Молчание равносильно признанию

      Лунный свет освещает пустую трассу, по которой мчится одинокая машина с двумя пассажирами. Тэхён еле справляется с желанием уснуть, постоянно роняя голову и не замечая, как глаза закрываются сами по себе.       Тихая музыка, которую Чонгук включил просто для того, чтобы им было не скучно в поездке, наоборот, еще больше заставляет погрузиться в сон. В конечном итоге младший не выдерживает и прислоняется затылком к изголовью сидения, медленно погружаясь в долгожданную дремоту.       Его левая рука, крепко сжатая в чонгуковой ладони, безвольно поникает, что тут же замечает старший, поэтому Чон мгновенно поворачивается к парню и улыбается, засмотревшись на его безмятежное выражение лица.       Спустя пару минут шорох колёс становится более мягким, а после и вовсе постепенно затихает, когда машина проезжает по дворовому гравию. Где-то вдалеке слышатся редкие сигналы транспорта и гул неспокойного города, который даже в такой поздний час продолжает жить на полную катушку.       Чонгук паркуется напротив подъезда, где живёт Ким, и заглушает двигатель. Несколько минут старший не решается разбудить парня, продолжая с наслаждением наблюдать за тем, как тот улыбается чему-то во сне.       Чонгук даже не замечает за собой, как неожиданно для себя приближается к тэхёнову лицу и останавливается буквально в нескольких миллиметрах от его губ. Горячее дыхание мгновенно опаляет кожу младшего, отчего тот открывает глаза и с неким удивлением уставляется на парня перед собой. От изумления его глаза становятся ещё больше, и Тэхён смотрит на Чона так, словно видит его впервые.       Старший тут же отстраняется и принимает прежнее положение, глубоко вдохнув и пытаясь при этом выглядеть более-менее нормально. Но, кажется, у него это слабо получается, поскольку тяжело вздымающаяся грудь очень быстро выдаёт его настоящее состояние.       — Так вот, значит, о чём ты думаешь, — Ким смеется, когда понимает в чём было дело. Он покрепче сжимает ладонь старшего, показывая всем своим видом, что совершенно не против, и что ему в каком-то смысле даже понравился подобный жест с чонгуковой стороны. — Разве тебе не хватило того, что было пару часов назад? И вообще, почему мы ещё здесь?       — Хочешь, чтобы я остался у тебя? — Чонгук почему-то до сих пор не хочет смотреть в глаза младшему, поэтому пристально вглядывается куда-то вдаль, слегка сощурив глаза. Он решает ловко пропустить допрос Тэхёна, стараясь при этом выглядеть максимально спокойным.       —Ты что хочешь бросить меня после такого вечера?       Чон резко поворачивается к Тэхёну лицом и в его взгляде начинает читаться искреннее удивление и даже некое волнение от произнесенного младшим вопроса. Казалось, что тот стал совершенно другим человеком, иначе как объяснить то, что он стал слишком настойчивым и совершенно не боялся задавать странные и каверзные вопросы?       — Ну, если тебе нужно ехать, то я пойму, — на лице Кима проскальзывает тень хитрой улыбки, а в глазах будто бы зажигаются огоньки. Становится ясно, что младшему уже совсем не хочется спать, ведь он отлично взбодрился, пока они ехали обратно.— Просто хотелось провести с тобой ещё немного времени. Да и поздно уже… Мне не понравилось бы, если бы ты мучился, добираясь ещё и до своего дома.       Старший усмехается и легонько щипает парня за щеку, параллельно отстегивая ремень безопасности. Тэхён хмурится, но повторяет движения следом за Чоном и выходит из машины.       Они молча поднимаются в квартиру, заходят внутрь и, похоже, только сейчас ощущают, что между ними появилась какая-то неловкость. Было совершенно непонятно, что теперь делать и как поступать по отношению друг к другу.       Стоило ли предложить сразу пойти спать? Или лучше слегка перекусить, а потом всё как-то само по себе образуется?       Тэхён абсолютно не осознает, почему даже в прошлых отношениях, хоть они и были не совсем нормальными, не происходило чего-то подобного. Почему там не было подобных ситуаций, а тут создавалось ощущение, как будто они натворили что-то постыдное и теперь не могли найти в себе сил, чтобы всё исправить?       — Может хочешь немного поесть? — младший решает всё же первым начать диалог, пытаясь показать, что он не испытывает никакого дискомфорта, зная о том, что он с Чонгуком находится совершенно один в пустой квартире.       А ведь раньше такое нисколько не смущало.       Ким тут же поджимает губы и опускает взгляд в пол, параллельно начиная скользить носком по гладкой поверхности ламината. Чонгук, всё это время стоявший несколько поодаль, и точно так же не понимающий, что ему следует сделать, почему-то резко издает смешок и приближается к Тэхёну, аккуратно взяв его за руку и привлекая этим незамысловатым движением внимание к себе.       Младший тут же поднимает взгляд и всматривается в глаза старшего, а тот продолжает по-глупому улыбаться и с такой нежностью смотрит на него, что сердце начинает предательски сжиматься.       — Что насчёт рамена? — мягко спрашивает Чонгук, и с интересом склоняет голову вправо.       Тэхён находит в себе последние силы, глубоко вздыхает и разворачивается, молча утаскивая парня за собой на кухню. Тот не сопротивляется — с одной стороны, он никогда ещё не видел Кима в таком состоянии и даже не знает, как реагировать. Однако, оказавшись в помещении, Чон несколько секунд нерешительно стоит у двери, не зная, что делать дальше.       — Надеюсь, что ты не спалишь ничего в этот раз?       Чонгук смеется над своими же словами, когда вновь вспоминает недавнюю ситуацию с подгоревшей колбасой на сковороде. Тэхён густо краснеет, заслышав колкий вопрос от парня, но виду не подает, стараясь показать, что это его нисколько не задевает.       Не говорить же старшему, что всему виной не только их поцелуй, но ещё и тот факт, что парень выглядел в тот момент настолько потрясающе, что все мысли были заняты только им одним. Да и вдобавок ко всему было совершенно не ясно, что делать со своими чувствами, ведь ответ Чонгука мог быть абсолютно другим.       Ким даже поражается своему счастью, которое так внезапно свалилось на него в столь подходящий момент. Парень до сих пор не мог понять, что такого он сделал в жизни, чтобы их судьбы так неожиданно и сильно переплелись, что даже появился шанс стать не только друзьями, а ещё гораздо ближе, гораздо теснее друг к другу, полностью отдавшись вспыхнувшим чувствам.       Через полчаса парни уже справляются с большими порциями лапши и довольные расползаются на кухонных стульях, не в силах сдвинуться с места. Но проходит ещё несколько минут и Чонгук всё же заставляет себя встать, утягивая за собой Тэхёна и крепко обнимая его за талию.       — Думаю, что стоит помыть посуду и слегка освежиться… — он не дожидается реакции парня, а просто толкает его в сторону выхода из кухни и тем самым показывает ему, что сам разберется с тарелками.       Тэхён согласно кивает и удаляется в ванную, а Чон остается и честно исполняет свои обязанности, даже не задумываясь о том, чтобы улизнуть от них. Наоборот, в этот момент было лучшим решением побыть немного одному, чтобы собрать мысли в кучу и, наконец, осознать, что они действительно начали встречаться.       Закончив с посудой, парень берёт в руки телефон, и впервые за долгое время вспоминает о том, что уже давно не переписывался со своим другом. Но тот похоже также был сильно занят, что за этот период не написал ни одного сообщения в чат.       Чонгук с некой грустью вздыхает, но тут же возвращается в прежнее состояние, ведь они оба никогда не зависели от общения друг с другом, хоть и очень тесно контактировали, и посвящали много времени их дружбе.       Вероятнее всего, что у анонима есть весомая причина, по которой он так долго молчал.       (Un)HappyKook:       Привет! Ты спишь?       (Un)HappyKook:       Мы так долго не общались… Надеюсь, что у тебя всё в порядке?       Ответ, на удивление Чонгука, приходит очень быстро. Проходит буквально несколько минут и на дисплее высвечивается долгожданный ответ от его друга.       SilentMan:       Привет.       SilentMan:       На самом деле, за это время многое произошло, но я в порядке.       SilentMan:       Даже слишком в порядке.       SilentMan:       Кажется, что я, наконец, нашёл человека, с которым мне по-настоящему хорошо.       Чонгук на мгновение застывает, когда видит перед собой это сообщение.       Надо же. Его друг всё же смог справиться с прошлым болезненным расставанием. Как и Тэхён, этот парень поборол свои страхи и пошёл дальше…       Сможет ли когда-нибудь и Чонгук также вздохнуть с облегчением?       Сможет ли избавиться от ненавистной работы и, наконец, спокойно вздохнуть, засыпая в объятиях Кима, не боясь при этом, что в любую минуту его могут вызвать на смертельную операцию?       (Un)HappyKook:       Это замечательно! Я безумно рад за тебя.       (Un)HappyKook:       Надо сказать, что я теперь тоже не одинок.       (Un)HappyKook:       Помнишь, я рассказывал тебе про своего друга?       (Un)HappyKook:       Теперь он… мой парень.       На другой стороне резко замолкают. Чонгук успевает испугаться, начиная думать, что не стоило так сразу признаваться в чём-то подобном незнакомому человеку в интернете. Хотя, казалось, что дело здесь было вовсе не в раскрытии своей ориентации, а в чём-то другом, более глубоком, но так ли это на самом деле?       Проходит ещё несколько минут, и только после этой странной тишины всё же приходит ответ.       SilentMan:       Я рад, что ты смог принять себя.       Чонгук непроизвольно ловит себя на том, что слишком сильно хмурится, читая сообщение от парня, хотя ничего плохого в нём не наблюдалось.       (Un)HappyKook:       Кажется, что теперь я буду уделять тебе меньше времени, но не подумай, что наше общение из-за этого прекратится.       SilentMan:       Да… Я понимаю. Думаю, что моя вторая половинка тоже не одобрит того, что я общаюсь с кем-то другим в свободное время.       SilentMan:       Спокойной ночи. Мне уже пора.       Аноним выходит из сети.       Чонгук некоторое время стоит, уставившись в телефон и совершенно не понимает, к чему было отправлено первое сообщение. Разве могут быть какие-то проблемы из-за того, что друзья общаются друг с другом? Ведь, если доверяешь любимому человеку и веришь ему, то почему нельзя при этом заводить новые знакомства?       И вообще… Почему появилось такое странное чувство, как будто он чем-то обидел этого парня? Похоже, что Чон всё же когда-то испытывал что-то по отношению к нему, иначе почему сейчас было так не по себе?       Из глубины квартиры слышится, как открылась дверь ванной комнаты. Тэхён выходит оттуда, накинув полотенце себе на волосы и параллельно с этим просушивая их руками. Чон появляется в дверном проеме кухни, до сих пор находясь в некоторых раздумьях, но, едва завидев младшего, тут же расплывается в улыбке и забывает обо всех проблемах, которые до этого беспокоили его. Он подходит к парню, слегка проводит ладонью по его талии и, не удостоив его ни единым словом, удаляется в ванную.       Ким пожимает плечами и остаётся покорно дожидаться Чонгука в гостиной, залипая в телефоне, а когда тот выходит, тут же вскакивает на ноги и подбегает к парню, радостно подпрыгивая, решая этими действиями немного подбодрить старшего, даже если тот уже и не был грустным.       — Чего это ты такой весёлый? — Чон начинает смеяться, когда видит, как забавно дурачится младший. — Кажется, что тебе совсем не хочется спать, не так ли?       — Не подумай, что я слишком тороплю события, но… — Тэхён немного запинается, а затем с долей нежности прикладывает ладонь к щеке старшего, мягко проводя большим пальцем по коже. — Как насчёт того, чтобы лечь вместе? Я пойму, если откажешься, просто… Хочу запомнить этот день надолго…       Младший тут же прикусывает язык, как будто ляпнул что-то, выходящее совершенно из всех дозволенных рамок. Чонгук по началу удивляется, но потом его взгляд становится ещё более теплым, чем было до этого, поэтому он лишь улыбается и согласно кивает в ответ.       Они заходят в тёмную спальню, и, кажется, только сейчас начинают жалеть о своих словах. Всё-таки оба были не готовы к такому резкому повороту событий. Ким молча обходит кровать и ложится на правую сторону, а Чон мгновенно, словно его кто-то подтолкнул, копирует действия темноволосого, с неловкостью укладываясь слева.       Некоторое время они тихо лежат, боясь даже лишний раз пошевелиться или задеть друг друга. И зачем они вообще согласились пойти на такое? Всё-таки слишком уж быстро всё произошло, а теперь даже неловко отказаться, чтобы не смущаться ещё больше.       — Ты спишь?       Чонгук решает подать голос, чтобы убедиться, что, хотя бы Тэхён не испытывает дискомфорта. Но тот, похоже, как раз испытывал его, поскольку тяжёлое дыхание выдавало его с головой.       — Нет. Просто мыслей много.       Старший неожиданно для самого себя борется с последними внутренними противоречиями и решает повернуться лицом к младшему. Тот тут же повторяет за ним и теперь с каким-то ожиданием вглядывается в чонгуковы глаза.       — Ты стесняешься меня?       — Что? — Тэхён мгновенно меняется в лице и уже, кажется, забывает о неловкости между ними. — Почему это?       — Ты же знаешь, что всегда можешь рассказать мне о том, что тебя беспокоит. И ты не должен бояться этого. Просто… рассказывай мне абсолютно всё, даже если тебе кажется, что я странно отреагирую.       — К чему ты ведёшь?       Несколько секунд Чонгук продолжает вглядываться в глаза Кима, а потом резко отворачивается и уставляется в потолок.       — Просто сейчас мне кажется, что ты, возможно, пожалел о том, что я признался тебе и поцеловал. И что ты не хочешь всего того, что происходило и будет происходить в дальнейшем.       — Что ты несешь? — младший, видимо, всерьез начинает злиться из-за слов парня, потому что даже сжимает кулаки, готовясь ударить его, если тот произнесет ещё что похуже. — Когда это я…       — Для меня всё это впервые, поэтому я не хочу, чтобы ты думал, что я всегда буду поступать правильно. Возможно, что я совершу какие-то ошибки, но… я постараюсь исправиться, — Чон поворачивает голову в сторону Кима и выдавливает из себя улыбку. — Мне бы хотелось рассказать тебе ещё кое-что. Я уже говорил тебе, что имел опыт в поцелуях, но я не уточнил, при каких именно обстоятельствах это случилось.       — Тогда расскажи сейчас… Но я всё равно не понимаю, как это связано… с нами.       — Я уже в школе понял, что меня не привлекают девушки. Но я не мог признаться в этом кому-либо, потому что многие бы не приняли этого, а мне нужно было оставаться на почетном месте, быть гордостью школы и всё такое… Ну ты знаешь, что это по большей части из-за…       — Твоих родителей.       Чонгук на мгновение вздрагивает, но тут же закрывает глаза и кивает, подтверждая слова парня. Он ещё немного лежит, собираясь с мыслями, а потом всё же продолжает:       — Я нравился своей подруге, которая тоже была весьма популярна среди старшекурсников. На школьном балу, который устраивали каждый год, она решилась признаться мне… — короткий смешок Чона на мгновение прерывает рассказ, но лицо старшего тут же становится бесстрастным, как будто это для него уже давно ничего и не значило. — Я прекрасно знал о её чувствах, но я никогда… никогда не испытывал к ней ничего. Когда она поцеловала меня на этом чёртовом празднике, я думал, что что-нибудь изменится…       Тэхён не выдерживает и крепко сжимает ладонь парня в своей. Ему кажется, что именно в этот момент, когда они почему-то вновь оказались настолько откровенны друг с другом, будет самым лучшим решением просто поддержать Чонгука таким простым, но много значащим действием.       — Мои глаза в тот день смотрели на парня, который сидел в углу, прячась от посторонних людей.       Чон поджимает губы, когда произносит эту фразу. Он даже слегка сжимается и вздрагивает всем телом, словно только сейчас смог расслабиться, рассказав кому-то другому о том, что чувствовал в ту минуту, много лет назад.       — Мне кажется, что он знал меня… Но я не думаю, что он был в курсе моей влюблённости, — очередной тяжелый выдох слетает со рта старшего, но при этом на самом лице парня не было ни тени разочарования. Он будто действительно отпустил эту ситуацию уже тогда, просто сейчас ему пришлось вернуться к ней и вновь вскрыть старые раны, только лишь для того, чтобы Тэхён узнал его настоящего. — В любом случае, потом я перешёл в другую школу и никогда больше не видел его. А вместе с тем больше никогда не позволял себе влюбляться.       — Я даже не мог представить, что ты скрывал такое внутри себя.       — Ерунда.       — Ерунда? — брови Кима непроизвольно поднимаются вверх, а сам парень на мгновение забывает, как дышать. — Разве хорошо было позволять себе справляться со всем плохим в одиночку? Разве тебе никогда не хотелось… просто знать о том, что ты кому-то нужен?       — До того, как я встретил тебя, мне было плевать на всё.       Младший застывает в полнейшем ступоре. Чонгук тут же поворачивает к нему голову и забавно ухмыляется его реакции. Видимо, он и правда был в порядке, раз будто бы специально добивался всего этого.       — Но…       — По всей вероятности, я ждал только тебя. — старший поднимает руку и с нежностью треплет волнистые волосы Кима, создавая ему новую незамысловатую прическу. — Я бы всё-равно не смог зайти куда-то дальше ни с какой другой девчонкой.       — В плане? — Тэхён пытается побороть своё усиливающееся желание просто расслабиться от прикосновений слегка прохладных чонгуковых пальцев, но с каждой секундой сделать это становилось всё сложнее и сложнее.       — Я пытался заняться сексом с той девушкой. Она затащила меня в кабинку школьного туалета, но у меня… не встал на неё. Думаю, уже тогда она поняла, что со мной что-то не так.       — Не так?       — Она долго и усердно пыталась настроить меня, но спустя много времени, так и не добившись результата, просто сдалась и тихо прошептала: «разберись в себе и своих чувствах, Чон Чонгук». Я подумал, что она понимала, что я ей врал о своих чувствах, но в ту минуту я воспринял это как то, что она уже знала, что мне в принципе не нравится противоположный пол.       — Подожди… — младший полностью приходит в себя и слегка приподнимается на локтях, сделав ещё более хмурое лицо. — Ты считаешь, что с тобой что-то не так?       — В то время считал, — Чонгук тоже встает и усаживается на кровати, подогнув ноги в коленях. — Под давлением высокой популярности меня и моей семьи, нежелания как-то выделиться, имея при этом высокий статус среди других сверстников… я просто боялся. Боялся, что меня возненавидят, а мои родители не примут меня и, вдобавок ко всему, понесут негативные последствия на своих плечах.       — Сейчас ты до сих пор так думаешь?       В тёмных глазах Тэхёна начинает читаться настоящее беспокойство. Чон сразу понимает, что его ответ будет очень важен для него, и по большей части из-за того, что прямо сейчас они, можно сказать, выясняли, какое мнение у каждого из них к их сложившимся отношениям.       — С ума сошёл? — мягко улыбнувшись произносит старший, пододвигаясь к парню и беря его за руку, поднимая с кровати и заставляя усесться напротив него. — Прошло слишком много времени… Сейчас подобное заботит слишком малое количество людей.       — Но, что если найдётся такой человек? Что ты ему скажешь?       Улыбка продолжает оставаться на чонгуковом лице, а сам Чонгук нежно проводит ладонью по лицу младшего и слегка прижимается губами к тэхёновой щеке, пытаясь расслабить его этим внезапным проявлением заботы и ласки.       — Я отвечу, что у меня есть ты, и всё остальное мне не важно.       Тэхён мгновенно чувствует, как к коже начинает приливать кровь и резко становится жарко, когда Чон произносит такие слова именно ему. Осознание, что кто-то вообще мог сказать подобное, настолько сильно будоражит разум, что Ким ощущает легкое головокружение от происходящего и боится даже поднять взгляд на своего парня.       — Ты в порядке?       Младший смущённо кивает, но голову так и не поднимает, словно до сих пор боится, что если поднимет, то его состояние станет ещё хуже.       — Иди сюда… — кажется, Чонгук всё же улавливает его тайные мысли, поэтому сам решает сделать первый шаг и притягивает к себе Кима, утыкаясь носом в его шею и вдыхая запах свежести, доносящийся от волос парня.       Тэхён совсем не сопротивляется, наоборот, оживляется и обвивает руками чонгукову спину, медленно проводя по ней ладонями вверх-вниз.       — Ты так и не расскажешь мне про свою рану?       Тело Чона на долю секунды напрягается, а затем старший отстраняется от Кима и сохраняя невозмутимый вид, отвечает:       — Если правда так интересно, то тебе просто нужно знать, что я тоже бываю достаточно неуклюжим. В магазине разбилось несколько флаконов с парфюмерией и стекло отскочило прямо в меня.       — И кто из нас ещё более странный? — Ким не сдерживает смешок, который соскальзывает с его губ. — В следующий раз береги себя.       — Ты тоже, — Чонгук берёт его ладони и крепко сжимает в своих. — Не позволяй никому себя калечить.       — О чём ты?       Старший несколько медлит, а затем переводит взгляд на футболку парня, тыкая пальцем в его тело. Тэхён в недоумении опускает голову вниз и пытается понять, что же имеет в виду Чон, пока до него, наконец, не доходит смысл сказанного.       — Я пару раз всё же видел тебя… И я знаю, что ты хотел скрыть свои шрамы от всех, в том числе и от меня.       — Потому что это моё ужасное прошлое. Я сам не хочу видеть себя, поэтому постоянно хожу в футболках, а в зеркало стараюсь по возможности не смотреть.       Чонгук смеряет его взглядом, полным грусти и какого-то недовольства, а затем слегка отодвигается и одним ловким движением скидывает с себя верхнюю часть одежды. Тэхён мгновенно расширяет глаза и слегка подаётся назад, отворачиваясь в сторону. Он, конечно, уже рассматривал старшего в таком виде, но сейчас всё произошло настолько внезапно, и вдобавок уйти куда-либо совершенно не предоставлялось возможным.       — Посмотри на меня.       Ким глубоко вдыхает, собирает все свои последние силы и, стараясь сохранить невозмутимый и холодный вид, поворачивается обратно.       — Зачем ты это сделал? — младший почему-то пытается показать, что для него совершенно обыденное дело — видеть красивое и накачанное тело другого человека, но Чон, похоже, совсем не обращал на это внимания.       — Видишь этот шрам?       Чонгук указывает себе под левое ребро пальцем, обводя область слегка отличающейся по оттенку кожи неровной линии. Тэхён уже видел её в тот раз, когда обрабатывал рану старшего и для него это не являлось таким уж сюрпризом, поэтому он просто молча кивает и, кажется, немного расслабляется, собираясь выслушать историю парня.       — Это произошло, когда я хотел покончить с собой после смерти родителей. Я не знаю чем я тогда думал, но, к счастью, меня вовремя нашли в кабинке туалета.       Ким не удерживается и слегка прикасается подушечками пальцев к телу Чона. Тот выжидающе смотрит на младшего, в глубине души волнуясь за то, как тот отнесётся к подобному.       — Мне жаль.       Тэхён произносит эти слова и слегка задерживается в таком положении, словно задумавшись о чём-то очень важном и таком, что изменит его жизнь до невозможности. Он последний раз проводит по чонгуковому шраму большим пальцем и резко отстраняется, шумно выдохнув и подняв глаза на парня напротив.       Тот продолжает неотрывно наблюдать за ним и не издает ни звука, но, едва видит уверенные движения младшего, который неожиданно для них обоих решает всё-таки снять с себя футболку, чувствует, как непроизвольно охает от непритворного удивления.       — Я делаю это, потому что… доверяю тебе. — Ким медленно возвращается на своё прежнее место, и теперь настаёт его очередь внимательно следить за каждым поступком изумлённого Чонгука. — Ты можешь посмотреть.       В этот момент оба понимают одну вещь. Когда человек обнажает тело, снимает свою одежду перед другим, то это интимно. Обычно подобное делают перед тем, как заняться любовью. Можно обнажаться перед человеком телесно, но так и не выразить ему высшую степень доверия, обнажив перед ним свою душу.       Открыть перед человеком душу, вот такую, измученную и израненную, в множестве шрамов. Пустить другого человека в самое сокровенное, позволить узнать всю твою глубину… Это куда интимнее, чем обнажить тело.       — Почему ты позволял делать с собой такое? — дрожащим голосом спрашивает старший, водя пальцами по тэхёнову телу. — Почему продолжал встречаться с ним, если он так себя вёл?       — Я думал, что заслужил это, он убеждал меня, что я виноват во всем, что я правда не смогу быть ни с кем кроме него. А потом он будто озверел и чем больше я подчинялся ему, тем меньше мне приходилось разговаривать. Моё мнение не учитывалось, и в какой-то момент я пришёл к выводу: а зачем вообще что-то говорить? — Ким не выдерживает и закрывает глаза, а Чонгук улавливает, как сильно начинает биться сердце младшего.       — Не вздумай… — старший в ту же секунду прекращает изучать чужое тело и притягивает парня к себе, сжимая настолько сильно, чтобы полностью показать то, что прямо сейчас он рядом и никуда не уйдёт. — Не смей больше думать о нём. Я хочу, чтобы ты был в порядке и всегда рассказывал мне обо всём, что тебя тревожит.       — Я ещё никогда так сильно не хотел разговаривать с кем-либо… — шепчет Ким и с этими словами полностью растворяется в объятиях Чонгука, по-настоящему забывая обо всех своих проблемах.

***

      Утренние солнечные лучи умудряются проникнуть сквозь плотные шторы, закрывающие окно от света. Чонгук морщится и крепко зажмуривает глаза, при этом отворачиваясь от надоедливого солнца, которое так некстати помешало его, впервые за долгое время, крепкому сну.       Рядом ощущается тепло от тела младшего, который даже не думает о том, чтобы проснуться. Кажется, что его вовсе не волновало яркое солнечное утро, настолько сильно он был погружён в свой сон.       Чон заставляет себя открыть глаза и повернуться в сторону своего парня, закинув на него правую ногу и притянув его к себе поближе. На мгновение старший входит в ступор, когда осознаёт, что они оба находятся в кровати практически без одежды, но затем он вспоминает все события прошлой ночи, включая то, как долго они целовались после всех откровений. Кажется, что их губы ещё долго будут помнить об этом, но такая боль была в каком-то роде приятной, так что парень даже не думал о том, чтобы жаловаться.       Тэхён неожиданно начинает ёрзать, а потом также резко поворачивается лицом к Чонгуку, и только после того, как понимает, с кем находится рядом, расслабляется и довольно улыбается.       — Доброе утро… Который час?       Старший тянется за телефоном, но не успевает ответить, потому что Ким сам всё видит и мгновенно вскакивает с кровати, словно его чем-то ошпарили.       — Я должен открыть кафе через сорок минут!       Он начинает бегать по квартире в поисках одежды и рюкзака, пока Чонгук спокойно убирает за ним следы погрома в виде разбросанных вещей. Через некоторое время ему всё же удаётся поймать парня и заставить посмотреть на себя, чтобы тот хоть немного пришёл в себя и успокоился.       — Я отвезу тебя и ты успеешь вовремя, не волнуйся слишком сильно.       Они действительно успевают приехать за несколько минут до открытия «Happiness», и только после того, как Ким ступает на порог помещения, он позволяет себе расслабиться. Парень с благодарностью целует старшего в щёку и приглашает усесться на любое место, чтобы в награду дать ему горячий какао.       — Чимин сказал, что должен позвонить… Да и вообще он должен вернуться с минуты на минуту… — Тэхён в последний раз переводит дыхание и кладёт на столик свой телефон. — Сможешь ответить ему, пока я переоденусь и подготовлю всё остальное для посетителей?       — Конечно.       Младший одаривает Чона короткой улыбкой и быстро убегает в служебную комнату. Проходит несколько минут в полной тишине, пока в кафе не начинают заходить первые посетители. Старший не обращает на них никакого внимания, полностью погрузившись в свои мысли. Ему неожиданно вспоминается странный разговор с анонимом накануне, в ходе которого они слишком странно разошлись.       Чувствовалась какая-то недосказанность во всём этом.       Парень решает, что лучшим вариантом для предотвращения каких-либо конфликтов в будущем станет попытка прояснить всё прямо сейчас.       (Un)HappyKook:       Я надеюсь, что я неправильно всё понял…       Он нехотя отправляет сообщение и собирается написать следующее, как вдруг экран на телефоне Тэхёна неожиданно включается. Чонгук убирает руку чуть в сторону и смотрит на столик, но мобильный за это время уже успевает выключиться. Старший пожимает плечами, списывая всё на то, что это был не звонок от Пака, а лишь простое уведомление из каких-нибудь приложений.       (Un)HappyKook:       Ты ведь не обиделся из-за моего признания?       Тэхёнов телефон вновь вибрирует, оповещая о чём-то своего хозяина.       — Да что тебе нужно? — Чонгук не выдерживает и берёт в руку смартфон парня, намереваясь выключить звук.       Экран включается и на панели уведомлений появляется несколько иконок с оповещениями. Пара из интернет-магазинов, ещё немного из соцсетей и ещё два…       Из того же анонимного чата, в котором сидел Чон?       — Что?       Парень открывает уведомление, немного стыдясь того, что вторгается в чужую личную жизнь, но все смущения улетучиваются в ту же секунду, когда он видит перед собой чат с его же словами.       Все те сообщения, которые они писали друг другу на протяжение долгого времени… Всё это было в телефоне человека, который прямо сейчас находился в соседнем помещении. В телефоне того, кто так сильно нравился Чонгуку.       Старший медленно встаёт и на ватных ногах начинает плестись в сторону Тэхёна, который уже успевает выйти и встать за кассу, чтобы обслужить заждавшихся клиентов. Как в тумане, Чонгук хватает младшего за руку и уводит за собой, плотно закрывая дверь.       Ким с явным недовольством и возмущением уставляется на него, подняв одну бровь к верху.       — Что случилось? — он бегло проходит взглядом по телу Чона, останавливаясь на его правой руке, в которой был крепко сжат тэхёнов смартфон. — Я должен приступить к работе, если это не срочно, то давай поговорим позже?       Чонгук молча включает телефон и подносит к парню, тыкая указательным пальцем другой руки в экран.       — Что это?       В этот момент взгляд Тэхёна меняется. Он испуганно отступает и врезается в стол, наблюдая за каждым движением уже совершенно ничего не понимающего Чона.       Это же был просто вопрос.       Старший даже не собирался кричать или выяснять что-либо. Он спокойно спросил, чтобы удостовериться в своих догадках по поводу того, с кем Ким общался всё это время.       Но Тэхён почему-то так не считает. Он начинает так сильно сжиматься и неосознанно готовиться к самозащите, будто Чонгук в этот момент выглядит для него реальной угрозой, которую парень боится больше всего на свете.