Лианна и сын

      Время шло, Кайло взрослел. Лианна заметила, что он улетает куда-то и возвращается счастливый и довольный, она подозревала что у него появился возлюбленный, но ни о чем не спрашивала. Несмотря на свое неудачное замужество и, как следствие, проблемы в сексе, нашелся человек способный заставить забыть Рена боль и страх.       Когда Кайло осознал, что можно быть свободным, он стал бесшабашным! Его манера вождения шаттла иногда пугала даже миледи, хотя она была не самым спокойным пилотом. Его поступки смелые до безумия иногда нравились ей, иногда пугали. Она осторожно пыталась донести до Кайло, что есть понятие отваги, а есть просто беспечное бахвальство… и надо четко понимать, когда стоит рисковать, а когда нет. Миледи не держала Рена около «своей юбки» понимая, что он должен вырасти сильным, самостоятельным мужчиной, но все же «спуску не давала» и Рен знал, что она может наказать. Лианна отчитывала его, иногда в наказание запирала на корабле, но порола только один раз. Когда его связанного притащил на корабль огромный забрак, Рен влез в храм на планете и пытался выкрасть артефакт, древнюю реликвию цивилизации забраков. За подобное любого из коренного населения казнили бы на месте, но Рену повезло, Сорб главарь клана, знал кто такой этот молодой отчаянный парень, знал, что он сын Лианны Моррель. Она слишком сильна и могущественна и казнить ее сына никто не посмел. Поэтому Рена связали и доставили на корабль, где и передали в руки, разъяренной миледи. Вот тогда Кайло и вспомнил, что такое порка… он уже порядком подзабыл как это больно и унизительно. Лианна сковала его Силой, разложила на столе, сняла штаны с трусами и отпорола… выпорола своего 23-летнего сына как мальчишку, которого он ей тут же и напомнил. Он стоял в углу, по щекам текли слезы, Рен иногда поворачивал зареванное лицо и смотрел на миледи, вытирая сопли ладонью, но ничего говорить не пытался, слишком боялся продолжения. Лианна разрешила одеться, выйти из угла и лечь на кровать, потом отчитала его, не стесняясь в выражениях, а в конце добавила, что при повторении подобного безумства выдерет его снова, будет пороть долго, безжалостно и это будет повторяться до тех пор, пока Рен не научиться разумно оценивать необходимость своих действий. Рисковать своей жизнью, просто по собственной прихоти, она ему не позволит.       Лианна прилетела на планету Кийас, окруженную поясом астероидов и поэтому малонаселенную, не всякий пилот без знающего штурмана рискнул бы опуститься на нее. А вот Рен рискнул, его небольшой корабль столкнулся с большим астероидом и почти рухнул на планету. Ее нашла местная полиция, когда выяснила, кто является матерью, пилота. Самого Кайло отвезли в клинику, где врачи несколько часов боролись за его жизнь. Зная бесшабашный нрав своего сына, миледи надела на него браслет, считав который врачи и полиция определили кто он, и кого необходимо вызывать в подобных ситуациях.       В коридоре клиники офицер полиции объяснял ей произошедшее, он говорил спокойно, боясь что эта красивая женщина начнет биться в истерике, не каждая мать может спокойно слушать, как ее сын, метался между астероидов и как не справившись с управлением врезался в один из них. Но эта женщина слушала спокойно, по крайней мере, не кричала, не плакала, офицер быстро закончил свою речь и откланялся.       Теперь перед миледи стоял врач, вот он видел, как дрогнули губы Лианны, как сбилось ее дыхание, но она держала себя в руках, и он продолжал говорить. Из его долгой и пространной речи миледи поняла, что пока Кайло жив, врач нарочно выделил это слово — ПОКА, давая понять, что все может измениться в худшую сторону и она потеряет сына. Хотя все же сказал, что Кайло сильный, здоровый, молодой мужчина, его организм может восстановиться, шанс невелик, но он есть. Лианна с надежной посмотрела на доктора и кивнула. Затем осторожно рассказал про свою Силу и спросила может ли она чем-то помочь, врач пожал плечами, по его лицу пробежала тень сомнения, но он ответил: попробуйте… за этими словами Лианна прочла его мысли — хуже не будет… куда уж хуже! С первых же секунд использования Лианной Силы, доктор понял, что хуже быть может… у Кайло неожиданно повысилось давление, участился пульс, и едва не остановилось сердце. Испуганная Лианна тут же остановилась, врачам с трудом удалось стабилизировать пациента, а миледи пообещала больше никогда не применять Силу. Она просто сидела рядом с Кайло, держала его за руку, осторожно гладила по волосам и говорила, говорила… она звала своего мальчика, не желая отпускать, уговаривала его бороться, не уходить от нее … и Армитажа. Кайло так и не познакомил ее со своим другом, но имя назвал и рассказал, что Армитаж Хакс, генерал первого Ордена, на ее вопрос о возрасте генерала, Кайло улыбнувшись ответил — 28 лет, и продолжил — это самый молодой генерал Первого Ордена.       Лианна сидела рядом с кроватью, смотрела на бледного до синевы Рена и шептала:       — Кайло, мальчик мой… не уходи… я люблю тебя… не уходи, маленький… не оставляй меня, как я буду жить без тебя… — она уже плакала.       Лианна с трудом смогла вспомнить, когда плакала в последний раз. Очень давно, над безжизненным телом Рихарда, только тогда она позволила себе кричать и плакать. Прошло много лет, за все эти годы ничто не вызвало ее слез, а вот теперь она снова плакала, тихо и обреченно, сидя рядом с умирающим сыном. Через пару дней врачи уже увеличивали его шансы на выживание, но не более.       Однажды, в коридоре клиники Лианна увидела высокого офицера, говорившего с доктором, подойдя ближе она поняла, что они говорят о Рене и догадалась, кто перед ней — Армитаж Хакс. Кайло хотел познакомить их, они уже почти год находились в отношениях, но с ней виделись только мельком. «Вот сейчас и познакомимся поближе» подумалось миледи.       Теперь около постели Рена, сменяя друг друга, сидели Лианна и Хакс, общая боль неожиданно быстро сблизила их. Они постоянно были вместе, разговаривали, узнавая друг друга, генерал взял отпуск и мог спокойно посвятить себя любимому человеку. Лианна постоянно говорила с Реном, а когда ее накрывало отчаяние — плакала:       — Рен, маленький, солнышко… очнись, пожалуйста, очнись, хороший мой… только очнись… мне больше ничего не надо, только открой глазки… пожалуйста… я отвезу тебя на Олбинет… и выпорю… выдеру тебя… чтобы даже мыслей не было так рисковать собой.       Армитаж, который слушал ее монолог, после этих слов, удивленно распахнул глаза, потом усмехнулся, после такого он бы точно не захотел открывать глазки, хотя ему самому несколько раз хотелось сделать нечто подобное после диких выходок Кайло, но он слишком любил свое кареглазое чудовище!       Прошло еще пару дней, Кайло все так же не приходил в себя, и врачи уже не давали никаких прогнозов, все просто ждали, надеясь, что молодой сильный организм победит. Лианна и Хакс тоже ждали… хотя их силы были на исходе.       Однажды не найдя Армитажа в палате, миледи пошла искать его, он не уходил от Рена, а значит где-то здесь. Она нашла его стоящим около окна, его плечи едва заметно вздрагивали, Лианна поняла, что он сдерживает рыдания. Миледи подошла и молча погладила его по плечам, на нее взглянули зеленые, испуганные глаза, но генерал молчал, миледи заговорила первой:       — Все будет хорошо, Арми, надо подождать… и потерпеть. Он кивнул, она провела по его рыжим волосам, успокаивая и вдруг сказала:       — Не сдерживай себя. Поплачь… легче будет. Его голос только чуть дрогнул, когда он произносил:       — Я… не могу плакать… я боевой офицер.       Всего лишь через несколько минут, этот боевой офицер, заливался слезами уткнувшись в плечо Лианны, а она гладила его по волосам, плечам, целовала в волосы, пытаясь успокоить.       — Арми, он очнется, он сильный, потерпи… он очнется, и я так накажу его, что он больше никогда не сделает ничего подобного.

***

      Рен проснулся, вчера доктор наконец-то выписал его, и они все вместе, приехали на виллу Санта — Олле, принадлежащую миледи. Он открыл глаза и увидел сидевших на диване Хакса и Лианну. Они мирно беседовали и ждали, когда их кареглазое чудовище откроет глаза. Заметив, что он проснулся Армитаж встал, он стоял около кровати, как всегда, заложив руки за спину, потом вдруг спросил:       — Чем ты сбираешься пороть его, Лианна? Кайло вздрогнул… Чуть помолчав, миледи уверенно ответила:       — Розгами.       Глаза Кайло увеличились от страха, он с надеждой смотрел на Хакса и ждал его реакции. Он был почти уверен, что любящий его генерал воспротивиться этому, но… Армитаж вдруг произнес:       — Я принесу, — и вышел. Надежды уже не было никакой, и Рен только тихонько попросил:       — Лани, можно не розгой… пожалуйста.       Его пороли розгами только один раз, но запомнилось это Кайло навсегда. Он все еще надеялся, что наказания не будет, ну или хотя бы не будет такого наказания, но видя их решительные, спокойные лица окончательно понял, что порки не избежать, обреченно вздохнул и зажмурился. Рен не видел как вдруг изменилось лицо Армитажа, когда он увидел розгу в руке Лианны и испуганно закрывшего глаза Рена, его взгляд заметался, он переводил его с Кайло на Лианну и не знал что сказать… он понимал, что эта глупая выходка Рена могла стоить ему жизни и такое наказание Кайло заслужил, но он любил свое кареглазое чудо… и теперь испугался. Ему хотелось обнять его, прижать к себе это испуганное любимое создание, успокоить, закрыть от всего мира и от… Лианны, но генерал посмотрел в глаза миледи, кивнул и вышел, видеть как будут пороть его любимого, пусть и виноватого, человека, он не мог.       Кайло, зажмурившись лежал на кровати и в страхе ждал, что прикажет Лианна. О её желании выдрать его за эту глупость, он знал, она еще в клинике сказала ему, что жестоко выпорет, когда его выпишут. Тогда он с надеждой взглянул на Хакса, но тот молча кивнул, давая понять, что поддерживает решение миледи. Генерал не раз и не два говорил ему, что когда-нибудь отлупит за его выходки, но никогда не делал. Стоило ему только взглянуть на голые упругие ягодицы Рена и Армитажа охватывало совсем другое желание. И Кайло беззастенчиво пользовался этим. А вот сейчас, Лианна выполнит свою угрозу, а генерал не помешает ей, так что надежды нет и Рен ждал наказания. Когда раздался тихий спокойный голос миледи, Кайло сжался под одеялом, почему нельзя исчезнуть, провалиться куда-нибудь, пусть даже в преисподнюю, только бы не оставаться здесь.       — Рен, убери одеяло и ложись на живот.       Кайло вздохнул, покорно откинул одеяло, повернулся на живот и обхватив руками подушку уткнулся в нее. Он знал какая боль сейчас пронзит его тело и приготовился плакать и возможно даже кричать. Миледи Силой сняла с него пижамные штаны, белья под ними не было и взору Лианны предстали белые, сжавшиеся ягодицы. Немного помедлив миледи ударила по ним. Кайло вздрагивал каждый раз, когда гибкая розга опускалась на его попку, потом начал всхлипывать, а потом уже рыдать, заходясь криком и слезами. Лианна, действительно порола его долго и безжалостно, она наказывала его за свои слезы и слезы Армитажа, за их страх и боль, за глупый и совершенно не нужный риск Рена, давая ему прочувствовать всю тяжесть проступка и боль наказания, чтобы больше никогда не совершать ничего подобного. Кайло бился на кровати и кричал, моля о прощении:       — Лааании… я боль-ше не бу-дуу… никог-да… не бууу-дууу… простиии… Армии… прости-те ме-няяя… не на-до… хвааа-тиит… — но миледи была неумолима, она продолжала хлестать его, несмотря на его отчаянный крик и мольбы.       Армитаж слышал истошные крики Кайло, он стоял около чуть приоткрытой двери и видел, как розга опускается на красные вспухшие ягодицы, как Рен извивается на кровати, как плачет и молит о прощении. Хакс вздрагивал каждый раз, когда розга в руке Лианны опускалась на, так любимую им, попку Рена, которая стала уже бордовой, а когда показались первые капельки крови из рассеченной кожи, генерал не выдержал. Он тихо вошел и встал около, разъяренной миледи, а когда она посмотрела на него, одними губами прошептал:       — Хватит… пожалуйста… хватит, — и уже громче повторил — пожалуйста…       Лианна кивнула, ударила Рена ещё пару раз и отбросила розгу. Она жестом остановила Армитажа, который уже собрался броситься к плачущему Кайло и сказала:       — В следующий раз, Рен, когда тебя посетит очередная гениальная идея, вспомни эту минуту… надеюсь, урок усвоен?       Кайло захлебывался слезами, говорить он уже не мог, но в ответ на ее слова, закивал. Лианна удовлетворенно произнесла:       — Хорошо. — и вышла, оставив Хакса, успокаивать свое любимое кареглазое чудо, что, уже испуганный диким плачем Кайло, Хакс незамедлительно и сделал. Он погладил его по черным волосам, плечам, потом чуть обнял и заговорил куда-то в волосы:       — Потерпи, Кайло, потерпи… все, порка закончилась. Скоро будет не так больно, потерпи… Лани не разрешит лечить тебя… наказание есть наказание, но потерпи… я постараюсь уговорить её, она любит тебя, а значит рано или поздно позволит нанести бакту.       Рен почти лежал на груди своего генерала и пачкал его безупречный китель слезами, соплями, сжимал его в кулаках, судорожно цепляясь за Армитажа, и с трудом выговорил:       — Лю-бит… лю-бит… она вон… как… боль-но… выдра-ла ме-ня… Хакс гладил его по голове и объяснил:       — Она… мы… очень испугались. Мы думали, что потеряем тебя… навсегда. Поэтому и такое жестокое наказание. Ложись на бочок, вот так… а я посижу с тобой. Хочешь?       Кайло не переставая плакать закивал. Он не успокоился даже когда выпил почти целый стакан воды, принесенный Армитажем, все также всхлипывал, рвано дышал и ревел «в три ручья» на руках у генерала. Только где-то через час, плач стих и уставший, измученный болью и слезами Кайло, уснул, предусмотрительный Хакс добавил в воду успокоительное и снотворное.       Лианна стояла у окна и Армитаж с удивлением увидел, что миледи плачет, она, повернув голову объяснила:       — Думаешь, мне не жалко его? — она тихо всхлипнула и продолжила — я люблю его… и сейчас ему больно. Хакс чуть приобнял ее за плечи и прошептал:       — Он спит и сейчас ему не больно. По крайней мере… пока. А потом я нанесу бакту, и станет полегче. Голова Лианны лежала на его плече и Хакс услышал:       — Я обещала, что никто и никогда не сделает ему больно, а сама…       — Рен понимает, что ты права, а он — нет, и не обижается. Не плачь, не надо. Я тоже его люблю, но сейчас согласен с тобой.       — Его полжизни били, мать, отец… она немного помолчала, посмотрела в глаза Армитажа и тихо добавила — муж…       — Он еще и насиловал его — произнес генерал, уводя ее от окна к дивану.       — Ты знал об этом?       — Да, наша первая ночь закончилась его истерикой. Он бился в моих руках: плакал, кричал. Еле успокоил… Хакс горестно ухмыльнулся:       — Вместо ночи любви, которую мы так ждали, получилась ночь страданий и слез. Кайло рассказал о своем супружестве, о изнасиловании, о порке. Как Дэмерон мучил его полгода, а потом бросил. Рен плакал, я успокаивал, ни о каком сексе и речи быть не могло. Они сидели рядом на диване и молчали. Миледи тихо спросила:       — А сейчас, все нормально… в сексе? Армитаж улыбнулся и кивнул.       — Нормально… даже хорошо. Нам понадобилось почти полгода, но сейчас все хорошо.       — Полгода?       — Да… полгода мучений и страха. Не могу рассказать всего, но у него внутри несколько рубцов, заживших, конечно. После такого я искал Дэмерона, не знаю, что хотел сделать с ним… — генерал замолчал, потом резко продолжил — нет… знаю! Хотел убить его! Убить эту тварь, которая насиловала 16-летнего мальчишку день за днем! Он насиловал моего Кайло! Очень хотелось увидеть его глаза, когда я спущу курок бластера… но я его не нашел. Я воспользовался служебным положением и искал его, искал долго… но эта тварь как в воду канула.       Лицо Армитажа исказила гримаса гнева, зеленые глаза стали злыми и темными, он тяжело дышал, его трясло от нахлынувших воспоминаний, он даже не сразу заметил какая победная улыбка застыла на лице миледи, а когда увидел — замер, его брови удивленно взметнулись.       — ТЫ нашла его? Лианна? Миледи кивнула.       — Нашла, Рен не просто рассказал мне, что делал По, Кайло пришлось пару месяцев пролежать в клинике. Как только я забрала его от матери так Рен сразу же оказался в больнице. Им занимались хирурги — проктологи, отсюда и рубцы… а я два месяца видела его страх, слезы, мучения… он плакал, хватал меня за руки и шептал: мне страшно, Лани, больно, забери меня отсюда… когда входил врач, карие глазки Кайло мгновенно наполнялись слезами, он плакал просто от присутствия человека в белом халате, даже если его не трогали. Со временем стало полегче, боль ушла и страх тоже. Я рада, что нашелся человек, способный любить Рена, способный пройти с ним через все это. Прошло много лет, Кайло давно не 16, но врачей он боится до сих пор, до истерики.       — А Дэмерон? Где он, Лани? Что ты с ним сделала? — Армитажа очень интересовал именно этот вопрос, и он ждал ответа.