Как выйти замуж за своего босса

Все собрались в гостиной и с самым серьезным видом слушали, как Эмили объясняет правила игры.  — Значит, так: подарки в доме, но не в комнатах, там не ищите, — сказала она. И Кэролайн вздохнула с облегчением, потому что уже начинала побаиваться, что кто-то в поисках бабушкиных подарков заберется в их комнату и заглянет в ее сумку. И кто их знает, что им там покажется достаточно похожим на подарок, чтобы со спокойной совестью утащить с собой.  — Статуэтки с пола и посуду из серванта тоже не забираем, — с улыбкой объявила бабушка. — Подарки выглядят вот так. Она достала откуда-то сверток, упакованный в розовую бумагу с сердечками.  — А сколько всего подарков? — с азартом поинтересовалась стоящая рядом с Кэролайн Ребекка.  — Много, — улыбнулась бабушка. — Правила, как всегда, одни и те же. Ищем ровно два часа, а потом собираемся здесь со своими трофеями, а я объявлю, кто победитель и сколько подарков вы профукали.  — Вредина ты, бабушка, — с улыбкой сказала Ребекка. Как только все гости разбежались искать заветные свертки, а Кэролайн, пользуясь всеобщей суматохой, приготовилась спрятаться где-нибудь в уголке и благополучно пересидеть это маленькое семейное безумие, сильная теплая рука обхватила ее талию, а голос Клауса шепнул на ухо:  — Я точно знаю, где есть подарки и где никто не будет их искать. Кэролайн почувствовала, как от руки, нахально расположившейся на ее талии, по телу расходятся волны жара.  — И где же? — пискнула она, старательно пытаясь думать трезво. Но мысли кружились и путались, как мамины нитки для вязания. Босс склонил голову еще ниже, так что его губы почти касались уха, и выдохнул:  — На чердаке, конечно. От горячего шепота волосы на затылке моментально встали дыбом, в голове зашумело, и нечем стало дышать. Будто весь воздух кончился.  — Отлично, — сглотнула блондинка,  — значит, у вас будет подарок.  — Что значит «у вас»? У нас! У нас с тобой, — поправил босс. Надо бежать. Срочно. Кэрри решительно выкрутилась из хватки и отступила на шаг. Стало легче. Даже в голове прояснилось, и она смогла внятно сформулировать мысль, которую поспешила донести до босса:  — Нет, спасибо, я не хочу жульничать. Пожалуй, поищу в более стандартных местах. Майклсон изогнул бровь, синие глаза весело блеснули. Он быстро протянул руку и снова подгреб девушку к себе.  — А никто и не собирается жульничать, — вкрадчиво произнес он. Раньше Кэр думала, что его шепот на нее странно действует. Ну, если не считать поцелуев. А оказывается, не только шепот. Потому что опять накатило странное чувство.  — Мы сейчас честно пойдем на чердак и честно добудем подарок. Блондинка покачала головой с сомнением, но было поздно. Босс уже тянул ее за руку в сторону лестницы. Они поднялись на третий этаж, прошли по нему в самый конец, завернули за угол и почти вскарабкались по крутым ступенькам. Клаус распахнул массивную дверь, легонько толкнул девушку в спину. Она шагнула внутрь, огляделась и ахнула: ~ вот так чердак! Да это полноценный этаж! Все пространство вокруг было заставлено мебелью, немного старомодной, но вполне симпатичной. На самом деле, если бы она стояла не так плотно, то тут вполне можно было жить. Несколько кроватей явно свидетельствовали об этом. ~ О, что-то знакомое! — она подбежала к одной из кроватей, плюхнулась на нее, с удовольствием попрыгала на тугом матрасе.  — У моей мамы точь-в-точь такая! — рассмеялась Кэрри.  — Вполне возможно, — усмехнулся босс. — Тут мебель из старого дома. Я настаивал на том, чтобы ее выбросить, но бабуля не позволила, сказала: «Внучек, дорогой, к тому времени, как вырастут твои внуки, это будет антиквариат». Я пытался ей объяснить, что, если вдруг моему внуку понадобится антиквариат, он распечатает его на домашнем 3D принтере.  — Какой ужас… — укоризненно покачала головой девушка. Почему-то в окружении старой непомпезной мебели вдруг стало легко и весело. — Кровать вылезает из принтера… Бедные внуки…  — Бабушка то же самое сказала, — печально вздохнул босс. А потом белозубо улыбнулся и… подмигнул. ~ Честное слово, мой суровый босс подмигнул!   — Ну что, пошли искать?  — Пошли!  — Итак, заглядываем во все шкафчики, во все углы и закоулки, какие только можно.  — А почему вы решили, что подарки здесь обязательно будут? — спросила Кэролайн, решительно открывая первый шкаф.  — Если я скажу, что у меня внезапно открылся провидческий дар, ты же мне не поверишь? — отозвался босс, выдвигая один за другим ящики старого комода.  — Ни за что, — подтвердила его догадки Кэрри, заглядывая на антресоли.  — Понимаешь, тут такое дело… — протянул Клаус, перестав шарить по ящикам. — Поиски клада — любимая игра нашего детства. А Бекс находила подарки, словно ищейка, сразу и быстро. До сих пор не знаю, как ей это удавалось. То ли талант у нее такой, то ли подсматривала, куда бабушка их прячет. И чтобы мне досталось хоть что-то, часть подарков бабуля прятала на чердаке, куда сестра ни за что не сунулась бы. Она чердака боялась очень. Форбс рассмеялась:  — У вас отличная бабушка. Просто восхитительная. Босс улыбнулся: — Это у нас семейное. Они уже вовсю рыскали в ящиках и шуфлядках, но подарки все никак не находились. Зато нашлась фотография в рамочке. Мальчишка, который радостно улыбался на ней, был неуловимо похож на Ника.  — А это вы? — блондинка показала ему свою находку. Он несколько смущенно улыбнулся:  — Собственной персоной. Кэролайн еще раз посмотрела на фотографию.  — Да вы были просто идеальным ребенком! Мисс Майклсон рассказывала, как вы обещали подарить ей тысячу платьев. — Это только когда был совсем маленьким, а потом чуть подрос, и такое началось… — Только не говорите, что вы были трудным подростком.  — Трудным? Да я был невыносимым, забросил учебу, нашел компанию из таких же, как я, лоботрясов. Ну и наводили же мы шороху по всему району. Бабушка замучилась меня из участка вызволять. — Клаус вздохнул и принялся потрошить письменный стол.  — И что же дальше? — напряженно спросила Кэролайн, уже зная, как зачастую оканчиваются такие истории.  — Однажды она мне сказала: «Никлаус, я тебя очень люблю. И прощу тебе все, и, если тебя посадят, передачки носить буду, если переживу, конечно». И знаешь, я так ясно себе это представил: казенная комнатка для переговоров и моя бабуля — чуть живая, с заплаканными глазами, с передачкой. И разом от разгульной жизни как отвернуло. С дружками разошелся, к универу подготовился. Я ей всем обязан. Босс хлопал дверцами, заглядывал в ящики, а Кэролайн украдкой смотрела на него, делая вид, что проверяю тумбочку. Могла ли она себе представить, что он наводил ужас на весь район? И тут же ответила себе на этот вопрос. Могла бы, и запросто. Даже в офисе порой мелькало у него во взгляде что-то такое, опасное.  — Черт возьми… — ошарашенно воскликнул босс.  — Что, подарок? — встрепенулась девушка и с любопытством уставилась на него. — Ага. Еще какой. — Тот брезгливо, как дохлую мышь за хвост, держал двумя пальцами что-то вроде толстой тетради. — Дневник за девятый класс. Сплошные трояки, неуды и замечания.  — Ну трояки — это дело житейское. — Только не говори, что по себе знаешь, что это такое. Уверен, ты была круглой отличницей.  — Не-а. Не угадали. Я была троечницей. Но да, вполне себе круглой.  — Не верю! — пораженно протянул босс. Кэрри спряталась за очередной шкаф и оттуда смущенно проворчала:  — Ну да. Ваша секретарь троечница. Я стеснительная была ужасно. Письменные задания еще кое-как выполняла. Но отвечать у доски! Нет, это не мое. Я могла только мямлить и краснеть. Но у меня была еще и пятерка. По трудам.  — Готовишь хорошо? — воодушевился Клаус. ~ Ага. Кофе. В кофемашине. Просто мастерски кнопку нажимаю.  — Нет. Пятерка была только по швейному делу. — блондинка высунулась из-за шкафа и призналась: — Я шить люблю. Очень. С первого куска ткани, любовно выбранного для урока труда. С первого взмаха ножниц. С первых неумелых стежков. С того самого фартука. Я не хотела шить обычный, как все. Я хотела совсем другой. Широкий, чтоб закрывал одежду не только спереди, но и с боков. С высокой грудкой, пышный, чуть присобранный по талии. Чтобы завязывался сзади на красивый бант. А спереди, вместо никому ненужного кармана, справа на резинке рукавичка, слева прихватка, а посередине, на красивой пуговке, полотенце. И все три — контрастного цвета. Не фартук, а прямо комплект, мечта хозяйки. Сейчас он кажется смешным, но тогда я хотела именно такой. Настолько хотела, что умудрилась, несмотря на свою застенчивость и робость, уговорить нашу строгую учительницу отклониться от программы. Я шила его с таким удовольствием, с таким наслаждением, которых до того момента ни разу не испытывала…  — А почему дальше учиться не пошла? — спросил босс. — Раз шить любишь. Он смотрел на Кэролайн так внимательно, словно ему было действительно интересно. Даже подарки искать перестал. А может, и правда интересно?  — Мама хотела, чтобы я одиннадцать классов окончила. А потом… А потом был скандал и уговоры, уговоры и скандал. Мама пила валокордин и плакала. И говорила, говорила, говорила… Достаточно, мол, что мать всю жизнь на заводе вкалывает. Пусть хоть дочь нормальную работу найдет. Самое то, говорила мама, должность секретаря. И в тепле, и в чистоте. С маникюром и в колготочках. И на шпильке. И люди вокруг солидные, успешные. «А куда после твоего швейного училища? На фабрику? — мама вытерла слезы. — Ты же не выдержишь. Тебе ж с фантазией надо и разное. А там твоя фантазия не нужна. Там, дочка, дадут задание  — и шей одно и то же с утра до вечера. Строчи мужские семейники в цветочек». «А в ателье…» — робко заикнулась Кэрри. «А в ателье, — парировала мама, — ты будешь шить то, что надо капризным клиентам. Вспомни Камиллу!» Упоминание о Ками было как контрольный выстрел в голову. Их соседка одевалась исключительно в ателье и выглядела при этом ужасающе. Сначала Кэролайн думала, что ей просто с мастером не везет, а потом поняла, что не везет как раз мастерам, которых выбрала Камилла. Она считала свой вкус безупречным, постоянно скандалила и писала жалобы, доводя закройщиц до нервного тика. Но не рассказывать же об этом Нику. Хотя было что-то такое в его внимательных глазах, что очень хотелось поделиться тем, о чем Блонди никому еще не говорила… И вдруг как-то само собой получилось, что рассказала. Про мечту, про швейное училище, про валокордин и Камиллу… — А потом я начала работать. И копить деньги. Как накоплю, пойду учиться… — она набрала в грудь побольше воздуха, как перед прыжком в воду, и выдохнула: — На дизайнера. ~Кто меня за язык тянул? Сейчас как отчеканит что-нибудь в стиле мамы… — Молодец, — тихо сказал Клаус. — У тебя все получится! По его губам скользнула теплая улыбка, и от этой улыбки на душе стало так хорошо, что захотелось плакать.  — Давайте уж клад искать! — проворчала блонди, чтоб скрыть странную радость, буквально распирающую изнутри. — А то скоро нас самих искать пойдут! — Мы неправильно завернуты. На нас нет розовой обертки. Нас не возьмут! ~Мой босс шутит? Точно в ближайшем лесу что-то сдохло. Несколько минут стояла тишина, нарушаемая лишь шуршанием и стуком дверец и ящиков. Кэролайн без особой надежды откинула крышку какого-то маленького сундука (или большой шкатулки?) и радостно взвизгнула.  — Что?! — немедленно встрепенулся босс. — Нашла! Я нашла! — воскликнула девушка, извлекая из шкатулкиного нутра розовый сверток. — Ну-ка, покажи! — недоверчиво протянул Мистер Майклсон Кэролайн рванула к нему, зацепилась за какой-то пуфик и… И полетела носом вперед, с ужасом зажмурившись, чтоб не видеть, во что впечатается. Впечаталась в большое, твердое и теплое, ловко подхватившее ее и поставившее на ноги. И она догадывалась, что это. Но в кольце сильных рук, одновременно крепко и бережно поддерживающих ее, было так хорошо и уютно, так приятно, что совсем не хотелось открывать глаза. ~Ну еще немножко так постою, всего секундочку, другую…  — Вот подарок, — сказала девушка и, запрокинув голову, напоролась на странный пристальный взгляд зелёных глаз с расширившимися почти во всю радужку зрачками. Во рту мгновенно пересохло, она невольно облизала губы и вздрогнула, увидев, как в черной бездонной глубине жарко полыхнуло что-то. Дыхание перехватило. Невозможные глаза, затягивающие, словно омут. И она тонула в них без всякой надежды на спасение, не имея сил что-то изменить. Безумие какое-то… Снизу донесся чей-то смех, разрушив морок.  — Вот подарок, — повторила блондинка, пытаясь прийти в себя. Получилось. Когда зажмурилась и перестала смотреть в его глаза. И только через несколько секунд поняла, что он все еще держит ее в объятиях. — Нам пора… — тихо сказала Форбс — Мы же уже нашли подарок. Он не откликнулся, продолжая прижимать ее к себе. Потом коротко и хрипло выдохнул и отстранился.  — Да, мы уже нашли свой подарок, — странным голосом произнес босс и протянул «невесте» руку. — Идем.