Заштопанная душа

      Нежное хлопковое постельное белье приятно прилегает к твоему обнажённому телу. Ты лежишь на животе, засунув руки под мягкую подушку. Ласковое утреннее солнышко светит сквозь тонкий тюль длинных штор, занавешивающих высокие окна, прямо тебе в глаза, и ты чувствуешь, что сон постепенно уходит. Ты сладко тянешься, переворачиваясь на спину, и разлепляешь сонные веки, устремляя взгляд в идеально ровный, белый потолок. Улыбаешься, радуясь прекрасному началу дня. Несколько минут просто лежишь, вслушиваясь в привычный шум за окном, как вдруг среди него ты различаешь звуки быстро падающей воды — кто-то моется в душе, но ты не можешь слышать этого, потому что ванная комната в твоей квартире находится достаточно далеко. Мысленно складываешь два и два, что здесь что-то не так, и вскакиваешь с постели, отбрасывая одеяло в сторону. Осматриваешься, с ужасом осознавая, что находишься вовсе не у себя дома. Смотришь налево и видишь рядом с собой пустую половину двуспальной кровати; подушка там имела полукруглую выемку неровной формы, а одеяло было отброшено — и всё это говорило, что рядом с тобой кто-то спал, но кто? Оставалось загадкой. Ты встала с кровати, почувствовав под ногами мягкий коврик, и схватила повешенный на краю изголовья тонкий шёлковый халатик. Белоснежная ткань приятно скользнула по телу, укрывая твои прелести от посторонних глаз.       Хмуришься, ступая по тёплому полу из светлого ламината, и подходишь к ближайшему окну, выглядывая за шторку. Там видишь неширокую улочку со старыми домами, имеющими не больше шести этажей; узкую дорогу, очевидно, предназначенную для одностороннего движения; людей на тротуарах, куда-то спешащих. Ты не можешь сказать однозначно, что это за место, но в одном уверена точно: это не твой город, не твоя улица, не твой дом, не твоя квартира…       Отпускаешь тюль, вновь обращая внимание на комнату. Слева от тебя — широкая двухспальная кровать, по обоим бокам от которой стоят маленькие тумбочки, большой шкаф для одежды, дальше, в углу замечаешь обычный письменный стол, рядом книжный шкаф и какие-то сумки. Сморишь левее и видишь удобное кресло-качалку, где лежит клетчатый плед, рядом стоит небольшой столик, на котором лежат книги и фарфоровое блюдце с ложкой и такой же чашечкой. Дальше видишь дверь, откуда и доносяться звуки воды — очевидно, там ванная. Пока решаешь туда не идти, а осмотреться ещё. И замечаешь большое, стоящее на полу зеркало, обрамлённое в резную раму. Подходишь ближе, и глаза твои расширяются от удивления. Оттуда на тебя смотрит девушка с чуть ли не красными волосами по шею; видимо, это должно было быть каре, но из-за того, что волосы слишком густые и вьющиеся, они слегка торчат в разные стороны; узенькие ярко-голубые глаза, обрамлённые негустыми чёрными ресничками, испуганно таращатся на тебя оттуда, а чуть припухлые губы с небольшим, но заметным шрамом на верхней губе застыли в немом удивлении чуть приоткрытыми. От тебя не ускользнули и слишком оттопыренные уши, кончики которых выглядывают из-под волос.       Ты подходишь ближе, не веря собственным глазам, и ощупываешь себя, пытаясь понять, насколько всё это реально. Паника завладевает тобой всё больше. Ты смотришь на дверь в душевую, даже не представляя, кто может там оказаться. И всё же решаешь не заходить. Резко разворачиваешься, вновь окидывая комнату изучающим взглядом, и замечаешь на столе сложенные в ровную стопку бумажки. Кидаешься туда, судорожно пытаясь отыскать хоть какую-то зацепку, но там лишь непонятно зачем записанные изречения из книг, реплики из фильмов и какие-то диалоги. Отчего-то тебя это не удивляет, и ты продолжаешь копать дальше, как вдруг слышишь, что вода в ванной прекратила литься. Резко замираешь, обводя взглядом стол в поисках чего-нибудь увесистого, и на глаза попадается какая-то не слишком большая статуетка. Хватаешь её и на носочках подбегаешь к креслу-качалке, чтобы оказаться вне зоны видимости незнакомца.       Дверь открывается и… Ты замерла с занесённым для удара предметом, не веря собственным глазам. Эти мокрые недлинные кудряшки на затылке ты узнаешь из тысячи. В мгновение твоя рука опускается, а статуетка из неё выпадает, с характерным звуком ударяясь о деревянный пол. Высокий мужчина в одном лишь полотенце, закреплённом на бедрах, поворачивается на звук и устремляет взгляд голубых глаз прямо на тебя. И кажется, в этот момент ты готова под этим взглядом расплавиться, как шоколадка, забытая на лавочке в жаркий, солнечный день. А в следующую секунду его лицо озаряет та самая добродушная улыбка, которую ты привыкла видеть на экране смартфона или ноутбука. Он делает шаг к тебе навстречу, протягивая руку, но ты неожиданно для себя самой отступаешь, опасливо поглядывая на него.       — Милая?.. — настороженно говорит он, и улыбка пропадает. — Что-то случилось?       Больше он не предпринимает попыток подойти ближе, непонимающе вглядываясь в твои глаза. От этого тебе становится не по себе, ты отводишь взгляд, старательно пытаясь придумать, что сказать. Тем временем мужчина терпеливо ждёт.       — Тебе снова нехорошо? — спрашивает он, и ты резко поднимаешь взгляд на него, отвечая слишком быстро:       — Нормально. Я нормально.       От такого ответа тебе хочется провалиться сквозь землю, и ты мысленно ругаешь себя, в то время как он задает следующий вопрос:       — Я сделал что-то не так?       Всё это выглядит крайне нелепо, на твой взгляд. Ты в кой-то веки встретила своего кумира, а теперь стоишь и не знаешь, что ему сказать. И пускай это даже, скорее всего, сон, хотя выглядит всё довольно реальным…       Ты ущипнула себя за руку, проверяя внезапную догадку. Кожу на запястье слегка обожгло, и ты поморщилась.       — Т/И…       — Всё в порядке! — внезапно воскликнула ты, улыбнувшись.       Собрав в себе остатки самообладания, ты сделала несколько шагов вперёд, выходя из-за кресла, за которым успела оказаться, и всем своим существом ощутила запах чистого мужского тела и цитрусового геля для душа. У тебя закружилась голова, это было что-то совершенно невероятное… Ты подошла совсем близко, поднимая голову вверх, чтобы суметь посмотреть ему в глаза. Он смотрит на тебя сверху вниз, тепло улыбаясь, и от этого тебя снова бросает в дрожь. Мужчина ласкового обнимает тебя за талию, а ты, решив, что лучшего момента может больше никогда не быть, закидываешь руки ему за всё ещё мокрую шею. Он первым начинает приближаться к тебе, и ты делаешь то же самое. Ещё мгновение, и твоих губ касается нежный поцелуй. Такой невинный и сладкий, словно патока, он превращается в более настойчивый и страстный. Ты чувствуешь, будто пьянеешь от этого каждую секунду всё больше, словно действительно выпила парочку бутылок виски совершенно одна.       На несколько секунд разорвав поцелуй, он с лёгкостью подхватывает тебя на руки и несёт на кровать. Бережно опустив на мягкие подушки и одеяла, которые так и остались валяться на постели, он нависает сверху, нетерпеливо развязывая поясок твоего халата. Распахивая скользящую ткань в разные стороны, смотрит на тебя с восхищением, ты видишь это по тому, как загорелись его глаза. Наклоняется ниже, сперва вдыхая аромат твоей кожи, и ты чувствуешь, как его дыхание чуть щекочет твою шею. Лёгкими поцелуями покрывает ключицы и плечи, спускается ниже, к небольшой груди. В мгновение твои сосочки становятся твёрдыми и так жаждут его внимания. И он не обделяет их, сначала целуя нежную кожу вокруг, а затем обхватывая губами набухший шарик, слегка посасывает, и ты не можешь сдержать стон удовольствия, вырвавшийся из твоего горла. Не видишь этого, но почему-то знаешь, что в этот момент он самодовольно улыбается, спускаясь ниже.       Никогда прежде ты не ощущала подобного, тем более когда это делает тот, о ком ты могла только мечтать. Всё время, что он проводит между твоих раздвинутых ножек, ты стараешься не закрывать глаз, пытаясь запомнить каждую секунду, проведённую с ним. Возбуждение накрывает тебя новыми волнами, когда он снова и снова проводит горячим языком внутри тебя. Завершив своё дело, мужчина поднимается к твоему лицу, облизывая влажные губы, как довольный кот, слизнувший верхушку оставленной на столе сметаны. Ты обхватываешь его шею руками, водя пальчиками по уже успевшим высохнуть кудряшкам, и притягиваешь к себе. Сквозь поцелуй улыбаешься, спускаешь руки на его спину, водя по напряжённым мышцам. Он отрывается от тебя и шепчет:       — Теперь утро для тебя достаточно доброе? — Улыбка снова украшает его лицо, и он не ждёт от тебя ответа, откидывается рядом на подушку, сложив руки на животе.       Повернувшись в его сторону, ты смотришь на его чётко очерченный профиль, такой знакомый и, кажется, родной, но доселе совершенно недосягаемый. Ты протягиваешь руку, дотрагиваясь до гладко выбритой щеки, внутренне так боясь, что прямо в это мгновение он исчезнет, как мираж, и ты проснёшься… Но этого не происходит, а он поворачивает голову в твою сторону и смотрит этими пронзительными голубыми глазами, смотрит, кажется, прямо в душу, затрагивая там самое сокровенное.       Медленно проводишь пальчиками по скулам, очерчиваешь нижнюю границу челюсти, ведёшь выше, к аристократическому носу. Мужчина всё это время молча наблюдает за твоими действиями, а этот жест, видимо, кажется ему слегка нелепым и забавным, и он снова улыбается. Смутившись, ты быстро убираешь руку, кладя обратно под подушку.       — Ты такая смешная, Т/И… — Поднимается, опираясь локтём на матрас, аккуратно заправляет упавшие тебе на лоб волосы за оттопыренные ушки. Его влюблённые глаза мечутся по твоему лицу, останавливаясь на курносом носике. — Обожаю твои веснушки, — говорит он, коротко целуя кончик твоего носа.       И ты осознаешь, что этот абсолютно невинный момент останется в твоей памяти навсегда. Никогда ещё ты не ощущала такой любви, такой ласки и нежности за одно только утро. Тебе не хочется, чтобы это заканчивалось, поэтому ты молчишь, заворожённо наблюдая за каждым движением его ресниц, каждым вздохом, наполняющим его широкую грудь, впитывая каждое сказанное им слово.       — Ты помнишь, что сегодня мы идём на званый вечер? — спрашивает он, всё ещё склоняясь над тобой.       Конечно же, ты не помнишь, ведь проснулась в этой комнате от силы час назад, но, несмотря на это, мило улыбаешься ему и положительно киваешь.       — Надо быть вовремя… Я пойду приготовлю завтрак, а ты умойся и спускайся ко мне, — говорит он, оставляя на твоей щеке последний поцелуй, и встаёт, влезая в домашние мешковатые штаны и свободную футболку.       Как только дверь за ним закрывается, ты поднимаешься с постели и заправляешь её. Атмосфера комнаты не позволяет тебе уйти, не сделав этого, ведь здесь всё так… идеально.       Ванная не отличается ничем необычным: двойная раковина с двумя кранами, широкое зеркало над ней с подсветкой, простой туалет, рядом с которым, на маленькой деревянной тумбочке снова лежат книги, между страниц которых торчат закладки, и, конечно же, большая душевая с множеством всяких крутых штук. Ты решаешь тоже принять душ. Спустя четверть часа выходишь из ванной, вытирая распаренное тело махровым полотенцем, идёшь к шкафу, надеясь найти какую-нибудь одежду. Открываешь дверцы и видишь аккуратно сложенные мужские кофты, майки и футболки, развешанные по деревянным вешалкам брюки и пиджаки; на полочках стоят несколько флаконов с духами, но ты решаешь их не трогать, ведь и без того ощущаешь запах, которым, кажется, пропитан каждый уголок.       Закрываешь его и осматриваешься, замечая сбоку ещё один шкаф, — этот наверняка твой. Ты оказалась права: там также аккуратно разложена женская одежда. Выбираешь оттуда недлинный свитер из лёгкой шерсти — после душа чувствуешь, что температура в квартире слишком низкая, — и мешковатые спортивки; под кроватью замечаешь тапочки и, надев сперва носки, суешь ноги в них. Смотришься в зеркало: кажется, не слишком-то и плохо, по крайней мере, ты постаралась выбрать такой же стиль, как у Тома, чтобы не слишком акцентировать на этом внимание.       Наконец ты выходишь из комнаты и понимаешь, что когда он говорил «спуститься», то имел в виду действительно спуститься. Это была не просто квартира. Ты делаешь буквально пару шагов и останавливаешься у деревянных перил, кладя на них руки. Тебе открывается вид вниз, где твой обожаемый парень или муж (на тонком безымянном пальце красуется причудливое колечко, украшенное одним единственным камушком, однако ты не уверена, что оно — обручальное), готовит для вас двоих завтрак. Из колонок где-то под потолком доносится незамысловатая мелодия, придающая этому волшебному утру ещё большей романтичности и какой-то непонятной загадочности.       Мужчина не замечает тебя, стоя у плиты и слегка пританцовывая в такт. Ты тихонько спускаешься вниз по такой же деревянной винтовой лестнице. Подходишь к нему сзади и обнимаешь, сцепляя руки у него на животе, прижимаешься щекой к прохладной ткани майки, чувствуя сквозь неё тепло его тела. Он накрывает твою ладонь своей и, отставив сковороду в сторону, поворачивается к тебе.       — Вот и ты… — Целует тебя в лоб и ведёт к круглому столу, на котором уже стоит небольшой кофейник, красивая стеклянная масленица, две чашечки на блюдцах, парочка свежих булочек и две беленьких тарелочки со сверкающе чистыми вилочками, лежащими рядом.       Ты садишься на один из стульев с мягкой обивкой и ждёшь, когда мужчина вернётся со сковородой в руках. Сама не решаешься что-либо взять, скоромно сложив руки на коленях. Вскоре он снова оказывается у стола, накладывая тебе в тарелку аппетитно пахнущую яичницу с овощами. Непроизвольно слюна образуется у тебя во рту. И откуда он знает, что ты и правда любишь есть такое на завтрак?       Налив кофе в обе чашки, он наконец садится сам, но, видя, что ты так и не притронулась к еде, вопросительно уставившись на тебя, спрашивает:       — Тебе не нравится?       Сообразив, каким излишне сосредоточенным и даже серьёзным выглядит твоё лицо во время размышлений, ты, спохватившись, виновато улыбаешься, взглянув на него, и поспешно хватаешь вилку.       — Нет, нет, что ты… Всё просто великолепно, — уверяешь его ты, и, кажется, это работает. Он расслабляется, принимаясь за завтрак. Ты делаешь то же самое, про себя отмечая, что готовить у него и правда получается вполне себе неплохо.       Всё ещё ощущая себя немного растерянной, ты решаешь не добавлять в кофе сахар и сливки, поэтому, взявшись за тоненькую ручку фарфоровой чашки, бесшумно отпиваешь горький напиток. Том смотрит на тебя непонимающе и через пару мгновений поднимает со стола небольшую сахарницу, ставя её рядом с тобой.       — Сегодня я тебя не узнаю, золотце, — говорит он, кладя очередной кусочек в рот. — С тобой точно всё в порядке?       — Да, точно, — с улыбкой отвечаешь ты и кладешь в чашку пару ложек белых кристалликов, а затем добавляешь немного сливок. Да уж, теперь действительно намного вкуснее.       — М-м, — вдруг начинает он, очевидно, что-то вспомнив, и, прожевав, продолжает: — Я, кстати, хотел тебя спросить: ты поедешь к стилисту или оденешься сама? Просто… мне нужно дать ответ.       Этот вопрос поставил тебя в тупик. Некоторое время ты задумчиво водила вилкой по тарелке, размышляя. Ты не знала, что эта девушка, в теле которой ты оказалась, обычно делала, когда шла на званые ужины, ровно так же, как не знала и то, какой ответ будет правильным. Но Том смотрел на тебя в ожидании, и оно, кажется, слегка затянулось. Ты подняла на него взгляд, решительно отвечая:       — Думаю, смогу справиться сама. — Это кажется тебе более разумным, хотя, может быть, ты ошиблась, однако в следующую секунду он полностью развеивает все твои сомнения:       — Отлично, — улыбается он и отпивает из чашки кофе. — Тогда и я тоже не поеду. — Ты тоже улыбаешься ему в ответ. — В таком случае… съездим в магазин вместе? Как раньше?..       Раньше? Разумеется, для тебя нет никакого раньше, но виду ты не подаешь, продолжая мило ему улыбаться. Тебе хочется узнать, что было раньше, как эта девушка и Том проводили время вместе, что делали, куда ходили, однако в одном ты уверена точно — любовью дышит каждый миллиметр его души, любовью к тебе, к этой девушке — неважно! От этого бабочки в животе порхают, как сумасшедшие, и тебе хочется улететь вместе с ними.       — Разумеется… — наконец отвечаешь ты, как раз заканчивая кушать. — Спасибо. Завтрак был очень вкусным.       — Ты знаешь, что не за что, милая.       Его голос — услада для твоих ушей. И тебе до сих пор сложно поверить в реальность всего происходящего, однако сейчас это не так важно, ведь всё, до чего ты дотрагиваешься, ощущаемо. Ты не знаешь, делали так эта девушка, но встаёшь со своего места, обходя небольшой стол, и останавливаешься позади мужчины. Снова обнимаешь, положив локти на его плечи и опустив подбородок на одно из них. Так по-домашнему уютно и спокойно ощущать себя здесь.       — И всё же спасибо, — шепчешь ему на ушко.       Он поворачивает голову в твою сторону, взяв твою ручку в свою и немного отодвинув стул, обводит тебя вокруг себя и сажает к себе на колени. Ваши глаза оказываются примерно на одном уровне, и он, пару секунд оглядывая тебя, проводит тонкими, длинными пальцами вдоль твоего подбородка, касается чуть приоткрытых губ и нежно обводит шрам на верхней губе, а затем вновь целует, проникая внутрь и лаская твой язычок своим. Это длится недолго, а ты уже успеваешь потерять от этого голову. Когда он отстраняется, ты, чтобы хоть немного отвлечься от вновь нахлынувших вместе с возбуждением эмоций, вспоминаешь про грязную посуду на столе.       — Посуда… — хрипло говоришь ты, отводя от него смущённый взгляд. — Я уберу… — Ты пытаешься встать, но он не даёт тебе этого сделать, мягко удерживая на себе.       — Успеется… Я помогу, — отвечает он, ласково подцепляя твой подбородок пальцами и поднимая на себя, и вновь накрывает твои губы своими. Сладкий, тягучий, словно свежий мёд, ты готова многое отдать, только бы ощущать его рядом снова и снова. Его руки блуждают по твоему телу, привычно поглаживая разгорячённую кожу под твоим свитером и теребя пальцами вновь набухшие сосочки. Ты теряешься в океане ощущений, окунаясь в него с головой. Это то, чего ты так долго хотела, чего искренно желала и наконец получила.       Спустя ещё какое-то время — ты вовсе не считала его — вы наконец оторвались друг от друга и вместе убрались на небольшой кухне. Пока он мыл посуду, а ты вытирала и раскладывала по полочкам, усердно пытаясь понять, где мог стоять тот или иной предмет, ты с неподдельным интересом слушала его рассказ о какой-то смешной и нелепой ситуации, произошедшей с ним в студии буквально на днях. Вы искренне смеялись, вы были счастливы, ты была счастлива вместе с ним, стараясь не думать об абсурдности всего происходящего. Впереди был ещё целый день, в течение которого тебя наверняка ждёт много чего интересного. Совместная поездка в магазин и званый ужин, куда вы отправитесь вдвоём, — всё это заставляло твоё сердце биться чаще в предвкушении предстоящего дня, ведь ты проведешь его с ним…