Гармония и агония

Запахи очень важный элемент в человеческой культуре. Но чтобы их можно было удержать в памяти, об этом мало кто задумывается. Но для Винсента они действительно очень важны. Его зрение не так остро как у других, но зато его обоняние было развито очень достойно, и он мог отличать людей по запаху. Для него один из самых обожаемых запахов это аромат Босса и естественный запах Скотта. Однажды жена Босса зашла к нему в кабинет и застала довольно странную картину: Мистер Бишоп сидел у Босса на коленях и жадно нюхал его пиджак. А в руке он сжимал собственный галстук. Босс же был абсолютно спокоен и позже объяснил что ему нужен был релаксирующий аромат, чтобы расслабиться после напряженной работы. В общем это была очень деликатная тема, и Босс никогда не пытался обсудить ее с кем либо. Скотту же было сложнее ибо от любого запаха исходящего от него Винсент возбуждался и начинал издавать жалобные трели. В прямом смысле становясь напряженным, а не расслабленным если бы он не был противником соитий в общественных местах то возможно Скотт бы пал от столь обаятельного поведения Винсента. Но пока положение оставалось неопределенным, в отношениях между Винсентом и Скоттом воцарилась напряженная гармония. Винсент очень чутко реагировал на слова и мысли Скотта и все чаще и чаще интерпретировал эти слова на свой лад. И постепенно между Скоттом и Винсентом установилось совершенно особое взаимопонимание. Скотт уже не был столь напуган влиянием взгляда Винсента на его душу, но, тем ни менее он не был спокоен. Скотт понимал, что невидимые флюиды, влияющие на его мозг, наделяют своим невидимым значением все происходящее вокруг. — Винсент! Винсент! Просыпайся! И верни мои штаны, пожалуйста… Они конечно сменные и не ношеные, но… Винсент уснул уткнувшись в свернутые штаны Скотта. Он проснулся и повернулся к Скотту. Он был ужасно взволнован и сонная ухмылка на лице Винсента сменилась какой-то выжидательной смотря на него. Скотт понял, что надо действовать. Его мысли были в полном беспорядке. — Отдай! Я с кем разговариваю?! Хватит брать мои вещи! Наглец! Он схватил свои штаны и потянул, но Винсент упрямо вцепился в них второй рукой. Еще секунда, и эти двое будут драться друг с другом. Винсент схватил его и повалил на диван. Скотт видел все это словно бы в замедленной съемке. Он почувствовал, что руки Винсента скользят по его спине, и ощутил легкое покалывание кожи на лопатках. Настырник прижал его к себе, и теперь Скотт мог лицезреть его грудь, но сам он не мог как следует рассмотреть этого психа. Зато он услышал какие-то непонятные звуки кажется нюхали уже его. — Скотти… От тебя пахнет другими духами… Изменяешь мне? Он усмехнулся, как бы предвидя ответ. Скотт замер. Конечно, он был не лучше этого нахала. Но что-то было в его голосе такое, что заставило его заколебаться. Но он знал — ни за что не отступит. — Несомненно. Делать мне не чего и вообще прекращай, давай если у тебя сейчас стрелка в штанах установится ровно на двенадцать то помогать я тебе с этим не буду… Он хотел добавить что-то еще, но тут почувствовал на своем лице чье-то влажное и горячее дыхание. Даже не успел зажмуриться, как, мягко обхватив его руками, Винсент стал усердно его обнюхивать. — Неужели? Ты всегда так говоришь, а потом у тебя на лице появляется злое выражение и ты все равно помогаешь… И у тебя хорошо получается в твоих руках легко расслабиться из-за этого я теперь не могу расслаблять сам себя. Ты меня избаловал! Скотт наконец позволил себе открыть глаза. Винс прижал свой горячий лоб к его лбу и стал опять с интересом нюхать мужчину. Скотт же уставился на его губы. Какая же потрясающая нежность у этих губ они словно созданы для поцелуя, но за ними скрывается что-то очень пугающее. И эта мука, которая просвечивает сквозь глаза, полная безысходности. А вот ресницы у него идеальнее некуда, точно как на фотографиях из журнала «GQ». Скотт уже почти ощущал запах разгоряченной груди представил себе линию живота и плавные изгибы бедер. Он тряхнул головой, чтобы отогнать видения, и вдруг столкнулся взглядом с Винсентом. Он перестал обнюхивать и уставился на Скотта. Он был так серьезен, что у Скотта возник вопрос: что такого он увидел в его лице? Но потом он понял. — Ну что такое? … Уставился, как дитя на елку. Не нравится запах не нюхай. Винсент улыбнулся и лизнул Скотта в щеку, а тот развернулся к нему лицом. Ему было интересно, какие еще демоны могут прятаться за этим совершенно человеческим лицом. Скотт мягко уперся коленом ему в пах и ухмыльнулся, почувствовав, как по его телу пробежала сладостная дрожь. И она, словно ответный импульс, стала стремительно разрастаться, превращаясь в томительную, непереносимо сладостную волну, которая подкатывалась к самому горлу. — Надо же у тебя даже не встал… Я удивлен. Что-то либидо у тебя понизилось однако. Винсент тихо зарычал. Но сейчас Скотт уже не обращал внимания на его реакцию. Его тело напряглось, губы пересохли, а кончики пальцев на ногах стали ледяными он отвернулся от него обидчиво насупившись, и закрыв глаза, пытаясь вернуть себе утраченный контроль над собой. Но когда через несколько секунд его пульс вновь стал нормальным, он понял, что это был просто тест, которого не заметил Винсент. Скотт слегка похлопал его по голове штанами. — Ты обиделся что ли? Ну приплыли… Кстати у тебя всегда были такие длинные ресницы? Или ты их специально подкрашиваешь? Шучу! Кстати, а чем от тебя самого пахнет? Он зарылся носом в его волосы. В носу защипало от его необычной смеси из запахов парфюма, кожи и еще чего-то непонятного, так не похожего ни на один другой в мире. До самого конца этого представления Винсент не подавал никаких признаков существования. И, когда Скотт откланялся и скрылся за дверью, Винсент какое-то время лежал, а затем вскочил, издав громкий стон и сжав в кулак руку, изо всех сил, каких мог, стал колотить себя по лбу. Он был переполнен вожделением, которое было искренним, неудержимым и совершенно неодолимым. Вся та молодая страсть, которую он пытался загнать внутрь, прорвалась наружу и казалось что его голова, из которой только что ушли остатки разума, по-прежнему продолжает трястись от истерического смеха. Он простоял так еще с минуту, а затем опять повалился на подушку и свернулся в тугой шарик. Фетиш на запахи все-таки действовал беспощадно. Что-то похожее происходило со всем его телом практически каждый раз когда он не контролировал данный бзик. Скотт задумался пытаясь вспомнить хоть что-нибудь похожее на запах Винсента. Это удалось ему с трудом. Запахи были слишком разными для того, чтобы классифицировать их как одну кучу. — Запретный рис? Почему-то он в голову пришел… Этакий запах немного таинственный и скорбный. Сладковатый запах ореха… Действительно интересно! Теперь я его в чем то понимаю даже стало интересно как пахнут остальные… Интересно где он достает такое удовольствие от этого только? Вот и еще одна грань феномена.