Ангел.

Получив неожиданное и довольно быстрое одобрение на то, чтобы он и вправду вошёл в комнату, хлопал глазами потерявшись слегка в пространстве. Но самым приятным было услышать бархатный смех светловолосого, что ласкал уши тембром. —О.. Правда можно? Спасибо! Маленькие ножки уверенно шагнули за порог комнаты, а на лице сияла радостная улыбка. Но долго ли будет длиться эта радость? Резкий запах масел ударил в голову, тянуче и приятно обволакивая разум, от чего всякое волнение улетучивалось вовсе,а детское любопытство горело в глазах. Из-за темноты приходилось щурить глаза, дабы привыкнуть и выставлять руки вперёд, чтобы ни на что не наткнуться. —Тут приятнее пахнет, —сделав маленькую паузу добавил, — приятнее чем свечи. Мужчина зашёл прямо за ним, последний раз кинув взгляд по сторонам коридора, и со скрипом закрыл дверь. Малец, наверное, и не услышал, как за ним закрылась дверь и он был наедине с ним. На очередной комплимент, на этот раз про запах, Сергей не ответил. Тут пахло и правда вкусно, ведь приходилось прятать резкие запахи. Он, крадясь, подошёл к мальчику и его рука упала к тому на голову, скользнув затем на затылок,как бы намекая, чтобы тот шел за ним. Скрежет ключа в замочной скважене, скрип двери и удаляющие шаги взрослого. Мальчик пару секунд стоял потупив взгляд, ничего не было видно. Чувствуя холодок, двинулся следом за священником. Он чуть не споткнулся об порог узкого коридорчика, стену которого потом прощупывал, идя в неведеньи. Вот он идет и перед ним открывается узкая дверь из этого коридора, ведущая в комнату, которую освещал лишь свет фонаря из окошка. Сергей же стоял будто дворецкий и ждал, пока маленький гость пройдёт. Том так и сделал, а затем за ним закрылась очередная дверь. —У меня тут небольшой беспорядок. Том еще не успел задать встречный вопрос "что?", как наступил на что-то мягкое. Оно противно шмякнуло под маленьким изношенным ботиночком. Мальчик одёрнул ногу, начиная всматриваться в то, на что наступил. Перед ним лежала женщина, а точнее верхняя ее часть, из которой торчали кишки и внутренности, что идут в брюшной полости. Ее голова свисала на расслабленной шее и ее лица не было видно. На ключицы и груди свисали тёмные волосы. Руки, как тряпки, лежали по ее бокам вверх ладонями и, наверное, лишь с помощью локтей она как-то подпиралась к стенке. Мужчина прошел за ним неспеша. Он аккуратно взял нож, что лежал на столике возле двери, и, пряча за своей спиной, сверлил макушку мелкого пронзительным взглядом. Он возвёл руку вверх и уже был готов вонзить острое лезвие, что блестнуло в тусклом свете. —Ангел любит кукол? Спросил Том с легкой, довольно детской улыбкой на губах. Слова мальца остановили действия Сергея на пару секунд. Он был уже на грани того, чтобы изумленно поднять брови, но его рука проделала то, что и собиралась. По лезвию ножа стекала темная кровь, пачкая волосы жертвы. Он толкнул рукоятку ножа поглубже и тело упало на бок, в темный угол, тем самым скрываясь. Другая же рука обвила плечико мальчика, а затем впуталась в его волосы потрепав. Он вдумчиво смотрел на него сверху вниз, а затем, выдержав паузу после своих действий, произнёс. —Приходи в следущее воскресенье. Я подарю тебе новую игрушку. Но никто не должен узнать о моей коллекции, ты меня понял? Том поднял на него голову. Голос Сергея, который порой переходил на шёпот, был таким ласкающим и действовал как гипноз. Его глаза, что поблёскивали при фонарном свете, смотрели прямо в душу ребёнка, но при этом не вызывали тревогу, а трепет. —Я обязательно приду и сохраню ваш секрет. А потом мы ведь поиграем, да? В ответ был сделан одобрительный кивок. Радостно улыбаясь и сияя глазами, взял за руку своими двумя, что неполностью смогли обхватить ладонь мужчины. Сейчас он словно нашёл в мире отглас на зов помощи и вот он — его спаситель,что развеит скуку к этой поломанной жизни ребёнка, из которого не известно что в итоге может получиться, ведь столько надежд матери вложено и нулевой интерес к тому, что он на самом деле бы хотел. —Тогда пойду,дорогу я запомнил. Возвращаться я буду тихо, иначе мама может расстроиться. Каждый раз, когда он упоминал ее, то поджимал губы и сжимал ладони в кулаки, словно стараясь проглотить горькую таблетку с улыбкой. –До встречи. Попрощавшись и помохав рукой, тихо на цыпочках, ели касаясь пола, побежал на выход, чтобы его не успели заметить и поймать с поличным, да и время поджимало. Он вышел снова в зал церкви чуть запыхавшийся, с красными щеками. Выносливости у мальчика таковой и не было, он часто болел и потому не успевал начать закреплять здоровье, как вновь горячка. Выйдя на улицу он увидел там мать с сестрой, которые ещё что-то обсуждали и когда он подошёл, одёрнув за рукав ту. Она опустила глаза на него чуть нахмурив брови. —Ты весь красный, уж не опять ли температура поднялась? С беспокойством произнесла мать сразу прикладывая свою прохладную руку ко лбу. Она была сухой и не столь нежной и мягкой, как у священника, от чего ему уже стало чуть грустней. —Всё хорошо мам...я просто играл, пошли домой, уже холодно. Убрав свою ладонь, она тут же взяла за руку и повела всех домой, вот только Тома смотрел не вперёд, а назад на удаляющую вдали верхушку церкви. По приходу домой они перекусили, как обычно прочитав молитву перед едой, выслушал мамины натации на счет того, что тот слаб здоровьем и отправился в свою комнату. Скорее бы отматать время вперёд, чтобы ждать так не приходилось долго следующий встречи. —Там была очень странная кукла..хочу узнать, чем же он таким там занимается. Думал про себя мальчишка смотря на свою ладонь, вспоминая то прикосновение руки , такой холодной, но нежной.