Внезапная находка
29 октября 2021 г., 00:15
Утром Данька проснулся все от того же горна, он призывал ребят вставать и топать в столовую на завтрак. Данька встал со своей не слишком удобной кровати, потянулся, умылся и начал одеваться во все ту же одежду, белая рубаха, синие шорты и красный галстук.
По всему лагерю были развешаны плакаты с разными лозунгами, Данька не читал их, но они бросился ему в глаза. На нем был нарисован паренёк, с немного перекошенным лицом, красный плакат гласил лишь одно: «Как повяжешь галстук, береги его — он ведь, с красным знаменем, цвета одного!»
Данька не умел повязывать этот галстук, поэтому он у него постоянно был перекошен, за что на него криво смотрела Ольга Николаевна.
— Семёнов! — Не выдержала Юля Петровна и подошла к Даньке. — Ну кто тебя учил так галстук повязывать? Не видишь разве что он кривой?
— Никто не учил, — выдохнул Данька. — Я сам как-то повязываю.
— Хоть попросил бы ребят помочь тебе, самый гордый чтоли? — Юля Петровна с самого утра была не в себе. Данька не знал кто или что ее так разозлило, но видел по одному ее взгляду, что вожатая не в настроении.
— Нет, не самый гордый, а вы что Юль Петровна такая злая? — озадачился Данька.
— Не твоё это дело Семёнов, не твоё. — Сказала Юля Петровна, развернулась и ушла в сторону столовой.
Как только Данька вошёл в столовую, он сразу погрузился в хаос, везде все шумели, стучали тарелками, ложками, вожатые ругались между собой и на детей. Юля Петровна вместе с Гришей привели ребят за их стол, спокойно усадили и все начали есть уже полу-остывшую кашу, запивая отвратным для Даньки компотом из сухофруктов.
Вдруг, из-за другого края стола первого отряда послышались крики и шум, это Вовка, начал кидаться кашей в ту девочку, с которой Данька стоял ещё вчера, перед входом в лагерь. Девочка начала громко кричать, чем привлекла внимание всех вожатых в столовой, да и не только вожатых, все ребята сидевшие за другими столами обернулись, чтобы посмотреть что происходит.
Когда весь скандал разрешили и весь отряд уже вышел из столовой, Юля Петровна сразу подбежала к Вовчику и начала расспрашивать его о том, зачем он это сделал. Как выяснилось, он просто испытывал личную неприязнь к ней и у них уже который год были не очень хорошие отношения, а тут подвернулся прекрасный случай, они зацепились парой слов, а Лена, так звали девочку, назвала Вовчика дураком, тот разозлился и начал весь этот «концерт».
Ребята были уже взрослыми чтобы заниматься такими вещами, но у некоторых личностей в голове все ещё был ветер. Все ребята после завтрака пошли на спортплощадку, играть в футбол, но Данька не очень любил эту игру и поэтому отпросился у вожатых не играть, а пойти и посидеть в отряде.
Около отряда Даньку втретил Митя, он тоже был из одного с Данькой отряда и присутствовал, когда Гриша приходил забирать Даню. Митя схватил Даньку за руку и начал расспрашивать у Даньки все подряд.
— Даня, зачем тебя вчера Гриша забирал? — нездоровым тоном спросил Митя.
— Да так, помочь ему нужно было, а тебе то что? — Митя выглядет так, будто озабочен Гришей, будто. влюблён в него. Нет, он не может быть в него влюблён, это неправильно, это против природы, не может быть такого, чтобы мальчик любил мальчика, а уж тем более вожатого в лагере, подумал Данька.
— Он просто пришёл именно за тобой, это очень странно, ты тут всего первый год. — утвердил Митя.
— Так Гриша тут тоже первый год. — парировал Данька.
Но Гриша ведь и правда забирал его, чтобы Данька ему помог.
***
— Нужна помощь, пошли. — Вожатый схватил его за руку, точно так же, как Данька схватил его с утра, и повёл Даньку куда-то, где тот ещё не был сегодня. Прийдя на место Данька понял, что он все же тут был, это место показывали ему ребята сегодня, когда устаивали ему «экскурсию» по лагерю. Это были те самый заброшенные корпуса детского дома. — Зачем ты сюда меня привёл? — поинтересовался Данька. — Ольга Николаевна поручила разобрать все вещи, которые здесь есть, эти корпуса сносить будут, знаешь же что это не отряды были? — Гриша говорил это почти шепотом, будто их кто-то мог подслушать и рассказать всем, где они и от этого им будет очень плохо. — Знаю, — выдохнул Данька. — Но чем они мешают? Зачем сносить? Сюда же даже никто не ходит — сказал Данька все тем же заспанным голосом. — Этого она нам не объяснила, сказала только, что просто нужно разобрать вещи и сделать это надо как можно скорее. — с досадой в голосе произнёс Гриша и взялся за первую попавшуюся книгу, которая лежала на столе. — Лев Николаевич Толстой. — прочитал он вслух. — Мой любимый писатель, — уже более бодрым голосом сказал Данька, даже с улыбкой на лице. — Прекрасно пишет. — Не моего поля ягода, — сказал Гриша. — Для меня очень сложно и непонятно. Читал лишь только его «Детство», много интересного, но слог все равно сложный. — Вот «Детство» я как раз не читал. Дай книгу, — Протянул руку Данька и Гриша послушно отдал ему эту книгу. — Анна Каренина, — прочитал вслух Данька. — Интересное произведение, но очень трагичное, бросаться под поезд было совершенно не лучшим вариантом. — А они под поезд бросилась? — с удивлением спросил вожатый. — Да. — коротко, ясно, как отрезал, сказал Данька. — Да уж, не знал что Толстой о таком пишет. — с какой-то досадой в голосе произнёс Гриша. После этого небольшого диалога парни начали прибираться в одном из корпусов. Они вынесли столы, стулья, все, что имело хоть малейшую способность помешать сносу здания, но все равно очистили только половину одного корпуса, их не хватило на большее, они оба устали за этот день и оба были вымотанными как собаки. Трудились в общей сложности около трёх часов, но в отряд пришли только ближе к часу ночи. Все это время они просто сидели на площадке около здания пятого отряда и разговаривали. — А кто тебе та девочка, которая терлась около тебя, пока мы ждали входа в лагерь? — поинтересовался Данька. — Это дочь хороших маминых знакомых, ее отправили сюда в первый раз вместе со мной, она очень пугливая девчонка и поэтому старается держаться ближе к вожатым или хоть к кому-то, кто старше, чем пионеры первого отряда. — Гриша будто готовился к этому вопросу и выпалил будто заготовленный заранее ответ, четко, не запнувшись ни на одном слове. — Понятно. — Грустно выдохнул Данька. — А ты откуда? — поинтересовался Гриша. — Я из Воронежа, местный, а ты? — в ответ поинтересовался Данька. — Из Витебска — Сказал Гриша, также печально или все-таки так выдавала себя усталость. — А как ты тут оказался тогда? Так далеко приехать в лагерь? Зачем? — Данька, не смотря на свою усталость завалил Гришу вопросами. — Отец приехал сюда работать на лето, узнал что есть лагерь и отправил меня сюда, а девчонка, — сказал Гриша, опережая немой вопрос Даньки. — Девчонка крестница отца, а мама ее, с моей дружит хорошо, как я тебе уже говорил, поэтому она тоже здесь. — Понятно, — Данька опять потускнел. — Может пойдём в отряд уже? И ты устал, и я тоже, поспать бы щас. — Пошли, — Согласился с ним Гриша. — И да, теперь нам придётся с тобой постоянно быть здесь вдвоём и разбирать весь этот мусор, я отпрошу тебя с тихого часа у Николаевны и будем ходить сюда не только ночью. — Это совершенно не помогло Даньке взбодриться, а только наоборот, от этого он поник ещё больше. — Хорошо, — грустно выдохнул пионер. — Придётся копаться в этом мусоре в два раза больше, ну ладно. — Да уж, я тоже не горю желанием тут копаться, но приходится. — так же грустно как и Данька, выдохнул Гриша. Дойдя до отряда, Гриша пошёл в вожатскую, а Данька в комнату, плюхнулся на кровать и мгновенно заснул.***
— Вот так вот. — Данька запыхался пока рассказывал все Мите. Он не оглашал много деталий. И то, что теперь будет каждый тихий час и после каждого отбоя туда ходить, и их с Гришей разговоры, и то, что эти корпуса на сомом деле было детским домом, так как Митя скорее всего об этом прекрасно знал. — Понятно, — грустно сказал Митя. — Повезло тебе, я тоже хотел бы с Гришей подружиться. — Да нас пока что и друзьями назвать нельзя, так, товарищи, и то слишком громкое слово. — Данька не видел в этом диалоге совершенно ничего интересного и нужного ему, но уважить парня хотелось и поэтому он все ещё с ним общался. Но пионера спас горн, пока он рассказывал все это Мите, не заметил как прошло давольно много времени и наступил тихий час. А это значило что Данька пойдёт с Гришей опять разбирать весь этот мусор. Его радовало только одно. Он не будет спать. Данька не очень любил спать днём, так как не сильно уставал, да и ночью он тоже особо много не спал, сидел и до поздней ночи читал книжки, а родители на него за это ругались, но Даньке было все равно, он читал и читал, не мог остановиться, благодаря книжкам он убегал от реальности, жизнь казалась не такой серой и однообразной. Сразу после горна, за Данькой пришёл Гриша и они пошли убирать весь тот мусор, который убирали и ночью. — Ты как? Выспался хоть? — первым делом спросил Гриша. — Ну да вроде, а ты? — Даньке стало неудобно от таких вопросов, он никогда не слышал такого от своих друзей или знакомых, даже родители задавали такие вопросы очень редко, а тут, вожатый, с которым они знакомы всего лишь второй день, а уже спрашивает такое. — Вообще нет, всю ночь ворочался, заснуть не мог. — сказал Гриша. По его голосу, да и по виду тоже, можно было сказать что парень поспал очень мало, если вообще спал. Данька вообще как-то неосознанно стал переживать за вожатого, он был с растрёпанными волосами, что совершенно не свойственно ему, с покосившимся галстуком и чем-то запачканной рубахой. Даня даже удивился, когда первый раз увидел Гришу сегодня. — Ты сегодня на дискотеку то пойдёшь? — поинтересовался Гриша, видимо чтобы узнать, когда нужно будет вернуть Даньку. — Не знаю даже, смотря как справимся, это ещё хорошо, что нас ни в какой кружок не записали, вообще бы времени не было. — Данька и правда был рад, что не состоит в каких-либо кружках. Он не любил всю эту ненужную, как он считал, деятельность. Вот зачем ему в жизни пригодится уметь петь? Или уметь играть в театре? Он откровенно не принимал этого и не признавал. — Это точно, ну ты подумай пока есть время и потом скажи мне. — попросил Гриша после чего, сразу принялся за уборку. — Хорошо. — кивнул Данька и тоже начал убираться. Ребята убирались долго и кропотливо, за то время, они убрали почти весь первый корпус, им оставалось совсем немного, но они решили оставить это на «потом». Уже когда они убрались и стали просто ходить по практически пустому помещению, Данька заметил валяющиеся в углу шприцы и быстро подозвал к себе Гришу. — Это то, о чем я думаю? — настороженно спросил Данька. — Похоже, что это именно оно. — испуганным голосом, будто это его шприцы, сказал Гриша. — Нужно отнести Николаевне! — вскрикнул Данька. — Ищи что- нибудь, куда можно это завернуть, бери и понесли. — сказал Гриша и скрылся на улице, ища какую-то тряпку, как предположил Данька. И оказался прав. Через пару минут Гриша забежал в здание с тряпочным платьем, которое вероятно, снял с какой-то куклы. — Пошли. — Гриша взял шприцы и и вышел из здания корпуса.
