Смерть тоже умеет любить

      Гермиона вернулась в общую спальню для девочек утром. Она умылась в туалете и привела себя в порядок, чтобы не отличаться внешне. В груди предательски бьется сердце, а раненная рука болит. Боль вытаскивает из неё последние силы, заставляет чувствовать себя живой.       Джинни нехотя раскрыла глаза и поймала взглядом причину её раннего пробуждения. Гермиона достает нужные на сегодня учебники из прикроватной тумбы и быстро пихает их сумку. Гриффиндорка не планирует долго задерживаться у подруги на виду. — Ты чего так рано проснулась? — спросила Джинн, укладываясь обратно. — Плохо спится что-то, — ответила Гермиона, не глядя на подругу.       Уизли приподнялась на локтях и внимательно посмотрела на девушку. Но к этому времени Гермиона уже собрала свою сумку, закинула её на плечо и направилась на выход. Напротив раздалось тихое бурчание учениц и шелест одеял.       Гермиона сидит на холодном полу Хогвартса и ни о чем не думает. Девушка запустила руку в карман мантии и вынула оттуда кулон. В отражении серебра она увидела себя сонную и взъерошенную. Недолго подумав, Гермиона надела подарок на шею.       Потухший взгляд пробежался по первым ученикам. Профессора лениво расхаживают по коридорам, заглядывая в кабинеты. Хогвартс медленно просыпается. Часы гулко стукнули, через четверть часа завтрак. Есть совсем не хочется. Гермиона встала со своего места и пошла на первое занятие этого долгого дня.

***

      Рон поправил отцовский галстук на своей шее и постучался в дверь. Министр приветливо кивнул и попросил парня пройти в кабинет. Когда Рональд прошел внутрь, Кингсли поджег кончик сигары и втянул горький дым. — Итак, ты готов? — уточнил мужчина.       Рональд поерзал на стуле и неуверенно кивнул. Министр усмехнулся про себя. Как такой растяпа может думать, что из него выйдет мракоборец. — Тогда сразу к делу, — Кингсли отложил сигару в прозрачную пепельницу на столе, — скажи мне, ты знаешь, кто такая Беллатриса Лестрейндж?       Глаза Уизли забегали по рыхлому лицу Министра. Казалось, Кингсли никак не интересует трусливая реакция новобранца. — Знаю, да, — промямлил, наконец, Рон. — Отлично. Мне нужно, чтобы в скором времени она была в моем кабинете. Связанная живая или мертвая. Решать тебе, — мужчина откинулся на стуле и посмотрел в глаза Рону.       Рональд поежился. Он вспомнил совместные вечера с женщиной, как ею дорожила Гермиона и родители. Но ярость нарастает, когда в воспоминаниях отчётливо появляются объятия и прикосновения. Как смеялась Гермиона, казалось бы, над глупыми шутками Беллатрисы, как они смотрели друг на друга. — Будет сделано, Министр, — твердо ответил Рон.       Кингсли удивился реакции парня. Он поджал губы и серьезно посмотрел на аврора напротив. — Гарри будет работать со мной? — неожиданно спросил Рональд. — Нет, у него есть свои дела. Мне нужен только ты. Я думаю, у тебя больше потенциала для такого дела.       Бруствер намеренно врет. Пускает пыль в глаза, отводит внимание парня от важных вещей. Но Рону это только приятно. Спустя годы насмешек и упреков он нашел место, где его ценят. Кингсли довольно потер руки, когда Уизли кивнул и встал со стула. — Подробности узнаешь у Самаэля. Он введёт тебя в курс дела, иди.       Рон вышел из кабинета, поправил мантию и подошел к Марго. Девушка, как обычно, не обратила на парня никого внимания, пока тот громко не покашлял. Секретарь оторвалась от деловых писем и незаполненных бумаг и недовольно посмотрела на Рона. — Как мне найти Самаэля? — всё, что спросил у неё аврор.       Руководитель группы Рона сидел в своем кабинете, что на порядок больше, чем у Гарри. Рональд протиснулся в приоткрытую дверь, не постучавшись. Самаэль оторвался от бумаг и сердито посмотрел в сторону парня. — Ты ещё кто такой? — его голос звучит твердо. — Я Рон. Рон Уизли. Я новый аврор, — замялся на входе рыжий. — Мне что с этого? Я не собираюсь нянчиться с тобой.       Мужчина отмахнулся и вновь скрыл свой взгляд за бумагами. Рон застыл на месте, не зная куда ему деться. — Сюда меня отправил мистер Бруствер. Сказал, чтобы я узнал у тебя про задание, — Уизли переминается с ноги на ногу. — Задание? У меня нет заданий для новичков. Тебе дальше по коридору, направо и там самая последняя дверь.       Самаэль больше не желает терпеть бесхарактерного юнца в своем кабинете, поэтому мужчина отложил стопку бумаг и прямо посмотрел на Рона. — Я имел в виду задание с поимкой Лестрейндж, — Рональд осекся, глядя на то, как глаза главного расширились.       Старый козел опять прислал ему очередную бездарность. Самаэль вновь окинул изучающим взглядом Рона и поморщился. Только этого ему сейчас не хватало. — Отлично. Тогда не будем долго ходить вокруг да около, — мужчина скрестил руки на груди, — наша цель тебе известна. Последнее место, где она могла быть — это так называемая Нора.       Рон побледнел и кивнул. — Проблема заключается в том, что мы её не видим, значит, её охраняют. Значит, внутри что-то есть, — Самаэль самодовольно усмехнулся. — Но в последние дни я не ощущаю там присутствия этой черной суки.       Последнее слово аврор выплюнул, и волна страха прошлась по спине Уизли. — Есть варианты, где она может быть? — несмело спросил рыжий. — Это ты должен мне сказать, — аврор рассмеялся. — У неё есть подружка, но нам она не нужна. Только Лестрейндж. Тебе всё понятно?       Рон опять кивнул и сжал рукав мантии. — Теперь иди к остальным, они в зале собраний. Это дальше по коридору. Тебе детальней всё расскажут и покажут.       Уизли пулей вылетел из неуютного кабинета. Как только дверь за парнем закрылась, аврор шумно выдохнул. Ещё одна проблема на его голову. Зачем ему этот зеленый мальчишка. Этого юнца при желании может одолеть первокурсница.       Среди груды бумаг на столе Самаэль нашел личное дело Уизли. Оно не отличается особыми заслугами и наградами. Кроме пометки «герой» в верхнем правом углу на обложке. Аврор оскалился и швырнул дело в стол.

***

      Беллатриса проснулась утром в подавленном состоянии. Она провела руками по волосам, пытаясь унять головную боль, но кажется, она стала только сильнее. Всю ночь ей снилась Гермиона. Она чувствует её боль и ненависть.       Дорожная сумка стояла на пороге комнаты. Все вещи собраны, женщина готова в путь. Нарцисса удивленно посмотрела на сестру, которая второй раз встает с первыми лучами солнца. — Куда-то собралась? — бросила Цисси, когда Белла прошла мимо с сумкой. — Ты же не думала, что я буду сидеть у тебя вечность. Твой сынок, как обычно, создает окружающим проблемы, — Блэк закатила глаза и села на стул рядом.       Нарцисса проигнорировала реплику сестры и поставила на стол кружку с кофе. Черная кружка. Как та, что специально достала Гермиона. Беллатрисе она нравилась. — Опять чай? — будничным тоном спросила Белла, когда запах ромашки разошелся по столовой. — Мне нравится, — безразлично ответила Нарцисса. — Ты уверена? Ты можешь остаться, тут безопасно. — Вся эта безопасность — временное явление, — вспылила Беллатриса, отставив напиток. — Что будет потом? Они явятся сюда, как той ночью в Нору. Не найдут меня, но будут подозревать тебя, Цисси.       Беллатриса выдохнула и сделала ещё один глоток горячего кофе. Она любит, когда он немного остывает. Нарцисса пригладила волосы и села рядом с сестрой. Она взяла в свои руки ладони напротив и слабо улыбнулась. — Прости меня, Белла, — проговорила Цисси.       Беллатриса вопросительно посмотрела на сестру. — Быть старшей сестрой нелегко, — добавила миссис Малфой. — У меня нет выбора, ты это знаешь.       Сестры попрощались. Нарцисса до последнего уговаривала Беллу остаться в доме. Но женщина непреклонна. Она должна найти Драко, спасти его заблудшую душу и вернуть домой. Спасти всех, но не себя.

***

      Минерва остановила Гермиону на входе в класс. Грейнджер никак не реагирует на слова профессора, только бесцветно кивает и смотрит в пол. Директор коснулась плеча девушки, и только тогда она подняла глаза. — Гермиона, — уже тише проговорила Макгонагалл, — что происходит? Это из-за того письма?       Гермиона ощетинилась. Что она вообще может знать о том письме. Девушка сделала резкий шаг назад и злостно посмотрела на женщину. — Нет, у меня всё прекрасно.       Профессор не стала настаивать. Мягкой грустной улыбкой проводила Минерва свою ученицу. Гермиона быстро села за свою парту и уткнулась в книгу. Слова не усваиваются в голове, а глаза болят от бесконечных слез.       Вокруг появляются новые ученики. Они рассаживаются по местам, общаются друг с другом. Гул от голосов сводил её с ума. Кто-то прошел мимо и поздоровался, но Гермиона не подняла своей головы.       Джинни без конца трещала на обеде. Невилл сделал вид, будто слушает девушку, иногда кивал и переспрашивал. Луна же вовсе отвернулась и уставилась в окно с мечтающим выражением лица. Гермиона не ест. Она размазывает еду по тарелке и изредка смотрит на преподавательский стол. Хагрид, поймавший взгляд подруги, помахал девушке огромной рукой, толкнув Трелони. Гермиона решила, что обязательно посетит друга. — Как тебе обед, Гермиона? — неожиданно спросила Луна.       Гермиона перевела взгляд на подругу и натянула улыбку. — Как всегда отличный.       Полумна задумчиво кивнула и вернулась к рассматриванию окна. — Ты в порядке? — теплая ладонь тронула Грейнджер. — Ты совсем ничего не ешь.       Уизли, наконец, оторвалась от рассказов и повернулась к подруге. Гермиона не в порядке. Она хочет раствориться в этом ужасном спертом воздухе и больше никогда не появляться. Она глубоко вдыхает воздух, он расходится по легким, заполняя их. Тяжелое чувство возвращается с выдохом, она не может перестать думать.       Макгонагалл громко покашляла, чем привлекла внимание друзей. Женщина с кошачьей грацией обошла их стол и остановилась напротив Гермионы. — Мистер Поттер просил передать это лично в руки.       Гермиона посмотрела на конверт. Он плотно запечатан. Из непрозрачной бежевой бумаги. Подписан косыми мелкими буквами. Значит, точно Гарри. Но разве это не могло дождаться до пятницы, когда совы вылетят в общий зал, сделают круг и сбросят письма. — Спасибо, — слабо кивнула Гриффиндорка и спрятала конверт в сумку. — Ты не откроешь его сейчас? — Джинни наклонилась вперед через стол. — Потом.       Гермиона покинула обед под пристальные взгляды друзей. Полумна решила не комментировать — уход девушки из-за мозгошмыгов, и ей казалось это очевидным. Невилл грустно посмотрел на свою тарелку и отодвинул её от себя. Джинни допила сок и посмотрела на парня.

***

      Беллатриса забрела далеко в лес. Так далеко, что солнца почти не проникало через толстые пушистые кроны деревьев. Она стоит и смотрит на мерцающие кусочки голубого неба и часто дышит. «Мелкий гаденыш», — всё, что сейчас крутится в голове женщины, когда она оглядывается по сторонам.       Раньше семья Малфоев часто бывала в этой части леса. Люциус хотел выкупить его и построить поместье. Забавы ради. Но потом интерес юного Драко к природе пропал, Нарцисса всё меньше и меньше проводила время с мужем, и потребность в шикарном доме пропала.       Белла уверена, что он прячется где-то здесь. Его мозгов точно не хватит на мощное заклинание исчезновения или сокрытия, так что она близка. Ведьма вдохнула влажный густой воздух и прикрыла глаза. Надо найти заброшенную сторожку.

***

      Гарри сидит на диване в Норе и смотрит в одну точку. Привычка крутить бузинную палочку плотно сохранилась. Это успокаивает парня и немного гипнотизирует. Камин зажегся ярким зеленым пламенем, и из него вышел Рон. — Я ждал тебя, — сразу сказал Поттер, поправив очки.       Юноша спрятал палочку в карман джинсов раньше, чем Рональд перевел на неё взгляд. Никто, кроме Беллатрисы, не догадывается о его секрете. Уизли немного помялся, но всё же сделал шаг от камина. Он встал напротив друга, отряхивая мантию от пороха. — Что-то случилось, Гарри? — невинно спросил рыжий. — Будто ты не знаешь, — он осекся, он обещал себе не срываться на друга. — Поясни мне, — тон Рона ожесточился. — Как ты можешь не замечать того, что происходит вокруг? — Поттер соскочил со своего места и обошел диван. Расстояние между друзьями позволяет держать безопасную дистанцию.       Рон нахмурился и сердито посмотрел на друга. Он не верит в то, что это сейчас слышит. — А что происходит? Меня взяли на работу мечты. Мог бы порадоваться за друга.       Рон обиделся. Он по-настоящему не видит того, что видит Гарри. Уизли махнул головой и направился в сторону лестницы. — Мы не закончили, — прокричал Гарри, и Рональд резко остановился. — Ты всех подставляешь.       Рон рассмеялся. Гортанный и жестокий смех режет слух. Поттер никогда не видел его таким. Это не Рон, кто-то другой. Его друг не ведет себя так. — Подставляю? Я? — парень развернулся лицом и продолжил смеяться.       Уизли ведет себя так, будто Гарри сейчас сказал самую великую глупость в мире. Такую очевидную вещь, что не требовала никакого объяснения. — Ты что, переживаешь за эту грязную суку? — глаза Рона округлились. — Я переживаю за нашу подругу, Рон. За Гермиону.       Всё, чего сейчас хочет Гарри — это запустить в Уизли заклинанием побольнее. Они уже переживали такое, когда по очереди носили крестраж. Он видит, как темнеют глаза друга от ярости. Как злость страшная и беспробудная берет над ним верх. — Знаешь, я тоже за неё переживаю, но она сделала неверный выбор, — просто ответил Рон.       Поттер замер. Он уверен, что есть в мире слова, которые переубедят его лучшего друга. Но сколько всего испробовано. Часы пробили пять раз. Гарри машинально перевел на них взгляд, и Рон посчитал, что их разговор окончен. Он тяжело ступал по лестнице, от его нажима скрипят ступени. — Ты не такой, — тихо проговорил Гарри, но Рон услышал.       Он остановился, занеся ногу на ступень выше. Его руки спокойно сжали перила. — Я всегда таким был, — всё, что ответил рыжий, не повернувшись, и пошел дальше.

***

      Гермиона закрылась в том же туалете. Она посчитала, что так будет разумнее — крушить только одно место в замке. Она готова ко всему, ведь второй раз за жизнь она не сможет умереть. Конверт немного помялся в сумке, но это не беда. Она достала его и положила на полу перед собой.

Дорогая Гермиона. Это письмо пишу тебе лично я. В тайне ото всех, потому что не могу больше скрывать. Я виноват, что не сказал, виноват, что согласился врать. Но так было лучше для тебя. Мы все хотели уберечь тебя. Наверное, ты уже получила письмо от Беллатрисы. Не знаю, что она рассказала тебе, но я напишу свою историю. Я дорожу тобой, в моей жизни больше нет такой талантливой волшебницы, а самое главное прекрасной подруги. Постарайся поверить мне и понять. Я пошел на это ради тебя. Может быть, это эгоистично, я правда испугался. Кингсли не ответил на сотни писем Макгонагалл. Но не так давно пришел ответ. Он не признает Омут Памяти, пишет, что это всё можно подделать. Чертов псих. И мы сразу решили, что он не остановится. Нам нужно было уберечь тебя. О сговоре знали только Я, Беллатриса, мистер и миссис Уизли. Рон не стабилен. Он постоянно бредит министерством. Я боюсь за него. Мне кажется, в скором времени он наделает глупостей. Я знал, что ты не согласишься, если мы открыто попросим тебя уехать в Хогвартс. Поэтому… не вини её. Мы все хотели, как лучше и безопасней. Я буду писать тебе каждую неделю. Докладывать все новости. Без обмана. Мне очень стыдно перед тобой, Гермиона. Я не знаю, куда она ушла, но я знаю, как это больно. Я видел… вас. Мне жаль, что всё так сложилось. Обними Джинни за меня. Гарри П.

      Гермиона скомкала письмо. Она не может в это поверить. Они сослали её сюда подальше от мира. Как Кингсли упек её в Азкабан, так и друзья сделали с ней то же самое. Что они возомнили о себе? Она не ребенок и может постоять за себя. Гермиона отшвырнула бумажный ком, и слёзы потекли из глаз.       Он видел их. Видел всё. И молчал. А она. Она всё знала, подыгрывала и обманывала. Говорила, что нужно закончить учебу. На самом деле искала идеальный для себя вариант. — Какая же я дура!       Гермиона закричала. Но ей никто не ответил. Она одна. В очередной раз в своей недолгой жизни. Чувство усталости внезапно накатило на плечи девушки, и она легла. Холодный кафель остужает тело и мысли. Лопатки мерзнут, ладони больно бьют пол. Она плачет без звука, рыдает молча. Только иногда всхлипывает, когда соленая вода норовит её утопить.       Грейнджер запускает Бомбарду в раковину, и пол тут же намокает. Вода затекает под мантию, рубашку и юбку. Она проникает в спутавшиеся волосы и в сумку. Её учебники испортятся, но она знает другое заклинание, чтобы привести их в положенный вид.       Слёзы стекают по щеками и смешиваются с чистой холодной водой. Улыбка появилась на лице девушки. Она смеется. Как всегда смеётся Беллатриса чистым и звонким голосом. Она готова убить её. Проклясть на месте сто тысяч раз, а потом умереть самой. Жизнь без Беллатрисы. Такое возможно?       «Повторяешься, Грейнджер», — собственное сознание смеётся над ней. Внутри все органы сводит от злости. Она не находит в себе силы пошевелиться. Теперь Гермиона понимает тягу к разрушению всего вокруг.

***

      Беллатриса переступила порог разрушенного дома. Сквозь пробоины в стенах виден лес. Она проводит по деревянному столу, поросшему мхом. Он был тут. Она чувствует. На губах заиграла самодовольная ухмылка. Она почти нашла засранца Малфоя.       Но воспоминания резко дали пощёчину женщине. Почти в таком же домике они скрывались вдвоем. Ютились в метре друг от друга, согреваясь ночами у камина. Белла всегда удивлялась тому, с какой любовью Гермиона смотрит на её огонь. Женщина не видит в нем ничего особенного, но девушка всегда подставляла руки вперед к нему.       Беллатриса корит себя за слабость. За то, что позволила Гермионе подойти ближе. Пробраться в душу и крепко там поселиться. В её жизни не было ни любви, ни страсти. Только долг, который она выплачивает всю жизнь.

***

      Гарри не спит. Он всю ночь прислушивается к шорохам из комнаты Рона. Из-под двери в ночи выходит наружу тусклый свет лампы. Он что-то читает. Или пишет. Это точно не похоже на Рона. Редкое бормотание парня вылетают из комнаты, но Гарри не может разобрать слов       Парень иногда соскакивает с кровати и медленно подходит к двери. Кладёт ухо на полотно и слушает. Но звуки прекращаются так же резко, как и начинаются. Поттер начинает беспокоиться и о своем душевном состоянии.       Мысли о палочке терзают Гарри. Он хочет её сломать и выбросить, но не хватает духа. Он каждый раз представляет себе, как её обломки полетят в реку или море, но каждый чертов раз она оказывается в его кармане. Гарри чувствует, как она передает ему злость её прежнего владельца, и тогда он отшвыривает её в самый дальний угол, чтобы утром достать и отряхнуть.

***

      Прошло несколько дней и бессонных ночей. Гермиона выглядит не очень, но ей стало плевать. Она ловит на себе обеспокоенный взгляд директора, но Минерва не решается заговорить вновь. Хогвартс внезапно стал для Гермионы не домом, а тюрьмой. Азкабан, в котором сносно кормят.       В редкие минуты, когда Грейнджер теряла сознание, ей ничего не снится. Дикая боль пронзает всё её тело, она соскакивает в холодном поту. Чувство тревоги проходит, меняясь местами с одиночеством.       Гермиона никогда не думала, что одиночество можно почувствовать руками. Это холодная плитка разрушенного туалета. Вода, стекающая из кранов. Одиночество как горячий поток слез. Оно — учебники, купленные Беллатрисой, и кровь на губах. Сорванный голос от криков среди ночи — это проклятое одиночество.       Девушка проводит руками по волосам и замечает на затылке шишку. Она больно выступает и неприятно пульсирует. Гермиона не знает, когда успела удариться головой. Наверное, в тот раз, когда взорвалось зеркало, и его острые осколки вместе с деревянной рамой разлетелись в разные стороны. Или когда бетонная перегородка между кабинками взмыла в воздух бесчувственной грудой камней. Гермиона не может остановиться разрушать.       Она тихо воет от боли по ночам, кусает себя за ладони и шепчет проклятия. А утром натягивает измученную улыбку и идет на занятия. Они не приносят больше удовольствия, только раздражают и злят. Иногда Гриффиндорка посылает к Мерлину все уроки и учебники. Она закрывается теперь в её заброшенном туалете и сходит с ума.