Пиндер

Кафе?! Ох, он серьезно предложил этот вариант. Хосок мечется по квартире, подбирая одежду. А ведь думал так просто будет, пригласит к себе, а там шустренько выпьют да займутся делом. Неловко это дело оттягивать. "А в койку прыгать сразу не неловко?" — набатом поет тоненький голос Чимина в голове. Хосок вроде краснеет, а вроде взрослый пацан, че краснеть и нюни разводить, тип-топ хип-хоп, нужное получили и разбежались. А сейчас это что? Свидание получается?! А ведь альфа ему приглянулся, внешне симпатичный и на общении милый, как-то даже отвечал искренне галантно, без пафосных "хош писку покажу". Кто ж знал что до конца джентльмен?! Ох, ну этот пиджак не подойдет, а эта рубашка как-будто слишком офисная. Узкие джинсы не будет ли слишком? Единственные в гардеробе такие, смущающие, но с другой стороны, а зачем он в пиндере то регистрировался? А еще улыбка у этого альфы красивая и даже нос картошечкой привлекателен. Бля, этот чокер вообще тут не к селу будет. Выкинуть. Вещи летят как брызги воды от толстушки в бассейне, ворох шмоток как цунами, но вроде находит приемлемый вариант: джинсы да, узкие, но свободная легкая футболка все же прикрывает сочные ягодицы, но в замен кокетливо открывает ключицы. А в принципе чем Хосок думал в том плане, что если бы сразу домой парня звать, то это ж все равно не голым ему дверь открывать. Хотя можно... тонкий атласный халатик поверх еще влажного тела, а там и поцелуи возле порога... Брр! О чем он в конце концов думает, он ведь не такой! Хотя когда на каждого мимоприходящего засматривался, он уже засомневался, но все же. Ох уж эта давно никем не приласканная омежья сущность! Он чуть-чуть скулит от бессилия собственных желаний, норм морали, а еще сомнения в выбранной одежде. Его внутренняя модница, кажется, умерла этим утром. В итоге времени остается совсем мало, он естественным движением вихрит волосы придавая объема волнующейся голове и успевает губки подкрасить тинтом. Да черт с ним! Если не чокер, то вот эта небольшая подвеска с замочком идеально дополнит образ. Стоп. А не подумает ли Чонгук, что замок значит будто он неприступный? Вроде говорят у альф с намеками туго, но вдруг этот особенным оказался. С приглашением в гости то как-то не вышло. Больше всего рискует тот, кто никогда не рискует! Чертов замочек всегда служил ему счастливой подвеской и тут тоже не подведёт. Но на всякий случай ещё подчеркивает точеные ключицы серебряным сердечком. Слащавенько да, но он же омега в конце концов?! И сумочку еще маленькую с глупыми висюльками. Заходит в кафе, будто ему все равно, внутри весь бурлящий. И конечно он теряет весь свой эротичный настрой, потому что, ну, блять, как бы мягко сказать, неловко? И вообще затея вся эта бредовая, как ему в голову то такое пришло, то же будто спорить, что выйдешь замуж за первого вошедшего, а им оказался осел из шрека. Чонгук, все же, на ишака совсем не похож, напротив: выглядит очень даже непозволительно комфортно. А потом Чон видит эти шикарные бёдра сквозь тонкую ткань, и да, это же встратый хосоков фетиш, тренированные сука ноги. Может это все-таки и не такая уж бредовая затея. Альфа обходительный очень. Встаёт из-за столика, протягивает руку. — Чонгук, — произносит имя вместо приветствия и застенчиво улыбается. — Рад познакомится. «Конечно ты рад. Не многие предлагают вот так открыто потрахаться» — скептично отмечает Хосок и мысленно стонет. Вообще-то многие. И живут спокойно не ебя мозг ни себе ни людям, это Хосок привык иметь нетипичную близость с чьим-нибудь мозгом. Но свои тараканы все равно роднее, интим регулярно и вне расписания. Настолько близки стали, что в любом месте и без подготовки. — Хосок, — он чувствует прикосновение чужой ладони и внимательный взгляд на собственных поплывших в улыбке губах. Они у него чуть вымученные, неловкие, а чужие пальцы обжигают руку и вызывают лёгкую волну дрожи. Настолько горячие. Все таки бредовая затея, он понимает что разволновался, когда альфа неосознанно ведёт носом: ощущает переизбыток феромонов. «Так, Хосок. Не для того ты свою жопу готовил чтобы краснеть как подросток, даже если перед тобой красивый альфа». Хотя конечно же он сам относительно красивого выбирал, пусть тот и младше, но какая разница с кем ночку откувыркаешься? Он расправляет плечи, садится за стол неторопливо, изысканным шармом так и прет, не зря в детстве тиранию розового пианино пережил. А альфа и бровью не ведёт, сидит такой простой, чуть улыбается, разглядывает. И блять, это так неловко, о чем говорить без понятия, он в принципе не языком трепаться пришёл. Он бы хотел распробовать на себе кинк на грязные словечки, но это не то что нужно делать на первой встрече за обеденным столом и в общественном месте. И пока Хосок вдупляет в ситуацию Чонгук предлагает меню, говоря о самых вкусных блюдах в кафешке и плавно перетекает в тему любимых фильмов и мультиков. Хосок краем уха для себя отмечает, что тоже аниме любит, даже отвечает что-то, а сам залипает на фактурные линии вен на сильных руках. Как же они могут крепко сжимать… И грудь у него достаточно широкая, чтобы в ней утонуть и потеряться. А ещё пахнет так сладко мускусно, таким естественным мужским запахом с карамельной отдушкой, такой и впитать в себя не жалко. И вдобавок ко всему этот широкий взгляд, что кажется совсем детским, вот только все остальное в альфе эту невинность перекрывает. — А? — Хосок чувствует себя потерянным, упустив большую половину сказанного. — Ты в порядке? Ох, он кажется ещё заботливый и внимательный. Хосок чуть-чуть поплыл и часто закивал, утопая в чужой улыбке. Чужие губы кажутся такими мягкими. У него по коже мурашки побежали (как сказал бы дедуля: армия дружков встала) от мыслей как нежно эти губы могут касаться его кожи, покусывать, ласкать потаенные участки шеи (чуть больше бы телесного контакта и у Хосока не только дружки встали). — Могу я называть тебя хен? Да хоть котиком, зайчиком, малышом или деткой! Хосок вообще не понимает, что с ним происходит, видимо сказываются годы воздержания, но его мозг плавится от возбуждения! Его впервые так накрывает. Как там Чимин учил заигрывать? Освобождаешь ножку из кроссовочного захвата и дразняще ведёшь по чужому голеностопу повыше к бёдрам. Его бы точно возбудило. Вариант беспроигрышный. Нужно брать горячим пока сам ещё не струсил. Хосок плавно касается чужой голени. Реакции ноль, ожидает большего? М. — Хен, а кто тебе больше нравится, котики или собачки? Царапанные плечи или доги стайл? Хм… — Мне и так, и так нравится, — по правде говоря он так и не выяснил, какая поза ему нравится больше, но сейчас он настроен на эксперименты. — Ох, а я больше собак люблю, — значит мальчику нравится брать сзади. — Когда-нибудь заведу себе добермана. Добе.. что? Хосок слишком резко поднимает ногу к внутренней части бедра, альфа дёргается от неожиданности, неаккуратно выплескивая содержимое стакана. В ненавязчивом музыкальном сопровождении кафе кажется напевают птички, слышен шум разговоров и лязгание столовых приборов. Проходящий мимо официант, колышет воздухом увлажнённую кожу лица Хосока. Да восславится яойный бог. Это просто вода. А ещё прилипшая к торсу мокрая футболка. А ещё ужасно покрасневшие альфьи щеки. А ещё альфьи суматошные движения по влажным щекам, шее и ключицам. Это блять слишком. Ебучие эмоциональные качели. Сначала бодрое освежение, потом стыд, а после вновь всратое возбуждение от чужих касаний. Чонгук часто извиняется и ещё бормочет что-то. Омега это прекращает. — Пойдём прогуляемся. И это блять лучшее решение. Вы не думайте, что Хосок много матерится. Он просто взволнован. Но да, прогулка явно успокаивает мысли. По крайней мере привлекательный объект находится только рядом и при ходьбе лишь едва касается ладонью. И оказывается, им много о чем есть поговорить, не залипая на чужом теле. Хосок отчетливо чувствует что нравится. Пока не знает чем, может быть фигурой или запахом, но ответный взгляд на себе ощущает, а ещё эти касания, касания, касания. И внимательность к своей персоне, и руки на талии, и этот момент когда он защищает тебя от проезжающего рядом велосипеда. Прям как в дораме. Внутренняя омега ликует. Ему нравится, нравится, нравится. Это приятно. Так сука и влюбиться можно. Но не нужно. Время пролетает быстро. Они стоят напротив квартиры Хосока. Томный взмах пышных ресниц, глазки опущены в пол, на румяных щеках заиграли ямочки. В подъезде стоит интимная тишина, дверь пригласительно открыта и лишь тонкие вопли раздосадованной бабули на собаку в соседней квартире слегка разряжает воздух между ними. — Не хочешь зайти на чай или… может рамен? Его кокетка проснулась, были бы волосы подлиннее, можно б и на палец намотать. Альфа стоит напротив, вдыхает глубоко, сильная грудь заметно вздымается. Ох, внутри все трепещет. Сейчас Хосок, сейчас или никогда, ты хочешь этого парня, он хочет тебя, самое время заглушить старушечьи крики. Он движется ближе, буквально чувствует чужое дыхание, мускусный аромат дурманит голову. Чонгук касается нежной щеки, заправляя выбившуюся прядь за ушко. Хосок плавится, чувствует чужой взгляд, что обжигает кожу, скользит по изящным ключицам и останавливается на омежьем лице. — Спасибо, что заботишься, хен, — боже, он такой милый, вызывает робкую улыбку, что идёт так вразрез всем внутренним желаниям. — Но я сыт. Помните этот мем из тик-тока? И как я докатился до жизни такой? И треск отмотавшейся назад пленки. В голове сейчас также. Хосок роняет челюсть, руки, самообладание и самооценку. Альфа прощается, лопоча что-то о приятной встрече и сука блять нахер уходит. Ручку ещё пожал, пидор. В голове кадрами пролистываются воспоминания за вечер в поисках того, что могло пойти не так: вот он выбирает одежду, его губки увлажнены и вообще выглядит секси, в кафе все миленько, да, проеб был с ножкой, но как Чонгук ему смущённо улыбался, извиняясь это отдельный вид для залипательных моментов, а эти полуобнимашки в парке? Разговоры о самых вкусных сосисках города. Удивительно, но Хосок сразу понял, что разговор о хотдожечьих сосисонах. И вот сейчас. Что он сделал не так? Может выглядит ущербно или альфа предпочитает лав-отели? Что блять не так? Он чувствует себя кинутым и совсем непривлекательным. Может он уже слишком старый для милашки альфы? И единственное объяснение за которое он цепляется чтобы не обидеть своё эго это замочек. Маленький, когда-то счастливый кулончик на шее.