Причина остаться

Devil town is colder in the summertime I'll lose my mind at least another thousand times Hold my hand tight, we'll make it another night* 5 октября 2004 года       Звон маленького электрического будильника на прикроватной тумбочке разрушил тишину в одной из квартирок Японии. Циферблат показывал полшестого утра, и комнату заливало золотистое сияние, по которому в Токио безошибочно узнают о наступающем рассвете.       Обитатели квартиры спали — Паккун — средних размеров басенджи в изножье постели на небольшом прикроватном ковре, Саске — зарывшись в одеяло на просторной кровати. Здесь, на последнем этаже обычной токийской многоэтажки в районе Накано, царила прекрасная нега.       Яркое солнце проникало в комнату сквозь жалюзи на большом окне. Парень старался скрыться от солнечных лучей белой подушкой, на которой так контрастно выглядели иссиня-черные волосы. Темные глаза, на которых радужка будто сливалась с черным зрачком, открылись и уставились на светлый потолок. «Верно, смена начинается в 7, нужно вставать», — вспомнил Саске и зевая, направился в душ.       Жилище Учиха Саске состояло из столовой объединенной с кухней, спальни, гостиной и небольшой ванной. Паркет из темного дерева устилал пол везде, кроме ванной, — там была положена керамическая плитка по трафарету краской на черные и белые квадраты. Светлые стены украшали разнообразные веера, раздобытые в прошлом году на фестивале в квартале Нихонбаси и полки с редкими фото и японской литературой.       Мебель что в гостиной, что и на кухне не выходила за пределы трех оттенков: белого, чёрного и теплого коричневого. В квартире не было лишних вещей, что люди любят набирать, дабы заполнить пустоту и одиночество. Гостиная состояла из удобного дивана, где любил дремать Паккун, стеклянного журнального столика с вечной стопкой книг на нем и нескольких растений, которые Саске вечно забывал поливать и каждый вечер обещал себе полить их завтра. Обязательно, он точно сделает это завтра.       Саске, врачу-интерну, закончившему последний курс Токийского Медицинского университета, проходящему практику в главном отделении городской больнице префектуры Нокано, снова пришлось задержаться дольше обычной смены. Из-за аварии прямо в центре Токио поступило много пострадавших, которым незамедлительно началась оказываться медицинская помощь.       С отточенной, часами работы, сноровкой он, тратя на обследование каждого пациента не более пары минут, прикреплял бирку, цвет которой говорил о степени серьезности положения, назначал первые анализы и направлял санитаров с носилками в нужную палату. После парень направлялся в операционную, где ассистировал профессору Орочимару на долгой операции, после которой его заставили отправиться домой, аргументируя тем, что, когда усталость берет верх над бдительностью, здоровье пациентов может оказаться в опасности.       Лишь к полуночи он стоял на пороге своей квартиры, движимый одним желанием — лечь в кровать и проспать не менее пятнадцати часов. С пустой головой и налитыми свинцом ногами, он направился в спальню, где устало опустился и не раздеваясь уснул. Последней мыслью было: «Вот черт, снова не полил цветы».       Раздражающая трель будильника оповещала о том, что время полшестого утра и если сейчас же Саске не встанет, то опоздает на практику. Перспектива получать выговор и плохое впечатление отнюдь не радовала, поэтому с тяжелой головой и мыслью бросить все и устроиться в лапшичную напротив, парень встал и направился в душ. Нужно было заварить кофе, переодеться и прогулять Паккуна, о котором, придя в полночь, он конечно же забыл. Наверное, стоит передать его Итачи, все-таки из Саске никудышный хозяин, не только для растений.              Двери больницы открылись, запуская спешившего парня. Несмотря на скорый выход, из-за ранних городских пробок, Саске опоздал на несколько минут. Всего несколько минут, но для врача это важно, несколько минут могут стоить жизни.       Подойти к стойке, расписаться о посещении, зайти к профессору, сходить за формой, первый осмотр, сбор анализов, обед, второй осмотр. Ежедневный ритуал молодого интерна, который Саске не собирался нарушать. — Доброе утро, Сакура. Запиши меня. — наклонился к стойке регистрации парень. — Доброе утро, Саске. Опаздываешь, не похоже на тебя. Вчерашняя смена была тяжёлой? — улыбнулась ему девушка, поправляя выпавший из причёски розовый локон. Сакура, не изменяя себе, выглядела превосходно: розовые волосы придавали нежности и очарования, легкий макияж подчеркивал изящные черты лица, а мелкие детали в виде цветных колец, притягивали внимание к тонким аккуратным пальцам. Прекрасна, как японская вишня. Да, данное имя определенно подходило девушке. — Просто отвратительно. — протянул брюнет. — Что на меня сегодня? — Много, узнай лучше у Орочимару. Сейчас можешь за анализами в терапевтическое сходить и на осмотры на 4 этаже. — Отлично, ну до скорого. — Удачи, я не буду говорить про опоздание. — Спасибо, что выручаешь меня. — виновато улыбнулся парень и направился к лестнице. Он знал об отношении девушки к себе, но ничем не мог ответить. Сакура была прекрасной подругой и очаровательной девушкой, но как бы печально не было — он видел её лишь другом. Поэтому Саске избегал использовал стратегическое отступление.       Терапевтическое отделение встретило юношу шумом пациентов, бегающими из одного кабинета в другой медсестрами и такими же уставшими интернами, которые сомневались в своем выборе дела всей жизни. Они собирали анализы, относили их в лабораторию, консультировали пациентов и проводили первые утренние осмотры. Саске, стараясь не задеть занятых работников и неудачливых пациентов, направлялся в ординаторскую к Орочимару. Дверь в конце коридора отворилась, выпуская высокого пепельноволосого юношу. — Доброе утро, Саске. Хотя по твоему помятому виду для тебя оно таковым не является. — усмехнулся парень и поправив очки, пропустил его в кабинет

***

      Якуши Кабуто учился вместе с Учиха до 3 курса до тех пор, пока неожиданно не перевелся с лечебного факультета на педиатрию, задержавшись там еще на несколько месяцев. Саске был приятно удивлен встречи с бывшим одногруппником и перспективы общей работы с ним. Учиха не мог бы назвать его близким другом, но приятелем, с которым можно провести вечер за бутылкой саке после десятичасовой смены, он определенно являлся. Именно поэтому в последнее время они часто встречались где-нибудь, рассказывая о потерянных годах общения и что произошло в тот период. Так Кабуто узнал от Саске о его блестящем окончании университета, о печальной кончине Микото и Фугаку Учиха, об открытии Саске в себе бисексуальности и о том, какой же парень никудышный хозяин.       Как ни странно, но именно новость об ориентации младшего Учиха удивила его меньше всего. — Да ты уже тогда пускал слюни на препода по анатомии, тот блондин был красавчиком. — прокомментировал Кабуто на одном из таких вечеров. — Такого не было! — яростно начал возражать Саске. Разница в возрасте всегда была для него больной темой в отношениях, поэтому вся симпатия по отношению к преподавателю осталась на уровне немого восхищения издалека. Всю свою студенческую жизнь он считал, что этого никто никогда не замечал. — Да весь курс видел какие взгляды ты на него кидал и ставил ставки — признаешься ли ты. А еще это был единственный преподаватель на которого ты не смотрел своим фирменным «холодным взглядом Учиха Саске». — Хн. — послал Саске уничтожающий взгляд, сидящему напротив парню. Возможно тот и был в чем-то прав, но черта с два Учиха в этом признается. — О да, именно этот взгляд. Сейчас кстати можешь не стараться — у меня иммунитет. — усмехнулся Кабуто.       Саске сделал еще глоток саке, постепенно чувствуя блаженную негу во всем теле и лёгкое головокружение. Возможно этот стакан был лишним и утром он вряд ли почувствует что-то кроме тошноты и головной боли. — Саске, а как у тебя дела в личной жизни? Неужели все тихо? А ведь обычно, когда люди определяются со своей ориентацией, то им сразу становится легче и они довольно быстро потом находят себе пару. — Ты это вообще к чему? — с нескрываемым раздражением ответил Саске. — Ну ты в студенческие годы никем открыто не интересовался после той дрянной девчонки. — Личная жизнь, на то и личная, чтобы в нее никто не лез. — Ну не будь ты таким противным, я же только поинтересовался. — Твоя беспардонность меня иногда поражает, ты совершенно не имеешь представления об этике и о человеческих приличиях. — Ну уж какой есть. — устало разведя руки в стороны, попытался отшутиться Кабуто от прочитанной, Саске морали. — Но на самом деле я это говорю только в благих намереньях. У моей знакомой есть родственник. Прям хороший малый, твой ровесник, да еще полностью твой типаж: милый блондинчик с голубыми глазами. — Не интересует, — максимально резко отрезал парень, — да и тем более, у тебя точно нет права судить о моих типажах.       Это было абсолютной правдой, блондины его привлекали, но нельзя было сказать, что это был пункт, по которому Саске сразу мог выбрать кого-то. Просто такая внешность чаще всего приковывала его внимание, но никогда не доводила до того состояния, которое принято называть «любовь с первого взгляда».       Кабуто хитро прищурился, но на этот раз отстал.

***

      Забрав нужные бумаги, Саске вышел из ординаторской и снова столкнулся с Якуши. — Саске, куда направляешься? — Поручение Орочимару, ничего особенного, не смей навязываться. — категорично отрезал парень. — Теперь я понимаю. — многозначительно протянул Кабуто, все же увязавшись за Саске и преследующий его по коридору. — И что же ты понимаешь? — Причину, по которой ты еще один. — Не замечал у тебя наличие органа, отвечающего за понимание. — съязвил Саске. — Я еще тогда тебе сказал, что меня это не интересует. — Да? — наигранно удивляется Кабуто, полностью игнорируя все убийственные взгляды его собеседника. — Мне казалось, что ты обещал подумать. — Память тебя явно подводит. — Ну, я еще подскачу к тебе на обеденном перерыве, бывай. — Да я же тебе человеческим… — не успел закончить молодой интерн, а его собеседника уже не было, словно тот растворился в воздухе. «Если он опять подойдет с этой темой ко мне во время перерыва, то вилку из его ноги будет доставать травматолог». — мысленно пообещал себе Саске.       Но в обед Якуши был еще более назойливым и вдвойне невменяемым: Саске при общении с ним терял последние капли самообладания. От вилки тот увернулся, и также убежал, закончив диалог той же фразой. Кроме себя Саске никогда бы никому не признался, что сейчас больше всех его выбешивает бывший однокурсник, который сделал целью своей жизни устройство чужого личного счастья. За четыре дня тот довел парня до точки кипения и сдавшись, Саске согласился, лишь бы от него отстали. Сама идея свидания была для него дикой, поэтому для себя он обозначил это как «вынужденную встречу»

***

10 октября 2004       Смена заканчивалась в 18:00, но Саске снова задерживался, ассистируя профессору Орочимару на очередной плановой операции. У пациента была хроническая форма холецистита, поэтому профессор проводил лапаротомическую холецистэктомию через разрез в области правого подреберья. Операция не была слишком сложной и опасной, но Саске все равно оказывал помощь, дабы не произошло желчеистечение или повреждение желчных протоков. Спустя два часа, уставший и голодный Учиха вышел из операционной и направился к выходу из отделения интенсивной терапии. По дороге, оставшиеся на ночную смену врачи поздравляли с удачной операцией и получением такого важного, для будущего врача опыта. Саске конечно принимал их комментарии, но по сути ему было плевать. Его единственным желанием было наесться чего-нибудь сытного и не просыпаться как минимум до следующего месяца. Лишь по этой причине молодой интерн все еще не отказался от предложения Кабуто о свидании встрече, на которую он кстати опаздывал, что было не в манере Учиха.       Уставший парень сел в автомобиль и выехал с парковки, направляясь в кафе, где была назначена встреча. Он опаздывал уже не менее чем на 10 минут, поэтому решил превысить скорость, совсем немного, конечно, Саске порядочный гражданин Японии, но один раз можно. Ничего не случится же. Sunny, yesterday my life was filled with rain.       По радио играло «Sunny»* 66-го года и подпевая, Саске набрал номер Якуши, пусть тот предупредит парня, что он опоздает. Неприятно признавать, но Саске чувствовал себя девушкой, что опаздывает на первое свидание встречу. Он понимал, что возможно это глупо, но ничего не мог с собой поделать. Sunny, you smiled at me and really eased the pain.       Усталое тело вело машину и одновременно пыталось дозвониться до Кабуто, но тот не спешил поднимать телефон, дабы ответить на звонок. — Впутал меня в это и бросил! Ты та ещё скотина, Якуши. — ворчал себе под нос Саске, начиная прибавлять скорости. Он ехал уже 95 км/ч, превышая норму уже как минимум на 25 км/ч.       Лишь спустя некоторое время Якуши сам перезвонил. Как назло, именно в этот момент телефон Саске выпал и не сбавляя скорости, парень опустился за ним. Выругавшись, он начал подниматься вместе с мобильным, отвечая на долгожданный звонок. — Почему ты, черт возьми, не берешь трубку? — стал возмущаться парень и выслушивать оправдания Кабуто. Вспомнив, что он все еще за рулем, Саске быстро поднял глаза на дорогу, но было поздно. Наверное все люди запоминают момент своей смерти очень ярко, ведь такое событие происходит с тобой только один раз в жизни. Но запомнится тут было почти нечему. Только свет, ослепительно яркий, что приближается с каждой секундой, а еще больше сильная и непереносимая боль, которая длилась ровно мгновение. I still get a little scared of something new But i feel a little safer when I'm with you Falling doesn't feel so bad when I know you've fallen this way too*