Возлюбленный • Lover

      — Мам, она опять писает на пол!       Так начался мой первый день недели с девочками. Я забрала их со школы и детсада, и пока готовила ужин, Элси прокричала это.       Я нашла Лию в гостиной, и она сразу же заплакала, когда я подошла к ней.       Я взяла её за руку, повела в ванную и пыталась успокоить, меняя подгузник. Однако она не переставала плакать, поэтому мне пришлось держать её на руках, где она потом и заснула, пока я готовила.       — Элси, можешь помочь мне накрыть на стол? — спросила я и посмотрела на свою старшую дочь, которая делала домашнюю работу.       — Да, мамочка.       Она убрала свою домашнюю работу и начала накрывать на стол, пока я заканчивала готовить обед на завтра.       — Лия, дорогая, — прошептала я, слегка покачивая её на руках, чтобы тихонько разбудить.       Когда она проснулась, я слегка откинула голову назад, чтобы взглянуть ей в лицо. Она подняла голову с моего плеча, потирая глаза, прежде чем в огляделась в замешательстве.       Впрочем, когда она посмотрела на меня, то начала широко улыбаться, а её глаза засияли счастьем и узнаванием.       — Хорошо вздремнула? — мягко спросила я, проводя пальцами по её щеке.       Она просто уткнулась головой мне в шею и схватила одной рукой меня за рубашку.       Я подошла к столу и усадили её на высокий стул, пока Элси продолжала накрывать на стол.       Затем открылась входная дверь, и при звуке голоса Инессы Элси отвлеклась, бросила тарелки и выбежала из кухни, чтобы встретить её.       Я вздохнула, но взяла всё на себя и расставила тарелки, в то время как Инесса вошла в кухню, обнимая Элси за плечи, пока они шли и разговаривали.       — Ты на ужин? — спросила я. — Извини, я не приготовила достаточно на четверых.       Инесса посмотрела на меня.       — Нет, всё нормально, — она улыбнулась, когда Элси села на свой стул. — Мы с Дав поссорились, но я уже ела. Просто пришла, чтобы успокоиться.       — Вы поссорились? — спросила я, когда она тоже села. — Ты в порядке?       — Да, — она кивнула. Я подошла, чтобы сесть рядом с Лией, накладывая ей немного еды. Затем дала ей вилку и наблюдала, как она начала есть, пока Элси сама накладывала еду в свою тарелку.       — Как прошла ваша неделя у папы? — спросила я, глядя в основном на Элси, так как она была единственной, кто мог рассказать.       Лии было два года и три месяца, а это значит, что она может объяснять вещи, но на детском языке, который никто не сможет понять. В целом, Лия, конечно, может говорить, но вы не можете ожидать, что двухлетний ребёнок расскажет целую историю.       Я посмотрела на Элси, и она пожала плечами на мой вопрос.       — Не знаю.       — В каком смысле «не знаю»?       — Он много кричал, — сказала она, уставившись на свою тарелку. — Он разозлился на меня, потому что я уронила свой стакан с молоком.       Я села прямо.       — Он накричал на тебя, потому что ты уронила стакан с молоком?       — Да… но я не специально! — поспешила она сказать, глядя на меня. — Анна обняла меня, а я не была к этому готова, и поэтому выронила его.       — Кто такая Анна? — спросила я, нахмурившись, когда Инесса тоже посмотрела на неё.       — Папина подруга. Она была там, когда мы вернулись домой из школы. Но на ней даже не было штанов.       Я подняла брови, и мы с Инессой обменялись взглядами, прежде чем снова посмотреть на Элси, которая ела свою еду.       В тот вечер я не могла думать ни о чём другом.       Мне не нравилось использовать крики как форму воспитания моих девочек. На мой взгляд, это вызывает страх, а я не хочу, чтобы мои дети боялись меня. Я хочу, чтобы они знали, что могут прийти ко мне с любой проблемой.       Что ещё мне не понравилось, так это тот факт, что у него по дому ходит какая-то женщина без штанов, когда там мои девочки.       На следующий день, когда я утром отвела Элси в школу, а Лию в сад, я позвонила Биллу и дала ему знать, что буду немного позднее обычного, а затем трансгрессировала к дому Малкольма.       Как раз в тот момент, когда я появилась, он выходил из дома, запирая за собой дверь.       Он повернулся и остановился, увидев меня.       — Далия?       — Я думала, мы договорились в том, как воспитывать девочек, — сказала я, подходя к нему. — Кричать на Элси, потому что она уронила стакан с молоком, который она уронила из-за твоей новой подружки по траху?       Когда он понял, о чём я говорю, то вздохнул. Сунул ключи в карман, прежде чем скрестить руки на груди.       — Если ты будешь кричать на них, то они начнут бояться тебя, — сказала я. — И ради Мерлина, не позволяй незнакомке разгуливать без одежды, когда они там.       — Извини, но какое отношение это имеет к тебе? — спросил он. — Ты, вообще-то, говоришь о моей девушке.       Я пожала плечами.       — Ладно, мне всё равно. Я не хочу, чтобы они впервые встретились с твоей девушкой, а на ней не было штанов, — сказала я. — И я не хочу, чтобы она обнимала Элси, не спросив её об этом. Ты же знаешь, она не любит, когда к ней прикасаются незнакомые люди.       — Элси драматизирует, — он поднял брови, глядя на меня. — Ей семь лет. Она видела, как ты себя ведёшь, и повторяет это.       Пока он проходил мимо меня, я взяла его за руку, чтобы заставить остановиться, но он тут же схватил меня за запястье, сжав пальцы так сильно, что стало больно.       Я зашипела, когда он убрал мою руку от своей.       — Малкольм! — воскликнула я. — Отпусти меня… Ты делаешь мне больно.       Выражение его лица на мгновение смягчилось, и он отпустил меня. Я сразу же обхватила своё запястье, успокаивая кожу, которая слегка покраснела, показывая, насколько сильно он меня схватил.       — Далия…       — Не прикасайся, блядь, ко мне, — я повысила голос, когда он потянулся ко мне. — Я просто прошу тебя быть осторожнее с теми, кого ты подпускаешь к девочкам. Я не знаю, серьёзны ли ваши отношения, но я знаю тебя, и не хочу, чтобы с ними знакомились сотни девушек, пока ты будешь решать заводить новых.       Малкольм полностью повернулся ко мне и засунул руки в карманы брюк, пока я всё ещё успокаивала своё запястье.       — Не понимаю, о чём ты, — сказал он. — Я был только с тобой с тех пор, как мне было девятнадцать.       — О, пожалуйста, — засмеялась я. — Я знаю, что у тебя была девушка за девушкой на протяжении всего нашего брака. Я, блядь, не дура.       Он внезапно направился ко мне быстрыми шагами, но я стояла на своём и не двинулась с места. Когда он встал передо мной, то лишь посмотрел на меня снизу вверх и усмехнулся.       — Ты ничего не знаешь, — сказал он низким и угрожающим голосом. Тем же голосом, которым он всегда говорил, когда собирался дать мне пощёчину, но я не собиралась позволять ему снова запугивать меня. — Возвращайся к своему парню и своей новой идеальной жизни, вместо того, чтобы осуждать мою.       Он развернулся, и я смотрела ему вслед, пока он уходил, а затем трансгрессировала.       Мне хотелось кричать.       Он так чертовски разозлил меня.       Будто я никогда не замечала засосов на его шее, когда он возвращался домой после ночной гулянки, или то, как он пах чужими духами. Помаду, которая была размазана по коже его шеи и челюсти, или то, как его одежда выглядела неопрятно, будто ему пришлось быстро её стянуть и так же быстро надеть, не обращая внимание.       Он неоднократно изменял мне на протяжении нашего брака, но я просто всегда слишком боялась признаться ему в том, что знаю об этом.