Bésame...

      С того случая прошёл целый месяц. За это время девушки ни разу не заговорили друг с другом. Об извинениях и речи быть не могло. Каждая считала свой поступок правильным и справедливым. Кидая каждый день злые, обидчивые взгляды друг на друга, каждая ждала первого шага, но самой сделать его никто не хотел. Всяческие попытки со стороны подруг подтолкнуть к этому, заканчивались слезами, причём обеих девушек. "Сделать первый шаг и извиниться - это слабость! А я не слабая!" - говорила Лебедева. "Не я первая на неё налетела с кулаками! Пусть сама извиняется!" - говорила Штрэфонд. Замкнутый круг. Как его разомкнуть? Задача не из лёгких. - Маш, ты невыносима! Признай свою вину! Ты не белая и пушистая! Лететь с кулаками было отвратительным решением! Прими этот факт! - уже невыдерживая, кричала Аня. - Я понимаю! Я всё прекрасно понимаю! Но ты поставь себя на моё место! Разве ты поступила бы по-другому? Молчание. - Вот видишь! Хватит меня осуждать уже! Ладно эти Близняшки, шестёрки ебаные...вы то куда? Почему я должна каждый день от вас слышать, какая я хуёвая? - чуть ли не в истерике кричала Маша, обливаясь слезами. Больно смотреть. Больно слышать её плачь. Девушки не могли так всё оставить. Им удавалось успокоить подругу, но ненадолго. За этот месяц это была не единственная истерика. И это пугало.       Крис тоже не сидела спокойно. Так же было больно. Так же проливалось огромное количество слёз, которые любезно утирались Близняшками. - Зайчик, ну перестань. Всё хорошо... - обнимала подругу Лариса. - Я просто не понимаю, что со мной. Я слишком разочарована...то ли в ней...то ли в себе... - Малыш, ну вот оно тебе надо разве? Неужели тебе хочется каждый раз быть в таком состоянии из-за неё? Разве она достойна твоих слёз? - вытирала очередной поток слёз Оля. - Ты всё ещё хочешь быть с ней? - Да...Нет...Не знаю... - Тебе нужно решить это. Если она нужна тебе, тогда перестань ждать и сделай этот первый шаг сама. Это не слабость, а здравый рассудок. Всё таки твоя вина в произошедшем тоже есть. А мы, если что, всегда рядом. - улыбнулись сёстры, обнимая подругу. - Спасибо вам...я люблю вас...

***

      Несмотря на подобные частые разговоры с подругами, девушки не были готовы сделать первый шаг. Яростные, обидчивые взгляды изрядно надоедали подругам. Никакие попытки не могли исправить этого. До сегодняшнего дня. На очередной перемене каждая стояла в своей компании, не переставая кидать друг на друга злые взгляды. В который раз Близняшки решили прервать это, закрывая собой Машу. - Крис, ты так и будешь стоять и пожирать её взглядом? - А что вы предлагаете? - Мы же каждый день обсуждаем это, зай. Иди уже...подойди к ней. Не съест же она тебя. Я уверена, она только и ждёт тебя. - И что я скажу ей? Если только сорваться и снова послать нахуй... - закатила глаза Штрэфонд. - Не сорвёшься. Давай давай, вперёд! - улыбнулись сёстры, подталкивая подругу. Ничего не оставалось, как направиться в сторону Лебедевой. Натянув улыбку, дабы не показать своего волнения, Штрэфонд подошла к подругам Маши, облокотившись на их плечи. - Я украду у вас подружку на пару слов... Недовольство Лебедевой сразу бросилось в глаза. - Пошла нахуй, Штрэфонд. Мне не интересно слушать очередные твои наезды. - всем своим видом показывая отвращение, произнесла шатенка. Штрэфонд. Как же приятно слышать это. Девушка очень не любила свою фамилию "Желточенко", поэтому с 11 лет ею была придумана новая. Никто не воспринимал это всерьёз, кроме Близняшек и Наточий. А теперь, оказывается, и Маша не может назвать её по-другому. "Штрэфонд..." - всё так же проносится в голове дредастой. Но нужно взять себя в руки и продолжить разговор. - Наезды? Может быть я извиниться хотела... - усмехнулась Крис, вызывая дикий смех у Лебедевой. - Ты? Извиниться? Ничего себе...я скорее поверю в то, что динозавры возродились, чем в это... - Не ёрничай! Я не каждый день извиняюсь. А если продолжишь смеяться, эта единоразовая акция для тебя так и не произойдет. - нахмурилась Штрэфонд, хватая шатенку за руку и отводя в сторону. Пару минут они стояли в гробовой тишине. Крис никак не могла подобрать нужных слов, разглядывая девушку с ног до головы. "Кто же создал тебя такую, Лебедева? Почему ты так прочно засела внутри? Зацепилась за сердце и не можешь отпустить меня? Почему?....Так, не о том думаешь, Крис." - звучало в голове, пока Маша смотрела в пол, нервно кусая губы. Казалось, девушка стояла так близко, что было невозможно дышать. Тишина напрягала, заставляя Лебедеву прокручивать различные мысли в своей голове. Именно поэтому она решила прервать эту тишину первой. - Мы так и будем просто стоять и молчать? - набравшись смелости заглянуть в глаза Штрэфонд, произнесла шатенка. - Мне...мне сложно извиняться, Маш... обычно извиняются передо мной... - нервно сглотнула Крис, но тут же натянула свою улыбку заигрывания, которая в данный момент была явно неуместной. - Подожди...ты правда хочешь извиниться сама, а не выбить эти извинения из меня? - удивилась Лебедева, получая кивок от той, что стояла напротив, облокотившись рукой на стену позади шатенки. Снова молчание. Снова тишина, начинающая раздражать обеих девушек. Нет, так оставлять это нельзя. Нужно взять себя в руки и начать разговор. - В общем, Маш...мне было очень обидно и неприятно, что ты накинулась на меня... - Всё таки решила обвинить меня? - перебила Лебедева. - Не перебивай пожалуйста! Так вот...но я понимаю, что была неправа...я не должна была оскорблять тебя...Извини... - последнее слово было сказать особенно трудно, но девушка справилась и теперь ожидала реакцию той. - Ты меня тоже извини...мне правда стоит научиться спокойствию. Я очень не хотела бить тебя. До сих пор не знаю, почему это произошло. Прости... - произнесла Лебедева, смотря на Штрэфонд с некой грустью в глазах. "Переживает. Точно говорит правду." - думает Крис. Улыбка тут же появляется на лице девушки. - Значит мир? - улыбается Маша, протягивая мизинец. Так по-детски, но так искренне. - Значит мир. - соглашается дредастая, протигивая мизинец в ответ, а после, притянув к себе за талию, заключает девушку в объятиях. Такие неожиданные, но такие приятные объятия сводят Лебедеву с ума. Уткнувшись дредастой в шею, девушка ощутила её парфюм. Находясь в этих объятиях, она постепенно начинала сходить с ума, но прекращать это не хотелось совсем. Штрэфонд это нравилось. Резко в голову пришла очередная идея, но на этот раз это была не игра, а реальность. Медленно переместив руки с талии на шею девушки и подобравшись губами к уху, Крис провела ими, вызывая кучу мурашек у Лебедевой. - Машенька...я хочу, чтобы ты кое-что уяснила... - тяжёлый выдох в шею, вызывающий новую волну мурашек. - Я защищала Дашу не потому, что она мне нравится. Я защищала её потому, что ты действительно перегнула палку. И ещё кое-что... - очередной выдох. - За прошедший год мои вкусы очень изменились. Мне уже давно перестали нравится миниатюрные блондинки...запомни это, пожалуйста... - закончила Штрэфонд, медленно проведя языком от шеи к уху Лебедевой, выпуская её из объятий и удаляясь в сторону Близняшек. Шок. Единственное, что испытывала Маша в этот момент. Она была поражена настолько, что просто стояла на месте, смотря вслед удаляющейся Штрэфонд, абсолютно не слыша зова своих подруг, которые уже со всех ног бежали в её сторону. - Мах, ну что она сказала? Давай выкладывай... - подлетела первой Таня. - Да, выкладывай. Вы так мило обнимались. Я аж всплакнула блять. - засмеялась Аня. Молчание и всё такой же удивлённый взгляд в даль. Маша словно была не здесь. Мысленно она всё ещё находилась в объятиях Штрэфонд и никак не хотела возвращаться в реальность. - Братан, ау... - махала Таня рукой перед носом девушки. - Ты оглохла что-ли? - Она...она меня облизала... - единственное, что смогла выдавить из себя шатенка. - Фу...это что за новые способы заигрывания? Сейчас блевану! - Мне... понравилось...наверное... - усмехнулась Маша, трогая то самое место на шее.