Возлюбленный • Lover

      — И она просто пришла туда?       Я кивнула Инессе, когда она налила бокал вина, а затем протянула его мне. Я сделала глоток, прежде чем вздохнуть.       — Я не собираюсь ей звонить, — заверила я её. Я рассказала ей всю историю о том, как моя мать заявилась сегодня утром. — Джордж прав. Ты права. Она мне не нужна.       Инесса улыбнулась той самой улыбкой, которую я сразу узнала. Это была её счастливая улыбка, показывающая мне, что она была в восторге от того, что я говорила.       — Но я не могу заставить себя написать ей и сказать, чтобы она держалась подальше от моей жизни.       Я посмотрела на свой бокал вина, и когда Инесса начала идти к своему месту, вместо этого она схватила мой телефон со стола, заставив меня вскинуть голову от этого действия.       — Инесса, что ты…       Она подняла руку, чтобы заставить меня замолчать, и я увидела, как она что-то напечатала, затем, мгновение спустя, положила мой телефон обратно на стол.       — Вот, — сказала она, — ты только что сказала своей сумасшедшей мамаше держаться подальше от тебя и твоих девочек. О… и ты удалила её контакт и заблокировала её номер. Она больше не сможет с тобой связаться.       — Инесса, что…       — Можешь поблагодарить меня потом, — сказала она и села на своё место.       Я уставилась на неё, не зная, что сказать, но затем моё внимание привлёк голос Дав:       — Джек! — крикнула она на весь дом, прежде чем рассмеяться. — Посмотри на этот беспорядок!       Инесса встала, чтобы посмотреть, что происходит, и я последовала за ней. Все дети были в гостиной с Дав, и когда мы вошли, Джек стоял весь в небольшой луже краски, весь перепачканный в ней же, одетый в розовую юбку балерины.       Я ухмыльнулась, прислонившись к дверному косяку и скрестив руки на груди.       — О милый, — усмехнулась Дав, присев на корточки перед Джеком.       Лия сползла с дивана и подошла к ним, и моя улыбка исчезла, когда она тоже присела на корточки и окунула руки в краску.       — Ну уж нет, — быстро сказала я, оттолкнувшись от дверного косяка. Я обвила Лию руками и подняла на руки, заставив её разразиться серией смешков.       Я снова опустила её на пол подальше от лужи и осторожно взяла за запястья, чтобы я могла вывести её на кухню, чтобы вымыть её руки.       — Добро пожаловать в родительство, — сказала я Дав и Инессе, посмеиваясь про себя, пока вела Лию на кухню.       — И-и поднимаемся, — выдохнула я и подняла её, чтобы усадить рядом с раковиной.       Я включила воду, затем посмотрела на Лию и протянула руку.       Она машинально вложила обе руки в мою, и пока я мыла их, она сосредоточилась на цветах, смываемых в канализацию.       — Родительство — это тяжело, — сказала Дав, когда вошла на кухню, и я взглянула на неё.       — Да, я могла бы сказать тебе это.       — Но опять же, я уже так сильно их люблю, — сказала она. — Они замечательные.       — Особенно, когда окунают свои руки полностью в краску, — сказала я саркастически и посмотрела на Лию, которая хихикнула.       — Прости, мама.       Дав прислонилась спиной к столешнице.       — По сути, у тебя их четверо.       Я посмотрела на неё и приподняла бровь, прежде чем со смешком покачать головой.       — У меня двое детей.       — Да… но, ты, должно быть, нравишься детям Джорджа, — сказала она. — Держу пари, это не займёт много времени, когда они начнут называть тебя мамой. Особенно малышка.       — Рокси? — спросила я. — Я бы не хотела заменять место Анджелины. Рокси не помнит, чтобы она была в их жизни, но Фред помнит, и он скучает по ней. Я не их мама, Дав. Я девушка их отца.       — Их мачеха, — она кивнула. — Однако не злая мачеха. Ты как… ангел-хранитель.       Я фыркнула на её комментарий и выключила воду, вытаскивая палочку из кармана. Я держала руки Лии в своей руке, пока использовала заклинание сушки.       Лия хихикнула от этого ощущения, и я улыбнулась, опуская её обратно на пол.       — Обещай мне держаться подальше от краски, — сказала я ей и провела рукой по её волосам.       — Хорошо, мама.       Она обняла мои ноги, прежде чем убежать в гостиную, и я повернулась к Дав.       — Впрочем, его дети совершенно замечательные, — я слабо улыбнулась перед тем, как мой взгляд упал на мой телефон, который лежал на кухонном острове.       Я взяла его и разблокировала, желая посмотреть, что Инесса написала моей матери, но она удалила переписку, прежде чем заблокировать и удалить номер.       — Моя мать… — я вздохнула и посмотрела на Дав. — Я уверена, что она использовала подвал в качестве наказания для Лии.       Глаза Дав слегка расширились, и она оттолкнулась от столешницы.       — Ты шутишь…       — Я больше никогда не позволю ей приблизиться к девочкам.       — Ты сама тоже не должна приближаться к ней, — заявила Дав, и когда я не ответила, она вздохнула. — Ты и близко не подойдёшь к ней, Далия.       Я закрыла глаза и сжала переносицу, прежде чем посмотреть в пол.       — Послушай… ты погружаешься в самоотвлечение, что нормально, учитывая то, через что ты прошла в детстве. Ты чувствуешь, что в кои-то веке стала счастливой, и это такое незнакомое и пугающее чувство, что ты идёшь к своей матери, потому что знаешь, что она заставит тебя чувствовать себя дерьмово, — слова Дав заставили меня посмотреть на неё. — Тебе нужна терапия. Тебе нужен хороший психотерапевт, который поможет тебе справиться со всей этой травмой. Тебе нужна помощь, чтобы позволить себе чувствовать себя счастливой.       Я поджала губы. Сегодня было полно людей, которые говорили мне, что делать, и я ненавидела это, потому что все они были правы.       Джордж был прав.       Инесса была права.       Дав была права.       — Я не могу позволить себе…       — Сделано, — перебила она меня. — Считай, что об этом позаботились. Я найду тебе потрясающего психотерапевта, и тебе не нужно беспокоиться о деньгах. Всё, о чём тебе нужно заботиться, — это ходить на сеансы и быть честной с терапевтом, чтобы он мог тебе помочь.       Со стоном я ухватилась за край столешницы и откинула голову назад, постукивая пальцами по нижней стороне мраморной поверхности.       — Если ты не хочешь делать это для себя, сделай это для Элси и Лии, — сказала Дав, заставляя меня снова посмотреть на неё. — Дети автоматически вырастают счастливыми, если видят, как счастливы их родители. Если они будут видеть тебя несчастной, они будут несчастны. Сделай это для них.       Вздохнув, я посмотрела в сторону гостиной.       — Хорошо.