Кто есть кто

       Кофе в пластиковом стаканчике на сверкающей поверхности дорогого дубового стола стремительно остывал. Но его хозяйка не спешила остановить естественный ход пара горячего напитка, занимаясь более важными вещами. Гермиона Грейнджер выложила из сумочки свежий номер пророка с красивым рыжим мужчиной на обложке и стик с губной помадой. Отложив сумку подальше, она повернула к себе настольное зеркало. На нее смотрела девушка лет тридцати с бледной кожей, едва схваченной полупрозрачными веснушками, тонкими чертами лица, густыми бровями и не менее густой шевелюрой. Пожалуй, с волосами годы не совладали совсем. Гермиона заколола кудри заколкой и принялась за главный ритуал - помаду. Тонкие губы всегда казались ей чересчур бледными, слишком ярко на работу их не накрасишь, а вот «пыльная роза» отлично подходила. Подходила ей, и её должности руководителя следственного отдела и судьи Визенгамота. Она повернула флакон, и стертая до плоского камешка помада вылезла наружу. Пройдясь цветом по губам, она отставила и косметику, и зеркало в сторону, дотянувшись до тёплого напитка. Компанию кофе должна была составить газета, но подшивальщица дел следовательного отдела Визенгамота решила по-другому, ворвавшись в кабинет начальницы без стука. — Знаешь за что я тебя ненавижу, Гермиона Грейнджер? — Элис напролом шагала к ней, махая темно-синей папкой. — Не имею ни малейшего подозрения. — усмехнулась Грейнджер и опустила взгляд обратно в газету, мужчина влетал и вылетал из кольца под рукоплескания зрителей. Она постаралась сконцентрироваться на заголовке. Было чем заняться кроме разборок с Элис Круел. Вчерашняя выпускница Хогвартса понравилась ей больше всех на собеседовании на самую простую должность - подшивальщицу дел, и к чему это привело? Подчиненная спокойно врывалась в ее кабинет, когда ей заблагорассудится! — За то, что когда я прошу тебя предупреждать о визитах красивых мужиков, ты вечно забываешь! — толстая папка шлепнулась на стол начальницы, а сама Элис уселась на стул для приема и схватила зеркальце со стола. Она начала делать странную гимнастику для лица, то втягивая, то вытягивая ноздри. Грейнджер не смогла сдержаться и засмеялась, наблюдая за манипуляциями девушки. — Не смейся, это целиком твоя вина! — грозно сказала подчиненная, грубо проходясь по щекам кулаками. Кожа заметно покраснела.— Вот почему ты мне не сказала, что сегодня у нас такой красивый свидетель? — Грейнджер тяжело вздохнула, придвинув к себе папку. — Может быть потому что это дело Саливана? Сколько раз напоминать, что только у него эти дурацкие синие обложки! — девушка повертела папку в руках, и найдя то, что искала, ткнула в бумажную табличку с именем и фамилией своего младшего следователя. — Думала ты все дела проверяешь, ты же босс. — Элис выудила из кармашка кардигана пудреницу и начала маскировать красноту, которую навела своими же руками пару секунд назад. — Это ты должна все проверять пока подшиваешь, а я отдаю задачи Саливану, а то он никогда ничему не научится. — Грейнджер застыла над обложкой дела, не решаясь открыть. Она себя знает: стоит ей взглянуть на интересную ситуацию, как ее унесёт с головой. И никакой Саливан не отнимет у нее интересное дело. Поэтому стоит подстраховаться. — А что там? — аккуратно спросила она у румяной Элис. — Не что, а кто! Ну, замуж ты все равно не собираешься, поэтому расскажу. — она убрала пудреницу в карман и наклонилась над столом, загадочно улыбаясь. — Очень красивый мужчина, тридцать лет, успешный бизнес по волшебному антиквариату! И теперь даже не женат! — последнюю фразу Элис пропела по словам, будто он уже предложил ей стать его женой. — Что значит теперь? — уточнила Гермиона, делая еще один глоток. — А то значит, у него умерла жена, поэтому следствие и идёт! — — Ты такая наивная, может это он ее пришил, а ты ради него щеки растираешь! — усмехнулась главный следователь, борясь с желанием открыть дело и углубиться в чтение. — Ну, тебя! — Элис хлопнула по столу и вернулась к зеркалу, рассматривая свои щёки. — Там совершенно другой убийца, Саливан уже нашёл этого мясника, сегодня финальный суд и мой Мистер Малфой наконец-то придёт! — она любовно улыбнулась себе в зеркало, не замечая как начальница замерла и устремилась пустым взглядом в стену. — Как ты сказала? — сглотнув, уточнила она. На случай, если это глупая шутка ее мозга. Галлюцинация. — Миссис Элис Малфой, звучит роскошно! — девушка поставила зеркало на место и заметила сияющую бледность Гермионы Грейнджер. На фоне белого лица помада цвета пыльной розой смотрелась уже как малиновая. — Ты чего? — она схватила ее за предплечье, пытаясь привлечь внимание. — Во-сколько суд? — еле слышно вымолвила Гермиона. — Через два часа, а что случилось? — глаза Гермионы бегали по комнате, явно планируя последующие два часа ее жизни. Кажется дело Смитов отойдёт на второй план, а свежую статью о повышении вратаря Рона Уизли возможно перенести и вовсе на завтра. — Оставь меня, я должна прочитать дело. Когда Саливан появится, вызови его ко мне. —

***

Сливовая Мантия надета наперекосяк. Попытаться это исправить в момент, когда бежишь до зала суда - очевидно плохая идея. Она едва успела прикрепить серебряную букву «В» на грудь. Было бы забавно забыть о ней и не попасть на заседание. Охрана уже стояла у темных дверей. Двое волшебников отвесили короткие синхронные кивки судье и взмахнули палочками. Гермиона быстро вбежала в зал, слушание уже началось. Поймав быстрый недовольный взгляд главной судьи, Грейнджер ускакала за верхний столик. Только когда сердце перестало биться как ненормальное от экстренной пробежки, она выдохнула и принялась оглядывать зал. В центре зала возвышалась пустая клетка. Напротив - глава Визенгамота - Сьюзен Боунс зачитывала приговор на подмостках. Пять или шесть судей - меньше половины полного состава сидели строго за ней. Такие дела, как это, назывались быстрыми. Тут не было особой работы для Визенгамота, экспертизу проводили следователи, судьи лишь задавали несколько элементарных вопросов на поверхности и принимали решение. Гермиона не получила даже приглашение. Они бы вполне справились без неё. — В зале дополнительно присутствуют глава следственного отдела Визенгамота - Гермиона Джин Грейнджер, свидетель и муж пострадавшей - Драко Люциус Малфой, свидетель - Блейз Забини и свидетель - Маркус Флинт. — отрапортовала Сьюзен трясущемуся парнишке, записывающему ход суда. Гермионе даже не пришлось напрягаться, чтобы увидеть бывшего однокурсника - он смотрел прямо на неё. Малфой заметно повзрослел, отпустил щетину, заимел прямую морщину на лбу на память о своем вечно недовольном лице. Впрочем, это его ничему не научило, ведь сейчас он выглядел точно также - брезгливо. Драко смотрела на нее недоверчиво, как на розовую гранату. Вроде оружие, а вроде девчачьего цвета. По обе руки восседала свита - Блейз Забини, который изображал, что Грейнджер здесь нет вовсе, и Маркус Флинт ухмыляющийся ей в лицо. Гермиона отвела взгляд, утыкаясь в синюю папку. Она дочитала дело почти до конца. — Обвиняемый - Итан Алекс Кори, проживающий по адресу Хатфилд, Парк стрит, 23. Допрашивающий - Сьюзен Патрисия Боунс - главный судья Визенгамота. — Старые механизмы затрещали, и на свет в сердце зала показался лысый грязный паренек с нахальным выражением лица. Ему едва ли стукнуло двадцать пять, но на лице ни малейшего оттенка мыслительного процесса. Он вел себя так будто очень опасный тигр в клетке, когда на самом деле был просто безоружным, тощим преступником, которого поймали в два счета. Гермиона заметила движение в противоположной части зала. Малфой отвернулся от него, а Блейз положил ладонь на плечо друга. — Достали меня здесь держать, я уже тысячу раз сказал, что убил ее! — лениво протянул обвиняемый, схватившись за прутья клетки. Он был в стандартной камерной робе, только одежда была велика и висела мешком. Он продолжал нахально улыбаться и показательно чистить себе ногти, опираясь на металлические перекладины. — Отвечайте на вопросы, Кори! Почему вы убили Асторию Гринграсс-Малфой? — строго продолжила Сьюзен. — Я уже говорил, она меня взбесила. Мне даже на табак не хватает, а цыпочка в рубинах ходит! Разве это справедливо? У меня был это, как называется.. — Итан замялся, подбирая нужное слово, — Припадок, во! — — Как вы совершили убийство? — ледяным голосом спросила Сьюзен. Это были стандартные вопросы на судах такого масштаба - Грейнджер знала это, как дважды два. Значит у неё оставалось все меньше времени, чтобы задать свой. — Я схватил ее за горло и выбил палочку из рук, своей меня давно лишили, — он расставил ладони, будто показывая, что чист и продолжил, — когда оттащил ее за поворот, то свернул шею. Она знаете, как гусыня, у неё была такая длинная тонкая шея, один поворот и... — — Прекратите! Я требую, чтобы его посадили прямо сейчас! — закричал незнакомый мужской голос, и Гермиона с сомнением обратила взор на Малфоя. От ломающегося подросткового альта, он стал взрослым, грубым баритоном. — Мистер Малфой, просим вас сохранять спокойствие до вынесения приговора. — Сьюзен обернулась к свидетелю, и на секунду в ее глазах промелькнуло понимание. Боунс младшая была судьей последние несколько лет, но до сих пор не выдрессировала полную бессердечность на заседаниях. Прямо, как ее тетка. Момент сострадания прошел меньше, чем за секунду, затем она снова повернулась к Кори. — Куда вы спрятали тело? — Итан усмехнулся, присаживаясь на грязный пол своей мини-тюрьмы. — Куда-куда, там и оставил, в переулке! — он улыбнулся так, будто хвастался. От этого вида захотелось вызвать рвоту, но Гермиона сдержалась, резко поднявшись из-за стола. — Вопрос обвиняемому от главы следственного отдела Визенгамота - Гермионы Джин Грейнджер, — назубок произнесла она, замечая как быстро задвигалось перо прямо у носа секретаря. — Мистер Кори, ответьте, что вы делали в 10 часов вечера 15 августа у магазина антиквариата «Малфой»? Друзей у вас рядом не работает и не живет, а покупки в столь дорогих местах, как вы справедливо заметили, вам не по карману. — как на духу выпалила Грейнджер, следя за лицом обвиняемого. — Я..я это самое, ждал знакомого. — замялся Итан, не сводя маленьких глаз с неё. — И как предупредили знакомого о том, что не придете, совершив убийство? — продолжила Гермиона. — Как как, да никак не предупредил! — начинал злиться Кори, хватаясь за зачарованные прутья. — Но судя по результатам следствия, одну зачарованную записку, вы все же отправили. — Гермиона раскрыла дело на нужной странице и двумя взмахами палочкой копии листков с содержанием экспертизы разлетелись к каждому судье. — Вот, мы провели диагностику палочки и последнее заклинание на ней было чужеродным - то есть, не принадлежавшим хозяину палочки, это была зачарованная записка. — Грейнджер набрала в грудь побольше воздуха. — Не расскажете нам, кому вы сообщили о смерти Астории Гринграсс? — Гермиона сделала акцент на последнем слове, пытливо испепеляя взглядом обвиняемого. Он затравленно смотрел в ответ, пытаясь подобрать нужную фразу. Гермиона была уверена, что кончится все именно так. И удовольствие от того, что все идет, как задумывалось растеклось горячим кленовым сиропом. — Я имею право не отвечать на этот вопрос. — ответил Кори. Грейнджер улыбнулась одним уголком губ, сузив глаза. — Я не сомневалась. — тихо ответила девушка скорее для себя, чем для участников процесса и обратилась к судьям, которые увлеченно наблюдали за допросом. — Я прошу отправить дело на дополнительное следствие, поскольку не считаю мотивы убийцы истинными. — коллеги зашушукались, переговариваясь. Громче всех общались Малфой и свита. До нее долетели такие слова, как “немыслимо” и “это сумасшествие”. Но она не обращала внимания. — Господа присяжные, поднимите руку, если вы согласны с моим решением. — отрапортовала Гермиона, оглядывая зал. Все руки взмыли в воздух кроме двух - Сьюзен голосовала последней. Глава Визенгамота посмотрела в глаза главе следствия и медленно подняла руку. Следом за ней быстро подняла руку серая мышка их суда - Бри Марш. Она повторяла каждое действие Сьюзен в надежде, что когда-нибудь тоже будет что-то решать. Грейнджер усмехнулась, а Сьюзен опустила латунный молоток на буковую подставку, вызывая громкий стук, отразившийся от стен зала суда. Визенгамот принял решение.

***

— Нет, ну ты только посмотри на неё! Развалила мое третье дело и абсолютно счастлива. — Саливан выудил из кармана трубку, в намерении закурить прямо у входа в зал суда. Надо ли говорить о том, что младший следователь опоздал на работу на два часа и заявился прямо на заседание, на которое его естественно не пустили. — Прекрати, здесь нельзя курить, вообще-то я сделала за тебя твою же работу! — возмутилась Грейнджер, отбирая у подчиненного коробочку с табаком. — Дело выеденного яйца не стоит, он пришел с повинной, все рассказал как есть - готово! Ну отправил он эту записку, может он маме написал? — со смешком заметил он, забирая табак обратно. Саливан улыбнулся своей самой очаровательной улыбкой, пытаясь применить свои чары к разъяренной начальнице. Он был бесспорно очень красивым, но настолько беспечным, что Грейнджер иногда хотелось отвесить ему пощечину. — Ну, конечно! Очень удобно, да по нему можно учебник по волшебной криминалистике писать, раздел "Наемные убийцы"! — Гермиона схватила его за локоть и направила к стене коридора, когда поняла что из суда стали выходить люди. С другой стороны к коллегам приближалась Элис. Звук её каблучков отбивал звонкую дробь, так она спешила только за новыми скандальными подробностями. Грейнджер с укором покачала головой, как Элис внезапно остановилась. Будто испугалась. — Гермиона! — оглушенно произнесла она, смотря куда-то за спину Грейнджер. Девушка не успела обернуться, как ее сильно задели плечом. — Ты пожалеешь, что залезла в это дело, Грейнджер! — Малфой неприятно сощурился, и кинув на неё последний уничижительный взгляд, резко развернулся и быстро пошел к лифту. Саливан присвистнул, наблюдая как идеально прямая спина скрывается за поворотом. Малфой выглядел настолько грозно, что тот даже не сумел сказать ни слова. — Ну и ну, а это уже похоже на угрозу судье Визенгамота. — заметил он, засовывая курительную трубку в рот. Грейнджер все равно уже не сделает замечания. Она как пришибленная стояла между двумя сотрудниками и смотрела в сторону, где только что растворился очень рассерженный вдовец Драко Малфой.