Бабочка

— Ащщ, отстаньте вы от неё! — не выдержал Сокджин, когда раз в двадцатый услышал пресловутое «Нуна!» по отношению к Наиль. Сегодня снимали рекламный ролик и павильон, где с раннего утра велась съёмка, то и дело сотрясался от вызова нуны. Один Юнги и Чонгук не трогали госпожу Хан, а вот Чимин и Тэхён… То у них что-то смазалось, то прыщ точно не замазан, то какой-то синяк и ещё куча несуществующих высыпаний на лице, на которые фантазия этих двоих оказалась богатой. Ещё и Хосока заразили и у того так же начались проблемы со штукатуркой. Намджун только по делу. Юнги пофигу, к нему подходили, когда нужно убрать излишний блеск. Чонгук вообще чего-то странный, но лучше не тормошить от греха подальше пока, позже узнает, что там у него стряслось, что он телом здесь, а разумом в другой вселенной. — Сонбэ, вы сегодня нарасхват, — другие девушки из команды улыбались под маской, скрывающей лица, запарившейся с этими капризными детьми Наиль. — Голову откручу, — тихо прорычала Хан. — А что же вы хотели, госпожа Хан, от всемирно известных артистов? — подошёл к ней всё слышавший Джин. — Вы — обслуживающий персонал, новенькая к тому же. Вы им интересны, интересно и насколько вас хватит. — Мистер Ким, помнится с самой первой нашей встречи вы фамильярничали, обращаясь ко мне, что же изменилось? — Джин был уверен, что под маской девушка скривилась. — Позавтракали собственным ядом и подавились, поняв насколько же вы невежливый? — Ва! — поразился Ким. — Это вы тут ползаете, шипя на всех. Давно с айдолами не работали, вот и получите. — А вы потрудились что-то обо мне узнать всё же, польщена. Знаете, они больше внимания моего хотят, соревнование у них, а не интерес насколько меня хватит. Они добрее вас, Ким Сокджин. — Конечно добрее, вы ещё никого из них не покалечили. — Мистер Ким, урок вам на будущее — не подкрадывайтесь к девушкам, некоторые и дух испустить могут от вашего желания помочь, а это уже последствия куда серьёзнее, чем ваше плечо. Никаких претензий и счёта мне так и не прислали, кстати. Могу посоветовать мазь, хотя айдолу и не знать, как бороться с ушибами?.. Эта паразитка бесит! Вот уже только от того, что дышат одним воздухом раздражает. — Подставляйте личико, подправлю, — Наиль встала перед ним, но он был гораздо выше, а потому ему необходимо было наклониться. — Ищи для этого стул, гоблин, — он хмыкнул и прошёл мимо, задевая девушку в плечо. — Хён, не по-джентельменски это, — поравнялся с ним Юнги. Осуждал? Он? Да Шуга первый бы сгноил её, если бы оказался на месте Джина. — Нравится тебе что ли? — Чего?! — вопль возмущения прошёлся по помещению. — Последние мозги творца музыка сожрала? Ляпнул же ерунду… — Видел бы себя со стороны, дурака этакого, так бы не кричал… И тональность хоть иногда убавляй, — Мин прошёл к остальным, вот-вот должны продолжить съёмки. — Стоять! — грозный голос Хан вынудил Джина замереть. — Хороший мальчик, — она поставила перед ним ящичек и встала на него, беря старшего мембера за подбородок. — Вот так, — ловко управляясь кистью, визажист убирала лишний блеск. — И штрих для наших губок, — в глазах пляшут черти. — Красотка! — она ему подмигнула и сошла со своего импровизированного пьедестала. — Вперед, прошу. К-красотка?.. Так, нужно держать себя в руках. Съемки, они важнее. Джин выдохнул и направился к парням, на полпути он обернулся, а эта Хан не отрываясь смотрела на него и стоило их взглядам встретиться, как она послала ему воздушный поцелуйчик. С той же самой точностью, с которой он это делал постоянно для арми. — Вот же… «Сука» потонуло где-то глубоко внутри. Красивая, бесящая сука! — Хён! — грозный голос Намджуна дал отсрочку для внутреннего скандалиста. *** — Отодрать бы проказников за уши, — присела рядом с Наиль старшая. — Не влюбляйся, — женщина дала совет. — Сейчас они со своими прыщами пристают, а потом… — Не беспокойтесь, они — моя работа, — прервала коллегу девушка. — Достаточно лет, чтобы не совершать ошибок молодости. — О! — удивилась старшая. — Не зря я так за тебя боролась с боссами, мне разумная девушка нужна, дурных хватает. Компания не одобряет, но и не препятствует. Понимают, что напряжение снимать должны. Да и парни молодые. Но всё-таки мне их жалко, никакой нормальной жизни нет. Они даже не знают, что такое здоровые отношения на личном опыте. Всё успокаиваю себя, что когда-нибудь узнают, а только конца и края не видно для нормальности. Всё выше и выше. Ну а ты, кто в StarLight стал ошибкой твоей молодости? — А вы как думаете? — говорить не хотелось, но старшая была удивительной женщиной, легко с ней что ли было и располагала к себе своим мягким голосом, который мог стать достаточно строгим, чтобы командовать армией. — Кан! Точно этот кумихо, — даже не думая ответила женщина. — Я голос однажды сорвала, будучи на их концерте. Как не в себя орала, безумная была, но не стыдно. Он-то и нравился мне больше всех. Девочки же тянуться к плохишам, пусть и демонстративно нос ворочают, а в нём было, да и есть, что-то такое… Не знаю… Может из-за слухов все думали, что он бэдбой, а может всё-таки образ играл свою роль. Была бы их визажистом точно бы его трахнула, — ничуть не стесняясь произнесла старшая. — Жаль, что всё так закончилось… Для них, для их макнэ… — она вздохнула. — Да… — Наиль часто заморгала, глаза непроизвольно защипало. — Вот я дурная-то! Напомнила, — стукнула себя по лбу женщина. — Ты же была… — Это был последний тур, в конце они должны были объявить, что их деятельность, как группы, закончилась. Сынхо… Он хотел посвятить себя семье. Он хотел… — голос Наиль дрогнул. — Они так визжали, орали, хотели привлечь к себе внимание, за их криками ничего не было слышно, а он просто упал. Упал, когда вышел за распахнутую дверь стадиона к ожидавшей машине. И тогда-то эти замолкли, а Хэ Ён выбежал к Сынхо и… Все услышали. Началась паника, охрана уже ничего не контролировала. Бегали, метались… Сынхо не двигался… Столько крови… А та тварь, она не остановилась, ей нужно было больше. Бедный менеджер, заградивший ей путь ко мне, пытавшейся прорваться через мельтешащие туда-сюда тела, ещё одна жертва. Её не волновали его семья и маленькие дети. Но всё-таки он её остановил ценой своей жизни. Грузный он был, завалился прямо на тварь. А все носились и носились, сбивая друг друга, бежали прямо по ним… Ад. Другого слова нет. Только Сынхо уже было всё равно, лишь недоумение в стеклянных глазах. Вот только что он со своим хёном дурачился, мечтал о тёплой постельке, а через минуту дыра в голове и его уже топчут ногами. А Кан слабо шевелился, тянулся к нему. Они и его топтали… Те, кто их так боготворил просто добивали своего кумира. Закрывая собой Хэ Ёна, зажимая одну из его кровоточащих ран, я смотрела в его испуганные глаза, которые говорили мне уходить… Спасти себя и… Наиль тяжело вздохнула… Нет, просившиеся слёзы уже высохли. Она не плачет, не должна, иначе Сынхо в её голове вернётся. — Прости… — Я всё думаю, если бы мы не были копушами и отправились вместе со старшей тройкой, как бы всё сложилось? Менеджер подгонял, а мы… Я… Кисти, тюбики эти… Всё собирала. Старшая лишь подумала про себя, как же должно быть они были близки с Хан, что ждали её. Визажиста! Вместе с ними уехать должна была. Ничего вслух не сказала. Нечего больше говорить. Одно дело читать, смотреть новости с замиранием сердца, а другое дело быть очевидцем. Даже тех фанаток жалко, они попусту испугались — это же Южная Корея, тут не стреляют. — Проще думать, что это всего лишь страшный сон, — горько произнесла Наиль. — Иначе страх сожрёт. Всех. Как знать, какая ещё долбанутая тварь додумается опоить снотворным своего близкого родича, работающего в полиции, чтобы воспользоваться служебным оружием, пока ответственный за это самое оружие пускает слюни в своей машине? — А знаешь что? Наиль уставилась на свою сонбэ, голос которой заставил напрячься девушку. — Надо набухаться. Так, чтобы быть самыми неадекватными персонажами на улицах Сеула. Вот только с этим марафоном съемок разберемся. — Да… Выпить не помешает, — девушка мысленно отпустила тот день. — Нуна… Визажисты вздрогнули и подскочили со своих мест. — Чон Чонгук! — разъярилась старшая, глядя на освободившегося от съемок и подкравшегося к ним макнэ. — Негодный мальчишка, вот кто тебя учил подслушивать? Иди сюда! Куда побежал?! Ох, я до тебя доберусь! Наиль посмеялась. Такой здоровый парень, а струсил перед старшим визажистом. *** — Йаааа! — раздалось в гримерке, когда Юнги потянулся. — Напугал… — передёрнулся переодевающейся Джей-Хоуп. Вот бывает с Юнги такое, вроде тихо себе сидит, никого не трогает, а потом, как будто март какой-то почувствовал котик и вот звуки издаёт. Шуга зевнул и вновь отрешился от мира, прокручивая в голове новый микстейп. — Святые небеса, что делаешь?! — Наиль отпихнула ассистентку от Чонгука. — Всю тоналку под пирсинг решила затолкать? — она недовольно смотрела на испуганную девушку. — Иди с лицом без апгрейда работай. Чонгук изогнул бровь и засунул леденец в рот. Странный у сладости вкус, но интересный. Как и нуна. Ассистентки, смывающие с него мейк, как-то обычно не заботились ни о пирсинге на брови, ни на губе. То, что забивалось между металлом и кожей он обычно вымывал уже дома. — Почему не говорите им, чтобы не делали так? — строго спросила девушка у него. — Это же полнейшая некомпетентность! Разводят микробы и бактерии… — Устану говорить, они забываются, — он усмехнулся. — Самому даже проще… Но лень. — Засматриваются? — хмурила брови топ. Чон пожал плечами, не отрываясь глядя на девушку. В ней нет интереса. Ассистентка же глазами пожирала. Хотела. А ему та девушка была безразлична. Приелась. — Я с ними поговорю. — Удивлюсь, если эффект будет, — парень хмыкнул. — Нуна, я вам совсем не нравлюсь. — Больше утверждение, чем вопрос. — Я вижу это в глазах. — Нравятся тату… — девушка бросила взгляд на правую руку айдола. — Определенно нравятся. — Тату? Эти? — парень прищурился, внимательно наблюдая за выражением лица нуны, проводя пальцами левой руки по рисункам на коже. — И лучше будем без формальностей. — Хорошо, — согласилась Наиль, но замеченный макнэ огонёк в её глазах потух, не успев и разгореться. Татуировки фетиш или же есть некая симпатия к парням, у которых они есть? По крайней мере, у него, кажется больше шансов, чем у других. Тело макнэ вдруг почувствовало странную легкость, непонятная эйфория охватила его, а мир стал видеться ярче. Хан Наиль отлично отвлекала от преследующих мыслей по поводу той девчонки. — Ну вот и всё, — девушка закончила проводить влажными салфетками по лицу Чонгука, убирая остатки смывающего мейк средства. — Спасибо, — как-то глупо, наверное, со стороны улыбнулся макнэ. — Вот! — он протянул Наиль запечатанный леденец на палочке. — Украл со стола, — парень вложил сладость в ладонь визажиста. — Чёрт, танцевать охота, — он прыснул себе в руку от бредовости своего желания, ведь недавно чувствовал усталость, скопившуюся за весь съёмочный день. — Ты фея? — глаза крольчонка с удивлением посмотрели на девушку. — А? — Неважно, — отмахнулся макнэ. Что, чёрт возьми, за каша в голове? — О, Джин-хён, ты чего это меня взглядом в пепел обращаешь? Не грузись, — он встал и похлопал окопавшегося рядом старшего Кима по плечу. — Уверен она тащится по татуировкам и любит пожёстче, — прошептал Чонгук на ухо Сокджина и тихо заржал. — А ты способен жёстко, а, хён? — Что у тебя с мозгами, мелкий? — оттолкнул его от себя старший мембер. А Чонгук хихикнув вновь засунул леденец на полочке себе в рот. — Не можешь… — прищурившись, произнёс макнэ и ушёл в сторону Юнги. — Дебил, — не зло бросил ему в спину Сокджин. — Макияж смыт, — Наиль посмотрела на молодого мужчину, — так что от меня нужно? Джин подошёл вплотную к Наиль и с высоты своего роста надменно посмотрел на девушку. Она ждала, и он чего-то ждал. Сейчас её лицо не было скрыто за маской, ведь все камеры выключены. И ничего на этом красивом лице Ким не видел, только в глазах что-то… опасное. Для него. — Так что, мистер Ким? — девушка освободила от обёртки леденец, который дал Чонгук, и засунула себе в рот. — Блять! — выругался Джин, отскакивая от девушки и не то радуясь, не то огорчаясь, что его позвали. Пора уезжать в компанию, было ещё дело до конца этого слишком долгого дня подле неё. — Всего доброго, мистер Ким, — за милой улыбкой скрыт паразит, Джин должен помнить об этом и выкинуть из памяти этот будоражащий сознание образ с леденцом. — Не подавись, — фыркнул айдол. *** Уже в микроавтобусе, направляющемуся в здание Хайб, хёны поняли, что с их макнэ что-то неладное творилось. Он был предельно весел, нёс откровенную чушь и тихо посмеивался в кулак. Когда Чонгук начал биться головой о спинку кресла, Юнги не выдержал и хотел отмести свои подозрения, но охватившее буйство Чона не было подвластно контролю. — Ебать! — взвизгнул Чимин, когда Шуга, держась за разбитый нос, из которого хлестала кровь, рассеяно пошатнулся и отпрянул на своё место, рухнув в него грузным мешком риса. — Блять, это уже ни хрена не смешно! — хлопал во всю глазами Ви, теряясь от произошедшего. — Чонгук, — подсел к нему Намджун, — ну-ка, посмотри на меня, — лидер единственный, кто мог сдерживать ту силищу, что была скрыта в теле Гука. — Твою ж мать… Прозвучало, как приговор. — Когда ты начал? — до этого спокойный и сосредоточенный Джун, разозлился. — Что, блять, опять не так? Чонгук?! — Что начал? — Хоби предпочитал до последнего верить, что всё не так страшно. — Обдолбанный он, — прижимая платок к носу, проворчал Юнги, жмурясь от боли. — Сука! — Чего?! — хором удивились парни, в том числе и менеджер, что был с ними.  — Отменяйте всё, — вздохнул Намджун, обращаясь к менеджеру. — Хён, оно в голове… — Чонгук вцепился в одежду лидера, а у самого парня слёзы из глаз брызнули. — Всё… Танцы… Текст… Вся эта ложь. Её ложь… Лгунья… Лгунья же?.. Кому доверять, хён? Все душат… — Твою ж за ногу, что этот дебил принял? — хмурился Джин. — Ничего не принимал! — рявкнул макнэ, а взгляд уже застилала ярость. Молниеносная смена настроения, Джин взвизгнул, но Намджуну удалось удержать парня от необдуманных действий. — Если ты меня бесишь, то обязательно я что-то принимал? — Я бешу? Сука ты мелкая! — А если он не знает? — осторожно спросил Чимин. — На площадке могли и… — Что за бред? Мы вне рабочего процесса и не контактировали с посторонними, даже перекус и напитки от нашей компании, — не поверил Хосок в предположение Чимина. — Мы просто упустили парня. Вы вообще знаете, что он там с девчонкой переписывается? Подружка по интернету! Не удивлюсь и прочим тараканам, о которых мы и не догадываемся. — Мы бы заметили, — шептал себе под нос Пак. — Дозу мог не рассчитать, — Юнги поддержал Джей-Хоупа. — Но он же такой слоняра! — не верил Чимин, что тот сам и добровольно. — Где вы наркоманов таких видели? Он из зала бы не вылезал, если бы мог. Боксирует с тренером… Грешок только за алкоголем, но и это не часто. Тэхён?! — уставился Пак на молчавшего и кусавшего губы Ви. — В компанию его, этаж перекроем и доктора позовём, — произнёс менеджер. — А в себя придёт, допросим. — Чем тут дежурный травматолог поможет? — вздохнул Джин. *** — О чем вы только думали? — злился менеджер, когда приехала команда стаффа, в частности подразделение визажистов. Оказалось, что и с Хан Наиль творилась подобная хрень. Но менеджер следил за всем и всеми, так ему казалось. Но глаз у него всего два, мог и упустить момент, когда эти двое уединились и… И что? Неужели эта взрослая и разумная девушка могла такое сделать? У неё безупречное резюме и хорошая профессиональная репутация. Всё было проверено, даже за чрезмерное употребление алкоголя и нарушение порядка приводов нет. Это, конечно, не означает, что такого и вовсе не было, но с официальной точки зрения девушка чиста. У неё богатый опыт работы со знаменитостями, а это один из плюсов при выборе кандидата. И так вот сразу подставить Чон Чонгука? Или это он? — Что вы так кричите? — хмурилась старшая. — Мы вообще думали, что ей плохо и скорую хотели вызвать. Скажите спасибо, что она запретила, хотя в её вменяемости сомнения у меня были. Приедет, заберёт её этот контакт «Если я в заднице»… Или звоните сами ему, отменяйте, а на меня уже наорали. И вы, и он. Ему, кстати, всё равно на нашу компанию, на случай если соглашение подсовывать будете, то учтите это. К менеджеру подбежал молодой парень из команды стаффа. — А этот-то, что тут забыл? Мы с его компанией всё решили, ни у кого претензий из-за аварии нет. Я чего-то не знаю? — переглянулся мужчина со старшей. — Охрана передала, что господин Кан приехал за визажистом, — сказал парень из стаффа. — Так разрешение давать на пропуск?.. — «Если я в заднице», да? — Н-ну… — протянула старшая. — Чувствую, что теперь и я в заднице… *** — Давай, док, не тяните кота за яйца, — смотрел на дежурного травматолога Юнги. — Нужен рентген. К тому же то, о чём вы просите может вызвать осложнения без должного… — Бля, да из-за это рентгена вопросов будет ещё больше, — скривился Мин. — Правь! Дежурный травматолог вздохнул. Упрямец. — Будет больно, — предупредил доктор. — Я что не мужи…. Блять! — орнул Мин, когда врач без предупреждения вправил сместившуюся от удара Чонгука кость. — С-сука! — взвыл Шуга, пытаясь схватиться за область носа, но врач пресёк эти действия. — Не запрокидывайте голову! — строго просил он. — Подождите. Вот, — он вставил специальные тампоны в нос. — В больницу всё-таки сходите, — и наложил повязку. — Будет затруднительно дышать носом и отёки. — Садист, сука, — ругался Юнги. — Костоправ ебучий… Слёзы текли из глаз непроизвольно, и он чувствовал себя обманутым. Пошёл на это, чтобы не светиться лишний раз, а выходит всё зря? Ладно, если херня будет, то сходит, а сейчас ему бы анестезию янтарного цвета, да чтобы хорошенько обжигала горло. Чёрт возьми, да с этой рожей ему теперь ныкаться по углам! В Биг Хит не идиоты работают, так отмажут, что ему ещё и стыдно станет. Процентов девяносто придумают, что ёбнулся где-то по собственной глупости. — Вот, держите, — травматолог протянул бумажку. — Тут рекомендации и лекарства. Расписал всё подробно. — Спасибо, — кивнул Юнги. — Пойду проведаю Чонгука, — собирая свой чемоданчик озвучил дальнейший план эскулап. — Вправьте ему мозги. — Боюсь, это не моя специализация. Мужчина покинул небольшой зал для переговоров. Юнги остался один со своим пульсирующим от боли носом и поганым настроением. Сейчас бы они тут все сидели, обговаривали расписание, сверяли графики, чтобы всё было гладко и чётко, вносили коррективы и, возможно, обсудили бы поступившие предложения от компаний. А теперь руководство парится из-за ситуации, анализирует возможные варианты, пытается предугадать вероятные риски и менеджер на грани нервного срыва. — Дерьмо, — прогнусавил Мин Юнги, откидываясь на спинку стоящего в углу дивана. К его неожиданности кто-то вошёл в помещение, аккуратно прикрыв дверь. Девчонка?.. Юнги наблюдал за вошедшей, осторожно осматривающейся особой, но игнорирующей пока его место положение. Чересчур траурный наряд. Уже похороны Чон Чонгука? Шуга про себя прыснул от бредовости и неуместности своих мыслей. Он её не видел ни разу. От силы ей лет двадцать, может меньше. Длинные волосы с осветлёнными прядями, идеальная фигура, симпатичный профиль. В общем, собой недурна, не то что он сейчас. — Ты кто? — говоривший в нос Шуга знатно так перепугал девушку. Та подпрыгнула от неожиданности и отскочила в противоположенную от айдола сторону, сделав расстояние между ними ещё значительнее. — Х-хэ И-ин, — огромные лисьи глаза уставились на Юнги с испугом и недоумением. Недоумевать должен тут он. Его уединение нарушили, а не её. — Хэ Ин? — парень вздернул бровь. — И кто ты такая, Хэ Ин? — Я пришла с… — она говорила с легким акцентом, хотя вроде кореянка. Имя-то корейское. — Мне сказали сюда пройти, девушка там… — Что за девушка? — айдол встал с дивана и лениво направился в её сторону. — Имени не знаю, — она отходила. — И вас не знаю… — Не знаешь?.. Меня?! — опешил Юнги. — Как же меня этот боевой кроль разукрасил-то?.. — в зеркало не смотрелся ещё, но, судя по всему, всё плачевней, чем он думает, раз девчонка не признала. — Нет, всё не так плохо, — затараторила она, от чего акцент усилился. — П-просто, я не знаю, кто вы… — Хён-хён-хён! — влетел в зал Хосок и тут же кинулся к Юнги. — О, там… — А-а-ащ, пусти меня! — отталкивал от себя Хоби айдол. — Отвали! Въебу! — прорычал Юнги. — Ладно-ладно, — примирительно поднял руки Чон. — Нуна тоже, а там… Я лет сто его так близко не видел! У меня мурашки по телу. Это так круто… Не, не круто, конечно, из-за повода, но… — Да что там за явление такое, что ты сейчас толи кончишь от перевозбуждения, толи ебнешся в обморок? — рявкнул Мин. — Лис! — А? — Кан Хэ Ён! — Чё? И ты туда же… — Да не бред это мой, и не глюки, — недовольно вякнул младший айдол. — Ты похож на малолетнюю фанатку, ты в курсе? И да, мы не одни, — он указал на девушку, которая уже совсем забилась к стенке. Хоби медленно повернулся в указанную другом сторону и округлил глаза, глупо при этом хлопая ресницами. — Это кто?.. Юнги-хён, ты девушку что ли завёл? И молчал… Нам нужно всё обсудить, все наши проблемы и не проблемы. Как же много мы друг от друга скрываем… — отскочив от хлопающего ртом Юнги, Хоби подошёл к незнакомке. — Я Чон Хосок, можно Джей-Хоуп. Но вы же итак это знаете, — неотразимая, солнечная улыбка во все тридцать два. А девчонка по имени Хэ Ин дар речи потеряла не хуже самого Юнги и застыла, ну или пыталась обнаружить у себя способность прохождения сквозь стены. Так вжалась, что даже жалко стало. — Не пугай девчонку, — гнусавым голосом проговорил Шуга. — Мы не встречаемся. Хоби, бля… Ты б ещё десять детей нам тут выдумал. Что с тобой не так? Я впервые её вижу. — Айщ, как-то неловко… А кто она тогда? — спросил он у него или у самого себя, Мин так и не понял. — Да я откуда знаю… Хэ Ин и всё тут. Не допытал из-за тебя. — О! — осенило Хосока. — Не бывает такого совпадения. Кан Хэ Ин! Я же угадал? — он посмотрел с любопытством на девушку, требуя подтверждения. — Мгм, — она слабо кивнула. — Теперь вижу, — айдол внимательнее присмотрелся к девушке. — Да… Очень похожа на свою мать. — Так, чувствую, что ты больше моего знаешь, — поравнялся Юнги с Хосоком и тоже начал изучать вжимающуюся в стену Хэ Ин. — Ну ты чего — не видишь, что ли сходства? Мин присмотрелся и пожал плечами — что он должен видеть? — Ладно, пошли отсюда, — Мин развернулся и направился к выходу. — Хён, но ей же скучно будет! Юнги опешил от слов донсэна. Уж не ослышался ли он? Развернулся, чтобы посмотреть на этого смертника, который тут из него клоуна для развлечений пожелал сделать. Хосок вцепился в руку Хэ Ин пытаясь отлепить остолбеневшую девушку от стены. Хотел, чтобы она прошла к дивану и устроилась поудобнее. — Да отстань же ты от неё! — мигом он оказался рядом, ухватывая Чона за запястье. — Чего такой тактильный вдруг? Оба мембера на стрессе, но у Хоби, видимо, в этот раз это проявилось в виде желания всех достать своим добродушием. К тому же если Хосоку не привиделось, то он увидел одного из своих кумиров детства. Сонбэ-ним будучи подростком стал чемпионом страны в уличных танцах, а всё, что касалось танцев автоматически похищало сердце Чон Хосока. Стресс и волнение — н-да, такой Хосок сам себе не хозяин. У Юнги всё проще: любо уйти с головой в музыку, либо спустить своё поганое настроение на кого-нибудь. Учитывая, что полученная травма в ближайшее время не даст ему сосредоточиться на первом, то второе, изначально прерванное Чоном, он ещё может реализовать. — Да пусти, я сказал! — сверкнули глаза. — Хён… Он и сам оказался не лучше Джей-Хоупа, вцепился в руку девчонки и вырвал её из лап Хосока, а заодно оттягивая её от стены. Только он грубее и злее сейчас. Она вскрикнула, а он даже не услышал. — Хён, ты сам же её и пугаешь… Так это же прекрасно! Не озвучил, но ухмыльнулся. Котики не всегда бывают милыми. — Хэ Ин! — и опять облом. Девчонка с завидной ловкостью вырвалась от Юнги и подбежала к двери, в которую проснулась голова… Кан Хэ Ён… Хоби не привиделось, а значит минус один невменяемый в группе. — Норм? — спросил мужчина у девушки, не отрываясь глядя на молодняк. Со стороны посмотреть, так взглядом испепелил. Девушка кивнула, натягивая на запястья рукава платья. — Тогда пошли. — До свидания, — девушка развернулась, и слега поклонилась двум парням, а потом скрылась за дверью вместе с ископаемым. — Так она… — нахмурился Юнги, — родственница что ли ему? — Хосок кивнул. — Бля… — протянул айдол. — Ну на хер всё, я домой. — А как же Чонгук? — Вот кого-кого, а его я пока видеть не хочу. Надеюсь объяснять почему не нужно? — он пристально посмотрел на Джей-Хоупа. — Вот и славно, — уловив понимание во взгляде айдола, Юнги направился на выход из зала. *** Они не верят ему… Чонгук это чувствовал, читал во взглядах. Он разбит и опустошён. Теперь мир чёткий, а всё что он творил ранее какой-то бред, в голове не укладывающейся. Не мог же он Юнги-хёна… Или мог? Ребята не врут. И он не врёт. Никогда и ничего он не принимал. И нуна ничего ему не давала, он уверен. А они нет. Ни в нём, ни в ней. — Показания обоих сходятся. Ему повезло больше, на визажиста вообще страшно смотреть было, — проговорил в полусумрак комнаты отдыха Намджун. — Но кто-то точно недоговаривает. Я разговаривал с сонбэ-нимом, он уверен, что Наиль бы до такого никогда не опустилась. И кому мне верить? Чонгук, скажи, пожалуйста, правду. Честно, злиться не буду. — Я правду и говорю, — макнэ слегка потряхивает, нервы оголены, поэтому возможно его голос прозвучал резче, чем он того хотел. — Добровольно я уж точно ничего не принимал, а насильно никто не давал. Я не знаю, как это случилось! — Кан сообщил, что ты теперь можешь захотеть ещё. Но не зная, что принял, будешь компенсировать… — Хён, не сейчас! — лидер повернул голову в сторону Джина. — Почему не сейчас? Наркотики — это серьёзное дело, уголовное я бы сказал. Глаз да глаз нужен. — Леденец… — прошептал под нос макнэ, вспомнив кое-что, — у него странный вкус был… — Что? — не расслышал Намджун. — Леденец на палочке, говорю. Их два всего было в корзинке с конфетами, я и утащил, пока кто-то из вас не накинулся. Нуне дал один, Джин-хён всё видел. Хёны переглянулись. Если дело в этих леденцах, то вероятна умышленная подстава. Лидер уже строчил сообщение менеджеру, чтобы проверили все записи с камер. Похоже в какой-то степени он впервые рад, что на них нацелено столько объективов. Подложивший их обязательно да засветится, а там уже пусть внутренний отдел безопасности разберётся. Ни Чонгук, ни Наиль могут быть невиновными и оказаться жертвами злоумышленника. Только бы доказательства были. — Я должен позвонить Юнги-хёну, извиниться, — начал искать телефон Чонгук. — А вот этого пока не нужно. Дай ему остыть, ты ему нос сломал как-никак. Пошлёт в далекое эротическое, — покачал головой Намджун, — или вовсе не ответит. Он тоже жертва, мы с ним поговорим и всё объясним. Похоже теперь они ему верят, но осадок остался… Что-то всё-таки пошатнулось внутри группы. Доверие друг к другу?