Такие разные сероволки

      Они сидели на полу у камина и держались за руки. Сегодня вечером метель была особенно сильна, не прогуляешься. В руках у Сергея был старый фотоальбом — один из немногих, что удалось каким-то чудом сохранить до сегодняшних дней.       Пока Олег дарил Разумовскому очередной горячий поцелуй в щеку, тот перелистнул страницу и тихо посмеялся.       — Олеж, — Сергей протянул Волкову альбом. — Смотри. Я и не думал, что эти фото будут именно в этом альбоме.       Волков взглянул на черно-белые фото, которые сделали воспитательницы. Какие же они здесь смешные! Вот ребята прижимаются лицами к стеклу автобуса и корчат странные рожицы, попутно слюнявя это же стекло, вот они смеются в салоне, а здесь…       — Ой, я помню этот день! — радостно произнес Волков и придвинулся ближе. — Мы же тогда небольшой группой выехали к заливу на прогулку. Там еще пес гулял.       — Да, а потом ты хотел незаметно пронести его в машину, — посмеялся Сергей.       — Но у меня же тогда почти получилось.       — Это не считается.       Олег фыркнул и стал рассматривать фото дальше. Вот Сережа лежит на траве и смеется. Олег вспомнил, что за несколько секунд до этого он повалил Разумовского на землю и стал щекотать. То ли Сережка смеялся, то ли кричал, то ли молил о пощаде — этого Волков до сих пор не понял, однако фото последствий осталось. И на душе стало намного теплее, чем от огня камина. Медовая сладость растекалась по душе, перед глазами прыгали блики Финского залива, а в ушах звенел смех ребят. Волков даже задумался: а где сейчас остальные? Что они делают? Что с ними стало?       Сергей перелистнул страницу. На новом фото Разумовский сидел на траве и жевал стебелек в то время, пока другие ребята играли в «камень-ножницы-бумага». Даже будучи на заднем плане, фокус фото сместился именно на Сережу. Такой маленький, уставший за целый день бега и хохота, немного потрепанный. Олег вспомнил, как во время возвращения назад, в приют, он вычищал волосы сережки прямо в салоне. Травинку за травинкой. Их руки, куртки и колени были в песке и траве, отстирать и отмыть удалось с трудом. Даже так их лица еще долго носили отпечаток той небольшой свободы, которую им подарили воспитатели.       С чем эта поездка была связана — никто уже не помнил. Но ощущения, чувства, запахи и голоса до сих пор отзывались в сердцах Олега и Сергея. Эти беззаботные деньки, этот ветер в ушах, холод воды и уверенность в том, что детство будет длиться вечно.