Не дай чувствам погубить себя снова

— Тебе друг звонит. Ответь, а то он, наверное, переживает, — с небольшим приказом в тонне заявил Юнн и перевёл взгляд на Чимина. Пак не решился спорить и, взяв телефон, наконец-то ответил. — Да? Что ты хочешь? Я надеюсь, это очень важно… Давай быстрее, ибо я сейчас сдохну тут, — еле выдавил из себя Пак, ибо на его удивление старший даже и не думал вынуть из него пальцы и уже понемногу вводил третий палец абсолютно не смущённый этой ситуацией. — Что происходит? Что-то случилось? — обоспокоенно спросил Тэхён в беспокойстве, ибо блондин не брал трубку, а теперь такой странный ответ. — Да, блять, говори ты уже, — дрожащим голосом проскулил Чимин и откинул голову немного назад, так как старший начал уже двигаться и стоны было всё сложнее сдерживать. — Нет, сначала скажи, что там у тебя происходит и почему ты так громко и часто вдыхаешь и выдыхаешь. Ты в опасности? — с ещё большим беспокойством, не унимаясь, продолжал Тэ. Юнги это лишь забавляло, так что он даже не думал останавливаться. — Блять, да ебусь я, трахаюсь. Всё? Доволен ответом? — уже немного раздраженно промолвил Пак и перевёл свой взгляд на старшего. — Только не говори, что сейчас в тебе… — начал было строить теорию Тэхён, как тут Чимин его оборвал. — Да говори уже, что хотел. Если ты продолжишь задавать вопросы, то я сброшу , — пригрозив заявил Пак, ибо держался из последних сил. — Ох, ну раз так, то ты уже ответил на мой вопрос, — с хохотом ответил Тэ и сбросил. — Сука! Да что б тебя! — выругался Чимин и перевёл теперь свой взгляд на Юнги. — Почему… Ха-а-а… ты не ос… Мх-х… не остановился? — среди стонов спросил Пак. — Я уже говорил насчёт мата из твоего рта. Не вытащил, ибо ты и так продержался, — самодовольно заявил Юнн и свободной рукой подтянул к себе ближе пакетик, после чего, достав оттуда чёрный ремень, он ударил им по бедру младшего, на что тот немного даже вскрикнул.  — Ай, блять! Какого фига так больно? — спросил Пак и перевёл полный возмущения взгляд на старшего. После этих слов он почувствовал уже более лёгкий удар по своему бедру ремнём. — Я думаю, не сложно догадаться за что. Ведь я предупреждал насчёт ругательств, — со строгостью заявил Юнги, при этом продолжая двигать пальцами внутри парня, чтобы тщательно подготовить. — А если я не буду слушаться? То что будет? — дразня, поинтересовался Чимин и расплылся в дьявольской улыбке. — Ну тогда, боюсь, завтра твоя попа и ляжки будут немного синеватого оттенка, — усмехнувшись, заявил Юнн и, наконец-то найдя внутри ту самую точку, стал двигать в том направлении фалангами. Пак от неожиданности открыл рот в немом стоне и еле сдержал слёзы от такого неожиданного резкого удовольствия и небольшой боли. — Мх-х-х… Кто бы знал… Ха-а… что ты такой… Ах-х… садист, — еле вымолвил Чимин и снова протяжно простонал. Но Юнги не дал ему слишком долго наслаждаться и вскоре уже вытащил пальцы из него, сделав паузу, ибо видел, что парень явно в ней нуждался. Пак, немного выровняв дыхание, приподнял туловище и сел на край стола, после чего перевёл свой взгляд на старшего, тем самым показав, что готов продолжить. Юнги отложил ремень в сторону и приблизился к Чимину, глядя тому прямо в глаза. Оставив поцелуй на его щеке, он решил не тянуть и, сняв штаны и белье, отбросил их на стул. У него уже был стояк, и это неудивительно, ведь он чертовски любил доставлять удовольствие его любимому парню, но стоны Чимина звучали нереально прекрасно и теперь ещё больше возбуждали старшего. Юнн схватил смазку и немного размазал по плоти, после чего он приподнял таз парня ещё немного и провёл членом возле входа, добавив побольше смазки, он стал медленно входить. Пак в свою очередь ещё шире раздвинул ноги в стороны и закусил губу. Ощущения были намного более чёткие, и всё чувствовалось совсем по-другому. Возможно, это было из-за такой позы, а, может, от его трезвости. Юнги был в рубашке и рукой снял галстук, ибо тот мешал, и откинул его на стол, подальше от них. Он уже вошёл наполовину и стал понемногу двигаться. Чимин простонал и опёрся на вытянутые руки об стол. Юнн прильнул к губам парня, при этом не прекращая движения. Сегодня Пак был более чувствителен — старший это прекрасно чувствовал, и ему это чертовски нравилось. Юнн нежно целовал губы парня, пытаясь отвлечь от того, что сейчас станет входить намного глубже. Он решил резко войти во всю длину, на что Чимин оторвался от столь сладких уст старшего и немного вскрикнул. Юнги положил одну руку на стол, а другую на затылок парня и притянул того к себе, после чего переплёл их языки. Юнн уже входил более глубоко, но темп не менял. Пак стал постанывать всё больше и начинал плавиться от такого удовольствия. Вскоре Чимин привык к темпу, и Юнги, заметив это, решил сменить позу, так что он резко отстранился от парня и вышел из того. После чего он стянул младшего на пол и повернул к себе спиной, затем нагнул того, положив грудь и таз на стол. Он снова добавил смазки и погрузился в сладкое тело блондина. Теперь он входил в более жёстком темпе и иногда ударял младшего по заднице. Эту позу Юнн очень любил, ведь так ему прекрасно видно нереально шикарное тело любимого. Паку такой темп был более болезненный, но при этом доставлял ему нереальное удовольствие, и он уже стонал на каждый толчок в него старшим. В номере горело две лампы, что не слишком светло освещали комнату, но это давало особенную атмосферу. На улице уже стемнело и во всю светили фонари, рекламные баннеры и свет в домах. Юнги беспощадно вдалбливался в тело младшего, поставив две руки по бокам от того, и стал оставлять поцелуи на лопатках и спине младшего. От продолжительного сильного темпа Пак всхлипнул, хотя и сам этого не ожидал. На что Юнн замедлил темп. — Эй, мне прекратить? — немного встревожено спросил Юнги, думая о том, что возможно для младшего это был перебор. — Мх-х… нет продолжай… Ха-а… — пытаясь остановить слезы, ответил Чимин, ведь он впервые во время секса заплакал и не совсем понимал причину. Юнн понял, что было ошибкой отворачивать парня от себя, ибо сейчас он не может видеть его лицо и понять, что с парнем. Но он не поверил младшему и, выйдя из того, осторожно взял его за талию и приподнял, после чего повернул к себе. Заметив мокрое лицо парня, старший немного растерялся, после чего ладонями вытер слёзы того и стал нежно целовать его лицо, после чего, чмокнув Пака в макушку, он отвёл и усадил того на белоснежную кровать, а сам взял смазку и ремень и сел рядом. — Говори, если перебор и если мне стоит замедлиться. Если ты пассив, это не значит, что ты должен терпеть, даже если тебе не нравится или для тебе это переход грани, — серьезно заявил Юнн и, взяв лицо младшего в свои руки, заставил того посмотреть себе в глаза. — Хорошо? — уточнил Юнги, ожидая ответа Чимина. Он не решался спросить про бывших половых партнёров младшего, хотя не понимал, то ли сам Пак привык молча терпеть или же ему не говорили, чтобы тот говорил об этом. На что Чимин кивнул, что понял. Он до сих пор не мог переключить и уничтожить все те привычки, которые остались из прошлых отношения. И эта была одна из них. — Ладно, продолжим или закончим на этом? — спросил Юнн и отпустил лицо парня. — Мы ещё не закончили, да и со мной всё в порядке,  — в свою очередь заявил Пак, уже восстановив дыхание, и натянуто улыбнулся. Юнги два раза повторять не нужно, так что он на этот раз решил выбрать обычную миссионерскую позу и, взяв одну из подушек, подложил её под попу младшего и, раздвинув ноги того, он намазал смазку и снова вошёл. Начал он легко, но постепенно увеличивал темп, при этом он оставлял поцелуи на груди Чимина и языком водил по торсу того, отчего Пак стонал ещё громче и чаще. Юнги пытался сгладить скорость вхождения нежными ласками и отвлекал Чимина от небольшой, но заметной боли. — Ха-а… Ты такой сегодня чувствительный… Это ещё больше заводит, — отстраняясь между поцелуями на теле младшего, заявил Юнн. — Просто… Мх-х… в прошлые разы… А-ах-ха… я был …слишком пьян, а при этом у людей… Ах-х… подавляется чувство боли и так далее… Мх-х. А сейчас я трезв, — попытался объяснить Пак и откинул голову назад, выдав ещё один протяжный стон. — А ещё ты… Ах-х… прошёлся по простате и слишком… Ха-а… чувствительным точках… и даже не раз… Мф-ф… Боже, я так с ума сойду, — заявил Чимин, у которого от удовольствия уже почти были звёздочки в глазах. После чего он интуитивно нащупал руку старшего, как слепой котенок вцепился в неё и крепко сжал. Юнги был рад, что Пак наслаждался, и когда тот взял его за руку, то он второй рукой тоже взял свободную ручку младшего, после чего переплёл их пальцы, при этом он не прекращал двигаться внутри того. Юнн ласкал языком торс Чимина, после чего он стал оставлять небольшие засосы на груди и животе парня. Пак не стал бурчать, ведь сейчас его внимание было занято совсем другим. Он повернул свою голову вправо и смотрел на ночной город в окне, также было отражение того, как Юнги втрахивал его в постель. Это то, чего он хотел, и оказалось это ещё лучше, чем он ожидал. После чего он посмотрел снова на старшего, и тот был божественен. Юнн, не выходя из младшего, отпустил руки того и приподнял того немного ближе к изголовью кровати, чтобы тот хватался за него, ибо руками он стал ласкать сосочки Чимина и снова возобновил прежний темп. От такого резкого перехода Пак закинул голову назад, но забыв о быльце кровати, он ударился затылком об него. — О боже, крошка, ты в порядке? — отстраняясь от торса младшего и переведя свой взгляд на того, он ласково уточнил сильно ли тот ударился или нет, и получив в ответ уверенный кивок, он вновь продолжил движения внутри того, после чего чмокнул лоб парня. Чимин уже постепенно доходил до пика. Юнги, заметив это, резко отстранился и вышел из того. — Сменим позу. Попробуй немного сам поруководить, — заявил Юнн и перевёл внимательный взгляд на младшего. Пак приподнялся, а Юнги, наоборот, теперь лёг на спину. Чимин сел сначала на бёдра старшего и выпрямился, после чего осторожно ввёл член во внутрь себя. Он стал сам двигаться и насаживался не слишком глубоко и в среднем темпе. Юнн приподнялся грудной клеткой вверх и потянулся за ремнём. Достав, он взял его в левую руку и, привстав ближе к парню, легонько ударил по ягодице того. Пак на этот жест выдал негромкий краткий стон и стал позволять члену старшего входить в себя глубже. Юнн закусил губу от движений младшего и его вида, ему просто сносило крышу, но он сдерживался. Юнги продолжал хлестать младшего по заднице ремнём и делал это уже больнее предыдущих ударов, иногда меняя руки и половинки ягодиц. Вскоре Пак окончательно устал, так что он молча остановился и уткнулся в плечо старшего. — Давай… дальше ты, — выдавил из себя Чимин, отдавая руководительство Юнги. Юнн был удивлён, что парень не стал жаловаться, что на заднице потом останутся следы, но он понял, что тому явно было не до этого. Юнн лёг обратно и потянул парня за собой, при этом его член всё ещё был в младшем. Приобняв одной рукой Пака, он стал двигаться и снова ускорил темп. На что Чимин уткнулся в простынь и, найдя свободную руку старшего, он крепче сжал её. Юнги теперь входил глубоко, и темп был очень быстрый, на что от Пака были слышны страдальческие стоны. Юнн посмотрел на младшего и увидев, что тот в порядке, он мог быть спокоен. Чимин был уже на самом пике своего экстаза. — Стой… Ха-а… Подожди, — еле выдавил из себя Пак. Юнн тут же остановился и перевёл встревоженный взгляд на младшего. Чимин еле как приподнялся и тут же кончил. Юнги расплылся в улыбке, после чего, дав немного парню отдохнуть, он решил продолжить и дойти до пика тоже. Пак это понимал, так что лёг на грудь старшего и обнял за шею. Юнги продолжил в том же темпе, и Чимин на это очень громко и протяжно стонал, после чего Юнн прильнул к губам парня, чтобы немного отвлечь. Чимин был полностью удовлетворён, и он хотел, чтобы и старший тоже дошёл до конца. Пак был очень уставшим, и он благодарен, что в основном инициативу и руководство на себя брал Юнн. Такой немного властный и моментами вроде грубый, но при этом заботливый Юнги был для младшего неожиданностью. Как в нём сочетаются такие противоположные черты характера для Чимина было загадкой. Но он понял, что искренне его полюбил и старший тоже его любит. Юнги уже был на пике удовольствия. — Я могу закончить… Ах-х… внутрь? — уточняюще спросил Юнн и легонько похлопал парня по плечу. — Ха-а… Да… — среди стонов ответил Пак и крепче обнял старшего. Юнги сделал последние медленные и очень глубокие толчки и с краткими блаженными стонами кончил. Оба парни лежали молча и были слышны лишь громкие вздохи и выдохи обоих. — Ну что, жив? Пойдём на второй круг? — со смешком спросил Юнн, когда наконец-то восстановил дыхание.  — Нет, всё харе, или ты из меня решил всю душу вытрахать? — ответил Пак и, встав со старшего, лёг рядом. Голос парня был хрипловат, ибо так много стонать было явно перебором. — Да ладно, я пошутил. Ну тебе хотя бы понравилось? — с надеждой решил узнать Юнн и приобнял парня за плечо. — Это было шикарно, — довольно заявил Пак и радостно посмотрел на старшего. — Если тебе так нравится, то можем хоть каждый раз ебаться здесь. Деньги не проблема, — заявил Юнги и расплылся в улыбке. — Если делать это часто, то секс здесь потеряет свою ценность и впечатление, — в свою очередь возразил Чимин и перевёл свой взгляд на старшего. — Я просто хочу тебе сказать, что могу воплотить многие твои желание, если это будет возможно, — заявил Юнн, и, посмотрев на младшего в ответ, он встретился с ним взглядом. — Почему ты всё это делаешь для меня? Мне не совсем понятно. Или ты хочешь меня полностью привязать к себе, а потом бросить? — недоверчиво заявил Чимин, тем самым рассказав о своём переживании. — Знаешь, мне немного обидно, что ты так плохо обо мне думаешь. Неужели так сложно признать мои чувства? — в ответ спросил Юнн и привстав навис над блондином. — Нет, я принимаю то, что ты меня любишь. Но ты настолько хорош, что я не могу понять, чем я это все заслужил? Мне кажется, что я не смогу тебе дать взамен столько, сколько ты даёшь мне, — неуверенно протянул Пак и поднял свой взгляд вверх на старшего. — Я не уверен, что ты сейчас полностью готов это узнать, но раз речь зашла об этом, то мне стоит всё же поведать тебе больше о моей жизни, — в ответ промолвил Юнги и сел рядом с парнем, после чего опёрся спиной на быльце кровати. — Как ты помнишь, я долгое время встречался с девушкой, но она мне изменила. Это произошло именно тогда, когда и так всё было херово. Мои родаки узнали, что я бисексуал и они мне выносили мозги тем, что я неправильный, говорили, что бог накажет меня за эти грехи и подобное. Ещё было много проблем на работе и мы с той девушкой стали часто ссориться. Всё это капало на мозги, а когда я узнал про её измену, то руки совсем опустились. Я стал думать, что проблема во мне, ибо у меня не было удачных отношений. Тогда я чувствовал себя ужасно, я часто не спал, ибо постоянно крутились разные мысли в голове. Ну и плюс меня мучали кошмары по ночам и я не мог нормально спать. Тогда я думал, что такими темпами скорей сдохну. Я говорил, что в свои семнадцать я влюбился в парня и признался ему, а он оказался неадекватом и сказал, что не может терпеть педиков и ненавидит их. Я тогда учился в универе, и этот козёл со своей компашкой гнобили меня и пиздили. В меня кидали банки, выливали на голову краску, кидались мусором. Когда я встретил твоего бывшего, то совсем не боялся его, ибо те придурки творили такое, что мне уже ничего не страшно. Они часто подносили к моему горлу и остальным частям тела ножи, оставляя шрамы, которое быстро заживали. После этих психов я больше не боялся таких как они. Я бросил тот университет и пошёл в другой, но травмы, которые мне тогда нанесли, ну я имею ввиду моральные, остались со мной надолго и кошмары именно были в основном воспоминания с тех времён. Тогда я не умел себя защищать и был слаб как физически, так и морально. Когда я повзрослел, то стремился стать сильным, уметь себя защищать. Я решил проработать ту тему с психологом и часто ходил в спортзал, чтобы быть сильным физически, — проговорил Юнн и прервался, так как ему было трудно говорить об этом. Чимин молча слушал и не перебивал того. Когда старший замолк и замешкался, то блондин, чтобы поддержать того, привстал и тоже сел рядом, после чего взял пальцы Юнги в свои и сжал. — В общем, я был в состоянии отчаянья, так что, чтобы было легче, мне как-то кто-то предложил попробовать наркоту. Типа чтобы расслабиться. Я пробовал разные виды, а точнее: героин, кокаин, амфетамин, лсд. Сначала из-за них мне было легче, но потом они уже не всегда помогали и тогда я стал принимать антидепрессанты, которые покупал без рецепта, так как у меня был хороший знакомый, который работал в аптеке. Потом я стал с наркотиками мешать и алкоголь. И естественно у меня не раз бывали передозы. В последний мне врач, у которого я был частым пациентом, сказал, если я не прекращу, то скоро откинусь такими темпами. Мой лучший друг был в больнице, и врач ему это тоже сказал. Мне было нечего терять. Да и сильного желания жить у меня не было. Меня ничего и никто больше не интересовал. Я не верил людям и даже если влюблялся, то благодаря наркоте и алкоголю всех быстро забывал. А вскоре люди меня вообще перестали интересовать. Я тогда этого не понимал, но наркотики ещё больше усугубили моё состояние. Ну и мой лучший друг, Чон Хосок, решил, что поможет мне. В общем он запер меня в комнате, где было лишь одно окно, на котором с двух сторон висели решётки. Там была кровать, туалет, холодильник и умывальник. Также он положил везде кучу консерв. До этого он посоветовался с врачом и тогда запер меня в той комнате. У меня были жуткие ломки, но благодаря этому я слез с наркоты. И Хосок больше не дал мне к ним вернуться. Как я уже говорил, то я утратил интерес ко всему. Вещества сделали моё состояние крайне фиговым. И я стал мешать антидепрессанты с алкоголем, хотя этого делать нельзя. И тут снова вмешался мой друг, и, когда я пришёл в аптеку за новыми таблетками, он сказал, что знает обо всём, и не дал мне их. В общем, с того дня я просто стал много бухать, а потом вдобавок трахался с другими, чтобы было легче. Из-за того, что я много пил, вскоре мне стало тяжело напиться, а потом я вообще не мог пить до беспамятства. Так что я не жил, а просто существовал. В один день я решил, что если не могу напиться, то хотя бы буду пить качественный и хороший алкоголь. И тогда я стал его ценить. У меня не было причин жить, но и умирать я тоже не собирался, так что просто плыл по течению. Но в один день я встретил тебя. Как всегда решил просто потрахаться, но в то утро, когда мы вместе проснулись, у меня впервые появился интерес к кому-то. Я как раз устроился работать преподом, и сама судьба нас свела. Ты заинтересовал меня и заставил чувствовать. Находясь с тобой рядом, я наслаждался жизнью. Сначала я не осознавал своих чувств, но когда понял, то немного испугался. А потом когда я намекнул, ты стал меня игнорить. Это, знаешь ли, было очень больно. Но сейчас я снова хочу жить. Хочу видеть улыбку на твоём лице и наконец-то я снова стал чувствовать счастье. Ты подарил мне надежду, что эта жизнь не так плоха. И я перестал просто существовать на этой планете или плыть по течению. Я наконец-то нашёл того, кто вернул мне интерес ко всему. Из-за тебя я не чувствую себя настолько никчёмным. С тобой мне хорошо, — закончил свой рассказ Юнн и перевёл свой взгляд в пол. Пак молчал, после чего сел на колени к старшему, лицом к самому брюнету. Он уверенно взял личико того в свои руки и тем самым заставил посмотреть на себя…