Не дай чувствам погубить себя снова

Хансолю было свойственно провоцировать кого-то или дразнить, его это забавляет, после того, как он выпьет, из-за чего периодически он влазит в драки. А Чонгук, когда выпивает, не может спокойно реагировать на провокации, так что обычно злится и не может не вестись на провокации старшего. И поэтому, когда они встречаются и немного выпивают, такое как сейчас уже обычная вещь. — Тебе, Чонн, всё-же стоит уже пойти и лечь спать. Маленьким деткам нужно идти баиньки в такое время. А тебя, Ханн, я провожу к двери, ведь ты уже явно скучил за своим номером в отеле, который, я уверен, тоже тебя ждёт, — заявил Тэхён с небольшой издёвкой в голосе. — Ах, значит, ты подтверждаешь слова этого старикашки? Ну и пожалуйста! Ну и не нужно. Я иду только потому, что хочу этого сам. И пошли вы нахер оба! — с обидой крикнул Чонгук напоследок и с недовольным лицом пошёл в спальню. — Идём, проведу тебя, а потом пойду успокою его, — провозгласил ещё раз Тэ, напоминая, что гостю пора уже идти. Хансоль взял свой телефон, обулся и вызвал себе такси, после чего, сев в машину, он попрощался с Тэхёном. Тэ провёл его до такси, сказав напоследок: "До завтра" , и пошёл обратно в подъезд. Зайдя в квартиру, он зашёл в спальню, сняв с себя верхнюю одежду, и, оставшись лишь в боксёрках, лёг рядом с Чонном, и осторожно приобнял его со спины. — Отстань. И не трожь меня! Иди дальше подтверждай слова своего любимого другана, — буркнул младший и отодвинулся вперёд от Тэхёна. После чего Тэ привстал с кровати и навис сверху над Чонгуком. Он смотрел на обиженное лицо младшего, который отвернулся и смотрел в окно. Тэхён чмокнул того в ушко, ведь обожал так делать, после чего наконец-то заговорил. — Солнце, что мне сделать, чтобы ты не обижался? Я же просто пошутил… Зай, я несерьёзно это сказал. Давай я тебе отсосу, и ты перестанешь дуться, — предложил старший то, что первое пришло ему в голову. Если бы он был полностью трезв, то сразу бы выкинул эту идею, но сейчас алкоголь решил сделать путь его извинения гораздо проще. Чонн от таких слов повернулся и посмотрел в глаза Тэ с неким удивлением и пытался уловить в лице старшего нотки шутки. В комнате было темно, но лица парней освещала дорожка света от луны. — Если ты серьёзно, то я не против, — ответил Чонгук и немного смутился, ведь чувствовал себя странно. — Я делаю это не первый раз, так что можешь не беспокоиться. Просто доверься мне, — почти шёпотом нежно произнёс старший и расплылся в улыбке. — Даже подумать не мог бы, что мой папочка в этом опытен. Ну, тогда давай проверим, так ли это, — ответил Чонн с хитрой улыбкой на лице и посмотрел на старшего ожидающим взглядом. Тэхён аж подавился слюной от того, как младший его назвал, но после ухмыльнулся и ответил: — Почаще бы ты так меня называл, было бы вообще прекрасно, — произнёс Тэ, после чего оглядел младшего, который сейчас по сути был полностью в его власти. Овальное личико младшего, что и так было по себе бледно, становилось ещё бледнее от лунного света и казалось удивительно одухотворённым. С боку это выглядело будто бы хищник наконец-то поймал свою жертву. Младший был как обычно одет в длинную рубашку, которую Тэхён ему отдал. Когда он просто ходил по дому, то он был в ней и в нижнем белье, а когда ложился спать, то на нём оставалась лишь одна рубашка и больше ничего из ткани, кроме неё. Ещё Чонгук был большим любителем велюровых рубашек и пуловеров, а также белых оверсайзных рубашек. Но велюровые вещи на улицу и в универ он не так часто носит, ибо считает их своим сокровищем и тем, что можно надевать в редкие дни или на какой-то особенный случай, либо же на праздники. Но бывают и дни, когда у него хорошее настроение и хочется надеть что-то красивое. Для него вещи не просто тряпки или что-то, что прикрывает тело, он любит одеваться со вкусом. Своим вкусом. Он считает, что таким образом можно показать свою личность или себя, а также выделиться среди остальной серой массы. Тэ медленно провёл по внутренней части бедра младшего, и вскоре его рука быстро скользнула вверх, под рубашку. Второй рукой он стал медленно расстёгивать пуговицы того единственного, что сейчас отделяло его от полностью оголенного тела Чонна. В это время рукой, что была под рубашкой, он поднялся ещё выше и стал подёргивать сосочки по очереди. От чего Чонн немного откинул голову назад и прикусил нижнюю губу, чувствуя движения старшего, от которых по его телу молниеносно проходила дрожь. Тэхён аккуратно стянул губами рубашку за один из её краёв, хотя он знает, что потом за это действие получит приговор от Чонгука, который дорожит своими вещами и с трепетом относится к ним, но только если вспомнит этот момент. Затем он провёл языком вокруг соска парня, смотря тому прямо в лицо, смутив этим немного младшего, после чего стал оставлять поцелуи по пути к губам младшего. Затем он остановился и быстро перевёл дыхание. Чонгук с интересом и довольным лицом наблюдал за происходящим, тяжело дыша в ожидании следующих действий Тэхёна, которые ему сейчас были непредсказуемы, так как алкоголь немного туманил его голову. Рваное и прерывистое дыхание старшего так и обжигало шею Чонна. После чего Тэ завладел губами Чонгука. Он поцеловал его неловко, робко, с нежностью. Медленно терзая губы младшего, он ввёл свой язык внутрь. Его правая рука прошлась по наружной стороне бедра Чонгука и нежно скользила вверх по талии, после чего осталась там. Тэ стал блуждать языком во рту младшего. После чего он стал двигаться внутри. Спустя мгновение он вышел и нежно стал прикусывать губы того. Вскоре старший быстро последовал вниз. И медленно провёл языком вдоль по члену Чонгука. Для младшего это наслаждение было слишком мучительно-медленным, но и к тому же очень блаженным и желаемым. Продолжая ласкать языком член Чонна, старший иногда прерывался и отстранялся, с большим удовольствием наблюдая за тем, как он этим дразнит младшего. Чонгук в эти моменты жалобно смотрел на Тэхёна, но отвечал лишь тяжёлым молчанием. — Ты чёртов садист, Ким Тэхён, — наконец-то заявил младший. — Но тебе же нравится то, что я делаю. И я же вижу, что тебе хорошо, — ответил старший и взял головку члена парня в рот, после чего начал нежно посасывать плоть. От этих движений вскоре он услышал протяжный стон, который так и пытался сдержать Чонгук, закусывая губу и часто дыша. Тэ решил добавить руку, проводя ей то вверх, то вниз, при этом продолжая ласкать головку. А Чон от этого невероятного наслаждения вместе с сильным возбуждением закатил глаза вверх и выдавил из себя продолжительный стон, который был уже не в силах сдержать. Тэхён продолжал в том же духе, но периодически отстранялся, чтобы посмотреть в лицо младшего и проверить, в порядке ли тот. — Ммфф… Тэ. Я, я. Ах, сейчас. Хаа. Я. На грани. Мгх, скоро кончу, — еле как прерывисто выдавил из себя Чонгук, предупреждая этими словам Тэ. На это старший только ускорился, продолжая делать что и раньше. И вскоре младший дошёл до пика своего удовольствия и с блаженным и громким стоном кончил. Тэхён отстранился и большим пальцем вытер губы, которые теперь были немного испачканы, после, самодовольно ухмыльнувшись, он провёл кончиком языка по своей верхней губе и лёг рядом с Чонгуком, громко и тяжело дыша. — Тебе не обязательно было это делать. Я же предупредил, что на пике… Тогда чего не отстранился до этого? — неловко протянул Чонн и перевёл поплывший взгляд на старшего. — Не думай об этом. Лучше скажи, как тебе. До этого никто не жаловался, — с самодовольной улыбкой на лице заявил Тэ. — Ради этого я бы обижался на тебя хоть каждый день. Скажу дерзко, но сосешь ты ахуенно, — воскликнул Чонн, восхищаясь умению своего парня, после чего он повернулся к старшему, закинул на него свою маленькую и аккуратную ножку и лёг головой тому на грудь с усталой улыбкой на лице, но он был полностью удовлетворён. Утро Чимина как всегда началось с будильника. Отключив парочку, он посмотрел в телефон и понял, что уже пора вставать и нет времени ещё немного поваляться. Лениво встав с кровати, он размял конечности и плечи, после чего устало направился в ванную. Ополоснув лицо и почистив зубы, он глянул в зеркало, опираясь руками на края раковины. Постояв так ещё немного, он отпрянул и пошёл в часть, которая отведена под кухню. В общежитии однокомнатные помещения, где в основном живут по два, а иногда и по три человека. В комнатах обычно стоят две или три кровати вдоль стен, не большой, но и не маленький столик, шкаф среднего размера и отведённая часть для кухни, а в ней находятся пару полок висячих и напольных, умывальник, холодильник, плита вместе с духовкой, стол и четыре стула, ну и если заплатить дополнительно, то можно получить и микроволновку, что и сделали Пак с Тэхёном. Так что парни обеспечены всем, что нужно для спокойного и удобного проживания. А отдельной комнатой шла ванная. Сложно её назвать маленькой, но и нельзя назвать большой. В ней есть умывальник и зеркало над ним, маленький длинный шкаф в углу комнаты, куда можно положить запасные полотенца и прочее, ну и собственно ванная со шторкой. Быстро приготовив себе завтрак, Чимин принялся за еду, размышляя о сегодняшнем дне, который нужно пережить. Вспомнив о том, что произошло вчера, Пак уже понял для себя, что сейчас он бы сначала хотел в себе разобраться, в своих чувствах. Так что он решил написать с утра Юнги, чтобы предупредить: По некоторым причинам я не смогу посещать дополнительные занятия в ближайшие дни Старший прочитал сразу, но ничего не ответил. Юнн не знал, как теперь ответить и что вообще говорить. Он понимает, что сделал глупость, за которую теперь поплатится. И он уже чертовски жалеет о своём поступке, который совершил так необдуманно и глупо. Собрав свои вещи, Пак пошёл в университет. Так как общага недалеко, то он достаточно быстро добрался к зданию и, проверив, не опаздывает ли он, зашёл внутрь. Утро Тэ началось даже не с будильника, ибо он проснулся сам за полчаса до него. Тихонько встав с кровати, он пошёл к шкафу, чтобы обдумать, что сегодня надеть и, осмотрев свою одежду, примерно уже определился. Достав жёлтое худи и тёмно-синие джинсы, он положил их аккуратно на стул, чтобы потом надеть. Несмотря на то, что это квартира Чонгука, вещи Тэхёна тут тоже есть. И в этой квартире у него почти половина вещей, которые он вообще имеет. Закончив с водными процедурами, Тэ глянул на время и понял, что пора будить младшего. Зайдя в спальню, он увидел, что тот ещё сладко спал. До этого старший отключил все будильники, чтобы разбудить любимого самому. Чонн лежал недалеко от края кровати и мирно, спокойно находился в царстве Морфея. В это время Тэхён подошёл к нему и, сев на край кровати, заговорил: — Солнце, просыпайся. Уже пора вставать. Птички уже встали и за окошком поют о том, что пора просыпаться. Давай-давай, мы не можем без причины прогуливать больше, чем один денёк, а то подумают, что что-то случилось, — ласково пролепетал старший и легонько поправил волосы, которые лежали на лице младшего. — Хаха, твои утренние пробуждения становятся всё страннее. Птички поют о том, что пора просыпаться. Хах, — со смехом и улыбкой на лице заявил Чонгук и перевел свой взгляд на любимого. — Ладно, встаю и повинуюсь, ваше величество, — ответил младший, увидев серьёзное лицо Тэ. Вскоре они собрались, позавтракали и, одевшись, парни вместе пошли в универ. По пути они встретили Чимина, который, по-видимому, летал вообще где-то в облаках, а мысли его были за тридевять земель отсюда. — Чим! Как хорошо, что мы тебя встретили. Ты сегодня поздно. Обычно я прихожу, а ты уже как минимум сидишь в аудитории, — начал первый Тэхён, который сегодня был в максимально приподнятом настроении. — Привет. У тебя всё в порядке? Выглядишь неважно, — немного переживая, поинтересовался Чонгук. — Ох, ребята, привет. Я вас совсем не заметил. Да так, как-то долго собирался. Ох, нет, всё в порядке. Ладно, идёмте, а то мы опоздаем. Тэхён у нас же, вроде, 57-ая аудитория? А то они всё время меняют, — уточняюще спросил Чимин и перевел взгляд на Тэ. — Да 57-ая, он говорил на прошлой паре, что будет там, — кратко ответил Тэхён, которого явно тревожило состояние его лучшего друга. После чего парни направились по своим аудиториям. Тэ и Пак — в свою, а Чонн пошёл…