прорастающие цветы лотоса

<POV>Автора

      Открыв глаза, Цзян Чен увидел побледневшее лицо друга. Обеспокоенный Лань Сичень просидел возле его кровати всю ночь. — Как ты себя чувствуешь? — тихо сказал Лань Хуань, протягивая миску с лекарством, — у тебя проблемы с лёгкими, почему ты это скрывал?       Внутри Цзян Чэна все сжалось. Сердце забилось в бешеном ритме, его руки начали судорожно трястись. Немного проливая содержимое миски, А-Чен опустошил её. — Это всего лишь небольшой недуг, — хриплым от боли в горле голосом выдавил Цзян Чен. — Ты буквально выплюнул кусок лёгких! Это ты называешь лёгким недугом?!       Лицо Лань Сиченя выражало недоумение и гнев. От него исходила грозная аура в перемешку с большим беспокойством. — Я не хотел, чтобы ты это видел, — тихо сказал А-Чен, пытаясь встать с кровати. Сильные руки Лань Хуаня не позволили ему это сделать. Оказавшись придавленным к спинке кровати, Цзян Чен невольно издал болезненный стон.

***

      За несколько часов до пробуждения Цзян Ваньина.       Лекарь осторожно развязал верхнее одеяние больного, аккуратно открывая грудную клетку. Внимательно прослушав дыхание, лицо лекаря побледнело. — Что с ним? — изумленно сказал Лань Сичень, протягивая руку к запястью Цзян Чена, чтоб проверить духовные каналы.       Лекарь ловко перехватил руку Цзэу Цзюня, не давая тому коснуться цели. Бросив виноватый взгляд, мужчина убрал руку главы клана Лань в сторону. — Извините, мне велено никому не рассказывать о том, какая болезнь мучает господина. Если я не смогу скрыть эту тайну, боюсь, переломают мне не только ноги, но и шею. Цзэу Цзюнь, прошу проявите снисходительность! — С тобой ничего не станет, даю свое слово, — твёрдо сказал Лань Хуань, освобождая свою руку из плена.       Лекарь был жутко напуган, он опасался за свою жизнь. Собравшись с силами он выложил: — Ханахаки, вторая стадия — распад лёгких.       Из-за шока тело Лань Сиченя окончательно обмякло, он осторожно приземлился лицом на кровать друга. — Можете идти, я позову вас если кому-то из нас станет хуже, — тихо промямлил Лань Хуань в ответ лекарю. Мужчина удалился из комнаты, оставляя двух молодых господ наедине.       Услышав шорох одеял, Сичень подорвался осматривая тяжело дышащего Цзян Чена. Сильно вошкаясь, Цзян Ваньин случайно снял развязанное верхнее одеяние, обнажая все участки тела до талии.       Растерянный взгляд главы клана Лань упал на руки и плечи мужчины. Разного размера порезы располагались на теле, не оставляя живого места. Шрамы были разные по глубине, но одинаковые по расположению. Это означала, что раны не могли быть нанесены во время битв. Шрамы были уже не свежими, приблизительно нанесены месяца два назад.       Эта картина ужаснула бы каждого. Суровый глава клана Цзян осознанно вредил себе. Прямо сейчас он представлял собой жалкое зрелище, некогда гордый и грозный Цзян Чен выглядел словно подбитая дичь на охоте. Пережив слишком много эмоций, ноги Лань Хуаня обмякли окончательно.       В бреду жара Цзэу Цзюнь не осознавал, что делает, положил своё почти бессильное тело на кровать друга.       Ставни на окнах были закрыты, из-за чего в комнате было мало солнечных лучей, способных побеспокоить сон больных. Лань Хуань мягко притянул Цзян Цена к себе за талию. Прикладывая голову к оголённой спине.       Медленно раскрывая глаза Цзэу Цзюнь обнаружил тесно прижатое к нему тело. Лицо залилось румянцем. Чувство смущение заставило мужчину аккуратно разжать руки. Спустившись с кровати, Лань Сичень дал себе пощёчину. Его сердце все никак не могло успокоится. За эти несколько месяцев ему было достаточно лишь долго посмотреть на лицо Цзян Чена, чтоб заставить его сердце и разум смутиться. Оказавшись настолько близко к человеку, что вызывал сильные неведомые чувства, в голове что-то щёлкнуло.

***

      Оперев свои руки на грудь Сиченя, Цзян Чен пытался его отпихнуть. — Отпусти меня! Уйди прочь! — Злобно крикнул Цзян Ваньин.       Внезапно ощутив на своих ногах тяжесть Цзян Чен понял, округлил глаза. На его коленях сидел глава клана Лань. — Зачем ты так с собой поступал?! Что сподвигло тебя на это?! — грозно крикнул Лань Сичень, прижимая к себе друга, — ты ведь умираешь?       Горячие слезы Лань Хуаня закапали на плече Цзянь Ваньина. Всё тело Цзян Чена пробило на дрожь. Он понял, что его верхнее одеяние не было на нем. Следы «наказание» увидел самый дорогой человек. Его голос стал тише. — Не, не, не твоего ума дело! — заикаясь промямлил Цзян Чен, пытаюсь вырваться из крепких объятий, — отпусти! Уйди! – Ты всегда заботился обо мне! Позволь ответить тебе тем же! — голос Лань Хуаня начала дрожать.       Руки Цзян Ваньина ослабли, осторожно располагаясь на талии Лань Сиченя. Цзян Чен упёрся головой в грудь друга, опуская голову вниз. Едва сдерживая слезы глава клана Цзян выдавил из себя: – Оставь меня не надолго одного, если действительно хочешь позаботиться обо мне.       Лань Сичень расслабил объятия, осторожно слез с койки и ушел не пророня ни слова. Цзян Чен подогнул колени, укладывая на них свою голову. Его руки державшие колени были близко, в порыве безысходного выплеска эмоций, он впился ногтями в кожу слегка сдирая верхний слой кожи. Попытка сдержать слезы не удалась. Слезы отвращения к самому себе побежали ручьями по щекам мужчины. Ему хотелось снова "наказать" себя. Просидев в таком состоянии пол часа, лицо перестало выражать какие либо эмоции.       Лань Сичень ожидал возвращения друга у себя в комнате. Он размышлял над тем, какая девушка могла стать для А-Чена такой дорогой. Он не разу не замечал подобных знаков внимания к женщинам у Цзян Чена. Ведь глава клана Цзян никогда не смотрел в сторону женщин. В голове Лань Хуаня промелькнула мысль: "Неужели Цзян Чен тоже..." А ведь Лань Сичень тоже никогда не проявлял интереса к противоположному полу. Он всегда оправдывал это тем, что у него нет времени на подобное бесстыдство. Вспомнив, что в купальне в воображение всплыл образ главы клана Цзян, лицо залилось краской. Вновь подумав о смерти Цзян Чена, в сердце Лань Сиченя что-то сильно кольнуло. До него дошло, почему за все это время он не нашёл ни одну женщину привлекательной, хоть ему устраивали встречи с разными дамами. Фантазия в купальни не было помутнением рассудка. Подняв голову Лань Сичень тихо просипел себе под нос: – Похоже я обрезанный рукав, — тяжело вздохнув, он поднял голову вверх, сдерживая слезы, – я люблю Цзян Чена? Черт, как мне теперь ему в глаза смотреть? Как узнать в кого он влюбился? Как стать тем, кого он полюбит? В душе Лань Сиченя зарождалось желание спати любимого любой ценой. Открыв окна, мягкий солнечный свет затмил комнату, обдавая тёплыми лучами вымотанное лицо Лань Хуаня. Глава клана Лань медленно опустился на пол, присаживаясь за стол. Он поправил свои запутавшиеся волосы, лобную ленту и тяжёло вздохнул, стараясь очистить разум от всех эмоций. Спустя час медитации, Лань Хуань привёл свои мысли и чувства в порядок. Устремив уверенный взгляд на дверь в ожидании человека, ради которого он был готов нарушить все четыре тысячи правил своего клана. Дверь со крипом открылась, на пороге стоял Цзян Чен с разными свитками в руках. Небрежно бросив документы на стол, Цзян Чен сел на против друга с лицом не выражающим никах эмоций. – Обмен адептами, мы ещё не все вопросы решили, — тихо сказал глава клана Цзян, пряча глаза в свиток, – твои духовные меридианы уже начали восстанавливаться? Лань Сичень утвердительно качнул головой, протягивая кружку со свежезаваренным чаем, случайно коснувшись рук друга, мужчины отвели взгляд в разные стороны, не осмеливаясь смотреть в глаза собеседнику. – Меня беспокоит кое-что в поведение А-Лина, — Цзян Чен отпил из горячей кружки, устремляя свой печальный взгляд на маленький портрет племянника, – кажется он влюбился.       Лань Сичень попытался выдавить из себя привычную улыбку, но на лице отображалась только пародия. – Это же замечательно! — воодушевленно крикнул Лань Сичень, случайно ложа свои руки на кончики пальцев Цзян Чена, – будет здорово, если он приведёт эту юную госпожу для знакомства!       Цзян Чен чувствовал тепло от рук Лань Сиченя. Он притворился, будто не заметил, что его рук коснулись. Глава клана Цзян слегка нахмурился. – Я подозреваю, что он влюбился в Лань Сычжуя, – А-Чен посмотрел на удивлённое лицо Лань Хуаня, после стыдливо отводя глаза, — прошу, не дай ему натворить глупостей.       Лань Сичень выглядел так, словно забыл человеческую речь. Он не знал, плакать ему или смеяться. Просидев с таким лицом с минуту, Цзэу Цзюнь пришёл в себя и тихо прошептал: – Хорошо, я сделаю все, что в моих силах.       Мужчины почти весь вечер обсуждали обмен адептами, не отпуская рук друг друга и не заглядывая в глаза. Когда их руки рассоединились, в душе возникло чувство пустоты. Цзян Чен уже намеревался открыть дверь, как сильные руки заключили его в объятья со спины. – Пожалуйста, скажи если я могу тебе помочь с твоей болезнью, ты мне очень дорог, – голова Сиченя была прижата к спине, а руки заключили талию. Поняв, что такой жест слишком интимный, Лань Сичень хотел разжать объятья, но руки главы клана Цзян не дали ему этого сделать.       Цзян Чен развернулся и бесстыдно прижался к Лань Сиченю. Нагло уложил свои руки на спине мужчины и уткнулся лицом в грудь друга. – Ты сделаешь все, что угодно ради меня? – голос А-Чена звучал очень взволнованно, – Иди лучше поспи, не неси чепуху! – Да, если мне придётся отдать свою жизнь за тебя! – голос Лань Хуаня начал ломаться и дрожать, – даже если придётся нарушить все правила моего клана!       Цзян Чен почувствовал, как его ноги подкосились и силы покинули его. Из за столь внезапного падения друга, Лань Сичень оступился и упал на пол. На его коленях сидел глава клана Цзян и крепко прижимал его к себе. – Ты что совсем с ума сошёл идти на такой безумство?! – возмущено крикнул Цзян Чен, заглядывая суровым взглядом в глаза друга.       Взгляд Лань Сичень источал глубокую печаль и нежностью. Цзян Чен схватил за грудки Цзэу Цзюня и хорошенько встряхнул. – Любовь сводит людей с ума, – прошептал Лань Сичень в ухо друга. Наблюдая за его оцепенением, Лань Хуань притянул Цзян Чена к своему лицу. Их лбы соприкоснулись. Приглушенным голосом Лань Сичень произнес, направляя мягкий взгляд в глаза друга: – Я люблю тебя, Цзян Чен.

Продолжение следует...