Под омелой.

Март 1990. Опустившись на стул и жестом заставив Айрин сделать то же самое, Северус начал говорить, не глядя на девушку. Он рассказал, как, будучи еще студентом в Хогвартсе, увлекся Темными Искусствами. Как попал в компанию молодых слизеринцев, чьи идеи пришлись ему по душе. Как стал слугой Волдеморта. Как перешел на сторону Дамблдора. Лишь одного он так и не смог рассказать – кто был причиной всех его поступков. Айрин слушала его горькую исповедь, едва дыша. Она боялась невольным словом разрушить то едва родившееся между ними доверие. Многое в его рассказе было не совсем понятным, многое он недоговаривал. Но и того, что она услышала, с лихвой хватило, чтобы вызвать молчаливые слезы. Одного она так и не услышала – что случилось с той женщиной, которую он любил. Кем она была, как погибла? Айрин понимала, что если продолжит свои расспросы, Северус опять замкнется в себе и больше никогда не позволит ей заглянуть в свою душу. Поэтому, когда он замолчал и сидел, опустив голову, она тихонько подошла к нему и осторожно положила свои руки ему на плечи. Он вздрогнул. И с молчаливой благодарностью крепко обнял ее, прижавшись горячим лбом к ее животу. Девушка, глотая слезы, нежно гладила его темноволосую голову. Северус притянул ее к себе, заставив присесть к нему на колени. Губами он касался уголков ее глаз, ловя слезинки. Постепенно девушка успокоилась. Чуть отстранившись, она внимательно посмотрела в глаза Снейпа. - Профессор... - Северус, - он чуть коснулся ее губ. - Северус, я хочу, чтобы ты понял меня. Я люблю тебя, кем бы ты ни был. Он хотел что-то сказать, но она накрыла его губы ладонью. - Дослушай, пожалуйста. Я ничего не прошу у тебя взамен. На сегодня мы достаточно друг другу сказали. Сейчас я уйду, - грустная улыбка, - но если ты захочешь, я буду с тобой. Они оба встали. Айрин погладила его по щеке. Он поймал ее руку и нежно поцеловал. - Спокойной ночи, мисс Слай. - Спокойной ночи, профессор. Айрин направилась в башню Когтеврана. Сегодняшний день принес слишком многое в ее жизнь. Ей нужно отдохнуть. Почти не помня себя от усталости, девушка повалилась на кровать и тут же заснула. Северус лежал в своей кровати, глядя куда-то в темноту. При воспоминании о сегодняшнем вечере сердце его начинало неистово биться. Сомнения нахлынули на него с новой силой. Зачем, ну зачем он открылся ей? Никогда он еще не чувствовал себя таким уязвимым. Втайне он надеялся, что при виде его отвратительного клейма она сбежит, и ему больше не придется искать решение. Но Айрин опять удивила его. Отбросив его злобные нападки, она мягко, но настойчиво заставила его раскрыться. Каждый раз ее нежная сила ломала его ледяные доспехи, обнажая кровоточащее сердце. Зачем он ей? С его черной душой и мертвыми чувствами. Она говорила, что любит его, что ей ничего от него не нужно. А он... Нет, не может он подарить ей ответное чувство. Его единственной любовью навсегда останется Лили Эванс. Мастер Зелий горько усмехнулся. Что ж, пусть он не сможет подарить ей любовь. Со временем она должна понять, что он не для нее. Однажды она уйдет. А пока он будет ей отдавать то, на что хватает его искалеченной души. Он будет нежен по мере сил, он постарается не заставлять ее плакать. Пусть эта временная весна пока поживет в его душе. Принятое решение отозвалось странной, щемящей болью в сердце. Апрель 1990. В субботу Айрин шла по дороге в Хогсмид, наслаждаясь весенними лучами солнца, ласково согревавшими ее. С мартовских событий пролетело почти три недели. Три недели счастья. По взаимному договору они с Северусом вели себя очень сдержанно, встречаясь в Большом зале или на уроках. Никто не смог бы заподозрить, что этих двоих связывают какие-то отношения, кроме рабочих. Тренировки проходили в заданном ритме. Но когда они заканчивались, их губы сливались то в нежных, то в пылких и неистовых поцелуях. Иногда, когда ей «удавалось» напортачить на уроках Зельеварения, он оставлял ее на отработки. То были вечера бесед, их личная «1000 и одна ночь». Она рассказывала ему о своем детстве, о походах с бабушкой и мамой за травами, о маленькой деревушке на берегу моря, под Плимутом. Ей нравилось, как он внимательно, без тени скуки, слушает ее. Иногда, его короткие и саркастичные замечания задевали ее, но Айрин довольно быстро научилась быть колкой в ответ. От взаимных пикировок они оба получали удовольствие, хотя вряд ли признались бы в этом даже друг другу. Остановившись у паба «Три метлы», Айрин ненадолго задумалась: зайти сейчас или сначала посетить книжную лавку? Решив, что, закончив дела, будет куда приятнее посидеть в пабе, девушка пошла к торговцу книгами. В лавке не было ни одного посетителя, а хозяин дремал за прилавком. Айрин прошла к полкам с книгами, пока еще решая, что бы ей хотелось приобрести. Вдруг ее взгляд натолкнулся на интересное название «Теория создания заклинаний». Девушка взяла книгу и открыла. В аннотации было сказано, что данная книга описывает механизм создания новых заклинаний и усовершенствования уже существующих. Девушку разобрало любопытство. Несмотря на довольно высокую цену, девушка, не колеблясь, выложила требуемую сумму. Уже сидя в «Трех метлах», Айрин погрузилась в чтение. Ее захватила возможность изобрести что-то свое. По мере прочтения девушка проникалась осознанием невероятной сложности в деле создания заклятий. Но это лишь прибавило ей решимости. - А я смотрю, кому-то захотелось потешить свое самолюбие, - вместо приветствия съехидничал внутренний собеседник. - Или хочешь пустить пыль в глаза профессору? - А я уж понадеялась провести выходные в покое, - девушка улыбнулась мысленно. - Если тебя оставить без присмотра, - привычное ворчание, - то, боюсь, что последствия будут просто кошмарными. Зачем тебе эта книга? Решила стать великим магом? Или ищешь аналог Амортенции? - А это-то при чем? – Айрин была удивлена. - Мне не нужна Амортенция, у меня все отлично. - Отлично? – голос притворно изумился. - И это ты называешь отлично?? - Я не понимаю, что тебя не устраивает? – девушка начала раздражаться. - У нас все хорошо, мы проводим время вместе. - Именно, - возмущенно, - именно, что проводите время – не более того. Он хоть раз сказал тебе, что любит? Нет! - Ну, не все так просто, - Айрин пыталась спорить. - Я же чувствую, что близка ему. Пусть он и не говорит об этом вслух. - А что, так трудно сказать тебе о том, что он чувствует? – голос был неумолим. - Брось, всему свое время. Я верю, что когда-нибудь он найдет в себе силы признать свою любовь ко мне. - Я могу лишь только уповать, что будет так, как ты думаешь. Оставалась пара дней до начала пасхальных каникул, и Айрин искала малейший повод, чтобы побыть наедине с любимым. Их короткие, кипящие от эмоций встречи, были каплей в море ненасытной жажды быть друг с другом, ощущать присутствие близкого человека. Но время неумолимо. И вот Айрин уже в родном доме. Здесь она окунулась в домашние дела с головой. Ибо ничто не прогоняет навязчивые мысли и тоску, как привычные занятия вдвоем с мамой. Они ходили в гости к соседям, которых Айрин знала с детства. Все эти люди были рады им обеим и даже не подозревали, что девушка, которую они помнили еще крохой, способна творить чудеса, так ярко описанные в их сказках и легендах. За три дня до отъезда Айрин выпросила у мамы ключи от их летнего домика, который находился на морском побережье. Девушка не могла пропустить свое свидание с морем. Поздно вечером она открыла дверь коттеджа и вдохнула такой знакомый запах соснового тёса, которым был «обшит» дом изнутри. Немного побродив по дому и насладившись такой умиротворяющей обстановкой, девушка пошла в свою спальню. Она разделась и прилегла на кровать. Постепенно засыпая, она с улыбкой глядела на мерцающие звездочки, нашитые на занавески на окне. Лучи только что взошедшего солнца коснулись ее ресниц. Айрин в истоме сладко потянулась. Легко вскочив с кровати, девушка, быстро умывшись и одевшись, выбежала из дома. Море! Ее верный друг, который всегда встречал ее ласковым шепотом волн. Девушка пошла по пляжу, иногда останавливаясь, чтобы коснуться рукой набегающей волны. Солнце светило ей в лицо, и яркие блики на волнах заставляли ее идти, прикрыв глаза ладонью. Вдруг вдали она увидела темную фигуру, движущуюся ей навстречу. Как будто она видела сон наяву: утро, игривые волны у ее ног, и кто-то, чьего лица не разглядеть из-за солнечных зайчиков в глазах. Айрин с замиранием сердца остановилась. Фигура, едва различимая в лучах, неторопливо приближалась. Солнечный свет стал настолько ярким, что ей пришлось потереть глаза, на которые набежали слезы. Когда она вновь обрела способность видеть, перед ней стоял Северус Снейп. Айрин невольно вскрикнула от удивления и радости. Спустя мгновение, она уже была в его руках. Они стояли на самой кромке морского прибоя, - двое, обретшие друг друга. Она, как слепая, гладила его лицо, наслаждаясь каждой его черточкой под своими пальцами. И что-то подтолкнуло ее к внезапному решению. Не говоря ни слова, она взяла Северуса за руку и повела в свой дом. Они вошли в коттедж и начали лихорадочно целоваться. Как два путника в иссушающей жажде, они жадно ловили губы друг друга. Вдруг Айрин текучим движением высвободилась из его рук. - Подожди, - она сделала успокаивающий жест рукой, - я хочу тебе сказать кое-что. Но не здесь. Иди за мной. Они прошли в ее спальню. Айрин отвернулась к окну и заговорила. - Я хочу, чтобы ты понял меня, - голос ее заметно дрожал. - Я... Черт, я боюсь это высказать... Мне нужно… Его руки обняли ее за плечи. Тихо, стараясь не спугнуть девушку, Мастер Зелий произнес: - Мне тоже нужно… Мне нужна ты. Айрин, не веря своим ушам, обернулась к Снейпу. Боясь вздохнуть, она смотрела на него. В его глазах читалось неприкрытое желание, страстная жажда обладать ей. Он медленно провел рукой по ее щеке и запустил в волосы. Девушка затрепетала от его прикосновения. Оно было таким чувственным в обещании предстоящего. Его рука легла на ее затылок, и он мягко потянул ее за волосы, заставляя запрокинуть голову. Губами чуть коснулся ее губ, как бы спрашивая разрешения. Айрин потянулась к его рту. С удивительной деликатностью он целовал ее, ощущая, как ее губы отвечают ему. Их языки затеяли опасную и дразнящую игру. Все ощущения приобрели пьянящую остроту, когда одно легкое касание способно породить неистовую бурю. Девушка с трудом отстранилась от пленяющих ее губ. - Я хочу… я хочу, чтобы ты был со мной… сейчас... Северус ощутил, как в нем разливается безумная нежность. Она хотела принадлежать ему. Он взял ее за руку и осторожно усадил рядом с собой на кровати. Склонившись к ней, он прошептал: - Я хочу этого больше, чем могу себе представить. Она робко коснулась воротника его мантии. Он накрыл ее руку и ласково прижал к своей щеке. Затем, не отрывая взгляда от ее глаз, он медленно начал расстегивать пуговицы ее блузки. Айрин, слегка смущаясь, смотрела на уверенные и осторожные движения его пальцев. Ее плечи чуть вздрогнули от прохлады, когда Северус стянул с нее блузу. Плавными и неуловимо быстрыми движениями он освободился от мантии и рубашки под ней. Девушка протянула руку и прикоснулась к его обнаженному телу. И чуть не застонала от нахлынувшего на нее возбуждения. И новый поцелуй лишь участил их дыхание. Он мягко заставил ее откинуться на спину. Несколько мгновений он наслаждался ее беззащитной открытостью. Его руки нежно и уверенно легли на ее обнаженную грудь. Северус ощутил, как желание с новой силой туманит его. Айрин уже не в силах была сдерживать стоны, отзываясь на его будоражащие касания. И, чтобы хоть как-то «отомстить» ему, она стала ласкать его торс кончиками пальцев. Тут – легкое прикосновение... Там – нежное поглаживание... Слегка царапнув его по животу, девушка ощутила, как он содрогнулся. Какой-то низкий звук коснулся ее слуха. Это стон, который издал мужчина, который с трудом мог сдерживать себя. И эта рвущаяся наружу страсть – была делом ее рук. Их губы вновь слились в поцелуе. Девушка обвила руками шею Северуса, прижимая его к себе. Его рука ласкала ее плечи, грудь, спускаясь к теплому животу. Наткнувшись на застежку джинсов, Северус чуть отстранился от девушки и начал снимать с нее остатки одежды. Руки скользнули по ее гладким бедрам. Нетерпеливо он и сам освободился от своей одежды и прилег рядом с Айрин, жадно рассматривая ее тело. Кончиками пальцев он ласкал ее грудь, наслаждаясь нежной кожей. С губ девушки срывались легкие стоны. В Айрин пробудилась жажда исследования. Она слегка оттолкнула руками Северуса. Склонившись над лежащим на спине мужчиной, она легонько коснулась губами его рта и начала покрывать поцелуями его шею. Ниже, еще ниже... Потершись носом о его живот, девушка вновь услышала его низкий стон. Ее возбуждало его хриплое прерывистое дыхание, его руки, гладящие ее спину. Девушка, отклонившись, посмотрела в глаза мужчины. Северус ответил ей таким горящим от желания взглядом, что она вздрогнула от нахлынувшего волнения. Жестом заставив ее лечь, он осторожно накрыл ее своим телом. Когда он вошел в нее, Айрин застонала от безумных ощущений. Руки судорожно вцепились в его плечи, притягивая его к ней. Их тела двигались в медленном ритме до тех пор, пока не стали изнемогать от мучительного желания дать друг другу больше. Движения стали глубокими и неистовыми. Женские вскрики наслаждения смешались с хриплым, почти звериным рычанием. Пелена страсти и утоленного желания накрыла мужчину и женщину. Потом они лежали, нежно обнявшись и обмениваясь легкими поцелуями. Постепенно ими овладела дрема. Во сне Северус крепко прижимал к себе спящую девушку. Когда они проснулись, солнце уже склонялось к горизонту. Наскоро перекусив, они вышли на пляж и присели на остывающий песок. Айрин положила голову на плечо Снейпа и молча любовалась бликами заходящего солнца в воде. Северус сидел и думал о том, что такой умиротворенности и блаженного покоя его душа не знала никогда. Мысли были легкими, обо всем сразу и ни о чем. И этим он обязан сидящему рядом с ним чудесному созданию. Глубоко вздохнув, он приобнял девушку за плечи. Когда на побережье опустилась ночь, Айрин с Мастером Зелий вернулись в дом. И вновь вспыхнувшее желание толкнуло их в объятия друг друга. Ночь была соткана для них из нежного шепота, дерзких ласк и непередаваемого ощущения единения. Лишь под утро они заснули утомленные… Северус проснулся и задумчиво смотрел на лицо спящей девушки. Вчерашний день и ночь стояли перед его мысленным взором. Нет, он был почти счастлив тем, что произошло, но все же сомневался в том, что теперь ему делать. Для нее это был акт любви, а вот для него… Он забыл о данном себе обещании и взял, не раздумывая то, что ему предложили. И теперь он почти жалел о том, что поддался внезапному желанию увидеть ее. Что ж, он всего лишь временный попутчик по дороге ее жизни. Айрин мягко вздохнула и открыла глаза. Увидев Северуса, смотрящего на нее, она потянулась к нему и поцеловала. - С добрым утром! - С добрым, - ответил он негромко. Одевшись и позавтракав, Айрин и Снейп совершили небольшую прогулку по пляжу. Вернувшись в дом, они присели в маленькой гостиной на диван. Каждый понимал, что им нужно как-то поговорить о вчерашнем дне. - Прости меня, - начал было Северус. - Нет, - перебила его девушка, - тебе не стоит извиняться. Ты же видишь, нас обоих тянет друг к другу. И вчера ты подарил мне самый прекрасный день в моей жизни. Я люблю тебя. Снейп склонился к ней и стал целовать ее губы, как бы стирая только что произнесенные девушкой слова. Спустя несколько минут он встал. - Я должен идти. У меня еще есть дела в Лондоне, - произнес профессор. - Я понимаю, - девушка заметно огорчилась. - Значит, до встречи в Хогвартсе? - Да, увидимся там. Мужчина не заметил, как дрогнуло лицо Айрин от его сухих слов. Быстро поцеловав девушку, Северус вышел из дома. Айрин смотрела на закрывшуюся дверь, ощущая, как в сердце засела заноза обиды. Девушка медленно подошла к дивану и присела. Ей с трудом верилось в то, что сейчас произошло. Пара сухих фраз – и он ушел. Куда делась его нежность? - А ты на прикроватном столике посмотри, - голос был ехиден и строг, - может, там осталась, вместе с деньгами. - О чем это ты? Какие еще деньги? - А те самые, которые мужчины оставляют женщинам за ночь любви. - Да перестань, - девушка разозлилась. - Вот, - голос был доволен, - так-то лучше. По крайней мере, ты разозлилась, а не стала реветь. Пойми, девочка моя, тобой попользовались и оставили до лучших времен. Девушка вскочила, и начала нервно расхаживать по комнате. - Ты считаешь, что он меня использовал? - А почему нет? – язвительно усмехнулся. - Особенно, если влюбленная дурочка сама вешается ему на шею. - Я не вешалась!!! – Айрин возмущалась. - Я всего лишь... - Ты всего лишь предложила ему себя, - перебил ее «визави». - Он и взял «предложенное». Айрин признавала правоту своего «альтер эго», но так больно, когда пелена иллюзий спадает с глаз. Не удержавшись, девушка тихо расплакалась. - Ну-ну, перестань разводить сырость, - ворчливо. - Это жизнь, и не стоит по этому поводу лить слезы. Первый раз что ли мужчина показывает тебе свою гнусную сущность? Девушка решительно вытерла слезы. - Ты прав, - в голосе Айрин послышался металл. - Не в первый раз мужчины задевают мои чувства. Но я не стану больше рыдать из-за них. Быстро собрав вещи, девушка поехала домой. Апрель-Май 1990. Вернувшись в Хогвартс, Айрин Слай с удвоенной энергией принялась за учебу. Почти все свободное время она пропадала в библиотеке. В девушке появилась какая-то холодноватая сдержанность. И улыбка стала реже появляться на ее губах. Утро вторника девушка встретила с едва уловимым ощущением напряженности: сегодня ее тренировка с профессором Снейпом. - Не забывай, - твердил ее внутренний голос, - ты не имеешь права поддаваться чувствам. - Я помню, - Айрин была сосредоточена, - я полностью контролирую себя. Ему не удастся вывести меня из равновесия. - Да-да, - глумливо, - до первого его взгляда. А потом тебя опять окутает какой-нибудь туман, и ты снова будешь вести себя как сентиментальная дурочка. - Обещаю тебе – этого не случится. У меня хороший учитель по самообладанию, - девушка горько улыбнулась. Сидя за завтраком в Большом зале, Северус Снейп посматривал в сторону стола Когтеврана, за которым сидела Айрин. Девушка даже не взглянула в его сторону. Это настораживало. Если в понедельник на своем уроке он приписал ее отстраненность желанию не выдавать их отношения, то сейчас он уже не был в этом так уверен. Вечером на тренировке он выяснит все. Вечером Айрин вошла в класс для тренировок. Снейп встретил ее маской спокойствия. Они молча кивнули друг другу вместо приветствия. Девушка привычно направилась к манекену и начала отрабатывать заклинание, ощущая на себе внимательный взгляд Мастера Зелий. Внешне девушка сохраняла безмятежный вид, но внутри она дрожала от едва подавляемого волнения. - Прекрати трястись как заяц, - «ласково» напутствовал голос. - Не смей показывать ему, что он хоть как-то задел тебя. - Я стараюсь, - сквозь зубы ответила. - Я должна это выдержать. - Выдержишь, если не позволишь себе поддаться своим чувствам. Когда тренировка закончилась, Айрин молча направилась к двери. Снейп быстро догнал ее. - Айрин, постой. Что происходит? – голос профессора утратил привычную невозмутимость. - Ничего не происходит, профессор, - девушка отвечала ровным, почти лишенным выражения голосом. - Тренировка окончена, и я иду спать. Северусу такой ответ совсем не понравился. Он загородил девушке путь и, нахмурившись, принялся пристально изучать ее лицо. Девушка ответила ему недоуменно-безразличным выражением. - Я требую объяснений, - настойчиво произнес Снейп. - Почему ты себя ведешь так, как будто ничего не произошло? - А вы считаете, что что-то произошло? – Айрин была внешне холодна. - Как вы однажды сказали мне: минутная слабость. Возвращаю вам ваши слова. Сказав это, девушка проскользнула в дверь, оставив Северуса одного. Профессор Зельеварения стоял у открытой двери, застыв от сковавшего его потрясения. Она сказала – минутная слабость? Чертова девчонка! Северус признался себе, что он ничего, ну совсем ничего не понимает в женщинах вообще, а в этой – в особенности. Сначала тот поцелуй под омелой, затем ее признание в любви, - и тут она его холодно оттолкнула. Он почувствовал саднящую боль в сердце. Боль? Снейп холодно усмехнулся – опять боль, и опять ее причинила женщина. Позволив себе открыть ей душу, он опять пропустил безжалостный удар. Что ж, он знает, как с этим справиться. Айрин сидела на кровати в своей спальне, крепко сцепив руки. От только что пережитого напряжения девушку буквально трясло. - Успокойся, - твердо вещал голос, - ты все сделала верно. - Я в этом совсем не уверена, - девушка судорожно вздохнула. - Может, нужно было с ним поговорить? Объяснить ему, что он меня обидел своим холодным отношением тогда? - Угу, - иронично, - так иди, пока не поздно, извинись перед профессором. Скажи, что съела что-то не то, кинься ему на шею – и навсегда останешься в его глазах взбалмошной влюбленной идиоткой! - Не злись, - девушка поникла. - Просто мне отчего-то так тяжело на сердце. - Пусть у него лучше будет тяжело, - сварливо. - Я надеюсь, что он поймет – так с женщиной поступать нельзя. А пока пусть помучается. - Если бы он хоть попытался извиниться передо мной, - Айрин становилась все грустнее. - Запомни, девочка моя, – прощение не должно даваться легко. С такими мыслями Айрин легла спать. Далеко за полночь в кабинете Северус сидел за своим столом, глядя на знакомую колдографию. Он смотрел на лицо Лили, но не видел его. Вместо этого, перед его мысленным взором были серые глаза Айрин: то нежные, задумчивые, то холодные, как море зимой. Почему она так резко изменилась? Неужели из-за того, как он с ней тогда попрощался? Снейп сердито пожал плечами. Она, видимо, ожидала от него признаний в любви, а когда не дождалась, то решила так отомстить. Ему нужно просто выкинуть из головы эту девчонку и все, что связано с ней. Последующие дни Айрин и Снейп, казалось, вообще не замечали друг друга. Даже на тренировках они обходились парой формальных фраз. В пятницу они нечаянно столкнулись в дверях библиотеки и, бросив друг другу короткое «Простите», разошлись. Но это случайное столкновение взволновало их обоих. Айрин сидела за книгой, прижав ладони к горящим щекам. Опять его прикосновение заставило ее трепетать. Все ее благие намерения были позабыты, стоило ей лишь вдохнуть знакомый запах, его запах. Ее тело жаждало этого мужчину, наплевав на все доводы разума. Северус быстро шел по коридору в подземелья. Проклятье! Куда подевался его хваленый контроль? Стоило ему столкнуться с ней, как его тело буквально скрутило от подступившего желания. С трудом ему удалось взять себя в руки и вернуться в свое привычное состояние холодного безразличия. Субботним днем Айрин сидела на берегу Черного озера и листала учебник по Нумерологии. Ее уединение нарушили чьи-то шаги. Девушка подняла голову – перед ней стоял Ведж Дарси. - Привет, Айрин, - парень немного нервничал, - разрешишь составить тебе компанию? - О, Ведж, привет. Конечно, присаживайся. Отвлечешь меня от этих цифр, - девушка указала на учебник. - У меня от них уже голова кругом. Парень опустился на траву рядом с Айрин. - Как каникулы провела? - Нормально, спасибо. А ты? - Тоже хорошо. Мы с друзьями провели пару дней в лесу – было здорово. - Ты о чем-то хотел со мной поговорить? – спросила девушка. Ведж покраснел: - Да, - проговорил он, - Я... Ну ты... Ты мне нравишься! И я хотел тебе об этом сказать. Айрин удивилась такому ходу разговора. - А ведь тебя предупреждали, дорогая, - язвительный голос не упускал возможности побрюзжать. - Ну что, дообщалась по-дружески? - Да уж, - смутилась Айрин, - проморгала. - И что ты ему ответишь? Видишь, парень волнуется. - А что я могу ответить-то? Он для меня лишь друг. - Вот так и скажи, только будь помягче что ли. Девушка вздохнула и стала объяснять Веджу, что она тоже ему симпатизирует, но он для нее может быть только другом. Парень вспыхнул. - Это из-за того, что я младше тебя! - Ведж, - девушка взяла его за руку. - Пойми, дело не в возрасте. Ты отличный парень, но я люблю другого. Прости, но это так. Мне нечего тебе предложить, кроме моей дружбы. Дарси недаром был лучшим среди студентов Когтеврана. Он понял, что сейчас ему придется довольствоваться тем, что ему предложила Айрин. Но, если он себя правильно поведет, то со временем их отношения могут стать иными. С деланным вздохом он сказал: - Значит, друзья? - Значит, друзья, - облегченно рассмеялась Айрин. Почувствовав, что напряженность спала, они принялись беседовать об интересующих их вещах. Обсудили шансы Гриффиндора на выигрыш в финальном матче по квиддичу. Их факультет проиграл Слизерину, а значит, борьба за Кубок между двумя враждующими факультетами обещала быть острой. Айрин впервые с каникул смеялась и общалась легко и беззаботно. Все ее печали отошли на задний план. Когда Ведж, распрощавшись с ней, ушел, она сидела, слегка улыбаясь и ощущая внутренний покой. Как она могла забыть, что в мире существует простое человеческое общение? Вечером после ужина Айрин сидела у фонтана во дворе Хогвартса. Ей просто нравилось вот так сидеть, разглядывая звездное небо и ни о чем не думать. Она не заметила, как на Хогвартс опустилась глубокая ночь. Все также пребывая в состоянии отрешенности, девушка пошла к замку. Подойдя к лестнице, ведущей в башню Когтеврана, девушка услышала за спиной ехидный голос: - Слай, минус десять баллов Когтеврану. Кто позволил вам разгуливать по школе среди ночи? Девушка обернулась на голос профессора Зельеварения. - Сэр, если вы не заметили, - подражая сарказму Мастера Зелий, - то я направляюсь как раз в свою спальню. И если бы я знала, что буду иметь счастье услышать от вас такое пожелание приятной ночи, то непременно бы оказалась там как можно раньше. - Вы, видимо, соскучились по грязным котлам, мисс, - Северус был раздражен ее колким ответом. - Так я могу вам устроить свидание с ними прямо сейчас. - Среди ночи, сэр? - слова сами собой слетали с языка. - Это больше похоже на домогательство. Это было последней каплей, переполнившей чашу терпения зельевара. - Домогательство? – прошипел он. Резко подойдя к девушке, Снейп грубо притянул ее к себе и впился в ее губы. Девушка пыталась отбиваться, напуганная таким поведением Северуса. Наконец, ей удалось вырваться. Расширенными от обиды и ярости глазами она уставилась на профессора. - Вот это было домогательство, мисс, - тяжело дыша, произнес Снейп. И вздрогнул от хлесткой пощечины. Девушка занесла руку, чтобы ударить его еще раз, но он успел перехватить ее. Айрин замерла. Медленно он поднес ее руку к своим губам и нежно поцеловал. Затем отпустил девушку и быстро ушел в подземелья. Айрин, внезапно ощутив дрожь в ногах, обессилено опустилась на ступеньку. Она поднесла чуть дрожащую руку к своим припухшим от яростного поцелуя губам.