Пуля навылет

      —…ало-о, Ви! — громкий голос Джеки, подгоняя, будто дал оплеуху. — Ты согласна с тем, что предлагает Декс?!— Уэллс серьёзно смотрел на девушку, нервно тарабаня ногой по полу. Ти-Баг еле слышно вздохнула и закатила глаза, но продолжила игнорировать взвинченность наёмника. Где-то за стеной тихо вторит напряжению в комнате шум серверной, отражается от чёрных стен и расползается к потолку вместе с табачным дымом.       — Спокойствие мисс Ви вполне оправданно, — фиксер качнул сигарой. — Мы полностью продумали план, подготовили маскировку и знаем все дороги, что приведут нас к цели. «Сложность — ниже некуда» — как и сказала Ти-Баг. Нет смысла толкаться в лифте и вламываться в пентхаус вдвоём — чип всё-таки один.       — Короче, Джеки, ты широкий, — лаконично вставила Баг, на что сразу раздалось возмущённое «Эй!»       — Если говорить очень грубо, то да. Будет лучше, если Вы с мисс Ви пойдёте в разные стороны: она в пентхаус, где тихо заберёт чип, а Вы, мистер Уэлсс, подождёте её в холле.       — Отлично! Нахер я вообще тогда там?! - Джеки откинулся на спинку дивана и раскинул руки, создавая образ мнимого спокойствия. Он нервно поджимал губы и смотрел на фиксера почти исподлобья. В холодном свете ламп были отчётливо видны его рассерженные глаза и блестящие линии нового хрома.       — Чтобы я не натворила херни, — Ви похлопала Джеки по коленке и уверенно посмотрела ему в глаза. Она была совсем не в восторге от этой поездки в «высшую лигу», от «сложности ниже некуда», но девушка просто не могла позволить себе наблюдать, как Джеки собственноручно топил заказ, на который смотрел и облизывался столько времени. Да, ради Джеки. — Нам нужно испытать себя. Легендами на пустом месте не становятся, да? — да, ради наивных мечт и желаний. — Без тебя никак, Джек, — ради денег. Чтобы две маленькие крысы из Хейвуда почувствовали уверенность в завтрашнем дне.       Джеки мягко ухмыльнулся и провёл пару раз рукой по своему затылку.       — Ну, может план не так уж и плох, — он улыбнулся Ви.

***

      Отполированный пол впитывает отражения нелепых архитектурных решений гостиницы, проносится под шпильками звоном гильз, и уносится прочь, за двери лифта. Как много глупостей она успевает перебрать в голове: как экраны на этаже показывают «великие достижения» Арасаки; как блядски блестит персонал, и что рации у них слишком громко работают; как раздражающе камеры, с тоненьким треском, сканируют каждый шаг; и как бесшумно съезжаются механические двери, полностью отрезая от внешнего мира. Теперь только вперёд. В дорогущий пентхаус на последнем этаже.       Новые лакированные туфли нещадно трут, ладони потеют, а сердце отбивает ритм подстать року. В такие моменты понимаешь, о чём спрашивает солист в песнях — «можешь ли ты почувствовать?» — да, блять, до нервной дрожи в пальцах. Глубокий вдох, голову вверх, все ощущения выкручены на максимум, и это не дешёвый брейнданс амбициозного режиссёра из гетто.       — Я на месте, — Джеки и Ти-Баг услышали звук расходящихся дверей лифта. — Но кое-что не так.       — Что? Новые камеры, турели? — Баг заметно напряглась. Джеки на другом конце подавился каким-то коктейлем.       — Хуже, — Ви выждала короткую паузу. — Прошло столько времени, а Джеки ещё не сказал ни одного анекдота, и Баг не ответила ему на философском.       — Блядь, Ви! — нетранерша пустила ещё пару нелестных словечек под ржач Уэллса. — У нас здесь не тупое шоу комедии! И лучше бы тебе побыстрее достать сейф и свалить, а потом можете хоть сдохнуть от смеха.       — Эм, а что за спешка? — Джеки отдышался и присоединился к разговору.       — Ёринобу куда-то исчез! — короткая пауза. — Он в какой-то мёртвой зоне. Сейчас я его найду. Ви, а ты давай работай.       И дальше всё как в слишком длинном, неправильном, грубо склеенном, слоу-мо: Ви быстро находит переключатель, Ти-Баг взламывает сейф непозволительно долго. В огромных окнах, будто помехи, неожиданно появляются ави, нетранерша говорит о тревоге в здании, и неотвратимость надвигающегося пиздеца сильно бьёт по самообладанию. Хочется громко сглотнуть, перестать тарабанить пальцами по крышке сейфа, бегом выбежать с Джеки куда-то, где обзор не загораживают мегабашни и заборы, и глубоко-глубоко вдохнуть, полной грудью — о, это было бы лучше любого трипа в её жизни.       В сучьи мгновения вмещается сценарий для драмы, скандала, трагедии и детектива. Мелкая воровка прячется в центре номера, в помещение влетает Адам Смэшер, за ним Ёринобу. В противоположном углу ринга появляется ещё одна легенда с телохранителем, и этого ничуть не легче.       — Ахуеть, Сабуро Арасака… — Ви дышит через раз и до белых костяшек сжимает кейс. Она не отвечает ни Джеки, ни Баг, — ещё бы, ей это может стоить жизни прямо здесь и сейчас. Встречаясь глазами с горящей оптикой телохранителя, дыхание спирает совершенно, и кажется, что он услышит её по грохотанию сердца о рёбра. Мгновение, в которое он задерживает взгляд, растягивается донельзя, играет на тонких струнках натянутых нервов, и обрывается так же неожиданно — никогда она не думала, что её спасением может стать Сабуро Арасака.       — Тихо, — единственное, что шепчет Ви для подельников. Со стороны Джеки почти ничего не слышно, лишь изредка мат и шелест одежды.       Телохранитель и Смэшер уходят. Сабуро начинает издалека, но всем в помещении ясно, что речь об украденном чипе. Украденном дважды. Слово, другое, ответный бросок — обиженный сынишка и чёрствый папаша не поделили новую игрушку. Шаг, второй — и Ёринобу кидается на Сабуро, зло прикладывает его затылком об экран и давит, давит. Ви с ужасом наблюдает за отцеубийством из первых рядов. Воздуха не хватает критично, пальцы болят от напряжения. Она почти молится, лишь бы ладонь с новым имплантом не лязгнула о кейс.       Ожидаемо, Еринобу объявляет тревогу в отеле. Говорит телохранителю Сабуро, что императора отравили. Не слишком ли тупая ложь? «Сложность — ниже некуда» вдруг возросла до неимоверных значений, поставила под сомнение выживание исполнителей и потенциально повесила статус убийц.       На всех этажах в освещение добавилась красная подсветка, а из динамиков полилось монотонное предупреждение о тревоге. Персонал быстрыми темпами начал разводить людей по их номерам, спецназовцы кидали неодобрительные взгляды на всех, кто задерживался или пытался возмущаться. Джеки втихую, под общую панику, залез за барную стойку.       — Что там у вас творится? — Баг явно хотела спросить куда больше, но время наступало на пятки.       — У меня тот же вопрос! По всему отелю тревога, ряженные тычут во всех пушками и разводят по конурам. Chica, что у тебя там? — узкий проход стойки явно не предназначен для такого здоровяка, как Джеки. — Чувствую себя как старая щепка в новом разъёме, — он задевает локтем какую-то посудину, что стоит неподалёку, и тихо шипит.       — Ёринобу… блядь, задушил Сабуро! — Ви ни жива ни мертва, говорит еле слышно. Только сбитое дыхание отчётливо раздаётся по связи.       — Что?! — чего-чего, а этого нетранерша не ожидала даже при худшем исходе.       — Ахуеть! Собственного папашу!       — Нет времени! Баг, вытаскивай нас отсюда!       — Секунду!       — Нет у нас секунды! Сраные pendejos уже повалили толпами! — наёмник одним движением открутил от какой-то бутылки пробку и аккуратно положил её в карман. «Для храбрости» — и сделал пару глотков не глядя, что вообще пьёт.       — Есть кое-что! Ви, давай в окно! — девушка, звеня каблуками, побежала к стеклянным дверям. Пререкаться времени не было: сзади целое здание людей с автоматами и Смэшер, впереди — прекрасный пейзаж и сотня этажей над землёй. В обоих случаях обнуление обеспечено чуть больше чем на сто процентов. — Открываю… Там лестница… Лестница… О нет… Нет-нет-нет, вашу мать! Меня нашли! А-а-а!       — Баг!       Связь забивается помехами, а потом и вовсе разрывается, посылая за собой гадкие импульсы. Перед глазами пару секунд стоят разводы и искры, в ушах пискливый шум. Джеки с Ви тоже отбросило, звонок прекратился сразу у всех.       — Dios Santo bendito... — вырывается шёпотом.       Джеки пытается набрать Ви. Это опасно, их могут засечь и бла-бла-бла, но ещё хуже сидеть в неведении. После недолгой череды гудков звонок сбрасывается, перед глазами всплывает оповещение «Нет связи». Смешно! Сейчас у крыс в подвалах есть связь! Значит, псы арасаки глушат все посторонние соединения в Компэки. Паршиво. Наёмник делает ещё пару глотков, как оказалось, скотча, заканчивая на этом бутылку, и покрепче перехватывает её за горлышко. В голове лишь одна шальная мысль: «Надо увести внимание от Ви».       Ветер плещется в высоте словно встревоженный океан, обдаёт дикими волнами с дождём, заставляя отступить на шаг. Ви жмурится и прижимает к себе кейс, опасливо косится на узенький выступ под окнами пентхауса. Свистящие вдалеке моторы ави действуют на нервы, и девушке не остаётся ничего, кроме как помолиться, как всякий раз делает это Джеки, проклянуть всю династию Арасаки и смело шагнуть по узкой выступающей дорожке. Голова на удивление пустая-пустая, лишь глухие биения сердца стучат где-то в висках и в горле. Если бы Ви сказал кто-то, что однажды она будет как хромой корпорат сбега́ть с места интрижки, она бы харкнула ядом ему в оптику.       «Давай, детка, ещё пару шагов…» — вторит себе Ви, хотя на языке один мат. Если она выживет сегодня, то точно пойдёт к Мисти и попросит научить её насылать проклятия, потому что она уже который раз пытается проклянуть Арасаку. Чип — это, должно быть, маленькая хреновина, так какой придурок додумался засунуть его в такую махину?! Ви звучно ругается матом, когда длинный ноготь ломается о кейс.       — Блядь! — Ави вылетают на один уровень с наёмницей, заставляя поёжиться от очередной волны ледяного ветра с ливнем в лицо. То ли от нервов, то ли от пота, кейс начинает выскальзывать.       — Обнаружено нарушение протокола безопасности! — на оптику заботливо выводится перевод. Оружие ави переходит в боевой режим, и под выстрелы Ви быстро прыгает вниз, на покатую блестящую стену. Всё происходит за пару мгновений: наёмница скользит вниз, придавливая рукой кейс, а потом летит прямо на стёкла. Она прикрывает лицо руками, жмурится, и падает куда-то в тёмную неизвестность, слыша, как глухо её тело впечатывается в пол, а за ней и кейс. Перед глазами лихо бегут алые помехи, всплывает целая куча плашек о повреждениях, ошибках, а потом всё так же резко гаснет.       Джеки как-то слышал, что в культуре то ли мусорщиков, то ли ещё кого, есть традиция красть невесту на свадьбе. И именно сейчас, сворачивая шею одному из охранников, Уэллс подумал, что выглядит вполне подходяще для такого торжества: в костюме, с пустой бутылкой, крадёт кого-то из зала. Ничего личного, он выбрал случайного человека, который стоял ближе всех. Наёмник забрал у него оружие и пару магазинов для пистолета, и двинул вперёд.       Картинка, как должен выглядеть «шумный уход», складывалась неохотно. Он один, с одиноким пистолетом, без какого-либо подобия бронежилета, должен обратить на себя внимание нескольких десятков до зубов вооружённых корпоратов, и при этом, желательно, выжить. Задачка — хуже некуда. Джеки зло цыкает и осторожно высовывается из укрытия, сканируя пути отхода. Двое у самого угла, один в полном обмундировании с дробовиком у противоположной стены. Камеру неподалёку он быстро отключает, посылая нужный скрипт. Безусловно, все эти нетранерские штучки — не для Джеки, и он почти не пользуется ими на миссиях, но когда от этого неподдельно зависит твоя маленькая жизнь, выбирать не приходится. Даже напротив, сейчас бы он совсем не отказался от пары-тройки летальных скриптов на все слоты своей деки.       Джеки сжимает пистолет в руке, сводит брови к переносице и начинает считать про себя: на «раз» он кидает скрипт перезагрузки оптики одному из стоя́щих неподалёку, на «два» подлетает к ним и обезвреживает мужика, что стоял без скрипта, на «три» вырубает первого бедолагу с неработающей оптикой, на «четыре» быстро подкрадывается к бойцу спецназа и со всей силы, чтобы тот не вырвался, хватает его и сворачивает шею на «пять». Если бы не Ви, которая почти насильно пихала Джеки все скрипты, что приобрела себе, то, вероятно, Джеки бы уже сейчас был чуть менее целым.       Чумной план потихоньку начинает складываться: бутылку он таскает как запасной патрон «странного» типа, чтобы кинуть её куда-то в кучку бойцов и отвлечь хоть не на долго, самому ему нужно пошуметь в паре мест, но желательно пережить все стычки, и выходить нужно через парковку, перехватив чужую машину. Наивно ли? Ещё как, но вариант затаиться и подставить напарницу под удар, пока она будет выбираться — ещё хуже. Значит, самое время устроить шоу с битым стеклом и почувствовать себя смертником.       — En el nombre del Padre, del Hijo y del Espíritu Santo. Amén, — Джеки перекрестился и покрепче перехватил ствол.       Сознание накатывает неприятной волной, окуная в едкий шум в ушах, головокружение и помехи на оптике. Ещё пару секунд перед глазами скачут плашки и предупреждения, но когда наёмница замечает искрящийся кейс, становится не до этого.       — Ох, чёрт, — Ви не замечает, как говорит сама с собой, — его пробили! — девушка придвигает к себе кейс и находит там новости ещё похуже: «Разгерметизация. Целостность чипа — девяносто четыре процента». — Блядь!       Ви кажется будто она слышит, с каким свистом работают все винтики у неё в голове, чтобы понять, что же сейчас делать. Эвелин Паркер. Да, быстрее, нужно позвонить ей! «Сообщить о проёбе на первом же крупном заказе» — язвительно шепчет внутренний голос, и всё же спросить, что делать, чтобы вынести этот чёртов чип из Компэки. «Желательно не ногами вперёд» — летит вдогонку.       Ви набирает Эвелин и ругается почти сразу: нет связи. Но, против этого, заказчица скоро поднимает трубку. Вдаваться в подробности нет времени — есть только повреждённый кейс, и с ним нужно что-то делать. Идея Паркер — запихнуть себе в голову непонятный чип — абсурдна до безобразия и нервного смеха, но в который раз за день у неё нет выбора. Наёмница с детским интересом и страхом открывает кейс, выпуская клубы холодного воздуха. На неё смотрит горящий малиновыми микросхемами небольшой чип, и будь она не в такой жопе, то ни в жизнь бы не поверила, что это не обыкновенная рядовая щепка.       — Мы должны выбраться, — говорит она в пустоту и вставляет чип в нейроразъем.       Если бы Джеки попросили назвать одну из его самых глупых затей, то он однозначно сказал бы, что «танцевал с корпоратами в Компэки, следуя ритму выстрелов, amigo». Иначе это было назвать нельзя, потому что Уэллс проявлял все свои акробатические, нетранерские и снайперские способности в полной мере, совсем не жалея себя. Бутылка тоже нашла себе применение: он кинул её в «Минотавра» в холле, получив целых пару секунд, чтобы хорошо прицелиться в слабое место. Танцевать с машиной, несомненно, выходило хуже, но это всё ещё было легче, чем выпросить у риппера имплантат в долг. А это, кстати, перед заданием у Джеки всё же вышло.       Дальнейший сумбур Джеки и сам с трудом осознавал. Он выбежал на парковку, отстреливался как мог, гнул шеи, если подворачивалась возможность. В период затишья даже уловил момент и кинул на противоположную часть зала пробку от скотча, и, на удивление, смог отвлечь атакующих — теперь это его история успеха, которую можно рассказывать только под пойло. Ни один трезвый не поверит.       Дальше хуже — погоня. На машине, которая была ближе всего к Джеки и поддавалась взлому, он летел от преследователей, выжимая из Квадры скоростей больше, чем в неё было заложено. Уэллс с остервенением вжимал педаль газа в пол и сжимал руль до боли в пальцах, лихо выкручивая его на поворотах — о, как приятно видеть столкновения противника со случайным препятствием!       — Besa mi culo! — он громко смеётся, но в какой-то момент всё же закрывает окно, ведь мало ли какая шальная пуля туда залетит.       У Джеки было препятствие похуже: в него неоднократно попали в пылу перестрелки. Диагностика не выявила попаданий в жизненно важные органы и ингаляторы делали своё дело, но истечь кровью, вообще-то, тоже безрадостная новость. Наёмник совершенно чётко отдавал себе отчёт в том, что одна ошибка или лишний поворот могут стоить ему жизни.       Также он был абсолютно уверен, что Ви выберется и поймёт его план без лишних слов. Эту константу он никогда не ставил под сомнение.       Оторвавшись от погони, он оставил машину на задворках Санта-Доминго и тихонько пересел в другую, старенький Thorton на обочине. Тот самый тип машин, которые Джеки не переносил по одной простой причине — салон был слишком маленьким. А ещё противно пахло затхлостью и уксусом — транспорт видал виды. Со вздохом он отключил в своей системе принятие сигналов связи и прервал все подключения. Не так он себе представлял первый крупный заказ в своей жизни.       — Финита, бля, комедия, — задрипанный Thorton мягко двинулся прочь из города.       Минута, две, — кто знает сколько прошло времени. Ви сидела на решётчатом полу, сосредоточенно всматриваясь в экран загрузки с яркой надписью Arasaka. Подумать только, она самостоятельно дала разрешение на этот акт блядства между её головой и химерой корпорации. Полоска выгрузки данных неумолимо шла к концу. Наёмница точно запомнит этот день, ведь именно сегодня Арасака поимела её без каких-либо средств защиты.       Экран загрузки подмигнул ей белым светом и вывел на двух языках надпись «Установка успешна». Девушка прикрыла глаза, пытаясь почувствовать какие-то изменения, найти новые данные в менеджере памяти, но без толку — всё девственно чисто. И отсутствие видимых данных пугало её ещё больше, чем если бы она обнаружила океаны чужого кода.       Ви даёт себе ещё немного времени, чтобы точно прийти в себя. Попутно набирает Джеки, но тот либо сбрасывает, либо не отвечает. Значит, живой. На душе всё равно скребут лысые кошки и подвывают противным визгом. Волнуется ли за Джеки, за грёбанный чип, или за свою шкуру — не разобрать, а может, и все вместе.       — Деламейн, жди нас… — Ви нервно закусывает губу. — Через пару минут.       — Разумеется, мисс Ви.       Штрафное время заканчивается и Ви встаёт, отряхивая костюм. Она фыркает, а потом зло пинает кейс куда подальше, выплёскивая в этот жест всю накопившуюся злость. Нет, пожалуй, не всю. Ещё остался Декстер Дешон с его сложностью «ниже некуда» и разделением наёмников на две «команды» — смертника и доходягу, который всё же донесёт товар. Кулаки чешутся от желания показать и рассказать Дексу, как она оценивает его нереальный план.       Как бы ни был хорош план Декса, но между Ви и Джеки была целая сотня этажей, а значит, придётся пробираться самостоятельно. Руки мелко подрагивают от страха и предвкушения. Если бы рядом был напарник, было бы однозначно проще. Например, сейчас, когда на пути два корпа с пушками, наёмники бы кивнули друг другу и пошли откручивать головы, — тихо, чисто, и без лишних свидетелей. Но Ви по-прежнему одна, значит, нужно действовать так же быстро и тихо, выкладывая себе путь умелым планированием и скриптами.       Ви быстро кидает скрипты сбоя слуха и оптики и пулей пробегает в ближайший коридор. В конце концов, она и без Джеки не раз ходила на задания. Первое оружие добавляет уверенность в себе, а несколько спасительных ингаляторов доводят эту планку до приятных пятидесяти баллов. А дальше по отточенной системе — подойти сзади и отрубить, взломать камеры и проверить залы впереди, тихо обойти, если возможно, кинуть нужные скрипты и тихо, но уверенно, продвигаться к лифту.       Отблесками на рукавах проносятся комнаты одна за другой, пульсирующей болью в висках отдаётся работающая на пределе дека. Искусственные растения щекочут щёки всякий раз, когда Ви прячется за ними; свет поисковых фонарей из окон расстилает новые тени и скрывает наёмницу от лишних глаз.       Без перестрелки тоже не обошлось: Ви всадила не один магазин в спецназовцев, старательно уходя от преследования. Оружие и инжекторы, загнанные по удобным углам, она тоже заметила и улыбнулась — совсем недавно Джеки расчищал для неё дорогу победителя, оставляя «контрольные точки».       Под ногами хрустела отколотая пулями краска со стен, везде разваленные тележки с чемоданами и битые бутылки из-под дорого алкоголя.       Однозначно, с помощью Джеки людей было меньше. После задания, когда она встретится со своим другом, то точно скажет, что он совершенно сумасшедший, и кинется ему на шею, рассказывая, как кипела кровь, и как она рада, что Джек не дал натворить ей херни.       Минутка рефлексии закончилась и пришлось вернуться в звенящую выстрелами реальность. Наёмница зло цыкнула, глядя на спецназовца в полном обмундировании, и стрельнула пару раз вверх, роняя на него последствия нелепых архитектурных решений гостиницы.       В холле Ви дёрнулась от вида Минотавра и на автомате кинула ему скрипт, но тот уже давно привалился на одну ногу и лишь пытался двинуться, заливая всё вокруг себя искрами из подбитого корпуса. Девушка отдала должное Джеки и двинулась к лифту, по пути перезаряжая оружие.       На парковке Ви не стала размениваться на перестрелку, а постаралась сразу подобраться к машине Деламейна. Она была уверена — Джеки уже уехал. В машине Дела есть боевой режим и «водитель», а что есть у него, в чужой консервной банке, у которой, скорее всего, и стёкла-то не закаленные?       — С возвращением, — Ви залезла в салон. — Оставьте все свои проблемы за дверью нашего такси…       — Проблемы будут, если ты не увезёшь меня нахуй! — нервно рявкнула наёмница. Машина быстро набрала ход и уверенно двинулась по маршруту. Ви передёрнуло от безэмоционального вида Деламейна, смотрящего в упор с экрана напротив.       — Как дела у машины? И… Джеки не связывался с тобой?       — Отлично. Но к сожалению, за нами погоня. И нет, мистер Уэллс не выходил на связь.       — Да чтоб их! — Деламейн также сообщает о преследовании с воздуха, и что он уже включил боевой режим. — Я разберусь! — и вновь она целится и кидает скрипты, стараясь уворачиваться от пуль.       Искин всё так же ровно сообщает о ликвидации преследователей, и у Ви наконец есть возможность расслабленно откинуться на спинку сидения, не сжимая судорожно ствол. Она небрежно кидает пушку на соседнее сидение и глубоко вздыхает, оттягивая воротник рубашки. Она это сделала. Они это сделали. Девушка смеётся, между приступами хохота доказывая Делу, что она, блять, сделала это, она стащила дорогущий чип и вылезла из корпоративной клоаки в Компэки.       Дека отозвалась тупой болью, немного приведя в чувство. Деламейн белым шумом оставался на задворках сознания девушки, пока она, тупо уставившись в одну точку, пыталась ухватиться хоть за одну свою внятную мысль.       Джеки!       Ви спешно набрала другу, но после череды гудков вызов сбросился. Плохо. Она ещё раз набирает ему, закусывая губу. Ну же, ответь!       Тишина.       — Блядь! — она от бессилия ударяет рукой в холодное окно. Пусть в канаве, пусть ещё в какой-то жопе мира, пускай он просто будет живой! Ви надеется, что Джеки знает, что делает. Никак иначе.       Дорога до мотеля проходит как в забытьи.       Просыпается Ви лишь когда умывает лицо холодной водой. В отражении на неё смотрит злая уставшая девушка, вся в мелких ссадинах, с трясущимися от перенапряжения и стресса руками. В висках гулко отдаётся биение сердца и боль от деки — ей пора бы перестать забывать применять ингаляторы, что ей даёт Виктор. Она пытается не думать о Джеки хоть минуту, старается привести себя в порядок, чтобы выглядеть как самая настоящая самостоятельная наёмница. Но пока эта самая «самостоятельная наёмница» неодобрительно смотрит в ответ, нервно хмуря брови.       Шаг в сторону, фигура Декстера в углу, и в голову прилетает резкий удар. Мир заходится алыми помехами, горизонт заваливается набок, пока по телу разливается боль от очередного удара. Ви на пару мгновений забывает, как дышать. Её фиксер пытается избавиться от неё как от мешающего груза. Статичными фигурами бывшие союзники разрывают взбешённое сознание наёмницы. Страх мешается с ненавистью и звериной злостью, и она что есть сил сил кричит ему вслед слова угрозы. Дешон прерывает её гневную тираду одним точным выстрелом, грубо сбрасывая на неё тяжёлый занавес.