Луч света [Ray Of Light]

Стив вытащил чемодан из отделения над сидениями и опустил его на пол, понимая, что придётся дождаться, пока разойдётся толчея на проходе. Позади него пыталась достать свой багаж невысокая девушка-омега, но, очевидно, получалось с трудом. — Давайте помогу, — предложил Стив, вытянул сумку и передал ей. Девушка улыбнулась и кокетливо заправила прядку за ухо. — Спасибо. Стив улыбнулся в ответ, но сразу же отвернулся и заметил, что остальные пассажиры уже начинают потихоньку покидать самолёт. Прежде чем последовать за ними, Стив бросил на омегу очередной взгляд. Наконец оказавшись в главном зале аэропорта, он оглянулся, вновь встретившись с омегой взглядом, прежде чем та поспешила в противоположную сторону, вероятно, собираясь на следующий рейс. «Очень жаль», — подумал Стив, направившись к выходу. На часах было почти десять вечера, и аэропорт гудел, как муравейник, переполненный людьми, но Стив всё же сумел пробиться сквозь толпу к стоянке проката автомобилей, таща за собой чемодан. К счастью, долго ждать своей очереди ему не пришлось, и, заполнив бумаги, вскоре он уже был в пути. Дорога от аэропорта до Ньютона составляла около двенадцати миль, но заняла примерно полчаса, и всё из-за вечерних пятничных пробок. Стив припарковался на подъездной дорожке перед домом, в котором родился и вырос, практически около полуночи, и, как и предполагал, увидел в окнах свет. Прежде чем он успел заглушить мотор, на пороге дома уже возник его отец, поспешивший спуститься к нему с широкой радостной улыбкой. Стив немедля раскинул руки в стороны, прекрасно зная, что сейчас его ждут объятия. — Привет, пап. — Рад тебя видеть, сын, — поприветствовал Джозеф, по-отечески похлопав Стива по спине, прежде чем отпустить. — Ты голоден? После ужина в холодильнике ещё кое-что осталось. — Звучит здорово, — не стал отказываться Стив. — Перекушу, а потом немного посплю. — Да, путь сюда неблизкий, — подтвердил Джозеф. — Но я рад, что ты прилетел. — Как и я. Стив оставил чемодан в своей старой комнате и вернулся на кухню к отцу. Джозеф как раз раскладывал на столе столовые приборы, тарелку и контейнер с лазаньей, от одного вида которой у Стива потекли слюнки. — Будешь пиво? — предложил Джозеф, и Стив кивнул. — Да, с удовольствием. — Сгрузив на тарелку огромную порцию лазаньи, Стив отнёс её к микроволновке. Они разместились за столом, и Стив жадно набросился на еду, закидывая в рот огромные куски. Пока он был занят лазаньей, отец развлекал его историями о своих соседях и бывших одноклассниках Стива. Несмотря на усталость после перелёта, Стив был уверен, что Джозеф не зря начал эти рассказы и явно к чему-то ведёт, но, желая поскорее отправиться на боковую, не особенно-то задумывался, к чему именно. — Ты уже, эм, виделся с Баки? — спросил Джозеф, и что-то в его тоне заставило Стива занервничать. — Нет, — признался он, отпивая пиво. — Уже несколько лет ничего от него не слышал. После небольшой паузы Джозеф вновь заговорил: — Хм, а что насчёт Сэма? Общался хоть с кем-то из своих друзей? — Болтал с Сэмом некоторое время назад и сказал, что приеду, поэтому мы, возможно, и встретимся. Джозеф кивнул. — Так как долго ты собираешь пробыть в городе? — Взял отгул на неделю, но улетаю обратно в субботу днём, — неопределённо пожав плечами, ответил Стив. Джозеф сделал большой глоток пива, и в этот момент Стиву показалось, что он заметил что-то в выражении лица отца… было ли это недовольство? Раздражение? Стив нахмурился, отгоняя эти мысли, и вернулся к еде. Отец не имел никакого права сердиться или быть им недовольным. С тех пор как Стив перебрался в Калифорнию, никто так и не удосужился навестить его или просто проведать. Однако стоит признать, что и Стив тоже хорош. После переезда ни разу не появился ни на одном из праздников. Помыв за собой посуду, он принял душ, а затем, как и обещал ранее, рухнул на постель в своей старой, подростковой комнате и заснул.

~~~*~~~

Когда следующим утром Стив проснулся, почти сразу же услышал голос отца, доносящийся с первого этажа. Тот разговаривал с кем-то, но должно быть, по телефону, потому что других голосов слышно не было. — Всё в порядке, не беспокойся, — произнёс тот, — всё будет хорошо. Я не расскажу ему. Жаль, что ты не хочешь, чтобы я хотя бы… — в этот момент его, судя по всему, перебил собеседник. Стив продолжал прислушиваться нахмурившись. «Не расскажешь мне что?». Выбравшись из постели, он открыл дверь комнаты и прислушался ещё внимательнее. Спустя мгновение Джозеф продолжил: — Ты прав. Я… прости. Буду нем как рыба, обещаю. — Стив слышал, как отец беспокойно измеряет комнату шагами, ходя по ней туда-обратно. — Сынок, всё будет хорошо. Обещаю. — Стив поспешил спуститься вниз, но к моменту, когда появился на кухне, Джозеф уже прятал телефон в карман. — Доброе утро, Стив, — поприветствовал тот с тёплой улыбкой, вот только Стив заметил в его глазах напряжение. — Кофе? Кивнув, Стив вытащил из шкафа кружку. — Кто это был? — непринуждённо поинтересовался он, наливая себе кофе. — Ты о чём? — отозвался Джозеф, внезапно ужасно заинтересовавшись узором на гранитной столешнице. — Тебе кто-то звонил, — пояснил Стив, выгнув бровь. Джозеф наигранно весело рассмеялся и махнул рукой, но Стив ощущал его волнение. — А… просто, эм, а… да это Тим Дуган. Мы проработали вместе, Господи, тридцать лет точно. Он прознал, что ты приехал в город навестить меня, и хотел узнать, как ты и всё такое. Ну, сам понимаешь. А кстати, пока ты здесь, чем собираешься заняться? Стив налил в кружку сливки и обернулся, поймав взгляд отца. — Но он не хотел, чтобы ты говорил мне об этом? Джозеф почесал затылок, излучая всё больше взволнованных феромонов. — Он всегда был немного странноватым. Осознавая, что ни он, ни сам отец не поверили в его ложь, Стив был уверен, что тот не раскроет ему свой секрет. И вместо того, чтобы продолжать расспросы, начал выискивать, чем бы позавтракать. — Ты голоден? — спросил он отца, но тот покачал головой. — Уже поел, — усмехнулся Джозеф, кивнув на часы на плите. — Почти одиннадцать. Хэй, подожди-ка, — позвал он улыбаясь, — вообще-то нам стоило бы выбраться куда-нибудь перекусить. Да, да, пойдём к «Дот». Стив непонимающе нахмурился: — Что? — Ага, — хмыкнул Джозеф, — пойдём! Одевайся и выдвигаемся. — Но ты же сказал… — попытался заспорить Стив, но Джозеф отмахнулся от него, как от назойливой, глупой мухи. — А когда поедим, хочу отвести тебя в магазинчик «Ещё страничка». Это книжный. — У Стива закружилась голова от напористости отца, но шанса спросить что-то ему не представилось, когда Джозеф потянул его к лестнице: — Пойди оденься! Стив поспешил сделать как велено и натянул джинсы и обычную футболку. Когда он спустился на первый этаж, Джозеф внимательно осмотрел его выбор одежды с явным неодобрением, но вслух ничего не сказал. — Хочешь, я поведу? — предложил Стив, и отец согласно кивнул. Закусочная «У Дот» появилась по соседству ещё задолго до того, как родители Стива сюда перебрались. Это было единственное круглосуточное заведение на много миль в округе, и когда Стив был ещё мальчишкой, они с друзьями постоянно проводили здесь вечера. Зайдя внутрь, он с интересом осмотрелся, выискивая взглядом кабинку, в которой в те времена любил посидеть с ребятами, но обнаружил, что та занята. На мгновение Стиву показалось, что он наяву видит его, терпеливо ожидающего на диванчике в одиночестве. Баки. Они часами зависали здесь, попивая ужасный на вкус местный кофе и болтая о том, какой хотели бы видеть свою взрослую жизнь. И никогда даже не подразумевали, что в будущем не будут вместе. — Пойдём, — поторопил Джозеф, возвращая Стива из его воспоминаний. — Вон та свободна. Только они присели на диван в кабинке, как к ним тут же подоспела официантка. Это была молодая блондинка-бета, которая даже не пыталась скрыть интерес, посылая Стиву кокетливые однозначные взгляды. — Привет, меня зовут Шерон, — поприветствовала она. — Что будете заказывать? — Я возьму кофе, — ответил Стив, и отец поддержал его выбор. Прежде чем уйти, Шерон задержала на Стиве взгляд дольше необходимого, и Джозеф, явно это заметив, сказал: — Рад видеть, что тебе вполне комфортно в своём новом теле высоченного, крепкого альфы. Вон как на тебя падки дамочки. Услышав нотку раздражения в голосе отца, Стив слегка озадачился и посмотрел на него: — Я свободный парень, пап, — попытался усмехнуться он. — И не должен ни перед кем отчитываться. Никаких обязательств. — Никаких обязательств, — повторил Джозеф, задумчиво глядя в окно, куда-то вдаль. Стив не мог не заметить, что на отца будто что-то давит, не давая покоя, но не представлял, что именно. Он открыл рот, чтобы спросить, когда внезапный вопрос отца окончательно его обескуражил: — Стив, ты доволен своей жизнью? Ему оставалось лишь непонимающе хлопать глазами. — Что? — Твоя новая жизнь там, — пояснил Джозеф. — Ты доволен ей? Стив нахмурился и собирался уже было ответить, что «да, разумеется», убедив отца, что полностью счастлив и доволен… что у него есть всё, о чём только можно мечтать. Что ему больше ничего не нужно. Но… в глубине души знал, что это неправда. Но ведь в его жизни полно всего, что он обожает… разве нет? Стив открыл рот, чтобы ответить, однако в этот момент рядом с их столиком появилась официантка, возвращая их обоих в реальность поставив перед ними напитки. — Так что будете заказывать из основных блюд? — поинтересовалась она. — Эм, — пробормотал Стив, поняв, что ни один из них до сих пор так и не открыл меню, как отец вдруг заговорил: — Помнишь, как ты обожал здешние блинчики? — на его губах появилась улыбка, но было в ней что-то ещё, что-то отдающее тоской и печалью. — Я возьму блинчики. Маленькую порцию. Стив кивнул, продолжая непонимающе хмуриться. — Эм, мне то же самое. — Отличный выбор, — забирая меню, похвалила Шерон, оставшись у их столика на полсекунды дольше необходимого. Хотя никаких заигрываний не последовало. Она удалилась, одарив его озадаченным взглядом, который Стив едва ли заметил. — Пап, что происходит? — не выдержал он. Джозеф молча долго смотрел на него, но всё же ответил: — Ничего. Просто… ничего. «Я не расскажу ему. Буду нем как рыба, обещаю». Стив хотел продолжить настаивать, потребовать, в конце концов, рассказать ему правду, но знал, что отец такой же упрямец, как и он сам. К тому же они оба альфы. Вскоре принесли их заказ, который они ели в тишине, вот только в мыслях Стива творился полный кавардак, вместо тишины и спокойствия. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что отец что-то от него скрывает, но что это может быть? Это определённо что-то важное, раз так его беспокоит! Покончив с завтраком, оба начали собираться. — Ну, так что? Теперь в книжный, который ты так хотел мне показать, — поднявшись из-за стола, спросил Стив. На мгновение задумавшись над его предложением, Джозеф оставил на столике наличные, но помотал головой в ответ. — Нет, покажу тебе его как-нибудь в другой раз. Может быть. — Пап, что происходит? — нахмурившись потребовал Стив спокойным, но с ноткой рычания голосом. И это стало его огромной ошибкой. Джозеф весь подобрался, расправив плечи. — Ничего. И лучше тебе перестать спрашивать меня об этом, — рявкнул он и направился мимо Стива к выходу из закусочной.

~~~*~~~

Развалившись на диване, Стив бездумно пялился в телевизор, мысленно находясь где-то в прошлом. Он так давно не бывал в доме своего детства, что неизбежно поддался воспоминаниям. На камине стояло несколько рамок с фотографиями самого Стива и его семьи. На многих из них был запечатлён темноволосый парнишка-болтун, который был ему так хорошо знаком. Баки был его лучшим другом с самого детства. Будучи на год старше, Баки храбро защищал Стива и готов был в любой момент встать за него грозной стеной, без каких-либо колебаний бросаясь в драку и защищая его от обидчиков. Но всё изменилось, когда в подростковом возрасте Баки презентовался омегой. И несмотря на все заверения Стива вести себя с ним как и прежде, между ними всё изменилось. И в тот момент, когда мысли завели его совсем не туда, куда хотелось бы, жужжание телефона вернуло его в реальность. «Хочешь поужинать и посмотреть вместе игру сегодня вечером?», — написал Сэм. «Встретимся «У Рея» в пять?». «Там и увидимся». Стив проверил время и выключил телевизор. Поднявшись наверх, он принял душ и попытался откинуть мысли о Баки прочь, но осознал, что сделать это будет не так просто, когда повсюду раскиданы воспоминания об их дружбе. Забрав ключи от машины, Стив остановился перед одной из фотографий и вгляделся в ослепляющую, великолепную улыбку Баки, с которой тот смотрел в камеру. Когда они были ещё подростками, Стив даже не осознавал, насколько Баки прекрасен. Встряхнувшись, Стив поспешил выйти из дома. И только на полпути к месту встречи с Сэмом заметил, как глубоко втягивает носом воздух — он будто пытался уловить его запах, словно Баки был где-то поблизости, словно пытался его отыскать. Словно ещё помнил его аромат спустя столько лет разлуки.

~~~*~~~

— Стив! — воскликнул Сэм, и Стив немедля поторопился к нему. Притягивая в крепкие объятия, Сэм едва ли не кричал ему в ухо: — Как же я рад тебя видеть! Стив отодвинулся и приветливо кивнул. — Привет, приятель. Как жизнь? — О, — выдохнул Сэм, кивая на кого-то позади себя: — Ты помнишь Наташу? Рыжеволосая девушка осталась сидеть на месте водителя с приоткрытой дверцей. Прищурив глаза и сжав губы в тонкую линию, она выглядела чрезвычайно сурово, хотя на лицо была вполне миловидной. Странно, но она даже не пыталась скрыть неприязнь, глядя на Стива, и тот просто не представлял, чем успел её заслужить. — А, да, привет, — поздоровался он, нелепо помахав. — Привет, — безэмоционально буркнула она в ответ. — Сэм, я к Баки. Когда соберёшься домой, возьмёшь такси, хорошо? Стив растерянно вздохнул. — К Баки? — успел выдохнуть он, когда заговорил Сэм: — Ага, — кивнул тот и, обойдя машину, чмокнул девушку в губы. Наташа шепнула ему что-то, но что именно, Стиву так не удалось разобрать, зато после этого Сэм стал каким-то хмурым. Кивнув ей напоследок, Сэм вернулся к Стиву и приветливо похлопал по плечу. Не произнеся больше не слова, Наташа захлопнула за собой дверцу и завела мотор, выезжая с обочины. — Прости, приятель, — обратился к нему Сэм, нахмурившись и поджав губы. — Она, эм… хотя проехали. Ну что, пойдём займём столик! В баре было многолюдно и довольно шумно. Стоило им пройти к свободному месту и присесть за него, как буквально спустя минуту рядом с ними уже возникла официантка, ставя на стол салфетницу и стаканы с водой. — Ну, красавчики, что будете пить? Они с Сэмом заказали пиво и жареные крылышки. Вскоре началась игра, и в баре поднялся возбуждённый гул. — Так чем ты занимаешься? — пытаясь перекричать шум спросил Стив. — Я основал здесь строительную компанию, — отозвался Сэм. — Отец Наташи передал ей свой книжный, когда вышел на пенсию, и мне пришлось сделать там кое-какой ремонт. — А как давно вы с Наташей стали парой? — продолжал расспросы Стив. — Провели церемонию в прошлом году, — поделился тот. — Прими мои поздравления, Сэм! — улыбаясь и радостно хлопая друга по плечу воскликнул Стив. — Ах да, я получил ваше приглашение. Мне… мне жаль, что не удалось приехать. Сэм лишь беспечно отмахнулся от его извинений. — Приятель, мы получили твой подарок, кстати, спасибо. Не переживай ты так. — Так Нат, эм… до сих пор близка с Баки? — спросил он, когда Сэм взглянул на него. — Да,— подтвердил тот, — всё ещё лучшие друзья. Стив понимающе кивнул, чувствуя, что Сэм не хочет углубляться в эту тему, поэтому оставил его в покое. Хотя прежде чем Стив успел задуматься, почему тот не желает об этом говорить, толпа в баре загудела ещё сильнее. Когда игра перешла на четвёртый иннинг, Стив вдруг поймал на себе взгляд привлекательной брюнетки-омеги, сидящей в другой половине бара. Немного погодя она всё же подошла к их столику, желая познакомиться, и Стив заметил, как Сэм выразительно закатил глаза. Прежде чем закончился девятый иннинг, она уже успела дать Стиву свой адрес и выскользнула из бара.

~~~*~~~

Лучи предрассветного солнца едва забрезжили за горизонтом, когда Стив проснулся в незнакомой спальне. Услышав слева сонный лёгкий вздох, он обернулся и увидел вчерашнюю девушку, спящую раскинув по подушке каштановые пряди. Их вид заставил что-то защемить в груди, и Стив нахмурился, тихо сев на постели и отыскав взглядом свои разбросанные по комнате вещи. Прежде чем девушка проснулась, Стив испарился за дверью. Оказавшись дома, он вернулся в свою комнату и переоделся в спортивную одежду. День обещал быть вновь довольно жарким, Стив был уверен в этом, и, невзирая на ранний час, воздух уже успел прогреться, оставаясь слегка влажным. Стив пробежал несколько кварталов по главной улице, затем повернул и продолжил пробежку через городскую площадь, прежде чем направился в лес. Дорожки меж деревьями были хорошо протоптаны и даже если кое-где заросли травой, он помнил, куда ведёт любая из них, до сих пор прекрасно ориентируясь. Стив бегал по этому лесу, начиная со старшей школы и поступив в колледж, но ещё задолго до этого они гуляли здесь вместе с мамой. Было в возвращении в этот лес что-то сентиментальное, что-то напомнившее ему о прошлой заурядной жизни. Внезапно что-то привлекло его внимание, и Стив замедлился, прежде чем остановился перед огромным дубом. Тяжело дыша он подошёл к нему ближе, выискивая взглядом небольшую кривовато вырезанную на коре надпись, пока наконец не обнаружил её. Слегка наклонившись, Стив погладил неровные линии, нацарапанные более чем десятилетие назад: С + Б Навсегда Он улыбнулся и вытер с брови пот. Топот ног другого бегуна выдернул его из воспоминаний и заставил отвести взгляд в сторону. Какой-то альфа пробежал мимо, приветливо кивнул ему по пути, и Стив помахал в ответ. Прежде чем углубиться в лес, он сделал растяжку. Деревья окружили его, словно воспоминания о детстве — о Баки. Едва не споткнувшись о подвернувшийся камень и не улетев лицом в землю, Стив помотал головой, отгоняя все мысли и продолжая бежать. Выбравшись из леса, он повернул на главную улицу и побрёл по тротуару. Ранним утром несколько магазинчиков уже начали открываться, и Стив хорошенько осмотрелся вокруг, вдруг наткнувшись на знакомую вывеску. Едва он успел открыть дверь и войти в «Peg’s Blooms» — сразу же оказался окружён пьянящим цветочным ароматом. На полках и витринах теснились разнообразные виды цветов и других растений, рядом с ними нашёлся прилавок с органическими удобрениями, безделушками и прочими принадлежностями для сада. Вдоль стены были расставлены упаковки с компостом и почвой, а поблизости от них красовались украшения для лужайки и сада. В магазинчике было также тепло, но намного свежее летнего зноя, оставшегося на улице. Даже в безрукавке и шортах не получилось избежать жары и избыточной влажности летнего воздуха и как-то охладиться. За стойкой продавца не оказалось, но в помещении по типу оранжереи в стороне подсобных помещений слышался чей-то голос. Проходя вглубь магазина, Стив слышал жужжание пчёл и других насекомых, порхающих с одного цветка на другой. Добравшись до чёрного входа, окружённый восхитительными запахами и располагающей атмосферой, он позвал: — Пегги? — ступая под знойные солнечные лучи. — Ты здесь? — Ну, сейчас буду, — отозвался в ответ знакомый голос с приятным акцентом, и Стив обернулся, наконец увидев её. Кожа Пегги всё также идеально сияла, как он и запомнил, а вот в волосах обнаружилось ещё больше седых прядок. Невзирая на это, она навсегда останется для него красавицей. — Стив Роджерс, — проговорила она, — глазам своим не верю! — Привет, Пеггс, — ответил Стив, сияя улыбкой и стремясь как можно скорее подойти к ней. Она держала в руках два тяжёлых металлических горшка с гортензиями, которые, увидев Стива, опустила на пол и крепко его обняла. — Милый, как же я рада снова тебя видеть, — сказала она, выпустив Стива из объятий. Подняв горшки, он проследовал за Пегги в основной зал магазина. — Оставь их там, спасибо, дорогой, — поблагодарила она, указав на свободное пространство у входа, сама в это время вытащила из холодильника за стойкой две бутылки воды. После чего они вместе направились на улицу, где Пегги организовала небольшое патио. — Ну, что молчишь? Рассказывай давай как жизнь! От энтузиазма в её голосе Стив задорно рассмеялся. — Ну, работа — это и есть большая часть моей жизни, поэтому рассказывать почти нечего. — Так совсем не годится! — нахмурилась Пегги и, когда Стив попытался беззаботно отмахнуться, продолжила: — Что насчёт друзей? Любовников, возможно? Он вздохнул и открутил крышку бутылки. — Никого… ну то есть, друзья у меня есть, но вот любовников — никого. Откинувшись спиной на стул, Пегги смотрела на него поджав губы. — У тебя всегда был… исключительный вкус. — Стив рассмеялся в ответ на её замечание и отпил глоток, пока та продолжала: — Кстати говоря, ты уже виделся с Баки? Он едва не подавился водой и резко отставил бутылку на металлический столик. — Что? — прокашлял он, но её взгляд не отпускал его ни на секунду. — О, да перестань! — фыркнула она, выгнув идеальные брови дугой, — меня тебе ни за что не провести! — Пегги, — попытался утихомирить подругу Стив, но та успела его перебить. — Он живёт буквально за углом, ты знал? — помахивая рукой перед лицом, проговорила она. — Там ряд белых домов. Он в… его дом, кажется, под номером три. Она словно дала ему руководство к действию, а теперь выжидала. Стив тяжело сглотнул, чувствуя в груди какое-то тянущее чувство. Знакомое ощущение, которое он уже привык игнорировать, теперь вновь прожигало его изнутри. Он не планировал встречаться с Баки… даже не задумывался о такой возможности. Честно. Но… — Ты занят чем-то остаток дня? — спросила Пегги, отпивая из горлышка. — Нет, — заторможено прокаркал он, — вроде ничем. — Отлично, — заявила та, вставая со стула. — Мне не помешала бы помощь в оранжерее. Мой помощник на полставки уехал на свадьбу. — Конечно. Как в старые-добрые времена, да? — кивнул Стив. Пегги задорно рассмеялась. — Очень надеюсь, что ты не все силы на пробежке оставил.

~~~*~~~

Внезапно у Стива вспотели ладони, а сердце затрепетало, но он не понимал, почему так нервничает. Он же всего лишь собирался встретиться с Баки. Это просто Баки. Поэтому постучал в дверь и немного отошёл назад, улыбнувшись, когда услышал за дверью громкое: «уже иду!». Но вот когда дверь всё-таки распахнулась, у Стива округлились глаза и едва не отпала челюсть. Баки выглядел просто сногсшибательно! Прежде короткие волосы теперь доходили до подбородка и были заплетены в хвост, к тому же он слегка отрастил бороду, а когда-то гибкое, изящное тело превратилось в крепкие мускулы и широкие плечи. Стиву всегда нравились именно хрупкие и до худобы стройные омеги, но в стоящем перед ним сейчас парне было что-то зачаровывающее. — Э-э, — выдохнул Баки, слегка прикрыв дверь. — Эм, Стив, привет. — Привет, — выдохнул тот. Он всё ещё находился в лёгком шоке и готов был едва ли не отпинать самого себя за одну только мысль уехать, так и не увидевшись с Баки. — Давно не виделись. Однако по выражению лица омеги становилось понятно, что тот в противовес ему совершенно не рад их встрече. А его запах слегка отличался от того, каким помнил его Стив. — Да, — согласился Баки, обернувшись и посмотрев куда-то через плечо, после чего вышел к нему на крыльцо. Прежде надёжно закрыв за собой дверь, Баки обхватил себя руками. Этот жест был каким-то странным, словно он пытался тем самым выглядеть… меньше. И только затем Стив почувствовал в его запахе, что Баки… он испуган. Отступив ещё на шаг, Стив придержал руки вдоль тела, демонстрируя, что не причинит вреда, но, кажется, омегу это ничуть не успокоило. — Прости, что заявился вот так, без предупреждения, — повинился Стив. — Мне следовало бы позвонить… — не договорил он, когда его перебил ещё один голос — детский голос, раздавшийся из-за двери. — Папа? И прямо на его глазах Баки словно закаменел, распахнув глаза, будто олень в свете фар неминуемо приближающейся машины. Позади него приоткрылась дверь, из-за которой выглянул маленький мальчик. Ему, как показалось Стиву, должно быть, было примерно около четырёх или вроде того. Мягкая улыбка на лице мальчика сменилась замешательством, стоило лишь ему увидеть Стива, и он сразу же потянулся к руке Баки. Самым первым, что поразило Стива, стали его глаза — будто лёд, прозрачно-голубые, как у самого Баки, скрытые за квадратными очками в коричневой оправе. Он был точной копией Баки, серьёзно. Стив видел в нём того же мальчишку, вместе с которым вырос. Единственным отличием стали волосы — светлого песочного оттенка. — Папа, кто это? — спросил мальчик, и Баки вышел из ступора, оборачиваясь и поднимая его на руки. Баки почти полностью закрыл его от Стива собственным телом, и стало очевидно, что сделал он это намеренно. В груди Стива поселилось какое-то странное чувство… своего рода узнавание, подумалось ему, но сложить картину воедино почему-то не получалось. Запах мальчика, заглушённый встревоженными феромонами Баки, было не разобрать, но то, что Стиву всё-таки удалось почувствовать… — Никто, милый, — ответил Баки, полностью развернувшись к двери и поторопив его возвращаться в дом. От его ответа сердце резануло острой болью, вот только Стив не понимал почему. — Я сейчас вернусь, и мы продолжим ужинать, хорошо? — Хорошо! — отозвался мальчик и скрылся в доме. Стив слышал, как топот его ног постепенно удаляется, и ждал, пока Баки обернётся к нему. А когда тот всё же повернулся, на лице его читалась решительность, словно он готовился защищаться до последнего. Из запаха исчез любой намёк на страх, а его место заняло что-то иное… что-то похожее на злость. — Я не знал, что ты… не слышал, что у тебя… никто не сказал мне… — запинаясь бормотал Стив. — И я рад, что никто не стал докладывать тебе о моих делах, — Баки высоко поднял подбородок, и Стив не заметил на его шее метки пары. Стив и раньше видел этот взгляд — горящий негодованием взгляд человека, который привык к постоянному осуждению и пренебрежению людей, которые вечно глядят на него свысока. Ведь Баки — непомеченный омега с ребёнком, и становилось заметно, что годы высмеиваний и презрения окружающих вытравили из него всё, что было в том молодом парнишке, которым он запомнился Стиву. Сейчас перед ним стоял уставший, но всё такой же несгибаемый духом мужчина. — Был рад увидеться с тобой, Стив, — проговорил он голосом, лишённым всяких эмоций. — Но я сейчас занят… — Да, конечно, — перебил его Стив, осторожно отступив назад. — Прости, что я так… Закончить он не успел — Баки уже развернулся и скрылся за захлопнувшейся и мгновенно запертой дверью. Стив поспешил спуститься к машине и забрался на водительское сидение, поворачивая ключ зажигания. Он вдыхал затхлый тёплый воздух, грудь тяжело вздымалась, и на одно бесконечно долгое мгновение Стив просто уставился на руль. Обратная поездка до отцовского дома вышла короткой, но, казалось, прошло несколько часов. Что-то будто врезалось лезвием в сердце, и с каждой секундой — с каждым оставленным позади ярдом, отдаляющим его от дома Баки — боль лишь усиливалась. Стив остановился у закусочной и заказал себе несколько бургеров в мак-авто, надеясь, что еда поможет унять странное ощущение. И только когда он переступил порог родного дома, всё встало на свои места. Четыре года. Светлые волосы. Отсутствие метки пары. Пакет с едой рухнул на пол, колени подкосились, и Стив едва удержался, чтобы не упасть вслед за ним. Внезапно очень многое стало ему понятным. Спустя месяц или два после переезда Стива Баки вдруг удалил все свои аккаунты в социальных сетях и исчез. А когда он несколько раз бывал в городе проездом, никто даже не упоминал при нём Баки, и теперь Стив понимал почему. «Сын, — подумал он, — у меня есть сын». Позабыв об ужине, Стив резко развернулся и устремился на улицу, без раздумий пробегая мимо машины. Несмотря на то, что он целый день упражнялся в беге, сейчас дыхание почему-то сбилось, но Стив всё же ускорился, побежав быстрее, чем когда-либо прежде. За, казалось бы, какие-то несколько минут Стив вновь стоял перед дверью Баки, барабаня по ней кулаком. Вскоре из-за неё послышались громкие шаги, а за ними и возмущённый голос омеги: — Какого чёрта там… — но замолчал, как только увидел Стива, и стремительно побледнел. — Баки, — выдохнул Стив, — так он… он мой… наш… — Нет! — рыкнул Баки, но тот помотал головой. — Как ты мог подумать, что я не узнаю? — потребовал Стив, пока внутри поднималась волна негодования. Вот только его чувства были несопоставимы с яростью Баки, когда омега вышел на крыльцо и остановился в нескольких миллиметрах от Стива. — Мне, блять, насрать, что ты там себе вообразил, но я хочу, чтобы ты ушёл. — когда Стив даже не сдвинулся, не собираясь уходить, Баки добавил: — Сейчас же! — Просто давай поговорим, — взмолился он, чувствуя, как весь запал негодования иссякает, сменяясь лишь усталостью и отчаянием. — Пожалуйста, Баки, просто… поговори со мной. Скажи мне правду! Пожалуйста? Следующие долгие несколько мгновений в глазах Баки показались слёзы, и в Стиве мгновенно проснулся врождённый инстинкт альфы — защищать. Он едва поборол желание протянуть к нему руку и коснуться, чувствуя, что это им обоим сейчас нужно меньше всего. Баки отпрянул прочь и скрестил руки на груди, обнимая себя, как и тогда, когда Стив впервые появился сегодня у него на пороге. Смахнув слёзы и шмыгнув носом, Баки стыдливо отвёл взгляд. Стоило только представить, какой была жизнь Баки после его переезда, как грудь Стива наполнило глубокое отчаяние. — Пожалуйста, — прошептал омега, — просто уходи. Просто притворись, что никогда не появлялся здесь. Просто… забудь о нас. — Баки, я не могу этого сделать, — придвинувшись на шаг вперёд. — Я… я прошу тебя. — Нет. Я не смогу. — Пожалуйста! — прокричал Баки, пряча лицо в ладонях и заплакав. В ноздри забился запах страха, и Стив в ужасе задохнулся, осознавая, о чём Баки, должно быть, сейчас думает: что Стив заявит права на их сына и заберёт. В делах о разводах опека над ребёнком чаще всего переходила родителю-альфе, потому что омегам обычно бывало тяжелее найти работу, чтобы хотя бы самих себя обеспечить, не говоря уже о детях. Стив тяжело сглотнул. — Я не стал бы… я никогда не стал бы… я просто… Опустив руки на пояс, Стив глубоко вдохнул. А когда посмотрел на Баки, заметил, как тот дрожит и пытается сдержать слёзы. Господи, как же Стиву хотелось подойти поддержать его, извиниться, обнять его и защитить. С тех пор, как они последний раз виделись друг с другом, прошло пять лет, и сейчас оба уже стали совершенно другими людьми. Столько всего произошло, и Стив боялся, что между ними уже всего слишком — слишком много прошло времени, слишком большое разделяло расстояние, слишком много таилось боли. Потому что независимо от того, как бы сильно ни любил Баки своего сына — их сына — все те страдания, которые ему пришлось пережить за эти годы, оставили на нём невидимые глубокие шрамы, и те до сих пор прятались внутри, прямо под кожей. Они превратились в непробиваемую титановую броню, и Стив просто не знал, имеет ли право пытаться её расколоть. Уже столько лет его не заботило ничего, кроме собственного благополучия и желаний, как он сам чистосердечно себе признавался. Никаких обязательств. Готов ли он быть отцом? Но вот… сама мысль, что какой-то другой альфа появится и станет воспитывать его ребёнка — жгла огнём в груди. Да и сложившиеся обстоятельства не назвать подходящими. На следующую субботу у него уже забронированы билеты на самолёт, который доставит его обратно — осталось буквально каких-то четыре дня — а он стоит у дверей Баки и просит… Чего? Стив потёр лицо ладонями и произнёс: — Хорошо, — и повторил, — Хорошо. — Баки молчаливо ждал, а Стиву казалось, что он и не дышит вовсе. С тяжёлым вздохом он добавил: — Я хочу… чтобы ты сам принял решение. Баки нахмурился. — Что? — Завтра утром, — кивнув, проговорил Стив, — я буду ждать «У Дот». В половину восьмого, — и, улыбнувшись Баки, продолжил: — Если ты решишь, что мы могли бы… поговорить, мы вместе позавтракаем. — Баки шумно сглотнул, но так ничего не произнёс. — Если нет, я не буду больше вас тревожить и в субботу улечу обратно. Не дожидаясь ответа Баки, он развернулся и побрёл долгой дорогой домой, мысленно молясь, чтобы Баки пришёл.

~~~*~~~

Сорвавшись на бег, Стив тяжело дыша ворвался в дом и прокричал: — Пап?! — Я здесь, сын, — отозвался Джозеф из кухни, и Стив немедля направился туда. Джозеф даже не посмотрел на него, когда тот возник в комнате, продолжая сидеть и глядеть перед собой. — Ты знал? — потребовал Стив, когда все эмоции, ранее дремавшие внутри, наконец возродились к жизни. — Знал что? — переспросил тот, приподняв непонимающе бровь. — Ты знал, что у меня есть сын? — выпалил Стив, на что Джозеф лишь сжал губы. — Да, — с невероятной лёгкостью признался тот, — знал. Это признание словно ударило его под дых, а подозрительные звонки отца, его странные фразы, основные темы разговоров и возникающие вспышки злости обрели вдруг смысл. Джозеф знал, что у Стива есть сын. Он знал всё это время. Целых пять лет он держал это от Стива в секрете, хотя это и был скорее секрет Баки. — Почему ты не рассказал мне? — прокричал он. Внутренний запас терпения, имеющийся у него прежде, и контроль над эмоциями, позволяющий сохранять спокойствие, внезапно треснули под грузом отчаяния. — Почему ты не рассказал мне о нём? Джозеф поднялся и остановился у столешницы, привалившись к ней бедром. — Я не мог. — Ты что?.. Почему? — взревел Стив, широко распахнув глаза. Джозеф даже бровью не повёл. — Из-за Баки, — ответил он. — Он просил не говорить тебе. Стив потёр глаза ладонью и только сейчас заметил, что плачет. Грудь раздувалась от гнева, но под всем этим таилась глубокая, оглушительная печаль. Почему Баки не хотел, чтобы он знал? — Уинифред и Джордж, — мрачно проговорил Джозеф, — выкинули его из дома, когда он рассказал им, и… ему некуда было податься. Господи, Стив, он был на четвёртом месяце и без крыши над головой и доллара в кармане. Отец отошёл к холодильнику, наливая себе воды, пока Стив не отрывал от него глаз. Всё его детство Джозеф и Сара были дружны с Барнсами. И слыша в голосе отца столько злости, Стив ещё раз убедился, что всё это на самом деле. Что эта правда ему не чудится. — Поэтому я уговорил его, и он остался жить здесь, — продолжил Джозеф. — И я всё представлял, что однажды ты… вернёшься. Что увидишь его и всё поймёшь, — он отвёл взгляд и тяжело вздохнул. — Но ты так и не вернулся. К концу рассказа отца Стив едва сдерживал застрявшие в горле слёзы. Ну конечно же, он осознавал, через что пришлось пройти Баки… но из уст отца всё звучало ещё хуже. Стив грузно опустился на стул, и Джозеф вскоре присоединился к нему, садясь за стол рядом. — Я хотел тебе рассказать, — признался Джозеф, — в первый же день, когда ты приехал. Правда, хотел. Но он попросил этого не делать. — Но почему? — выдохнул Стив срывающимся, полным страдания голосом. Отец раздосадовано вздохнул. — Потому что боится, что ты заберёшь у него сына. Стив резко вскинул голову, чувствуя, как едва не потерял дар речи от шока. — Я… я бы… — попытался проговорить он, но заметил покачивание головы отца. — В городе лишь единицы относятся к Баки, как к человеку, а не грязи под ногами, — добавил он. — И если ты заберёшь сына, у него просто ничего не останется. С печально сведёнными к переносице бровями и тяжёлым сердцем Стив встал из-за стола и поднялся наверх в свою старую комнату, проходя мимо детских воспоминаний, развешанных по стенам дома. Последние два дня показались ему выбивающим из тела дух аттракционом, а все вопросы, застрявшие в голове, не давали покоя. Почему он никогда не догадывался? Почему никто не рассказал ему? Даже если Баки и скрыл, кто на самом деле отец его ребёнка, кто-то же должен был всё понять, разве нет? Стоило только подумать об этом, как перед глазами возникла Наташа и её неприязненность при его появлении. А ещё Стив всё никак не мог понять, почему Сэм — один из его лучших друзей — совершенно спокойно отнёсся к его отсутствию на своей свадьбе. Когда он осознал правду, в животе всё перевернулось — многие здесь знали. И прятал Баки сына от Стива на самом деле не только, чтобы защитить мальчика, но и самого себя.