365 дней

Третий по счету будильник раздался в комнате. Подросток в очередной раз занес руку, дабы отключить мелодию, но в обыденной стороне телефона не оказалось, а ладонь больно ударилась обо что-то деревянное и острое. Приоткрыв глаз, Антон прихерел. Взгляду предстал не шкаф, не окно и даже не стол, а пол. Красивый такой, темный, полосатый, правда твердый, но ничего не поделаешь. Собственно, звук не унимался, потому пришлось отложить разборки на потом. Поднявшись на коленки, парень нажал кнопочку, погружая помещение в тишину. В коридоре слышался шум сборов, неплохо так настороживший зависшего школьника. Тот, придя к одному выводу: «грохнулся на пол, когда заснул минут двадцать назад», все же встал и проверил время. Следом полетели маты, быстрые сборы, закидывание всякой херни в рюкзак и пробежка до ванной и обратно. Циферка 7:16 прекрасно бодрит! К получасу он уже был готов, так что, накинув куртку с обувью, полетел к выходу. Машина, как и вчера, стояла у самого здания, ожидая подростка. — Здравствуйте, Арсений Сергеевич! — с отдышкой произнес Шастун, только открыв дверь. — Даже не опоздал! Я в шоке. — В ответ раздался не чужой голос, а громкое урчание живота, заставившее хозяина покраснеть. — И чего это мы не завтракаем? — Проспал, — зевнув, прошептал парень, параллельно пристегиваясь. — Можем в кафе заехать — время есть, — выезжая на главную дорогу, предложил мужчина, мельком глянув на пассажира. — Не, не надо. Сегодня всего шесть уроков — успею поесть. — Ну, как хочешь. Кстати, у тебя ж сейчас физра? — Ага, но освобождение осталось. Эх, в следующий раз уже придется идти… — Тогда в кабинете со мной посидишь, работы попроверяешь. — Арсе-е-ений Серге-е-евич… Ну, нет! — Да, Шастунишка, да, — смеясь, сказал учитель, следом заглушая возмущения музыкой. Так дорога и прошла: Антон то в телефоне сидел, то беззвучно подпевал, лишь двигая губами, то начинал разговор на отстраненную тему от нечего делать; Попов же просто отвечал и держал руль. По приезде машина отправилась на парковку, а опоздуны в школу к кабинету английского. Почему «опоздуны»? Просто из-за периодических пробок ребята зашли в здание со звонком, который, между прочим, дали раньше времени — на целых две минуты! Арсений, зайдя в родной класс, достал стопку тетрадей и, поставив ее на первую парту перед собой, вручил школьнику красную ручку. Тот, не имея больше и шанса сбежать, скинул рюкзак рядом, принимаясь за проверку. Не думайте, что Попов такой говнюк и сам ничем не занимался. Вовсе не так! Учитель, убрав верхнюю одежду в шкаф, присоединился к столь «веселому» занятию, время от времени смеясь, из-за недовольных вздохов помощника. Шастуна хватило на полчаса и больше половины стопки — осталось всего три тетради. Парень уткнулся лицом в деревянную парту, протяжно стоная совсем не от наслаждения. Англичанин, тоже успевший неплохо так устать, поднял насмешливый взгляд на беднягу. — У тебя так-то девятый класс на проверке, а я с пятым мучаюсь. — Мне вас поблагодарить надо? Спасибо, конечно, но как можно допускать такие ошибки?! Знали, что третья форма глагола «go» не «gone», а «gun»? Оружие, да? Гений, блять! — негодовал школьник, размахивая руками в разные стороны. — Антон, не матерись. Ну, не понял кто-то и что такого? Просто перепутал слова, звучание же у них похоже, — строго, но с улыбкой, ответил Арсений Сергеевич. — Да как тут не материться?! Ладно, если бы пятый класс — можно понять, но девятый. С ума сойти. — Шастун, далеко не каждому нравится английский и еще меньшее количество людей будут учить его самостоятельно. — Ответа не последовало. Подросток просто разлегся на парте, видимо, стараясь отойти от такой правды. — Ладно, не буду тебя больше мучать. Чай сделать? — Отложив многочисленные листики, Попов поднялся с места и направился к дальнему углу помещения, где стоял небольшой столик с электрическим чайником, пакетиками заварки и баночкой растворимого кофе. — Спасибо, но откажусь, — в полголоса сказал Антон, все же отлепившись от парты. — А чего так? — Просто, да и есть захочется больше. Лучше русский сделаю, а то Павел Алексеевич головы лишит. — Эх, отпороть бы тебя, чтоб ел нормально. — Нет уж, спасибо. Я и так ем, просто не всегда получается… — Ага, хочешь сказать, что перед школой мы не могли заехать в кафешку, коих по пути было несколько штук? — выгнув бровь, посмотрел старший на парня. — Э… Мне надо русский сделать! — В подтверждение слов, Шастун достал из рюкзака тетрадку с учебником и, приняв умный вид, стал вчитываться в задание. Попов на такое поведение закатил глаза, но не стал возражать — Пашка и правда злой будет. Заварив себе кофе, мужчина вернулся на место, продолжая увлекательное путешествие по миру ошибок. Полгода без нормальных учителей влекли огромные последствия, которые даже за месяц усердного обучения не смогли уйти полностью. Через пятнадцать минут, когда началась перемена, Антон как раз успел всё дописать — благо, упражнение оказалось совсем маленьким, и, попрощавшись на один урок, побежал к кабинету русского. Павел Алексеевич восседал на троне, внимательно вчитываясь в листок на столе. Шастун спокойно зашел внутрь, ибо дверь открыта — значит можно. Из одноклассников еще никто не пришел, потому, заняв любимую парту, парень достал принадлежности и дневник — порисовать. Вскоре стали подтягиваться и измученные десятиклассники, которых, видимо, Алексей Сергеевич изрядно потрепал. Подросток внимания на них не обращал, пока к нему не подлетел Димка. Тот то ли смех сдерживал, то ли удивление, но лицо было слегка перекошено. — Шаст, привет! Не поверишь, что узнал, — без прелюдий начал дружбан. — Привет. Поз, думаешь, меня можно чем-то удивить? — Захлопнув тетрадку, поднял взгляд русый. — Да, можно. Предлагаю после этого урока заскочить в туалет, там и расскажу. — А сейчас нельзя? — под шум звонка спросил Антон. — Как видишь, нет. Не убегай, короче. — Парень развернулся и упехал к своему месту, в ответ так и не услышав фразочку: — Интриган, блять… Весь урок школьник сидел как на иголках, ожидая заветный звон. Если вам показалось, что причиной тому стал интерес, то ошиблись. Из-за того, что покурить утром не удалось, организм требовал сигаретку теперь, да и она всегда помогала угомонить голод, так что, по итогу, со звонком Шастун первый подскочил с места и остановился у выхода, ожидая Диму-клушу. Оказавшись в заветному туалете, из которого пришлось выгонять малышню, парень достал пачку, где оставалась всего одна палочка. Позов хоть и курил, но крайне редко, потому делиться не пришлось. — Рассказывай, — выдыхая дым, «разрешил» начать десятиклассник. — Ну, в общем, пришел я на физру рановато. Точнее просто не опоздал, но не в этом суть. Поднимаюсь, значит, к раздевалке, а там дверь закрыта и голос знакомый с кем-то болтает. Подхожу, решаю подслушать и выясняю вот какую информацию. Помнишь, ты спрашивал про Булаткина? Про его фразочку на классном часу? — Ну? — Он в тебя влюбился. — От такого заявления Шастун закашлялся, намереваясь грохнуться с подоконника. — Да-да-да, я тоже ахуел. Егорка сказал, цитирую: «Блять, ты бы видела его! Такой красавчик, высокий, яркие зеленые глаза, кудряшки, еще и в морду может дать — проверил на себе. Да точно гей, это все в школе знают! Только меня ненавидит…» Вот такие вот дела. — Мало ли какие есть высокие парни у нас, а? Вряд ли про меня речь, — стараясь отнекаться от такой не самой приятной новости, ответил Антон. — Ага, конечно. У нас же вся школа полна высоких кудрявых парней с зелеными глазами, дак еще и геев. Не отрицай реальности — не получится. Лучше с ним поговори, вдруг поможет. — Блять, Поз! Да хуйня это, сто процентов про кого-то другого. Мы ж враждуем уже сколько?! Хотя, даже если оно так и есть, то говорить не стану — разлюбит. — «Тем более, когда любить не за что.» — Пошли в класс? — Естественно, мысли не оказались произнесены вслух. Не дожидаясь реакции, Шастун выкинул скуренную наполовину сигарету в форточку, поднялся с места и, подхватив рюкзак, направился на урок. Дима на подобное лишь усмехнулся и без возражений пошел следом. Арсений Сергеевич всё так же сидел за столом, проверяя очередную стопку. Большинство одноклассников успели рассесться по местам и повторяли домашку. Как хорошо, что подросток рассказал ее еще вчера. Теперь с хмурым лицом он дошел до знакомой первой парты и, усевшись, уставился на кольца, задумываясь. Позов лезть не стал и просто упал рядом, пожав плечами на вопросительный взгляд англичанина. На оставшийся школьный день парень буквально выпал из мира: все уроки сидел задумчивый, всë стараясь достать хоть какие-то доказательства неправоты друга, время от времени перекидывался фразочками с Димой и не особо вникал в школьные дела, хоть сегодня и были относительно неплохие предметы. После алгебры вернулся к кабинету английского, откуда вышел уже с учителем в полном молчании. Мужчину интересовало происходящее, но решил сдержать свои желания — все же не его дело. В машине включил музыку, хоть как-то убирая неловкость. Однако, вскоре Антон заговорил сам. — Арсений Сергеевич, что делать, если в меня кое-кто, видимо, влюбился, но мне прям совсем этого не хочется? — Ты об этом весь день думал? — В ответ послышалось тихое и явно стыдливое «угу». — Ну, смотря откуда информация. Если человек сам сказал об этом, то поговорить, а если узнал от кого-то, то подождать — вдруг признается. — А если не признается? — Если не хочется неловкости, то забыть про ситуацию, а если как-то все равно, то поговорить. А с чего такая уверенность? — Да так, неважно… — вновь задумавшись над выбором, прошептал парень и отвернулся к окну. Учитель бездумно кивнул, возвращая все внимание дороге. Так до детдома и доехали. Попов, остановившись, сказал, что подождет тут, пока ученик поест и соберется на смену, но планам не удалось сбыться. Через несколько фраз: «Идемте, тоже покушаете.», «Не ломайтесь, пойдемте!» и «Да ладно вам, там вкусно кормят — проверено», отправился в здание, комнату младшего, а следом и столовую. К слову, Антон не обманул. Быстро съев горячий суп, Арсений Сергеевич не стал терять времени и под предлогом «узнаю тут про твое поведение» ушел к директрисе. Вышел от нее веселый и явно довольный. Вопросительный взгляд Шастуна проигнорировал, просто позвав того в машину. Не особо желая интересоваться ситуацией, подросток занял пассажирское сиденье и, вырвав из тетради чистый листик, достал карандаш, принимаясь рисовать — это занятие всегда помогало привести мысли в порядок и успокоиться. Через полтора часа появившейся графитовый портрет какого-то выдуманного человека заполнил всё пространство. Попов, время от времени подглядывающий за процессом, под конец оказался крайне удивлен таким способностям парня. Получилось очень реалистично… Но удивление возросло в разы, когда Антон, прошептав тихое «бля, хуйня получилась», разорвал работу на маленькие кусочки, которые следом полетели в мусорку. Не зная, что сказать, Арсений Сергеевич сделал вид, что ничего не видел и не слышал. Пожелав хорошей смены, он уехал по своим делам, обещая вернуться к десяти, дабы отвезти парнишу домой. Сам парниша, покинув авто, заходить в кафе не спешил. В запасе еще двадцать минут, половина которых оказалась потрачена на очередную сигарету и сжигание спички. Вторая же половина ушла на вытряхивание снега из капюшона и кроссовок, ведь именно сейчас погоде приспичило сменить солнце на метель! А такие надежды были, что снег полностью растает… Оказавшись в теплом помещении, подросток сгонял в раздевалку и вскоре вышел в зал, принимаясь за работу. Ближе к девяти в заведение вернулся Арсений Сергеевич с очередной стопкой тетрадей. «Сколько он проверочных детям дает, что проверяет постоянно?!». Приняв последний заказ: «американо», Антон уселся у барной стойки и подпер голову рукой — устал носиться по залу, потому что всю смену была дикая текучка, которая теперь немного угомонилась, позволяя официанту отдохнуть. Отдав стаканчик учителю, он вернулся на место, ожидая очередных посетителей. Ближе к десяти бариста отпустил беднягу домой, прекрасно видя заебавшееся лицо. Тот благодарно улыбнулся и уже через пять минут вышел из раздевалки в уличной одежде. В этот раз полтора часа прошли за разговором. Наконец-то подросток смог откинуть ненужные мысли в сторону и позволить себе отдохнуть. Попов такой смене настроения удивился, но виду не подал, лишь радуясь возможности поболтать. В детдоме Антон провел обычные процедуры: дневник, сигарета, умыться и поставить будильник. Проанализировав день, решил не брать в руку лезвие, так что запястье вновь осталось целым. Выключив свет, парень лег в кровать и, укутавшись в одеяло, уснул.

Дорогой дневник.

Меня пугает, что в последнее время все слишком хорошо… Я не заслуживаю этого! Вру друзьям, вечно хожу в маске, дак еще и удостоился чести оказаться тайной влюбленностью Булаткина. В общем, ничего нового. Обычный день, обычные уроки и активная смена. Как прошел день: просто день.

Антон. 29 день.

29.01.2020