Гарри Поттер и Братство свободных

      Магическая Великобритания – конституционная монархия, с парламентом и монархом из династии Эмрис, который возводит свой род к Мерлину. Мир магов – зеркальная реальность миру людей. Такие места как «Дырявый котел», вокзал Кингс-Кросс – это порталы в мир магов, через которые правительство доставляет маглорожденных в магическую Британию.       После поражения Грин-де-Вальда остатки его армии продолжали активно действовать на территории Соединенного Королевства магов Британии и Ирландии. В ходе долгой борьбы правительства и Сопротивления истинных волшебников первое одержало полную победу. Но министерство под руководством Маргарет Гринграсс начало проводить реформы для предотвращения новой войны.       Основную причину конфликта британское министерство увидело в нарушении психического здоровья чистокровных магов – из-за частого кровосмешения родственных чистокровных семей психическое состояние волшебников оказалось под угрозой. Премьер-министр Гринграсс и ее кабинет стали добиваться насильственного включения магглорожденных в семьи чистокровных. По их задумке это должно было решить две проблемы – остановить вымирание древних семей и уничтожить недопонимание между магами Волшебного мира и волшебниками из мира Магглов. Закон был принят в 1983 г.       1983 год. Май       Годрикова Впадина       Лили Поттер сидела рядом со своими сыновьями в маленькой комнате. Она напевала колыбельную ‘Twinkle Twinkle Little Star’ для маленьких близнецов, а рядом с ней стоял пятилетний Гарри. Мальчик с улыбкой слушал песню, которую мама пела, когда он ещё был малышом. Но одновременно с этим в его глазах читалась тревога. Он видел, что мама напряжена, нет той лёгкости в голосе, с которой она обычно напевала песню. Весь день она была взволнована, а папа пропал с утра. Сам Гарри не особо переживал, ведь пока рядом мама и папа, всё должно быть хорошо.       Лили почувствовала, как ее руку взял Гарри. Женщина прекратила петь и с грустной улыбкой посмотрела на старшего сына. Тот глядел на нее глазами, являвшимися точной копией её собственных, в которых ясно читался интерес. Она грустно вздохнула и прижала мальчика к себе. Больше всего переживала за него. Близнецы ещё маленькие, вряд ли они что-то вспомнят из этой ночи, о них должны будут позаботиться. Но вот Гарри… Он уже достаточно повзрослел, чтобы осознавать, что происходит вокруг него. Ни она, ни Джеймс не смогли наложить на него заклинание сна, его детская магия стала проявляться и снимала всевозможные заклинания, слабые проклятия и даже эффект зелья смывался за считанные секунды. К сожалению, он увидит все события, что сегодня произойдут. Лили лишь надеялась, что мальчик сможет это пережить.       От размышлений о судьбе сына Лили отвлек шум внизу. Кто-то вошел в дом. Инстинктивно она потянулась за своей палочкой. Дом в Годриковой Впадине был окружен разнообразными чарами, а Хранитель Тайны Фиделиуса должен был уже бежать из Англии. Он должен был подготовить убежище в соседней стране для Поттеров, после чего они навсегда покинули б магическое королевство, возможно даже ушли б в мир магглов. Но Лили уже знала, что их план изначально был провален. Довериться Питеру было ошибкой. Хоть он и был их другом детства, но Лили понимала, что Петтигрю был не слишком храбр. Они доверились ему из-за его возможности превращаться в крысу, что могло помочь ему быстро и незаметно добраться до границы. Но, если его поймали, то всё пропало. Джеймс, наверняка, тоже понимал, Питер не будет сопротивляться тайной полиции правительства. —Лили! – раздался голос Джеймса.       Женщина с облегчением опустила руку и чуть отстранилась от сына. Гарри с радостью посмотрел на дверь, ожидая появления отца. Тот не заставил себя ждать и буквально через минуту влетел в комнату. Увидев сидящих рядом жену и старшего сына, и мирно спящих близнецов, Джеймс облегченно выдохнул. Он опустился на ковер рядом с Лили и приобнял ее и Гарри. —Они скоро будут здесь, - тихо произнес Джеймс прижавшись губами к макушке Лили. —Через сколько? – также тихо спросила Лили. —Минут десять, самое большое двадцать. —А мама с папой… —Ждут внизу. Сказали, что не оставят нас и детей. Отец хочет попробовать договориться с Чарльзом. —Они не смогут, — горько усмехнулась Лили. — Для нас уже все решено.       Мужчина посильнее прижал к себе жену. Лили почувствовала теплоту на лбу и отстранилась. По щекам мужа текли слёзы. Он никогда в жизни не плакал, по крайней мере не позволял, чтобы кто-то видел его таким. Обняв лицо мужа руками, Лили улыбнулась ему и почувствовала как у самой глаза начинают покрываться влагой. Джеймс сильнее прижался к ладоням Лили, словно находя утешение в их тепле. —Будь ты проклят, Питер! — в сердцах воскликнул Поттер. —Мы знали на что идем, Джим. Мы были готовы на это. Главное, чтобы с детьми все было хорошо. —Папа? Мама?       Взрослые посмотрели на источник звука. Они совсем забыли, что рядом с ними был их старший сын. Гарри смотрел на них с обеспокоенным видом. Он чувствовал, что родителям сейчас плохо, но не мог понять почему. Джеймс слабо улыбнулся и притянул к себе сына, взъерошив ему волосы. —Гарри, я так люблю тебя! Навсегда запомни это. Что бы не случилось, помни, что мама и папа всегда любили тебя. Как и твоих братьев, обязательно скажи им, что мы любим вас. —Папа, - у Гарри задрожал голос. – Что случилось? Почему ты плачешь? —Потому, что я рад, что ты у меня растешь таким молодцом, - улыбнулся Джеймс. —Гарри, послушай нас. Мы с папой сейчас должны будем уйти. Оставайся здесь и никуда не уходи, будь рядом с братьями. —Но когда вы вернетесь?       Джеймс и Лили переглянулись. Обоим было сложно. Как могли они сказать ребенку правду? Сможет ли он принять это? Но и соврать они ему не могли. Не могли сказать, что скоро придут. Это разобьет мальчику сердце. —Сынок, - Джеймс положил руку на маленькое плечо сына. – Мы не придем. Плохие люди… хотят забрать маму и папу. —Но вы же… Мы же можем уйти… - по щекам Гарри начали идти слезы. Это ещё больше ранило сердце родителей. —Прости, Гарри, - сказала Лили. – Мы это делаем, чтобы ты был в безопасности. Ты ещё мал, сынок, но когда-нибудь ты поймешь нас. Прости нас, родной, - Лили притянула к себе сына. – Прости нас. Мы всегда будем любить тебя. Всегда.       Снаружи дома послышались звуки аппарации. —Надо идти. —Нет! Я не отпущу вас!       Гарри вцепился руками в Лили, надеясь, что это не позволит ей встать. —Сын! – Джеймс обернул Гарри к себе.       Лили поднялась и с грустью посмотрела на близнецов в кроватке, а после вернула взгляд на мужа. Тот кивнул ей. Лили в последний раз посмотрела на сына и поцеловала его в макушку со словами «Я люблю тебя, Гарри» и ушла из комнаты. Гарри со слезами на глазах посмотрел на отца.       Джеймс опустился на колени перед сыном. Ему было трудно сказать ребёнку все, что он думал. Но Джеймс Поттер верил в своего старшего сына. Может, не сейчас, но со временем, с годами, он осознает сказанное сегодня, и может сделает то что должно. Сейчас он испугается, ничего не поймет, но Джеймс верил в него... —Гарри, послушай меня. Мама не хотела, чтобы я тебе говорил это, но я должен. Запомни кто это сделал. Не позволяй никому тобой управлять, никто не вправе говорить тебе, что правильно, а что нет. Ты должен стать сильным, сынок. Чтобы защитить себя, защитить своих братьев, свою семью. Сделать то, что не смогли сделать мы с мамой. Пообещай мне, Гарри. Пообещай, что будешь сильней нас. Что никогда не позволишь сильным обижать слабых. —Я… обещаю… папа – всхлипнул Гарри.       Джеймс крепче обнял сына. —Спасибо, Гарри. Береги себя, сынок.       С этими словами Джеймс отпустил сына и вышел из комнаты. Гарри услышал как отец закрыл замок на двери, и, подойдя к ней, потянулся к ручке, чтобы попытаться открыть. Он хотел к родителям, не мог поверить, что увидел их в последний раз. Джеймс спустился в прихожую. Вместе с Лили там находились два человека. Пожилые джентльмен и дама. Мужчина был одет в серый костюм, он опирался на трость, но любой человек мог увидеть, что, несмотря на свою старость и проблемы с ногой, он был ещё очень силен и твердо стоял на ногах. Его седые волосы были слегка взъерошены, а под глазами были морщинки, указывающие на то, что этот человек любит улыбаться. Но сейчас его губы были плотно сжаты, а взгляд как никогда серьёзен.       Дама рядом, жена джентльмена, была в дорожном костюме, нижняя его часть была заляпана грязью, но женщину это ни капли не смущало. Её волосы были собраны в пучок, а из-под маленьких овальных очков на молодую пару смотрели строгие, но одновременно очень добрые голубые глаза. —Мама, папа. Вам не стоило приходить. —Мы не оставим вас, Джеймс. Тем более здесь наши внуки. Правительство никогда не простит нам нашу позицию по маггловскому вопросу и смерть тех офицеров. Так что, если нам суждено погибнуть, то мы предпочтем отдать жизнь за нашу семью.       Старшие и младшие Поттеры обнялись, готовясь к прибытию своих палачей. Джеймс недовольно посмотрел на отца, но не смог не отметить про себя, что был рад видеть его. В конце концов, сам Джеймс вряд ли стал бы таким, какой он есть, если бы не видел пример своих родителей – самых храбрых и верных людей, что он знал.       Флимонт и Юфимия Поттер. Одни из самых знаменитых волшебников своего времени. Кроме своих успехов в изобретении зелья «Простоблеск» старшие Поттеры были известны своей отвагой во время войны с Грин-де-Вальдом. Ещё молодым Флимонт был одним из тех, кто помогал Ньюту Саламандру штурмовать Нурменгард в 1945 г. А с началом борьбы правительства Гринграсс за ущемление прав магглорожденных он стал первым кто публично объявил о своем противостоянии властям. Юфимия во всем поддерживала своего мужа. Как и он, она не могла позволить себе жить вопреки своим принципам. И если это требовало пойти на самоубийственную борьбу, то это, по ее мнению, того стоило. Война уже отняла у нее отца и брата, и Юфимия не могла позволить новой бойне отнять у нее внуков.       Все четверо Поттеров понимали, что у них оставались считанные минуты. Старики удостоверились, что Гарри и близнецы в безопасности, и вместе с младшими членами семьи стали готовить защиту дома. Не для того, чтобы задержать своих врагов, а чтобы их проклятья, которыми будут атаковать дом, не навредили детям. В напряженном ожидании прибытия «гостей» Джеймс закурил. Мать недовольно посмотрела на сына, но ничего не сказала. Ни она, ни Лили не могли терпеть, когда Джеймс начинал курить в доме и обычно выгоняли его на улицу. Но сейчас было бы слишком мелочно ругать сына за его вредные привычки. Флимонт стоял у окна и крепко сжимал свою трость. Он немигающим взглядом всматривался в темноту на улице, как будто ожидая кого-то определенного.       Послышались звуки аппарации. Они продолжались целую минуту, что указывало на большое количество прибывших. Затушив сигарету о пепельницу, Джеймс кивнул своим родным и направился к выходу. Остальные последовали за ним. На улице их ждало около двадцати магов. Каждый из них был одет в тёмную мантию, в руках они крепко сжимали палочки, и как только из дома появились их цели, часть волшебников направила свое оружие на Поттеров. Большая часть прибывших были опытными аврорами, они уже побывали не в одной битве, сражались с остатками английского отделения Сопротивления сторонников Грин-де-Вальда. Но в первый раз они были должны направить свои палочки на волшебников, которые были виновны не в убийствах, терроризме или похищениях людей. Нет, эти люди были виновны в том, что захотели защитить себя. Часть из авроров понимала всю неправильность происходящего, но они не могли уже ничего сделать. Приказ есть приказ.       Молчание длилось недолго. Джеймс и Лили также держали в руках волшебные палочки, готовясь в любой момент защищать друг друга. Они знали, что не смогут выиграть эту битву, знали, что стоит им поднять палочки, как это станет их концом. Но это лишь придавало им сил. Джеймс и Лили готовы были отдать жизни друг за друга. И в некотором смысле, их утешала мысль, что свой конец они встретят вместе. —Мистер и миссис Поттер! – раздался хриплый голос старшего аврора. – Именем закона, вы арестованы! Бежать вам некуда, на территорию наложены антиаппарационные чары. Положите свои палочки на землю и подойдите к аврорам.       Джеймс с ненавистью смотрел на людей, на которых он когда-то равнялся. Будучи студентом Хогвартса, он мечтал стать частью аврорского корпуса. Он и представить себе не мог, что через несколько лет после окончания школы он будет противостоять им. —Мы ещё можем все уладить миром, господин Скримджер, - выступил Флимонт. —Можем, - кивнул глава авроров. – И условия вы уже услышали. Положите палочки, сдайтесь и получите справедливый суд. —Справедливый? – усмехнулся Джеймс. – Британский суд уже давно не отличается справедливостью. К чему лицемерить, Руфус? Что нас ждет после этого суда? Меня – пожизненное заключение в Азкабане, а мою жену как магглорожденную разведенную отдадут в семью местного лорда для продолжения его рода. А что будет с моими детьми? —Вы сами привели к такому исходу, Поттер. Вы нарушили закон… —Закон? – выкрикнула Лили. – Закон, который превращает таких как я фактически в вещь для чистокровных лордов? Закон, что лишает людей их семей, только потому что правительство решило, что может поставить одного человека выше другого лишь из-за его крови? Уж лучше я умру, чем буду жить рабыней в построенном вами обществе. —Лили, успокойся, милая, - положил руку ей на плечо Флимонт. —Закон един для всех! Последнее предупреждение, Джеймс, сдай палочки или… —Не стоит тратить на них время, господин Скримджер.       Из толпы авроров вышел пожилой мужчина. В отличие от стражей порядка этот маг был одет в костюм тройка. Испещрённое морщинами лицо было полно презрения. Подобно Флимонту он был чуть сгорблен, но при этом стоял без трости, и весь его внешний вид так и кричал о власти, могуществе и снобизме. —Чарльз, - с горечью поприветствовал новоприбывшего старший Поттер. —Флимонт, - выплюнул Чарльз. – Всё никак не успокоишься? Продолжаешь дело своего отца по уничтожению чести Поттеров? —Не тебе судить о чести, Чарли. Не думаю, что наш дед был бы рад увидеть как один из Поттеров натравляет авроров против другого.       Чарльз Поттер на это лишь хмыкнул: —Я это делаю, чтобы спасти род Поттеров. И, если это потребует того, чтобы арестовать тебя и твою семью, я готов на это. —Пфф, снова твои разговоры про род, Чарли, - улыбнулась Юфимия. – Именно поэтому мы с тобой никогда не сходились во взглядах. Все эти разговоры о древних родах – уже пережитый предрассудок. Семья – вот что важно для нас. —Слова Генри Поттера, - усмехнулся Чарльз. – Капитан Скримджер, пожалуй, хватит этих разговоров. Ваше задание ясно: задержать преступников. Капитан авроров явно был недоволен тем как вел себя Чарльз Поттер. Но последний был прав. —Джеймс, Лили, повторяю приказ: опустите палочки… —Нет! Ты знал каков будет исход, Скримджер. Так действуй. —Жаль, что так все должно закончиться, Джим. Авроры, взять их!

***

      Гарри упорно пытался допрыгнуть до ручки двери. Он хотел к родителям. Он слышал, как снаружи дома появилось много людей. Когда Гарри подбежал к окну, то увидел, как толпа волшебников в чёрных мантиях направили палочки на его маму, папу, дедушку и бабушку. Бабушка Юфимия о чём-то спорила со старым дядей. Вскоре волшебники в мантиях выпустили заклинания в его родителей. Множество разноцветных лучей полетели в Поттеров. Но мама и папа быстро выпустили щиты перед собой. А бабушка и дедушка быстро достали свои палочки и начали контратаковать.       Число противников было слишком велико для четырех волшебников, двое из которых были, пусть и опытными, но всё же уже в возрасте, что не позволяло им двигаться с былой скоростью. Семья Поттер постепенно отступала в дом. В слезах Гарри побежал обратно к двери и стал отчаянно бить в неё руками. Он услышал крик его мамы. Это стало последней каплей для мальчика. Ударив маленьким кулачком в дверь, он завопил и в этот момент произошел новый магический выброс.

***

      Авроры продолжали наступать. Флимонт пал первым. Старший Поттер смело сражался с «хранителями порядка» и даже находясь под градом выстрелов смог оглушить одного или даже двух из них. Но Джеймс был в опасности. Он с трудом сдерживал натиск восьми авроров. Один из молодых, видно недавно принятых в ряды корпуса, выпустил неумелое оглушающее заклинание. Джеймс не мог вовремя отреагировать на него, отражая заклинания Скримджера и двух его сподвижников. Понимая, что не успеет нанести Протего на сына, так как его самого атаковали, Флимонт бросился своим телом на оглушающее проклятье.       Джеймс услышал как рядом с ним рухнуло тело. В ужасе он смотрел на отца. Ярость захватила сознание Джеймса. Как демон он рванулся на врагов, бросая в них все новые и новые проклятья. Казалось, что все заклятья противников не причиняли ему вреда. Только Чарльз видел, что силы Джеймса на исходе, из открытых ран обильно лилась кровь, а его движения становились все медленнее.       Битва на секунду прекратилась. Все услышали, как в доме что-то взорвалось. В дверном проеме показался маленький мальчик и часть авроров направила на него палочки. Джеймс тут же ринулся в атаку на них пока Лили побежала в дом к сыну. Последнее, что увидел Джеймс, это как группа магов все таки смогли обезоружить его мать и связать ее. Сзади кольнуло что-то холодное, словно тысячу мелких и острых иголок воткнули ему в район поясницы. Джеймс чувствовал как воздух уходит из его легких. Он попытался повернуться, чтобы увидеть Лили и Гарри. Но прежде чем он успел сделать хоть шаг, его взор утонул во тьме.       Новый виток боли пронзил сердце мальчика. Пока мама бежала к сыну Гарри видел как старый человек в костюме ударил со спины странным серебристым заклинанием в его папу. Он выгнулся как кошка, а после упал на землю. Гарри не успел никак среагировать, так как мама схватила его и утащила обратно в дом. Он схватился за неё, не желая отпускать, боясь, что она упадет так же, как папа.       В дом зашло пять человек. Каждый из них поднял палочку, готовясь произнести новые заклинания, но Лили была быстрее. Мощные Остолбеней полетели в двух авроров, сбивая их с ног. К сожалению, этого было недостаточно. Обозлённые потерей товарищей, а также тем, что их группа профессионалов, как они себя считали, не смогла быстро справиться с четвёркой простых магов, авроры выпустили зелёные убивающие женщину лучи, не заботясь, что один из них может задеть ребенка.       Понимая, что никакой щит не сможет отразить убивающее проклятье, Лили лишь постаралась поплотнее прижать к себе сына, чтобы ни один из лучей не достал его. Сам мальчик крепко вцепился в свою маму. Хоть краем своего детского разума он понимал, что они в беде, но в объятиях матери он ощущал родное тепло, которое его защитит. Всегда защищало, и должно спасти сейчас, как он думал. Он услышал грустный, полный любви голос мамы: «Гарри, береги себя».       Тело матери в один момент стало тяжелым. Вместо прижимающих к себе теплых рук на Гарри стало давить ее мертвое тело. —Мама? Мамочка, пожалуйста… —Взять ребенка!       Гарри не мог поверить. Его мама… Они не могли... Не в силах сдерживать себя, Гарри выплеснул всю свою злость, горечь и обиду в крик, производя второй за ночь магический выброс.

***

—Каковы потери? – спросил Руфус одного из своих бойцов. —Потеряли четверых, сэр. Лоу, Бёрч, Салли и Стоун. Ещё пять пошли в дом за женщиной. —Печальная ситуация, капитан, - подошел Чарльз Поттер. – Группа из квалифицированных бойцов не смогла одолеть четверых. И чему только вас учат… —Нас учат сражаться, а не убивать, мистер Поттер, - прорычал Скримджер. – И вы не имели права вмешиваться в этот конфликт. А ваши действия против Джеймса Поттера... —Я сделал то, на что у вас не хватило сил. Закончил эту битву. —Мерзавец! – закричала связанная Юфимия. – Ты ударил в спину как подлый трус! И после этого смеешь говорить о чести?!       Чарльз никак не отреагировал на заявление женщины. Возможно, он успел бы что то сказать, но в момент, когда он открыл рот, в доме Поттеров произошел очередной взрыв. Волна огня сбила всех с ног. Скримджер, Чарльз и аврор с трудом поднимались на ноги, когда послышался звук аппарации. «Невозможно!» - подумал Руфус. Они заранее наложили чары, чтобы никто не мог вмешаться в рейд. Сил почти не осталось и Руфус не увидел прибывшего. Единственное, что он заметил как длинная фигура побежала в горящий дом.       Через несколько минут четыре волшебника наблюдали как в воздухе плыла кроватка с двумя плачущими детьми, а маленького, всего покрытого сажей и с небольшими ранами на лбу и у рта Гарри Поттера нес на руках Альбус Дамблдор.

***

      9 ноября 1983 г. Зал Визенгамота.       Через неделю после ставшего знаменитого на всю Англию события в Годриковой Впадине, начался суд. Единственными выжившими в «Резне в доме Поттеров», как окрестили это событие независимые журналисты, были Юфимия и Чарльз Поттер, Руфус Скримджер, аврор Джордж Поллукс и дети четы Поттер. Действия авроров по протекции Чарльза были признаны законными, несмотря на протесты либеральных судей, которые указывали на запрет авроров использовать смертельные проклятия. Юфимия Поттер была признана виновной в сопротивлении властям и государственной измене, снова благодаря влиянию Чарльза Поттера и его союзников. В результате пожилая женщина была приговорена к смертной казни через зелье вечного сна. Все с изумлением смотрели, как гордая женщина сама выхватила склянку из рук палача и до дна выпила снадобье.       Всё время, пока шёл суд Альбус Дамблдор не произнес ни слова. Он сидел в темном углу и с хмурым выражением лица смотрел на происходящий, по его мнению, позор. Лишь на последнем вопросе заседаний он подал голос. —Против! —Мистер Дамблдор? – вопросительно посмотрела на великого волшебника глава суда Боунс. —Сэр Дамблдор, - поправил Альбус. – Пока еще никто не отнял у меня рыцарского звания, знаете ли. —Простите, сэр. Прошу вас высказать свою позицию. —Благодарю, госпожа Боунс. Для меня считается недопустимым сам вопрос о передачи детей Джеймса и Лили в семью Чарльза и Дореи Поттер. Как смогут дети жить с человеком, прямо ответственным за гибель их родни и более того, лично убившим их отца. —Вздор, Дамблдор! – поднялся со своего места Чарльз. – Дети ещё слишком маленькие, чтобы осознать, что произошло. Без нас, семьи Поттер, на них навсегда ляжет клеймо детей предателей. Я и Дорея сможем дать им любовь и опеку, а также хорошее воспитание —Не удивлюсь, если в ходе этого воспитания дети примут ваши идеалы и возненавидят своих родителей. —Я… —Тихо, господа, - громыхнула судья Боунс. – Соблюдайте порядок. Каковы ваши предложения, сэр Дамблдор? —Так как закон ничего не говорит о положении полукровок в данном случае, то я вижу лишь несколько путей: первый, что мне нравится менее всего, отдать детей в недавно созданный приют матери Шепард; второй, я прошу отдать детей в воспитание школы Хогвартс, под мою личную ответственность.       В Визенгамоте разгорелись горячие споры. Поттер настаивал на том, что Дамблдор не имеет права забирать детей к себе в школу. В целом, коллегия судей подтвердила, что отправлять маленьких детей в школу, где более взрослые подростки могут позволить себе колкости и жестокость в их сторону, будет невозможным. Большая часть магов была готова пойти на уступки и отдать Чарльзу детей, приняв его аргумент об их малолетстве. Но Дамблдор пошел на последний шаг. —Кроме Гарри. —Что? —Гарри Поттер лично видел смерть своих родителей. Мальчику уже пять лет, он достаточно взрослый, чтобы запомнить этот момент на всю жизнь. Более того, он видел как Чарльз Поттер нанес удар в спину его отцу. Отдавать мальчика убийце отца, я считаю, будет большой ошибкой. Это будет огромный психологический удар для ребенка.       И снова споры. Но, как бы Чарльз не старался удержать за собой маленьких Поттеров, суд принял решение о разделении семьи мальчиков: близнецов отдавали под опеку Чарльза и Дореи Поттер, а маленького Гарри Поттера направляли в приют матери Шепард. Отвезти мальчика в приют вызвался сам Альбус Дамблдор.       Проходя мимо четы Поттер после окончания суда с мальчиком за руку, Дамблдора остановили: —Теряешь хватку, Альбус, - заявил Чарльз. —Все мы стареем, Чарльз. Я никогда не держался за власть и влияние, в отличие от тебя. Но смог сохранить свою честь.       Чарльз Поттер злобно оскалился: —И что ты дашь этому мальчику? Жизнь в одиночестве и бедности? Он же будет изгоем в нашем обществе! —Он будет как и его родители, - спокойно ответил Дамблдор. - Честным и свободным! Свободным от ваших предрассудков и порядков. А на счет бедности, то думаю ему переживать не стоит. Флимонт и Юфимия оставили внуку хорошее наследство. Фабрика зелья «Простоблекс» даст ему достойное существование. —Что? Она… это… —Не ожидал, Чарльз? – улыбнулся директор. – Думал, что, забрав детей к себе, заберёшь и их наследство? Флимонт не успел оформить наследство на младших внуков. Так что Гарри – единственный наследник их состояния. —Он всё равно его не удержит. Если понадобится, я добьюсь, чтобы правительство забрало всё состояние предателей! – Чарльз посмотрел на молчащего до этого мальчика. – Запомни кто были твои родители – они предатели! Ты никогда уже не сможешь быть одним из нас! —Отойди от мальчика, Чарли. Не тебе говорить о предательстве, когда ты сам направил палочку на одного из членов твоей семьи.       И отодвинув в сторону кипящего от злобы мага, Альбус направился к выходу из дома правительства.

***

      Закончив с оформлением бумаг, Альбус повёл Гарри Поттера в его комнату. Это была маленькая комнатушка с кроватью, шкафом для одежды и столом для работы. Единственным источником света было большое окно, которое открывало вид на дорогу, на которой скопилось множество магов-журналистов, интересующихся мальчиком, выжившем в «Резне».       Подведя Гарри к кровати, Дамблдор сел напротив него на колени: —Я должен идти, Гарри. Я уверен, ты справишься здесь. —Вы придёте ко мне ещё? – грустно спросил мальчик. —Обещаю.       Дамблдор внимательно посмотрел в зелёные глаза Гарри. В них больше не было детского веселья и озорного огонька. Лишь грусть и тоска. Взгляд Альбуса перешел на небольшие шрамы на лбу, у рта и на глазу. Братья Лестрейндж, погибшие во взрыве, в страхе бросили в ребенка режущее заклинание. Из-за выброса оно утратило свою силу и нанесло лишь небольшие раны.       Когда Дамблдор вышел из приюта, на него накинулась толпа журналистов. Каждый из них хотел задать свой вопрос: —Профессор, как себя чувствует мальчик? —Правда ли, что мальчик уничтожил всех в доме, включая родную мать? —Стоит ли детям приюта опасаться, что Гарри Поттер также может уничтожить их дом? —Профессор, - к Дамблдору подошла молодая журналистка в ядовито-зеленом костюме. – Верны ли слухи, что вы можете стать опекуном мальчика?       Дамблдор решил ответить одной из журналисток: —Я действительно хотел этого, мисс... —Скитер. —Мисс Скитер. Но правительство отказало мне в данном вопросе. —Можно ли это официально считать вашим заявлением, что Мальчик-Который-Выжил – ваш будущий протеже? —Я лишь забочусь о благополучии ребенка, потерявшего своих родных в чудовищных событиях. —Вы считаете, что правительство виновно в убийстве Поттеров? —Да, - твердо ответил Альбус, чем вызвал немалый шок на лицах журналистов и улыбку у Риты Скитер. —Для многих недовольных правительством вы и Мальчик-Который-Выжил теперь символы. Вы не думали этим воспользоваться? —Нет, я хочу лишь, чтобы Гарри Поттер имел спокойное детство, на что имеет право каждый ребенок. И прошу вас, мисс Скитер, его зовут Гарри Джеймс Поттер. Не стоит называть его… как вы сказали? —Мальчик-Который-Выжил! Единственный выживший в «Резне Поттеров»!