Гармония и агония

Скотт проснулся утром и долго лежал с закрытыми глазами. Он аккуратно провел рукой по месту где должен был лежать Винсент, но там ничего не было. Солнце уже поднялось над горизонтом. Он тихонько встал и подошел к окну. Под окном лежала вытоптанная трава. Он поглядел на улицу. — Засранец, — пробормотал он. — Вернется прибью… Он стягивая рубашку направился в душ. Он встал в душевую кабину и включил воду. Повернувшись спиной к бьющему по глазам свету он принялся намыливать свое худое тело. В душе явно не хватало Винсента, чтобы намылить ему спину. Скотт попытался представить себе его гибкую фигуру. В воображении все расплывалось. Винсент не являлся ему в сексуальных видениях с тех пор как поселился у него. Скотт задумался о том почему его так привлекает этот странный и мрачный парень. Он провел рукой по мокрой спине. Его пальцы, скользившие по теплой спине, поднялись к спине, но остановились. Ему было стыдно и немного неприятно. Тогда он попытался сосредоточиться на Винсенте, представить себе его лицо. Скотт поморщился он, вспомнил что между ними произошло тогда. Он отвернулся от душа. Выйдя из кабинки, он ополоснулся ледяной водой и вытерся. Когда он одевался входная дверь хлопнула и на пороге появился Винсент. Он был одет в темную рубашку и темные джинсы. Волосы были гладко зачесаны назад. Увидев его в таком виде, Скотт покраснел до корней волос. «Как же тебе идут зачесанные волосы… Так! Соберись Скотт! Ты ему не нравишься! Ты ему вообще никак не нравишься! Он просто прячется за собственным лицемерием», — думал он, одевая пижаму. Когда Винсент открыл рот, Скотт уже надел тапочки и сидел на кровати. — Даже не пробуй отвертеться! Ты опять ходил туда? — негромко спросил он. Винсент вздрогнул и поднял глаза. — Скотти! Как ты меня напугал! — он сделал вид, что смутился и быстро вытер пот со лба. Он расстегнул верхние пуговицы рубашки и провел руками по груди. — Вот! Я не ложился никому в постель так что можешь не ревновать! — Он повернулся к Скотту спиной и пошел в ванную. — Как будто на фиолетовом фоне можно увидеть фиолетовый синяк, — прошептал он в сторону Винсента. Они обменялись многозначительными взглядами, и Скотт пошел готовить завтрак. Выйдя на кухню, Винсент увидел, что на столе уже стоят две чашки с дымящимся кофе. Он сел напротив и кивнул. — Ты обиделся? — спросил он с улыбкой. Скотт помотал головой. Винсент взялся за чашку и сделал глоток. Поставив ее на стол, он взял свою и выпил сразу половину. Как обычно, кофе был восхитительным. — Надеюсь завтра с утра я увижу тебя дома, — сказал Скотт, — Я конечно тебе не приказываю, Винс, но давай все же говорить друг с другом откровенно. Иначе дальше будет только хуже. Ты понимаешь? Винсент понял, что у него пропал аппетит, но не подал виду. Скотт явно ожидал от него каких-то слов. Винсент молча кивнул, и встал из-за стола. Он подошёл к Скотту и положил ему руки на плечи. — Все под контролем, — сказал он, — Я же уже объяснил, что ты в безопасности. Главное, что ты в безопасности и я скоро уйду оттуда и мы сможем нормально жить дальше. Скотт улыбнулся. Теперь он выглядел спокойным и умиротворенным. Винсент взял его руку и прижал к своей груди. В его сердце шевельнулась какая-то неожиданная нежность. Казалось, Скотт мог успокоить его одним только прикосновением. — Хорошо как скажешь… В конце концов я тебе не указ. Ты можешь делать все, что хочешь Винс, — Скотт взглянул на него в упор, и на его губах появилась лукавая и хитрая улыбка. Винсент плавно спустил руку по его спине к пояснице. Скотт вздрогнул и заёрзал. Винсент нажал на его поясницу сильнее. Тот выгнулся и жалобно застонал, но Винсент не останавливался. Вскоре Скотт уже был не в силах даже поворачивать голову. — Стой ты, дурак! — неожиданно заорал он, и стащил руку Винсента со своей спины. — Не сейчас… Кто делает такие вещи днем?! Только такие извращенцы как ты разве что… Скотт громко и часто задышал. Его щеки слегка покраснели, а на лбу проступил пот. Винсент убрал руку и улыбнулся. Он чувствовал себя странно. Это было так необычно и приятно, что он никак не мог сосредоточиться. В его глазах плыли разноцветные пятна. Он чувствовал себя так каждый раз как слышал сдержанные и тихие постанывания Скотта, и приходил в возбуждение. Именно поэтому делал все медленнее и осторожнее. Ему хотелось продлить эту тонкую связь как можно дольше. — Прости Скотти, — сказал он нежно. — В последнее время ты стал очень чувствительным. Но я обещаю, что все будет так, как ты хочешь. Мне нужно немного поспать… Думаю мне не стоило пить кофе. Хотя когда это выпитое кофе меня останавливало? Он ушел в спальню Скотта так как она находилась ближе всего и переодевшись в пижаму, упал на кровать. Скоро он почувствовал, что засыпает, и попытался немного заснуть, но все время помнил о своих ощущениях. В конце концов он повернулся на бок, накрывшись одеялом с головой. Скоро он уже спал. Когда он проснулся, он не помнил, сколько прошло времени. Он почувствовал, что ему ужасно холодно и осторожно разлепил глаза. Он услышал странный звук и пошел на него. Он доносился из его комнаты. Через приоткрытую дверь он увидел Скотта который, сидел на его кровати уткнувшись лицом в его халат, а свободной рукой массировал свою голову. Сначала он решил, что Скотт пришел к нему из-за лунатизма, но тут увидел его пальцы и понял, что он делает. Скотти ласкался научившись этому от Винсента и кажется осознал всю прелесть этого нового вида ласки. Винсент тихо подошел и прошептал Скотту на ухо. — Тебе так сильно нравится мой халат или это то о чем я думаю? — спросил он. Скотт вздрогнул и густо покраснев, опустил голову. Винсент сел на кровать рядом и обнял Скотти за плечи. Прижав его к себе он стал гладить по спине. Скотт сжал халат который, держал в руках и слегка придавил его груди. — Это не то о чем ты подумал… Я собирал вещи в стирку и… Я больше так не буду только не смотри на меня так осуждающе! — бормотал Скотт, уткнувшись головой в плечо Винсенту. Винсент крепко обнял его за талию. — Ты так реагируешь как будто тебя застали за непристойностями. Можешь брать мою одежду и нежится с ней столько сколько хочешь. И этот халат чистый он был выстиран вчера. Он зарылся пальцами в его волосах и стал почесывать его затылок. Скотт заерзал, но Винсент не убрал руку. Скотт закусил губу и судорожно всхлипнул. Но прежде чем он успел что-то сказать Винсент остановился. — Тебе это действительно так нравится? Почему ты этого не говорил? Даже в договоре не написал… Скотт поднял на него глаза. Винсент увидел в них бурю чувств. Он провел пальцами по его вискам и поднял их вверх. Скотт закрыл глаза и тихо всхлипнул. Он провел ногтями вниз по его затылку, потом по шее, по плечу и в самом конце легонько погладил его по руке. Он вернулся к волосам Скотта и мягко провел пальцами за ухом, а потом еще и еще. Из глаз Скотта покатились слезы заметив это Винсент тут же перестал. — Скотти, что случилось? Ты чего плачешь? Ты боишься, что я тебя зажму? … Скотт отрицательно покачал головой и вытер глаза. Это были слезы удовольствия и стыда. Ему снова захотелось почувствовать тепло его рук на своем теле и он снова, робко, коснулся его. Винсент вздохнул и положил ладонь ему на голову. — Нет… Я не чувствую себя плохо или слишком весело кажется мне просто… Очень приятно? … Пожалуйста, сделай так еще раз. Он попытался сделать так как тогда, когда впервые его пальцы прошлись по его волосам. Но на этот раз все было гораздо глубже. Винсент слегка сжал его затылок и почувствовал, как его грудь покрылась испариной. Он провел рукой по спине Скотта, а потом его рука спустилась к его бедру. Скотт поймал его за запястье и потянул к себе. — Сейчас ещё день, — прошептал он. — Нельзя. Мы не должны этого делать. Винсент послушно разжал пальцы. Скотт нахмурился и несколько секунд молчал. В его глазах была тревога. Он посмотрел на Винсента и облизал сухие губы. Винсент не мог оставить партнера в таком состоянии, ему пришло в голову, что он сможет помочь. Он сделал еще один неуверенный шаг вперед и положил ладонь на живот Скотта. — Ты знаешь что такое петтинг? Можешь остаться в одежде так будет дальше лучше. Только мои руки и больше ничего… Скотт вздрогнул и втянул воздух. Видимо, он не знал что это такое. Когда он немного пришел в себя, Винсент повторил свое предложение. — Ч-что? Я не понимаю… Мне не обязательно даже раздеваться? Только не рви мою одежду иначе я стукну тебя… Ах… Вот этим журналом! Он схватил с тумбочки маленький журнал по садоводству. Винсент немедленно положил его на место, опасаясь, что Скотт действительно его ударит. — Отложим пока, а то вдруг стукать и не надо будет, — прошептал он. — А сейчас я хочу увидеть, как ты ведешь себя во время этого процесса. Если ты не умеешь, то я буду делать все медленно чтобы ты не пугался и не убегал. Пожалуйста. Скотт перестал дрожать и вздохнул. Он был страшно смущен и не знал что делать. Винсент не торопил его. Наконец, Скотт обнял его за плечи и позволил положить себя на кровать. Винсент отметил про себя, что, несмотря на напряженность, Скотт старается не испачкать простыни своим материалом в конце концов это была не его постель, и даже не его комната, и все же он не делал резких движений, что вселяло в Винсента надежду на успех. Скотт, который перед этим сдерживался изо всех сил, тяжело задышал и буквально уткнулся лицом в грудь Винсента. Что это было: смущение или возбуждение, понять было невозможно. Винсент решил проверить свое предположение и осторожно коснулся губами розового уха Скотта. Как только его губы коснулись кожи, Скотт задрожал еще сильнее. Вдруг он сжал футболку Винсента так сильно что зажал его кожу, и притянул Винсента к себе еще сильнее. — Скотти! Ау! Больно… Давай ты положишь ручки на кровать? Любишь ты однако заставлять меня пускать слезу. Он снял его руки с себя и крепко прижал к кровати. Скотт лежал очень близко и Винсент чувствовал, как его тело вздрагивает в такт его движениям, и старался не думать о той страсти, которая исходила от этих вздрагиваний. Он лежал так довольно долго, стараясь дышать через раз и не вспоминать больше эту сладкую негу, что граничила с ужасом. — В-винсент… Ты не устал? В конце концов приятно только мне, а тебе надо отдохнуть… — в его голосе звучала такая беспомощность и жалобность, что у Винсента вновь защемило сердце. — Нет мне тоже очень приятно, Скотт. Просто… Немного иначе. Чем больше ты голосишь тем мне приятнее так что не играй в молчанку, а просто получай удовольствие. Скотт действительно старался быть не слишком шумным обкусывая свои бледноватые губы. Он не мог побороть эту привычку, и Винсент знал, что ему очень трудно скрыть собственное удовольствие. Стараясь не кусать губы он не заметил, как прикусил язык и на белые простыни упало несколько красных капель. Смутившись и немного зардевшись, он бросил быстрый взгляд на Винсента и заметил, что тот внимательно за ним наблюдает. По телу Скотта пробежала судорога. Металлический вязкий вкус крови проник в горло и свел его челюсти. Скотт чувствовал, что начинает задыхаться и Винсент плавно повернул его голову на бок чтобы он не захлебнулся своей собственной кровью. У Скотта закружилась голова, перед глазами поплыли огоньки. Вскоре он ослаб и наконец смог нормально дышать. Винсент прижался в груди Скотта слушая как бьется его сердце, и глядя на его бледный профиль с закрытыми глазами. — Какой приятный звук, — прошептал он, обнимая Скотта за плечи, — какая тихая и красивая песня. Ты искусал себе все губы и… Язык? Как так вышло? Я просил тебя не сдерживаться почему ты меня не послушал? Скотт чуть приоткрыл глаза и посмотрел на Винсента. Его лицо, на котором еще несколько минут назад было такое смущённое выражение, казалось слегка озадаченным. Он почувствовал что на его губах медленно выступает алая капля. Она стекала по его подбородку, не собираясь останавливаться. — Хорошо в следующий раз буду кусать тебя. Если спросят скажешь что я тебя бью и кусаю за, то что лезешь в дела полиции. Если спросит Джереми скажи что его тоже покусаю за любопытство… Винсент стоял возле него опустив голову, пытаясь не смеяться и изо всех сил стараясь удержать слезы. Ему даже стало казаться что Скотт и правда укусит его за такие проделки, но тот лишь пожал плечами, вымученно улыбнулся и еще раз слизнул кровь с губ. Затем он закрыл глаза, полностью расслабившись и потеряв интерес к происходящему вокруг. Он вел себя странно. Обычно он не терял контроля в такие моменты, пытаясь решить, что делать дальше. — Почему после того как меня отпускает извращенство и я «заканчиваю» бесноваться мне становится так тоскливо на душе? По моему это должно работать наоборот… Винсент усмехнулся. Он знал ответ на этот вопрос. Это давало ему чувство полной свободы. — Это называется посткоитальная грусть и ей страдают чуть ли не все мужчины на планете не переживай. Чувствовать к партнеру отвращение или просто грусть в таком случае абсолютно нормально такого нет разве что у птиц… И у женщин… Но тут утверждать не буду так как сепарировался от них последние пару лет. Скотт уже засыпал, когда Винсент заметил, как его горло подергивается. Он с тревогой посмотрел на его лицо. Скотт выглядел измотанным, и его губы чуть кривились в улыбке, будто он только что вспомнил что-то забавное. Винсент зевнул и улегся на живот Скотта.