Небольшое недоразумение, или Язык без костей

      Сойе втолкнула Джисона в квартиру и захлопнула за ним дверь с напутствием «Собери яйца в кулак и будь уже мужиком». Чон Сойе — необычная девушка, да.       — Сойе, сестрёнка, где ты была так долго? — голос Минхо донесся из гостиной. — Сойе?       Джисон разулся и неслышно прошел по коридору до входа в гостиную. На пороге он замер, цепляясь взглядом за фигуру Минхо, что сидел в углу дивана с ногами, закутанный в тот самый плед, которым неделю назад укрывал засыпающего Джисона.       — Сойе, ты чего молчишь? — Минхо обернулся и его лицо приобрело нечитаемое выражение. — Что ты тут забыл?       — Минхо, я…       — Я для тебя хён, вообще-то, — Минхо нахмурился и отвернулся, снова вперяя взгляд в черный прямоугольник выключенного телевизора. — Выметайся, тебе тут не рады.       — Х-хён, я думаю, нам нужно поговорить, — Джисон предпринял еще одну попытку.       — О чем? Не произошло ничего такого, о чем нам нужно было бы говорить, — старший был непоколебим.       Джисон провел рукой по лицу. Разговор не клеился, и в этом некого было обвинить, кроме самого себя. Он прошел к дивану, усаживаясь на корточки перед Минхо, который отвернулся в сторону, чтобы не встречаться с ним взглядом.       — Я — трус. Да. Но ты ведь тоже знаешь, где я живу, — а чего, только Минхо обижаться можно?       — Это ты! Ты бросался пошлыми шутками! Ты сказал «хочу тебя»! Ты поцеловал меня! Ты чуть до оргазма своими поцелуями не довел! И именно ты прятался неделю, воровато оглядываясь и бегая мимо моей двери, будто я какой-то монстр, — повернувшись к Джисону лицом, Минхо начал почти с крика, но постепенно сник и последнее предложение прошептал на грани слышимости. В его глазах стояли слезы, когда он продолжил, потому он прикрыл лицо руками. — Поэтому ты должен был прийти первым. Но, очевидно, ты был пьян, а протрезвев, решил, что все было ошибкой и нужно делать вид, будто ничего не было.       Во время пламенной отповеди от Минхо Джисону стало совестно за попытки избегать соседа и за то, что они были замечены, но вот последняя фраза его возмутила.       — Эй! Я не считаю это ошибкой, иначе не был бы сейчас здесь, — потянувшись вперед, он обхватил запястья Минхо, отрывая ладони от лица, чтобы иметь возможность заглянуть в его глаза. — Хён, извини. Мне было стыдно. Просто стыдно, потому что я ввалился к тебе пьяным, поцеловал без разрешения, уснул у тебя на диване. Утром я ничего не помнил, а вспомнив, наконец, испугался, что ты меня возненавидишь.       — Так и было. Я тебя ненавижу, — Минхо, старательно отводя глаза в сторону, шмыгнул носом.       — Неправда, я говорил с Сойе, которую я, кстати, считал твоей девушкой, что делало мое поведение тем вечером еще более ужасным в моих глазах. Она меня чуть не поколотила. Она ужасна в гневе, ты знаешь?       — Конечно, она же моя кузина. Так вот как ты попал в квартиру и куда делась эта несносная женщина, — Минхо улыбнулся, но потом его лицо вытянулось, когда до него дошел смысл сказанного Джисоном. — Ты считал, что мы с Сойе встречаемся?        — Ага. Только представь, каким отвратительным я себя считал, думая, что совратил натурала, у которого есть девушка, — Джисон, покаянно склонив голову, подполз ближе, укладывая подбородок на колени Минхо и преданно заглядывая ему в глаза. — Так ты простишь меня?       — Ты — придурок, ты знаешь? — несмотря на его слова и обиженно нахмуренные брови, в глазах Минхо расцветали галактики, когда он смотрел на Джисона.       Джисон поднялся на ноги, сел рядом с Минхо на диван и вместе с пледом притянул его на свои колени, укачивая как ребенка.       — Ты мне, кажется, нравишься.       — Кажется? Когда «кажется» креститься, говорят, надо, — Минхо проворчал, утыкаясь Джисону в шею и обхватывая его руками, как коала.