Страхи

Я боюсь взглядов. Нет. Не тех искренних и любящих. Я боюсь, что люди, добро смотрящие в меня, разочаруюся. Перемены во взгляде, поведении, отношения ко мне. Боюсь, что они изначально будут осуждающими. Из-за этого я боюсь их. Я редко когда иду в магазин сам, просто прошу принести их на дом. Я слышал, что человек запоминает хорошее хуже, чем плохое. Хочу, хочу, ХОЧУ ЗАБЫТЬ ВСЕ! начать с чистого листа. Почему это невозможно? Это невозможно. И я нуждаюсь в людях и их общении. Из-за слабого здоровья я рос не в городе, а в деревне. У меня был друг одногодка, сын наших соседей. Мы дружили, да, именно дружили. Сейчас его нет. С другими детьми я общался мало и то только один год, пока был в подготовительном садике. А потом школа. В первый день подошел к учительнице, спрашивая, когда начнём учить таблицу умножения, а она мягко ответила, что позже. В глазах было явное раздражение. Я помню, как пытался быть незаметнее в классе. Не хотел быть изгоем, как тот мальчик с задней партой. Он постоянно шутил, но его общества избегали. Некоторые дразнили. Обзывали, но вещи не трогали. Терпимо. Когда меня посадили к нему (мальчишек было больше, чем девчонок) один из парней придумал и мне прозвище, на тот момент оно сильно задело меня. Я не хочу говорить его, но оно звучит не слишком оскорбительно сейчас, просто забава одноклассников. Глупо, но для восьмилетки обидно. Я чуть не расплакался, хотя вру. Слезы были. Я надолго обиделся на мальчишку, с которым меня посадили. Это неправильно, но... я терпеть его не мог. Считал, что он виноват. Во всем. Потом все успокоилось. Нет, сначала все было хорошо, но... Я чем-то разочаровал одноклассника. Свой дневник я обнаружил в мусорном ведре. (Тогда я заплакал почти сразу и чуть не полез в драку) К счастью там были только бумажки и коробки из-под сока. Учительница заметила и пересекла на корню все издевательства. Внешние. Но уже к четвёртому классу все сошло на нет, даже обидные прозвища. Но постоянный страх остался. До сих пор боюсь, что не приживусь на новом месте. Боюсь довериться. И разочароваться в ком то. Я тогда доверил очень важный секрет другу. Не лучшему, но все же... Он не был сплетником, но уже через урок все знали и ржали с меня. Умею же я дружить. Это больно, не как предательство, через него я не прошёл, и не из-за крепкой дружбы, но неприятно. Я боюсь сделать что-то неправильно, что подведу, разочарую. Ошибиться там, где нельзя. Боюсь когда кричат на меня. В этот момент я застываю, не способный даже понять, о чем идет речь. Слышны только барабаны в ушах. Есть три реакции: бег, кулак, замирание. У меня последнее. В организме не образуется адриналина, ничего другого нет, только страх и онемение. Мне задала вопрос на повышенном тоне учительница по истории. Хотя он и был по домашке, я.. я не мог ответить. Я просто замер истуканом, хоть и знал ответ, но просто не смог открыть рот. Хотя и знал, что она не стала повышать голос, если бы все было ок. В последнее время все чаще возникают шумы и какие-то пародии на панические атаки. В голове кричат голоса, они вспоминают всё, буквально каждый провал с младшей школы, просят прощения за них. Даже самые мелкие и нелепые провинности. Извиняются, кричат 《Простите》 много раз, разными голосами. Но мне, можно сказать, повезло? Они приходят только тогда, когда я вижу те ужасные взгляды. А в остальном молчат. Про все это никто не знает, кроме меня. Это хорошо. Не хочу быть психом в глазах других, или просто окончательно сойду с ума. Меня видят немного замкнутым человеком, постоянно сидящим в телефоне за прочтением книг, немного странного, но всегда готового чем-то помочь. Ужасно утомляет, что не могу просто запереться один навсегда. Не хочу всех видеть. Боюсь. Но и не могу быть один. Страшно.