я тут помираю, а он насмехается, — обхватывая голову руками, огрызнулся Тео. — О, у кого-то сегодня похмелье, — подшутил Забини, входя в комнату. Что, блять, за день проходных дверей? Лучше бы они закрывали их потише. — И ты туда же. Куда вы намылились, что так рано встали? — Вообще-то, сейчас уже десять часов утра, дружище, — ответил Блейз. — Блядь, — выругался Нотт, пошатываясь, вставая с кровати в направлении ванной, от куда несколько минут назад вышел Драко. — Я в душ и спать. Попробуйте ещё раз дверями стукнуть, и я вас прибью! — сурово пригрозил он.