Я с тобой

После выгона. Девочки вернулись в дом. Сегодня никого не выгнали. Ариэль часто бросала тревожные взгляды в сторону Ларисы. И хоть ту удалось успокоить, паническая атака не проходит бесследно. Эль вышла на балкон, села в подвесное кресло. В руке у нее было письмо и сигареты. Да, слезать с зависимости сложно. — Тяжелая неделя была, правда? — за спиной вдруг раздался голос Оли. — Не то слово. Еще и мать в конце настроение подпортила. — А что она сделала? Если не секрет. — Пыталась вновь давить на меня. Хотела, чтобы я ушла с проекта. — Прости конечно, но странная она у тебя. — Не извиняйся за правду. Только это не странность — это глупость, — Медяникова усмехнулась. — Я уверена: она опять сошлась с отчимом, и ей просто нужна сиделка для Ады. Знаешь, чтобы в школу ходила, синяки замазаны были и ни у кого лишних вопросов не возникало. — в уголках глаз скопились слезы воспоминаний. Эль не хочет туда возвращаться, не хочет чтобы это повторялось. Ей некомфортно. И пожалуй, впервые в жизни она готова это прекратить. Ольга обошла кресло, в котором сидела фиолетовая макушка, села перед ней и взяла за руку. — Я же верила ей. Думала, она действительно меняться будет, вместе со мной. А она в который раз пускает нашу жизнь по этому гребаному кругу ада. Вытаскивать-то ее опять придётся мне. — Попробуй не вытаскивать. Да, нужно её простить, но самое главное — отпустить. Если она приносит в твою жизнь сплошной негатив, то тянет на дно. Ты ведь хочешь выплыть, верно? — Хочу. — Так хватайся за свой спасательный круг. Другого шанса может не быть. — Не могу. Мне нужно её спасать. Это правильно. — Я не буду тебя переубеждать, ты сама должна к чему-то прийти. Но сейчас — это мы выкидываем, — Оля взяла сигарету из рук Ариэль, бросила на пол, и потушила подошвой обуви. — Идем умываться и ложиться спать.

***

Эль лежала на кровати совершенно опустошенная. Некоторые девочки еще занимались своими делами, а кто-то уже спал. Ариэль решила спуститься на кухню. Она налила себе воды. Наверное, она была слишком горячей, чтобы осушить стакан залпом, но Медяниковой было все равно. Вдруг из гостиной послышались голоса. Один из них Эль узнала сразу — Лариса. Фиолетовая макушка встала у входа в гостиную, прижавшись к стене. — Да я не знаю, что меня Маша сюда привела, — голос Кашириной. — Про извинения что-то затирала. — Таня, ты пока не понимаешь, что делаешь людям больно, — мягко говорила Кравцова. — Но я верю — настанет день, и ты все осознаешь. Она опять её простила? Эль поднялась наверх, вышла на балкон и закурила сигарету. Вторую за день? Сдаешь позиции, Медяникова. Зачем она снова прощает Каширину? Из доброты? Хотя, вряд-ли. Даже самый добрый человек не будет давать своему обидчику столько шансов исправиться. Или Ариэль слишком мстительна, чтобы понять поведение Ларисы? Или она испытывает к Тане какие-то чувства? От одной мысли об этом Эль становится не по себе. Почему Медяникова вообще так нервничает? Как-будто бы это она даёт ещё один шанс человеку, которому это, очевидно, не нужно. Как будто бы Ариэль в этой бессмысленной погоне не замечает чувств того, кому действительно дорога.

***

— Элька, давай подъем! — говорила Настя, сидя у кровати одноклассницы. — Чего блять? Какой подъем? Ночь ещё. — Там соседи пришли. Сижги, винишко. — Попроси у них для меня шоколадку и бокал красного вина, — говорила русалочка, всем своим видом показывая, что вставать она не собирается. — И не называй меня Элькой. Никогда. — Ладно, ладно. Мы пошли. Ариэль отвернулась к стене и еще больше закуталась в одеяло, пытаясь заснуть. Но шум за окном становился все громче — кто-то начал кричать песни. Кравцовы. Эти две сестры абсолютно разные, несмотря на то, что близняшки. У каждой из них свой характер, свой путь, свои трудности. К счастью они проходят их вместе и безумно любят друг друга. Эль, кажется, тоже любит. Одну из сестёр больше другой.

***

Утро. Разговор с журналистом. Медяникова сидела на кровати со своим любимым, исчерканным огромным количеством стихов, заметок и цитат блокнотом. На открытой странице красовался написанный на прошлой неделе и полный нежности текст. Эль смотрела на строки стеклянными глазами. Кажется, все, что было — умерло. А что вообще могло быть? Лариса просто была добра к Ариэль, а та додумала за Кравцову её же чувства. Да, скорее всего так. Вдруг дверь распахнулась, в комнату вошёл молодой парень, а за ним и оператор. Медяникова слегка напрягаясь, думая, что сейчас попадёт в объектив камеры, но нет, парень направился в сторону Крис, а затем в соседнюю комнату.

***

Все девочки собрались на кухне. За ними все ещё ходил этот корреспондент. — Вы сейчас разбились на две группы, — говорил парень. — Почему? — Просто мировоззрение с людьми разное — подала голос Нелли. — Те, из другой комнаты, — начала Каширина. — Они знают, что нам нельзя их бить и начинают словестно провоцировать. — Таня, успокойся, — начала Эль. — Хватит видеть во всем провокацию. Никто к тебе не лезет. — Нет, вы блять провоцируете — девушка повысила голос. — Я один раз потерплю, второй, но на третий уже въебу. — А ты не провоцируешь, когда обзываешь нас? — задала вопрос Наточий. — Нет. Ариэль усмехнулась: — Это бесполезно. — прошептала она, глядя на Крис. Та кивнула в ответ. Раздался стук каблуков. На кухню вошли преподаватели, а журналист поспешил удалиться. Эта неделя в Школе Леди оказалась неделей правды.

***

Проверка на детекторе лжи. Девушки приехали в заброшенное, старое здание. На первом этаже их ждала Лаура Альбертовна. — Здравствуйте, будущие леди, — начала она. — Перед вами гири. Они символизируют ложь, которую вы несёте за собой и которая подтвердилась на детекторе. Действительно, предыдущим вечером девочки проходили тест на полиграфе. Результаты оказались неутешительными. Практически каждая из девочек получила по три, или четыре гири. — Вы будете подниматься на крышу здания, но на пути вас будут ждать три остановки, на каждой из которых вам будет задан вопрос. Скажете правду — освободиться от одной гири, солжете — останетесь с ней. Удачи. Девочки поднялись на следующий этаж. — Я рада приветствовать вас на остановке «Семейные секреты». — встретила девушек Мария Третьякова. — Здесь вас ждут тайны, которые вы скрывали от самых близких людей. Лариса, вы были рады тому, что в тюрьму попали не вы, а ваша сестра? — Нет. — ответила Кравцова. Это была ложь. Девочки стали кидать на сестёр косые взгляды. Ариэль подошла к Ларисе и взяла её за руку. Какими бы ни были их отношения, Медяникова будет поддерживать девушку, как та когда-то поддержала её.

***

На следующей остановке их ждала Татьяна Алексеевна. — Сейчас мы узнаем правду о том, что вы скрывали от ваших одноклассниц. Ариэль, вы начали дружить с Ларисой Кравцовой, потому что после ухода Лауриты боялись остаться без поддержки? — Нет. — Как вы ответили на детекторе? — Точно также. — Знаете, я вам верю. И полиграф тоже. Вы освобождаетесь от одной гири. Как только фиолетовая макушка освободилась от груза и вернулась в строй, Лариса положила голову ей на плечо и прошептала: — Солнце, я никогда в тебе не сомневалась. В этот момент Ариэль поняла — бесит. Каждая её фраза, каждое прикосновение раздражает тем, что даёт ложные надежды. И каждый раз они затягивают Эль все глубже и глубже.