Смотри на меня

Бутон в моих пальцах рассыпался в пепел — Цветы не живут в этой адской жаре. И так же, как ты, прежде молод и светел, Они умирают. Гниют в тишине. Мы здесь, на останках какого-то бога, Плывем в темноте, и она вокруг нас, Но глядя на нравы такого народа, Мне кажется, тьма поглотит нас сейчас. Мой мальчик, глаза твои полнятся болью, Ты плачешь. Что делать останется мне? Все, что я могу, быть навечно с тобою. Быть солнцем твоим в непроглянейшей тьме. Не нужно смотреть в темноту, мой любимый, В ней нет красоты, только злость и печаль, А дальше за ними — страдания, милый… Забудь про нее. И смотри на меня. Смотри, я же знаю, что ты это любишь. Художникам нужно для жизни — смотреть, Искать красоту в этом мире и в людях, Чтоб на холсте это запечатлеть. Оставь тьму на тех, кто привык с ней бороться, Смотри мне в глаза и не думай о тех, Кто там, за стенами из мрака и пота, Дерется за свой эфемерный успех. Мой мальчик, позволь мне тебя взять за руку, Отдай свои пальцы во власть моих губ, Позволь моей страсти избавить от муки И тело, и душу. Весь мир с нами груб. Позволь мне сейчас подарить тебе нежность, Позволь растворить тебя в свете своем, Ведь если я тот, кто вселяет надежду, То это судьба — до конца быть вдвоем. Рисуй меня, милый, пусть яркие краски Запрячут в себя стоны наших сердец. Народ должен нас наблюдать без опаски, Ведь я — это тот, кто приносит конец. Рисуй меня, милый, пусть вспомнят потомки, Пусть смотрят твоими глазами на свет, Что испускают пустые обломки, Что были когда-то душою моей. Пускай я разбит, тьма съедает мне душу, Пускай моя сила — всего лишь кристалл, Пускай я умру. Только все же послушай… Я самого главного не рассказал. Мой мальчик, я буду любить тебя вечно, Не важно, что ждет меня там, впереди, Но если позволишь тебя взять за руку, Мы будем вместе на этом пути. А если погибну… Рисуй меня, милый, Пускай меня помнят таким, как на тех Картинах, что ты нарисуешь для мира… На них всегда лучше, чем в сущности есть.