You are my savior

Баки смеётся тихим злым каркающим смехом и обречённо скулит. Хватается за бокал коньяка, выпивает залпом. В голове туманится. Это недолго, всегда недолго, минут десять — и перед глазами снова появится Зимний Солдат, вновь кого-то убивающий, пытающий, перемазанный в крови, сверлящий дыру ледяным безразличным взглядом. Баки воет, зарывается до боли в отросший ёжик волос, смотрит с неневистью на железную руку и с чертыханием тянется её снять. Больше никогда не увидеть. Выкинуть куда-то на свалку, продать как дешёвый товар, только бы никогда о ней не вспоминать. Кисть почти опускается на предплечье, собирается нажать на определённые пазы, как её останавливают. Мягко, бережно перехватывают, стараясь не причинить боли, проводят подушечками пальцев по металлу, стирают злые слёзы на щеках. -Зачем ты это делаешь, Джеймс? Вопрос вводит в лёгкий ступор. Злой шёпот: -Так надо. Она — оружие. Как и я. Я хочу её уничтожить! -Почему? Чем это поможет тебе? -спокойный, уверенный голос. Он не дрожит, не подлетает вверх испуганно, не садится до сковывающего тело страха. Волна неконтролируемой злости: -А почему нет?! Почему?! Ударяет кулаком по полу, на котором, согнувшись, сидит и тихо воет. -Почему я хотя бы раз в жизни не могу хоть что-то сделать по-своему?! Чужие пальцы мягко зарываются в волосы, мажут по виску, проводят успокаивающе по щеке. Лёгкий поцелуй в лоб. -Ты больше не солдат, Джеймс. Ты волен делать всё, что посчитаешь нужным. Но что ты будешь делать потом? Рука исчезнет, кошмары останутся. Почему бы не попробовать сделать наоборот? Перебороть именно злые сны? -А как?! Это же невозможно! Я.. Баки вздрагивает, прячет лицо в ладонях, из глаз льются слёзы. Приглушённый шёпот: -Не смогу. Не получится. Ничего не получится! -Почему ты так думаешь? Я с тобой, Джеймс. Баки. Ты не один, слышишь меня? Голос смягчяется, шепчет нежно: -Я рядом. Я не уйду. Я помогу тебе справиться со всем этим. Баки прислоняется лбом к чужому плечу, он всё ещё дрожит, но уже постепенно успокаивается, приходит в себя. Пытается вложить в слова всю ту гамму эмоций, что он чувствует сейчас: -Спасибо, Хель. -Извини, что разбудил. -Земо отмахивается, всем видом говорит «ничего страшного». Баки изворачивается, и обнимает его, прячет лицо у Гельмута в ключицах, цепляется за одежду, держит в руках как сокровище. -Пойдём на улицу? Гельмут качает головой, на его лице лёгкий упрёк. -Сейчас почти четыре утра, Джеймс. Снаружи прохладно. Баки кивает: -Знаю. Так ты со мной? Барон цыкает. -Ну разумеется.