Париж – это всегда хорошая идея

      Nuit. Ночь. Night. Notte. Ночь. На каком бы языке это слово не звучало, оно скрывает в себе тайну, страсть, страх и часто - роковые ошибки. Особенно, если речь идет о ночи в Париже. О, сколько же людей под покровом парижской ночи спрашивали у самой Madame la nuit: «Почему здесь? Почему в Париже? », а она лукаво улыбалась, отвечая: « А почему не здесь и не сейчас? Где же нам еще предаваться мечтам и желаниям, как не в Париже?». Именно это у госпожи Ночи позже, видимо, спросит и золотоволосая Айрин, однако не сейчас ...       В данную минуту единственной вещью, о которой могла думать ирландка, были такие мягкие, податливые губы Тимоти, которые она с удовольствием целовала. Руки юноши крепко сжимали тело Айрин в объятиях, а она ласкала его шею. Их фигуры на балконе террасы сливались в страстных поцелуях на фоне освещенной огнями Эйфелевой башни. В сознании Айрин реальность смешалась со сном. Глубокие, ранее не известные чувства переполняли ее душу, а в теле начинало пылать пламя желания. Соски на груди Айрин затвердели, а внизу живота появилось то самое, ни с чем не сравнимое, тянущее ощущение, которое требовало телесного удовольствия. Поскольку их тела были крепко прижаты друг к другу, Айрин могла физически чувствовать такое же сильное возбуждение Тимоти.       «Это нужно немедленно прекратить! Потом страдать будешь! - неистово кричал Айрин ее Разум. Блондинка немного отстранилась от Тимоти, чтобы перевести дыхание.       - Если ты хочешь остановиться ... - сказал он, ускоренно дыша. - Я понимаю, правда.       Айрин посмотрела в глаза парню. На выразительных скулах Тимоти играл румянец, а глаза, обрамленные темными ресницами, как будто потемнели от едва сдерживаемого желания. Девушка перевела взгляд на полуоткрытые розовые губы Тимоти, на которых поблескивал ее собственный блеск для губ, что остался на губах парня после поцелуев.       - На твоих губах остался мой блеск, - не задумываясь, сразу же отметила Айрин, улыбаясь.       Тимоти облизал свои губы, не сводя взгляда с миловидной ирландки, и ответил:       - Так вот почему ты такая сладкая на вкус.       Сердце Айрин безумно билось. Видимо, поэтому она не слышала голоса Разума. И кому интересны его скучные советы? Девушка взяла лицо Тимоти в свои ладони и сказала, отбросив все сомнения:       - Я не хочу останавливаться. Единственное, чего я сейчас хочу - это ты. Только ты ...       Без слов, которые были бы здесь просто лишние, Тимоти подхватил на руки блондинку, тело которой дрожало от волнения. и ступил во внутрь апартаментов. Остановившись в спальне у большой кровати, юноша поставил Айрин на ноги и спросил, обнимая ее за талию:       - Ты уверена?       - Да, - выдохнула девушка, подтвердив свою решимость поцелуем.       Тимоти легонько подтолкнул Айрин поближе к кровати, расстегивая ее зеленое платье. Одежда соскользнула с тела девушки, оставив ее в одном кружевном белье. Тимоти тоже снял с себя джемпер, и теперь его руки блуждали почти обнаженным телом Айрин. От нежных прикосновений Тимоти по коже Айрин пробегали мурашки.       Девушка гладила грудь и спину Тимоти, восхищаясь изящной красотой его тела. Хотя у этого черноволосого красавца и не было больших бицепсов и широкого торса. Парень имел худощавое телосложение, однако его небольшие мышцы были рельефно очерчены, что в его случае выглядело более естественно и эстетично. Без одежды Тимоти выглядел немного беззащитным, его хотелось заботливо держать в объятиях и нежно ласкать, шепча на ухо ласковые слова. Мощная волна теплых чувств накрыла Айрин, тепло разлилось ее телом, еще сильнее разжигая огонь в ее лоне. Она чувствовала, что от этого неутолимого желания, тонкая ткань ее черных трусиков становится влажной.       Айрин потянулась к ремню на джинсах Тимоти, расстегивая их. Он быстро избавился от этого теперь лишнего предмета одежды, тоже оставшись только в нижнем белье. Айрин не ошиблась, почувствовав сильное физическое возбуждение парня. Он снова притянул девушку к себе, одной рукой пытаясь расстегнуть ее лифчик, а другой – сжимая Айрин за ягодицы. В конце концов, бюстгальтер тоже полетел на пол, освобождая грудь блондинки из этого плена.       Тимоти осторожно уложил девушку на мягкую кровать. Он нежно провел руками по контурам фигуры Айрин. Ее грудь не была пышной, а бедра широкими. Напротив, девушка выглядела хрупкой и юной, а в сочетании с серо-голубыми глазами и золотистыми волосами и вообще походила на фею из старых ирландских сказок.       Тимоти продолжал осыпать тело Айрин поцелуями, лаская ее грудь языком. Это было такое сладкое мучение, что с губ девушки сорвался глухой стон. Айрин почувствовала, что тонкие пальцы Тимоти переместились к низу ее живота, стягивая с тела блондинки последний кусочек уже достаточно влажной ткани. Айрин так страстно желала почувствовать Тимоти внутри своего лона, почувствовать, как он овладевает ее телом, что тоже потянулась к резинке на его боксерах, чтобы парень наконец утолил ее жгучую жажду. Тимоти стащил с себя белье, одел презерватив и разместился между разведенных бедер Айрин.       – Я не сделаю тебе больно, – прошептал он, нависнув над девушкой. – Обещаю.       – Я тебе верю, – ответила Айрин, обнимая Тимоти за шею.       Когда его напряженный член плавно вошел в нее, блондинка со стоном выгнулась ему навстречу. Тимоти, тяжело дыша, задержался несколько секунд неподвижно в лоне Айрин, чтобы ее тело привыкло к нему. Но, не в состоянии больше сдерживаться, Тимоти принялся ритмично двигаться, все глубже проникая в горячее тело девушки и постепенно увеличивая темп.       Айрин еще никогда не испытывала такого наслаждения. Тимоти занимался любовью очень нежно, был осторожным, старался случайно не причинить ей боли, отдавшись инстинктам. Девушка обхватила его талию ногами, желая, чтобы он мог проникнуть в нее еще глубже.       – О, Тимоти… – простонала Айрин, чувствуя, что уже почти на краю.       Темные кудри парня упали ему на лицо, его дыхание было сбито, однако услышав, как Айрин произносит его имя, будучи на грани оргазма, припал к губам девушки пылким поцелуем, словно хотел выпить ее всю до капли. Тело Тимоти содрогнулось, когда с очередным сильным толчком, он наконец достиг своего пика. Парень приглушенно застонал в шею Айрин, еще раз поцеловал ее и, наконец, вышел из тела девушки. Тимоти откинулся на кровати рядом с ней, пытаясь отдышаться, а их разгоряченные тела оставались тесно переплетенными.       Айрин чувствовала, как каждую клетку ее естества переполняет полное удовлетворение. Она перевернулась на живот, словно разнеженная кошка, любуясь обнаженным телом Тимоти. Он лежал с закрытыми глазами, одной рукой вырисовывая узоры на спине Айрин, а на его устах играла довольная улыбка. Черты лица и тела Тимоти были словно бережно вырезаны талантливым скульптором. В лунном свете, лившемся сквозь панорамные окна, фарфоровая кожа Тимоти, словно светилась, а тонкая серебряная цепочка тускло поблескивала на его груди.       Айрин не могла сдержать желания прикасаться и ласкать его. Она хотела убедиться, что этот темноволосый красавец рядом с ней настоящий. Она впитывала каждую черту его образа, стараясь не пропустить ни одной.       – Твоя кожа, как звездное небо, покрытое целыми созвездиями из родинок, – очаровано произнесла Айрин, кончиками пальцев проводя от одной темной отметки к другой. И добавила: – У меня столько нет.       – Однако я обожаю все родинки на твоем теле и собираюсь доказать это, поцеловав каждую из них, – игриво произнес Тимоти, вдруг снова оказавшись сверху. На его губах появилась хитрая улыбка. Он взглянул Айрин в глаза, от чего сердце блондинки затрепетало. – А если придется, то я могу и дорисовать несколько там, где сочту нужным.       Парень склонился, целуя родинку на шее Айрин. Кудри Тимоти щекотали ее кожу, когда он переместился ниже по телу девушки, прикасаясь губами к маленькому пятнышку под левой грудью. Когда Тимоти отыскал губами родинку на внутренней стороне бедра Айрин, девушка судорожно сглотнула. Она чувствовала, что ее тело снова возбуждено, стекая соком желания. Взглянув на член своего любовника, девушка поняла, что их ночь любви еще не окончена. Айрин, ласково проведя руками по плечам Тимоти, мягко приказала ему лечь.       – Теперь моя очередь, – прошептала она на ухо парню, накручивая прядь его волос на палец.       Айрин поцеловала Тимоти во впадинку за ухом, ключицу, грудь… Она опускалась ниже по телу парня, до самого низа живота, оставляя на его коже влажную дорожку из поцелуев. Наконец Айрин приблизилась к стоящему члену Тимоти. Блондинка взглянула на парня – он лежал, быстро дыша, и не отрывал глаз от Айрин. Его четко очерченные брови были, как два черных крыла, в тени которых сверкали два изумруда глаз. Айрин тоже, не отводя взгляда от лица парня, нежно провела языком по всей длине его твердого члена снизу до верху и назад. Из груди Тимоти донесся протяжный стон.       Айрин, подождала пока он снова оденет необходимую защиту, а затем, закинув ногу, разместилась на нем сверху и медленно ввела его горячую плоть в свое лоно. Девушка почувствовала, как член Тимоти пульсирует в ней, а ее собственное тело дрожит от этой щемящей боли. Опершись ладоншками в грудь Тимоти, Айрин принялась ритмично двигать бедрами, доводя их обоих до сладкого экстаза. Тимоти поглаживал талию и ягодицы Айрин, ласкал ее грудь. Его голова была откинута назад, а розовые губы полуоткрыты, и с них время от времени срывались гортанные звуки наслаждения. Айрин почти до крови искусала свои губы, пытаясь подавить слишком громкие стоны. В какой-то момент она почувствовала, что Тимоти весь напрягся, тело Айрин тоже натянулось, как струна, в ожидании завершения. И вот Тимоти резко выдохнул, кончив. Айрин чувствовала себя на вершине блаженства. Ее тело изнывало от усталости, очень приятной усталости, нужно сказать. Девушка бессильно упала на одеяла, а ее волосы рассыпались золотистым ореолом вокруг ее головы.       – Ты, словно ангел, – прошептал Тимоти, прижимая Айрин крепче к себе.       – Скорее, словно падший ангел, – улыбнулась она.       – Так даже лучше. Это значит, что у тебя больше нет крыльев, и ты не сможешь улететь.       Вдруг в темные окна застучали мелкие дождевые капельки. Это Париж умывался ночным дождем, чтобы к утру снова сиять.       – О, как я люблю дождь, – в дремоте произнесла Айрин. В ее ресницах уже запутался сон.       Тимоти нежно провел пальцем по щеке девушки, ее опущенным ресницам.       – А я, кажется, люблю тебя, – еле слышно произнес он. Но Айрин уже не могла этого слышать, ведь после всех сегодняшних невероятных событий ее одолел глубокий сон.       Тимоти бережно накрыл девушку теплым одеялом и сам устроился рядом.       – Вonne nuit, ma douce, – напоследок сказал Тимоти и легонько поцеловал Айрин в обнаженное плечо. Он обнял ее за талию и тоже погрузился в сон.       ***       Айрин медленно открыла глаза. Комнату, в которой она проснулась, заливал прозрачный утренний свет. С улицы доносились оживленные звуки, свидетельствовавшие, что город давно проснулся. Девушка вспомнила, где она находится, как и с кем она провела прошлые день и ночь. От этих воспоминаний ее щеки покрылись румянцем, она повернулась на другую сторону, чтобы взглянуть на того, кому она с такой страстью отдавалась несколько часов назад. Однако Тимоти в постели не было. На подушке лежала только какая-то бумажка. Айрин резко встала, обеспокоенно потянувшись к записке.       «Доброе утро, на случай, если ты проснешься раньше, чем я успею вернуться, – прочла она. – Извини, что вынужден был оставить тебя, однако мне срочно позвонили из McQueen Fashion House. Я должен подтвердить некоторые договоренности. Это ненадолго, я быстро все устрою. Чувствуй себя, как дома. P. S. Я заглажу свою вину, обещаю. P. P. S. А еще прихвачу кофе и свежие круассаны. Целую».       Айрин тепло улыбнулась этому листу, исписанному неровным, островатым почерком, отлично подходящим его владельцу. Создавалось впечатление, что если бы Айрин проснулась чуть позже, буквы успели бы вовсе сбежать из записки.       Девушка сладко потянулась под одеялом. Стрелки на часах на стене показывали, что сейчас почти восемь утра. Айрин села на кровати, оглядевшись в поисках своей одежды. Заметила его сложенным на кресле у окна. Видимо, Тимоти убрал его с пола утром, когда уходил. Айрин подумала, что было бы неплохо пока принять душ и привести себя в порядок. Она одевалась, с теплотой вспоминая как к ее шее, груди, бедрам прикасался Тимоти ночью. Он был таким нежным и заботливым… Эта ночь была незабываемой в воспоминаниях Айрин.       Девушка вышла на террасу, чтобы вдохнуть свежий утренний воздух. После дождя, омывшего город ночью, Париж выглядел просто потрясающе, и даже пах как-то особенно. Эйфелева башня гордо позировала на фоне голубого неба, а серо-синие крыши окрестных домов сверкали под солнцем. Вдруг Айрин услышала какой-то звук внутри апартаментов. «Может, это Тимоти вернулся?» – подумала Айрин. Однако, прозвучавший вскоре голос, был явно женским.       – Тимоти, милый, где ты? Выйдешь поздороваться? Или мне самой тебя найти?       Сердце Айрин быстрее забилось в груди. «Кто бы это мог быть? – лихорадочно думала она. – Может, сестра? Хотя Тимоти говорил, что она не вернется до самого вечера. Да и вряд ли, она бы его так звала…» Айрин решила, что в любом случае, ей не стоит торчать на балконе, так что вошла в комнату.       В гостиной она увидела невысокую светловолосую девушку, примерно ее возраста. Незнакомка была одета в короткий топ, открывавший обнаженный живот, и низко спущенные на бедрах джинсы. Она свысока осмотрела Айрин с головы до ног, от чего ирландка почувствовала себя очень неуютно в своем помятом платье.       – Не знала, что здесь гости, – сказала она, недовольно поджав густо накрашенные губы. – Я Лилли-Роуз, любимая девушка Тимоти Шаламе, в гостиничном номере которого мы сейчас находимся. А ты, дорогая, кстати, кто такая? Parlez vous anglais?       Айрин, словно кто-то по голове стукнул. «О Господи, этого быть не может… Конечно, она Лилли-Роуз Депп! Но ведь они с Тимотм, кажется, разошлись?..» Девушка не слишком интересовалась светской хроникой, однако последних года два таблоиды время от времени пестрели заголовками о романе Тимоти Шаламе и Лилли-Роуз Депп, а затем об их расставании. И, кажется, что-то снова о возобновлении их отношений, или нет?.. Айрин не была уверена, но сама Лилли только что подтвердила, что они с Тимоти до сих пор пара.       – Эммм… Да. Мое имя Айрин, я из Ирландии, – ответила блондинка. Ей хотелось сквозь землю провалиться.       – О, да неужели? И что ты здесь делаешь, Айрин из Ирландии?       – Я… ммм. Приехала в Париж на уикенд… И случайно встретила Тимоти, и мы…       – Ни слова больше. Тебе не нужно ничего объяснять. Я и так все понимаю, ты ведь не первая такая.       Айрин показалось, что земля качнулась под ее босыми ступнями: «Что она такое говорит? Не первая?.. То есть…»       – Неужели ты действительно думала, что была единственной крошкой, которую он затащил в постель? – Лилли иронически засмеялась, словно прочитав мысли Айрин. – Мой Тимоти любит иногда поиграть с какой-нибудь глупенькой девушкой, влюбленной в него по уши.       Холодные оковы боли сковали грудь Айрин так, что ей перехватило дыхание. А Лилли продолжала добивать ее острыми, как лезвие словами:       – Видишь, что мне приходится терпеть. Однако я точно знаю, что именно я всегда буду особенной для него, потому что после всякого такого раза Тимоти всегда будет возвращаться ко мне. И я каждый раз буду его прощать, ведь ни одно из его увлечений ничего не значит.       Айрин чувствовала себя так, словно сотни стрел пронзили ее тело, и даже удивлялась, почему она до сих пор жива. Но если она задержится здесь еще на минуту, то точно умрет от стыда и унижения. Собрав свою волю в кулак и загнав назад предательские слезы, девушка сказала:       – Нет, нет… Это не совсем то, о чем ты говоришь. Мы просто встретились, а… поскольку мне нужна была помощь… ммм… в определенной ситуации, то твой парень меня выручил. Вот и все. И я уже ухожу.       Айрин схватила свою сумку, однако руки девушки дрожали, поэтому она нечаянно опрокинула ее, высыпав содержимое. «Похоже, я исчерпала свою удачу», – горько думала несчастная ирландка, торопливо собирая то, что успело выпасть из сумки. Она подхватила свои туфли, даже не обуваясь, и выбежала за дверь, не оглядываясь на Лилли.       Айрин выскочила на улицу, тяжело дыша. Она чувствовала себя полной дурой, наивной идиоткой. «Это все была ложь, простое развлечение… Как я могла поверить, что могу вообще что-то значить для Тимоти Шаламе?.. Ему же безразлично ко мне, он просто захотел трахнуть меня, воспользоваться мной. Господи, это очевидно, что не было никакой срочной встречи! Он исчез еще до того, как я проснулась, чтобы ничего не объяснять. Он ведь знал, что у меня самолет в 15 часов, поэтому ему оставалось просто где-то убить время до этого. А когда бы он вечером вернулся в отель, то меня уже не было бы не только в его номере, но и в этой стране вообще. Меня больше не было бы в его жизни…»       Глаза Айрин заслоняла пелена едва сдерживаемых слез, стену ее самоконтроля вот-вот собиралось прорвать цунами из боли и отчаяния. Однако девушка не могла позволить себе расплакаться прямо посреди улицы, поэтому она поспешила в свой отель.       ***       Тимоти осторожно закрыл дверь, входя в свои апартаменты и стараясь не шуметь. В руках он держал подставку со стаканчиками с кофе и бумажный пакет с горячей выпечкой. Он мягко ступал ковром, потому что надеялся, что Айрин еще спит и вовсе не заметила его отсутствия.       – О, как вкусно пахнет.       Тимоти резко повернулся, оглядываясь на голос.       – Лилли!? – воскликнул парень, ошеломленно глядя на девушку, непринужденно сидевшую на диване и листавшую какой-то журнал. – Какого черта ты здесь делаешь?       – Я тоже рада тебя видеть, – невозмутимо сказала Лилли и легонько ущипнула Тимоти за острый подбородок. Он отшатнулся, чуть не вылив на себя кофе, и бросился в спальню. Однако уже понимал, что никого не найдет.       – Здесь была девушка, – взволнованно воскликнул Тимоти. – Где она?       – Какая девушка? А, ты имеешь в виду ту милую ирландку? Она поняла, что ей здесь не место и ушла.       – Что ты ей наговорила? – спросил парень, сердито нахмурив брови. Черты его лица еще больше обострились, а скулы, казалось, вот-вот прорежут тонкую кожу. – И это не тебе решать, кому здесь место, а кому – нет. У тебя нет права вмешиваться в мою личную жизнь. Мы больше не вместе, Лилли!       Тимоти раздраженно откинулся в кресле.       – Не понимаю, почему ты так реагируешь, – пожала плечами Лилли. – Подумай, кто она такая, а кто я? Вспомни, у нас было столько хороших моментов! Мы были такой замечательной парой, и я никак не пойму, что между нами произошло!       Тимоти резко поднял голову.       – Хочешь знать, в чем дело? Ладно, я объясню. В конце концов, мне давно нужно было все сказать, но я пытался избежать этого разговора.       Парень глубоко вздохнул:       – Помнишь Венецию два года назад? Наш отдых на яхте и интимные фото, которые «случайно» наделали папарацци? Их тогда разве что ленивый не опубликовал. Ты также знаешь, что меня очень расстроила та ситуация.       – Помню, конечно. И при чем здесь это? Ну, сделали фотографы несколько наших снимков, из чего ты делаешь проблему? Мы – известные личности и папарацци – это часть нашей жизни.       – Да, но не стоит нам самим их в нашу жизнь приглашать, – тихо произнес Тимоти, взглянув на Лилли. – Дело в том, что я точно знаю, что эти фото не были случайными. Это ты подсказала фотографам, где мы будем и когда. На самом деле ты меня не целовала, ты просто позировала фотографам. Ты просто использовала меня для какого-то дешевого спектакля. Так отвратительно я себя еще никогда не чувствовал. И это, как я знаю, был не единственный случай.       В комнате воцарилась тишина. Тимоти чувствовал себя опустошенным, ему не хотелось даже смотреть на Лили.       – Ты не понимаешь, – наконец проговорила девушка. – Но ситуация тоже пошла тебе на пользу. А что может дать тебе она? С ней ты ничего не приобретешь.       Тимоти покачал черноволосой головой.       – Она может дать мне мир и покой. То, чего я, к сожалению, так и не дождался от тебя.       Парень спрятал лицо в ладонях и устало сказал:       – Прошу, Лилли, уходи. И прекрати портить мне жизнь.       Лилли, ничего не ответив, направилась к выходу, но у самой двери оглянулась и бросила:       – Ты пожалеешь.       Когда дверь за ней закрылась, Тимоти облегченно выдохнул, однако непоправимый ущерб уже был причинен.       – Айрин…, – прошептал парень, вспоминая милую улыбку девушки, ее застенчивый румянец на щеках, когда он ее целовал, ту страсть, с которой она ему отдавалась минувшей ночью. А теперь все это разбилось, как хрустальная ваза. Она ушла, исчезла, как туман утром, и он больше никогда ее не увидит. Мало того, благодаря Лилли, Айрин теперь будет думать о нем невесть что.       Тимоти застонал от бессилия. Он опустил голову и растрепал свои темные кудри. Вдруг его взгляд остановился на каком-то белом листе, лежавшем на полу у столика. Парень поднял его. Оказалось, что это ваучер для бронирования номера в отеле Les Piuales на имя Айрин О'Коннелл. Сердце Тимоти забилось чаще, а на лице снова появилась улыбка. Похоже, не все еще утрачено, и удача снова на их стороне.       ***       До отлета Айрин оставалось еще несколько часов. За это время девушка успела принять душ вперемешку из теплой воды и собственных горьких слез, собрать вещи и сбегать по магазинам, чтобы купить кое-что перед возвращением домой. Еще никогда шоппинг не был для нее столь безрадостным занятием. Сегодняшний день также оказался теплым, хотя и не таким, как вчера. Так что Айрин, одетой в бордовый свитер и короткую джинсовую юбку, не должно было быть холодно. Однако в ее груди на месте сердца зияла темная дыра, поэтому девушке казалось, что ее все время пронзают ледяные сквозняки.       Когда Айрин со пакетами входила в фойе своей гостиницы, администратор позвала ее на английском с сильным французским акцентом:       – Мадемуазель О'Коннелл!       Айрин оглянулась и подошла к ней.       – Простите, пока вас не было, приходил какой-то молодой парень и попросил передать вам письмо. Он сказал, что вы будете знать от кого это. Прошу, – женщина протянула Айрин запечатанный конверт.       Блондинка взяла его дрожащей рукой.       – Спасибо.       Айрин села на диван в отдаленном углу и покрутила письмо в руках. «Это не может быть Тимоти… Он не знает, в каком отеле я поселилась. И если верить словам Лилли, зачем вообще ему мне писать?..» – думала Айрин. – В конце концов, зачем гадать», - решила она и разорвала конверт.       «Моя милая Айрин, – было написано там уже знакомым девушке почерком, – прости меня за все, что случилось сегодня утром. Мне очень жаль, что так получилось. Я не знаю, что именно тебе сказала Лилли, но точно знаю, что это ложь. Надеюсь, ты поверишь мне и тому, что было между нами, а не ей. Позволь мне еще раз увидеть тебя. Я буду ждать у розария Багатель в Булонском лесу. С любовью, Тимоти.       Айрин почувствовала, как по ее телу растеклось приятное тепло, а возродившееся в груди сердце снова застучало. Девушка мгновенно сорвалась на ноги. Она попросила администратора, чтобы ее покупки отнесли в номер, а сама поспешила поймать такси, которое отвезло бы ее к месту, где ее ждал Тимоти.       Булонский лес – это самая большая парковая зона Парижа, основу которого составляют королевские лесные угодья еще со времен Средневековья. Это огромная территория с тенистыми аллеями и фонарями, озерами с лебедями, арками, беседками и даже дворцом. А еще в Булонском лесу находится прекрасный розарий Багатель – сад, в котором выращивают несколько сот сортов роз. И именно туда сейчас направлялась взволнованная Айрин. Однако на входе в оранжерею ее остановил мужчина с бейджиком на униформе, очевидно, работник парка.       – Non, non! Nе peut pas. Votre nom?       – Excusez-moi, – Айрин поняла, что у нее зачем-то спрашивают имя. Слава Богу, на это ее знаний французского должно хватить. – Je m'appelle Irène.       – Merci, – ответил мужчина и открыл кованые ворота, ведущие к оранжерее. – S'il te plaît.       Айрин поблагодарила мужчину, с удивлением на него взглянув, и прошла в розарий. Сады поражали своей пышной красотой. Айрин отовсюду окружали розы: красные, белые, розовые, желтые… Их стебли оплетали колонны и беседки, образовывали цветущие арки. Айрин очарованно рассматривала эту роскошь, когда вдруг заметила Тимоти. Он сидел под мраморной статуей Венеры в тени розовой арки и задумчиво смотрел куда-то в сторону. Парень был одет в белую кожаную куртку, белый свитер и черные брюки. Его блестящие кудри были элегантно зачесаны назад, спадая мягкими волнами. Айрин в очередной раз им восхитилась. Ну чем не прекрасный принц из сказки?       Девушка ступила на открытую тропинку, и Тимоти сразу ее заметил.       – Ты пришла, – облегченно выдохнул он, вскочив на ноги.       – А ты сомневался? – улыбнулась Айрин. – Как я могла упустить возможность увидеть знаменитые розовые сады Парижа!       – То есть ты пришла только, чтобы на розы посмотреть? – пряча улыбку, спросил Тимоти.       – Нет. Я пришла, чтобы увидеть тебя, – прошептала Айрин. – В первую очередь, тебя.       – Значит, я прощен? – спросил Тимоти уже серьезно, приближаясь к девушке. – Мне действительно досадно, что тебе пришлось встретиться с Лилли. Мы давно уже не пара, однако, она все еще не может с этим смириться, чем иногда доставляет мне хлопот.       – Скажу честно, встреча с твоей бывшей точно не будет в топе моих воспоминаний об этом уикенде в Париже, – покачала головой Айрин.       – Прости-прости, – Тимоти скорчил гримасу извинения и подошел еще ближе.       – Я все еще над этим размышляю, – сказала Айрин, но тоже ступая шаг навстречу Тимоти. – Кстати, как ты меня нашел?       – Ты потеряла в моем номере ваучер для бронирования отеля.       Наконец они оказались вплотную друг к другу.       – О, я как всегда все напутала, – развела руками Айрин. – Я должна была потерять там свою туфлю.       – Да, это было бы более романтично, – засмеялся Тимоти, обнимая девушку за талию. – Но тогда искать тебя мне пришлось бы гораздо дольше.       Айрин провела рукой по волосам Тимоти и, обняв за шею, сказала:       – Я тебя не видела всего несколько часов. Как ты умудрился стать еще красивее?       Парень засмеялся, покачав головой. А потом наклонился и поцеловал Айрин со всей нежностью, что он чувствовал к этой забавной девушке.       Они решили немного погулять по оранжереи, осмотреть ее красоты. Айрин и Тимоти могли медленно прогуливаться, держась за руки, будучи единственными людьми во всем парке.       – А почему здесь больше никого нет? – спросила Айрин, положив голову на плечо Тимоти, когда они остановились, у большого фонтана в барочном стиле. – Когда я пришла, то подумала, что парк, по-видимому, вообще закрыт. Меня сперва и впускать не хотели.       – Этот парк и закрыт на это время, – ответил Тимоти и поцеловал блондинку в ее золотистые волосы на макушке. – Охраннику на входе было разрешено впустить сюда только одну девушку. Ту, которую зовут Айрин.       Девушка ошарашенно посмотрела на Тимоти, который только пожал плечами.       – Я же обещал загладить свою вину. Так что подумал, что десять тысяч роз помогут мне ее искупить.       Парень подошел к большому кусту и сорвал одну из роз. Алую, как кровь. Тимоти протянул пышный цветок Айрин, взял ее руку и прижал к своим губам.       – Однако все десять тысяч роз не стоят тебя одной.       Лицо Айрин озарила счастливая улыбка, но в то же время ее сердце сжалось от боли, боли от быстрой и неизбежной разлуки. Девушка нежно взяла лицо Тимоти в свои ладони и произнесла дрожащим голосом, чувствуя, как слезы сдавливают горло:       – Ты – настоящее чудо. Самое удивительное, что случалось в моей жизни. Я никогда, слышишь, никогда… – тут ее голос вздрогнул, – не смогу тебя забыть.       Две кристальные слезинки скатились из серо-голубых глаз Айрин, словно первые капли дождя из грозового облака.       Тимоти выглядел не менее грустным. Между его бровей залегли морщинки, словно от едва сдерживаемой боли. Он невесомыми прикосновениями пальцев прогнал слезы с лица девушки.       – Прошу, не плачь, – тихо сказал Тимоти, крепко прижав Айрин к себе, – твои горячие слезы обжигают мое сердце.       – Ты и не представляешь, в каком огне будет пылать мое сердце, когда я уеду отсюда, – горько усмехнулась Айрин.       – Так не уезжай, – просто сказал Тимоти, успокаивающе гладя девушку по спине.       – Я должна, – так же просто ответила она, уткнувшись лицом в грудь парня. Она наслаждалась такой приятной теплотой его тела и совсем не хотела его отпускать. Однако знала, что обязана.       – А что же будет с нами? – грустно спросил Тимоти.       – У нас всегда будет Париж…, – прошептала Айрин и приникла к устам Тимоти нежным поцелуем.       ***       Айрин смотрела на улицы Парижа, пролетавшие мимо окна такси, едущего в аэропорт Руасси. Девушка изо всех сил пыталась держать себя под контролем и не давать воли чувствам. Проститься с Тимоти в розарии Багатель и поехать в отель, а оттуда – в аэропорт, оказалось делом невероятно трудным. Было ощущение, будто ее душу рвали на клочья. Она ведь искренне полюбила этого кудрявого милого парня. Но ни за что бы ему в этом не призналась, не хотела потом страдать еще больше.       Вдруг телефон в ее руках отозвался звуком полученного нового сообщения. Айрин взглянула на экран.       «Ты, наверное, забыла, что когда бронируешь номер в отеле, указываешь еще и свой контактный номер телефона.»       А потом еще одно.       «Счастливо возвратиться домой. Однако долго там не задерживайся. Мы с Нью-Йорком будем тебя ждать.»       Айрин звонко рассмеялась, даже водитель искоса на нее посмотрел в зеркальце. Девушка прислала в ответ музыкальный файл – песню Фрэнка Синатры «New York, New York» и единственное слово – «Обещаю». А потом, закрыв глаза, откинулась на сиденье авто.       Париж провожал Айрин лучами послеобеденного солнца. Этот старый месье обязательно запомнит и сохранит эту волшебную историю на страницах своей книги любви. Ибо строки этой красивой истории написаны черным кофе и пахнут осенними листьями, а между ее страниц лежит алая роза из Булонского леса.