Под омелой.

Осень 1991. Айрин стояла под излюбленным деревом у Черного озера. Здесь, особенно в пасмурные и дождливые дни, она чувствовала непонятное успокоение. Ее душа как будто отдыхала от снедавшей боли. И воспоминания не отдавали горечью потери. Странное, но такое необходимое ей состояние. Ведь дни проходили в болезненном напряжении. Ей приходилось прилагать немалые усилия, чтобы поддерживать невозмутимый и безразличный вид. Сторонний наблюдатель мог бы сказать, что девушка стала зеркальным отражением профессора Зельеварения. Правда, это происходило лишь на уроках Снейпа или при редких столкновениях их в коридорах Хогвартса. В остальном же девушка почти оправилась от разрыва с Мастером Зелий. Почти. Ведь были еще и ночи, не такие уж и редкие, когда ее томили сны о нем. И тело изнывало от неутоленного желания. В такие моменты ей было очень трудно сохранять равнодушный вид. Слишком живо она помнила их встречи: его сильные руки, обнимавшие ее, его губы, так нежно касавшиеся ее губ. Северусу контроль над собой давался намного легче - его питала горечь и привычка закрываться ото всех. Но и его преследовали воспоминания и сны. Иногда, сидя за преподавательским столом, он бросал взгляд в сторону студентов Когтеврана. И, при виде ее стройной фигурки, тепло разливалось по телу. И приходило желание схватить Айрин на руки и нежно целовать. Но он тут же гнал его от себя прочь. Она не дала ему объяснить ей все. Глупая, взбалмошная мечтательница. И приходили обида и злость на нее. И, ко всему еще добавлялось непроходящее раздражение от присутствия Гарри Поттера. С каждым его появлением в классе Зельеварения профессор чувствовал, как в нем разливаются желчь и злоба. К тому же, мальчишка умудрялся все время ввязываться во всякие переделки. И подозрения относительно Квиррела тоже требовали пристального внимания от Снейпа. Он устал от всего этого. Промокшая от дождя и слегка замерзшая Айрин шла коридорами Хогвартса, мечтая поскорей переодеться в сухую одежду. Добравшись до своей спальни, она быстро переоделась и с облегчением ощутила, как по телу разливается благодатное тепло. Согревшись, девушка увидела, что подошло время обеда, и направилась в Большой зал. Почти дойдя до входа, она остановилась: двое первокурсников, кажется, собрались подраться. Рядом с ними стояло несколько приятелей каждого. Один был светловолосым мальчишкой с надменным выражением лица, а второй, - Айрин нахмурилась, - зеленоглазый гриффиндорец, бывший, отчасти, причиной ее страданий. Гарри Поттер. Девушка подошла поближе и услышала, как блондин слишком резко высказался в адрес рыжеволосого приятеля Гарри. Оглядевшись и не увидев ни одного старосты или преподавателя поблизости, Айрин решительно вмешалась. - Эй, вы двое, что здесь происходит? Решили подраться – идите во двор. Может, дождь хоть немного остудит вас. - У нас все нормально, - процедил гриффиндорец, уловивший неприязнь в голосе девушки. - Ты кто вообще такая? – подал голос слизеринец. - Ты хоть знаешь, с кем говоришь? Я Малфой, и мой отец председатель Попечительского совета этой школы. И он вышвырнет тебя отсюда в два счета, стоит мне ему сказать словечко. Долго сдерживаемые чувства внезапно вылились во вспышку ярости. Недолго думая, девушка схватила нахала за ухо и резко дернула к себе. - Слушай меня, малыш, - голос ее был четким и звенящим от гнева, - мне нет дела до того, кто ты и твой отец. Еще хоть словечко вякнешь, и твое ухо будет красоваться над камином в моей гостиной. Пусть я и вылечу из школы. Внезапно ее запястье больно стиснула сильная рука, заставляя отпустить Малфоя. Резкий рывок, и она встретилась взглядом с деканом Слизерина. - Слай, как смеете вы нападать на учеников? – Снейп зло смотрел на девушку. - Вам надоела учеба в этой школе? - Профессор, - Айрин, стараясь не показывать, что он делает ей больно, говорила с ледяным спокойствием, - я просто преподала урок вежливости вашему воспитаннику. Видимо, у вас, как у декана, нет времени привить своим студентам хорошие манеры. - Минус двадцать баллов Когтеврану за хамство, Слай, - он еще сильнее сжал ее руку, - и немедленно извинитесь перед мистером Малфоем. Чтобы не вскрикнуть от боли, Айрин прикусила губу и отрицательно помотала головой. - Отработка, сегодня после ужина, Слай, - он не замечал, как сильно стискивает ее запястье. Девушка резко выдернула руку и, не сдержавшись, сдавленно вскрикнула. На коже остались царапины от ногтей профессора. Одновременно с этим Гарри воскликнул: - Сэр, вы же делаете ей больно! И, конечно же, стал новой мишенью для разъяренного Мастера Зелий. Сняв баллы с Гриффиндора и наградив Поттера неделей наказаний, Северус ушел вместе с довольно ухмыляющимся Малфоем. Айрин медленно побрела в свою гостиную. Рука пульсировала болью. На глаза набегали слезы. В спальне она взяла носовой платок и кое-как перевязала запястье. Прикорнув на кровати, девушка волевым усилием подавила плач. День был неплохим, пока не появились этот Поттер и белобрысый выскочка. - Ты несправедлива, - откликнулся на ее мысли внутренний голос, - Гарри, по сути-то, не виноват. Он даже не догадывается о причинах твоей неприязни. - Из-за него моя жизнь превратилась в ночной кошмар, - упрямилась девушка. - Из-за него ли? – укоризненно продолжил. - Ты совсем теряешь голову от своих эмоций. В вашем противостоянии с профессором он всего лишь жертва обстоятельств. Будь же справедливой, наконец. Вы, вы двое взрослых людей, впутываете в свои проблемы ребенка, делая его козлом отпущения. В ваших бедах виноваты только вы сами. Девушка тоскливо вздохнула. Ее «визави» был прав - она запуталась в своих проблемах. - Мне вечером еще идти на отработку. - С твоей рукой только чистить котлы. Лучше не ходи. Айрин сняла свою неуклюжую повязку и стала разглядывать поврежденное запястье. Кровь на царапинах запеклась, на коже проступили синяки. Вздохнув, она отмыла кровь и снова перевязала руку. Подвигала кистью – движения отдавались слабой болью. Если не делать резких движений, то вполне терпимо. Он повел себя с ней как дикий зверь. Но отчего? Когда он только развернул ее к себе, в его глазах промелькнуло что-то такое... - Тебе не о глазах его нужно думать, - сварливо ответил ее «визави», - а о том, что тебе предстоит на отработке. - Не думаю, что там что-то может произойти, - девушку охватило непонятное волнение, - разве что к котлам добавится обработка каких-нибудь мерзких ингредиентов. За ужином Айрин была задумчива. В ее душе творилось что-то странное. Предчувствие чего-то необычного было совершенно необъяснимым и потому слегка тревожило ее. Так и не совладав с собой, с замирающим сердцем она спустилась в подземелья. - Да что с тобой? - вопрошал ее «альтер эго». - Только не делай глупостей, я тебя прошу. - Постараюсь, - девушка подошла к двери и постучала. Услышав отрывистое «Войдите», она проскользнула в кабинет Мастера Зелий. Сердце испуганной птицей металось в груди. Не в силах совладать с голосом, девушка замерла, молча глядя в пол. Северус хмуро посмотрел на девушку и отрывисто произнес: - Котлы ждут, мисс. Под давящим взглядом декана Слизерина девушка принялась за работу. Из-за ноющей боли в руке работа продвигалась медленно. Иногда от резкого движения Айрин морщилась тайком. Северус смотрел на ее склоненный профиль, ощущая, как ему хочется прикоснуться к ней, почувствовать вновь шелк ее волос под своими пальцами, услышать ее легкие стоны наслаждения... Проклятье! Он стиснул кулаки, пытаясь побороть нараставшее желание. Вновь взглянув на Айрин, он увидел, что она тайком потирает руку. - Что с вами, мисс Слай? - Ничего, профессор, - в голосе девушки была едва заметная дрожь. Он жестом подозвал ее к себе. Не успела Айрин опомниться, как он взял ее за руку и отвернул рукав мантии. Сняв повязку с запястья, мужчина пристально смотрел на ссадины и синяки, которые оставил он, Снейп. Мерлин, каким он был грубым. Достав склянку с Заживляющим зельем, он осторожными движениями растирал поврежденную руку Айрин, не смея взглянуть на нее. Раны постепенно затягивались и синяки исчезли. Когда на коже не осталось и следа от ссадин, он, как бы извиняясь, коснулся ее губами. У девушки сбилось дыхание от его прикосновений. Когда он поднял на нее взгляд, Айрин увидела обжигающую страсть в его глазах. Пару мгновений они смотрели друг на друга, а затем, поддавшись вожделению, начали неистово целоваться. Желание затмило их: грубое, предельно откровенное, заглушившее вопли рассудка. Он лихорадочно расстегнул ее мантию и блузу под ней и жадно склонился к ее обнаженной груди. Девушка застонала, запустив пальцы в его волосы. Продолжая целоваться, они добрались до его спальни. Скинув одежду, они предались страсти. Мужчина и женщина отдавались другу яростно и слепо, почти не осознавая, кто их партнер. Он овладел ей резко, - ее стоны туманили его разум, заставляя ускорять ритм движений. Айрин в последний раз громко застонала и содрогнулась от нахлынувшей жаркой волны. Спустя мгновение Северус издал низкий стон, и его тело напряженно вздрогнуло. Какое-то время в комнате стояла тишина, нарушаемая лишь их частым дыханием. Затем мужчина слегка пошевелился, и наваждение рассеялось. Айрин, не глядя на него, резко вскочила и быстро оделась. На ходу застегивая мантию, она направилась к двери, как вдруг услышала тихий голос Снейпа: - Айрин... Уже на пороге она обернулась и несколько мгновений с болью и тоской смотрела на Северуса. Губы ее дрогнули, как будто она собиралась что-то сказать, но девушка, отрицательно покачав головой, быстро выбежала из комнаты. Бессильно откинувшись на подушку, профессор Снейп прикрыл рукой глаза. Какое безумие сегодня захватило его? Сначала он сделал ей больно, и вот сейчас – их толкнула друг к другу страсть. И, наплевав на все, что между ними произошло, они предались наслаждению. Может, у них еще есть будущее? Северус горько усмехнулся своей робкой надежде. Это безнадежно. Она оттолкнула его. Это была лишь очередная минутная слабость. С болью он ощутил, как вновь его сердце окружает холодная пустота. Айрин выбежала из замка и остановилась у фонтана, жадно ловя губами холодный осенний воздух. Мысли ее путались. Постепенно вечерняя прохлада остужала ее разгоряченное тело. Когда холод стал уже ощутимым, она направилась в башню Когтеврана. В гостиной никого не было, и девушка присела у камина, протянув к нему озябшие руки. Постепенно в ее сознание входило оцепенение от мысли о том, что произошло. Мерлин всемогущий, какое безрассудство! Что они наделали? - Не вы, - угрожающе прошипел ее внутренний голос, - а что ты натворила? Ты совсем с ума сошла? - Я сама не понимаю, как это произошло, - девушка была в смятении, - это было как наваждение. - Наваждения, туманы, - раздраженно, - на все у тебя есть отговорки. Лучше признайся, что сама этого хотела. - Но я... - начала оправдываться Айрин. - Лучше помолчи, - прервал ее голос, - ты совершаешь безумство за безумством. То ты отталкиваешь его, не дав даже высказаться, то предаешься с ним любви. Вот ответь, что ты будешь делать дальше, после того, что произошло? Девушка задумалась. Нет сомнений, сегодня ее толкнула в объятия Северуса страсть. Ее тело жаждало этого мужчину, не считаясь с доводами рассудка. Но в душе она все еще не могла простить его. От возникших противоречий девушка расплакалась. Следующим утром Айрин сидела в Большом зале за завтраком и поглядывала в сторону преподавательского стола. Северус Снейп пил свой чай, игнорируя ее взгляды. Девушка тоскливо вздохнула – вчерашний эпизод ничего не изменил в их отношениях. Мастер Зелий заметил взгляды, которые бросала в его сторону Айрин Слай, но оставался невозмутим. Он дважды пытался с ней поговорить, но она не стала его слушать. Что ж, его гордость требовала прекратить попытки примириться. Так он и сделает. Он не хотел ей жизни в одиночестве – она выбрала ее сама. Наступил вечер Хэллоуина. Айрин вместе со всеми учениками сидела за праздничным столом и наслаждалась сладостями, как внезапное появление профессора Квиррела и его известие о тролле в подземельях прервало праздник. Поднялась паника, и Дамблдору стоило немалых трудов навести хоть какой-то порядок. Ученики следовали за старостами факультетов к своим гостиным. Айрин шла одной из последних, как вдруг увидела близнецов Уизли, которые притаились за одним из поворотов коридора. Девушка быстро пошла за ними. Опять эти двое что-то задумали. Она поняла, что Фред и Джордж хотели пойти в подземелья. Нагнав их на лестнице между вторым и третьим этажами, она крепко схватила Джорджа за руку. - Попались! - Эй, отпусти, - Уизли сделал попытку вырваться, но Айрин цепко его держала. - Выслушайте меня, разгильдяи, - от волнения она не замечала, что грубит, - не говоря о том, что в подземельях опасно, - там сейчас все учителя. Вы бы и тролля не увидели, и вполне могли быть исключены из Хогвартса. Вам мало того, что вы кошмар всех учителей и своего декана? - Ладно-ладно, - пробурчал Фред, признав ее аргументы, - но, согласись, это же так любопытно – живой тролль, непонятно как попавший в школу. - Да, согласна, - ответила она, отпуская Джорджа, - но все же, вам лучше не нарываться на неприятности. Вы и так их слишком часто находите. Давайте я провожу вас до вашей гостиной. Пройдя с братьями Уизли в башню Гриффиндора и убедившись, что они в безопасности, Айрин пошла к себе. Внезапно дверь, ведущая в запретный коридор, распахнулась, и оттуда вышел профессор Зельеварения. Он был бледнее обычного. На лбу блестели капли пота. С тревогой девушка заметила, что его пошатывает, и он сильно хромает. Она подбежала к нему. - Профессор, что с вами? – увидев край разорванной мантии и кровь на ноге, он воскликнула. - Вы же ранены! Я помогу вам добраться до больничного крыла. Снейп цепко схватил ее за плечо. - Квиррел. Где он? Вы его видели? - Кажется, - девушка судорожно вспоминала, - да, кажется, он с директором и профессором Макгонагл спускался в подземелья. - Вы уверены? – взгляд его был пристальным. - Да, я уверена, - Айрин в нетерпении стала тянуть его к лестнице, - а теперь обопритесь на меня, и мы пойдем к мадам Помфри. - Я и сам способен дойти, - огрызнулся он, но, пошатнувшись, был вынужден опереться на ее плечо. Айрин достала свой платок и протянула Мастеру Зелий. Тот взял его и вытер застилавший глаза пот, да так и оставил у себя в руке. В напряженном молчании они дошли до больничного крыла. У дверей Северус остановился и взглянул на девушку. - Спасибо, мисс Слай, - голос его был тих и необычно мягок. Она посмотрела на него. Внезапная нежность на миг появилась в их глазах. Через мгновенье оба они снова смотрели отчужденно. - Не за что, сэр, - бесцветно ответила Айрин. Развернувшись, она пошла к лестнице, как ее нагнал его холодный голос: - Минус двадцать баллов Когтеврану, Слай, за то, что находились в неположенном месте. Девушка в ярости обернулась. - Спасибо, профессор, - голос ее сочился сарказмом, - желаю вам подольше проваляться на больничной койке. Не дожидаясь его ответа, она стремглав побежала вниз по лестнице. Вздохнув, профессор скрылся за дверью. На следующий день Большой зал в Хогвартсе напоминал растревоженный улей. Все обсуждали новость о том, как Гарри Поттер и Рон Уизли спасли Гермиону Грейнджер от тролля. Айрин сидела со своими сокурсниками и, с таким же удивлением, как и они, разглядывала троицу первокурсников. Появление профессора Зельеварения оторвало девушку от разглядывания учеников. Мастер Зелий направлялся вдоль стола Гриффиндора, едва заметно прихрамывая. Остановившись и бросив пару слов Поттеру, он продолжил свой путь. Поравнявшись с Айрин, он искоса взглянул на нее. Она ответила ему злорадной улыбкой и отвернулась. Он угрюмо присел за стол. Ноющая боль в ноге делала его настроение еще более гнусным. И язвительный взгляд девушки был не последним в цепи причин его мрачного настроения. Айрин вернулась к завтраку, размышляя, как же все-таки детям удалось одолеть тролля. Первым уроком у нее было Зельеварение. Зайдя в класс, она присела на привычном месте. Профессор Снейп вошел и начал урок. Написав рецепт зелья на доске, он присел за стол и стал наблюдать за учениками. Зелье было сложным по составу, и Айрин пыталась отмерить точное количество ингредиентов. Но ее отвлекало то, что она часто встречалась с холодным взглядом профессора. Пока зелье закипало, девушка задумалась о том, что же делал Северус в запретном коридоре, и откуда у него рана на ноге. Мысли отвлекли ее от зелья, и она с тревогой осознала, что не помнит, сколько раз она его перемешала и добавила ли цветки асфоделей. Решив, что асфодели не являются опасными в составе зелья, она высыпала цветки в котел. Жидкость тут же приобрела мутно-фиолетовый цвет, и по классу разнесся запах гнилых яблок. - Слай, - профессор движением палочки заставил котел с зельем исчезнуть, - ответьте мне, когда нужно было добавить в зелье асфодели? Айрин встретилась с его презрительным взором. - Кажется, до второго помешивания, сэр, - неуверенно произнесла она. - А сколько раз вы перемешали зелье? – вкрадчиво поинтересовался он. - Я... я не помню, - почти прошептала девушка. - Зелья, мисс, - надменно процедил Снейп, - не терпят пустоголовых мечтателей. Это тонкая и точная наука для одаренных и интеллектуальных людей. Минус десять баллов Когтеврану, Слай. Ваша безалаберность заставляет сомневаться в правильности выбора вами факультета. Вам больше подошел бы Гриффиндор, при вашей любви нарушать правила и шататься по ночам в коридорах. Айрин вспыхнула. Она уже и забыла, каким Северус может быть грубым и мстительным. - Сэр, - едко ответила она, - я счастлива тем, что не попала на Слизерин. Ведь там не знают хороших манер, зато всячески кичатся своим мнимым превосходством. Чего я не вижу ни в студентах этого факультета, ни в их декане. Студенты застыли в ошеломлении. Никто еще не разговаривал с грозным деканом Слизерина в таком тоне. - Отработка, Слай. Сегодня в семь, - голос профессора был полон угрозы. А девушку уже несла волна отчаянной бесшабашности. Широко улыбнувшись, она почти пропела: - Опять котлы, сэр? Или как в прошлый раз? И осеклась под взбешенным взглядом профессора. Осознав, что именно она только что сказала, девушка залилась краской. Весь класс с великим интересом смотрел на них. - Урок окончен, - преувеличенно спокойно произнес Снейп, - Слай, останьтесь. Студенты покидали класс, поглядывая на алую от смущения Айрин. Когда за последним учеником закрылась дверь, Снейп схватил девушку за плечо и больно стиснул. - Что вы себе позволяете, мисс? – гневно сказал он. - В вашей пустой голове не осталось ни капли здравого смысла? Неделя отработок. И да, в моем кабинете будете лишь вы и нежно полюбившиеся вам котлы. Он грубо оттолкнул ее. - И оставьте ваши идиотские фантазии при себе. Девушка, понурив голову, вышла из класса. Снейп смотрел ей вслед, борясь с подступившими воспоминаниями о том вечере. Айрин шла по коридору из подземелий, лихорадочно пытаясь взять себя в руки. - Мерлин, что же мне делать? - Да уж, - ее «визави» язвил, - так повести себя может лишь сумасшедшая. Кто тебя за язык тянул?! - Мне нужно быстро что-то придумать, - волновалась Айрин. - Сейчас же пойдут расспросы - что такого было на отработке. - А ты им расскажи, - глумился голос, - устроишь вводный курс теории взаимоотношений между полами. То-то дети удивятся. - Да ну тебя, - девушка отмахнулась, - сейчас нужно им хоть что-то сказать, более-менее правдоподобное. Я не хочу, чтобы поползли слухи о нас. Девушка поднялась в класс прорицаний, и тут же стала объектом внимания всего класса. Вонзив ногти в ладони, Айрин, слегка улыбнувшись, произнесла: - Нечего на меня так смотреть. В прошлый раз профессор неожиданно предложил мне выпить с ним чаю. Присев за стол, девушка открыла учебник и сделала вид, что погрузилась в чтение. Но к ней подсел Ведж, и ей пришлось оторваться от созерцания страниц. - Ты что-то хотел, Ведж? - девушка надела маску безразличия. - Айрин, - парень улыбался, - ты второй раз даришь нам незабываемое представление, спасибо. Прислушивавшиеся к их разговору когтевранцы одобрительно зашумели. Девушка с удивлением оглянулась – все ей дружески аплодировали. Айрин улыбнулась им. - Спасибо, ребята, с радостью повторю для вас еще как-нибудь. Появление профессора Трелони заставило студентов прервать веселье. Урок прошел как обычно. Айрин мысленно перевела дух – ей удалось избежать насмешек и кривотолков. Северус Снейп вел сдвоенный урок у Гриффиндора и Слизерина. Все было как обычно, – гриффиндорцы лишались баллов, - вот только без обязательных ядовитых реплик декана Слизерина. Мастер Зелий был погружен в свои думы. Эти противоречивые чувства порядком ему надоели. И все из-за одной взбалмошной девицы. Она умудрилась поставить все с ног на голову. Он уже не понимал, как со всем этим совладать. И пришел к единственно, как ему казалось, верному решению: замкнуться в себе и не реагировать на ее выходки. Стиснув зубы, он пообещал себе дотерпеть этот учебный год. Главное, не допустить повторения событий последней отработки. Он будет держаться от нее подальше. И больше ей не удастся соблазнить его. У него есть задание, которое он обязан выполнить во что бы то ни стало. Ровно в семь вечера Айрин подошла к кабинету профессора Зельеварения. Постучав, она вошла. Снейп встал из-за стола. Девушка хмуро смотрела на профессора. - Узница подземелий приветствует вас, сэр. - Мисс, прежде чем вы приступите к отработке, - Северус игнорировал ее сарказм, - вы отдадите мне свою палочку. - Опасаетесь, что я разнесу ваш кабинет? – попыталась держать прежний тон. - Наказание, Слай, состоит в том, что вы все делаете своими руками. Он осекся, вспомнив, как она готовила для него и говорила, что ей приятно сделать для него что-то своими руками. Какая злая ирония заставила его повторить эту фразу? Между тем, девушка оставила свои попытки разозлить его и молча протянула свою палочку. Он так же молча взял ее и вышел из кабинета. Айрин услышала, как в замке поворачивается ключ. - Прекрасно, - мысленно усмехнулась она, - я настоящая пленница. Только принц на белом коне сюда вряд ли доберется. - Давай уже побыстрей покончим с котлами, - раздраженно бросил голос, - а о принцах и прочей чуши ты можешь помечтать и за работой. Айрин поплелась к груде закопченных котлов. Спустя полтора часа последний котел был вымыт и начищен, и девушка устало присела на стул. - Интересно, когда он вернется, чтобы выпустить меня? – Айрин чувствовала себя утомленной и ей хотелось спать. - Будем надеяться, что скоро, - отозвался ее внутренний голос. Спустя несколько минут девушке стало скучно, и она принялась расхаживать по кабинету. Попытка открыть дверь, конечно же, ничем не увенчалась. Спальня профессора также оказалась запертой. Походив по кабинету и подергав дверцы шкафов, девушка вернулась к столу Мастера Зелий. Бесцельно подергала ящики. Один из них внезапно подался под ее рукой. Айрин заглянула внутрь. На дне ящика, среди пергаментов лежала небольшая коробка. Движимая любопытством, девушка открыла ее. И, как завороженная, смотрела на ее содержимое. Там была ее гемма, которую она подарила на Рождество Северусу; там же были несколько свитков с ее контрольными; и там был ее платок, который она не так давно давала Снейпу. Почему? Зачем он хранит все это, если... - Если только твой профессор не думал, - голос был полон затаенного торжества, - что все это попадется тебе на глаза. Айрин задумалась. Он хотел ей что-то объяснить. А она... - А ты, дорогуша, не дала себе труд его выслушать, - ворчливо уточнил ее «визави», - просто не дала ему и слова вставить. - Я глупо поступила, да? – виновато спросила девушка. - Не то слово, - раздраженно. - Тебе дважды пытались что-то сказать, а ты лишь отмахивалась. И теперь, думаю, в положении просящей стороны придется побывать тебе. - Ну, я могу и извиниться, - замялась, - и он сможет мне все рассказать. - Наивное дитя, - голос издевательски вещал, - ты позабыла о маленькой, но очень существенной вещи – о мужской гордости! Ты его оскорбила, и теперь он вряд ли соизволит опуститься до объяснений с тобой. - Ты считаешь, - Айрин поежилась, - что у меня нет шансов? - Посуди сама, - недовольно ответил, - ты пытаешься кому-то рассказать свою версию событий, а тебя раз за разом упорно не слушают. Стала бы ты прислушиваться к словам такого человека? Девушка печально вздохнула – ее импульсивность в который раз завела ее в тупик. Она уже хотела закрыть ящик, как увидела уголок колдографии, скрытой пергаментами. Девушка достала ее и замерла – на нее с колдографии смотрели зеленые глаза рыжеволосой женщины. Лили! Айрин пристально разглядывала черты лица Эванс, машинально отмечая, что она совершенно не похожа на свою соперницу. Положив снимок на место и закрыв ящик, девушка опять присела за стол. Что ж, теперь она знает, что Северус был с ней не из-за сходства с погибшей возлюбленной. Был... Как горько думать о нем в прошедшем времени. Айрин закрыла лицо руками, пара соленых капель упала на лежащие на столе бумаги. Услышав звук поворачиваемого ключа, девушка быстро смахнула непрошеные слезы и встала со стула. Снейп вошел в кабинет. Пристально взглянув на девушку, он достал ее палочку и протянул ей. Айрин молча взяла палочку. - Прекрасно, мисс, - холодно произнес Северус, - одиночество идет вам на пользу. Он посмотрел на результаты ее трудов. - Будь проклято это одиночество, - пробормотала Айрин. Снейп смутился. Он невольно напомнил этой девушке о том, что одиночество теперь ее вечный спутник. Но тут же он отогнал от себя мысль, несущую ему ощущение вины. Она сама сделала свой выбор. - На сегодня вы свободны, Слай, - произнес он безразлично, - завтра жду вас после завтрака. - Ну, естественно, - съязвила в ответ, - именно в день матча по квиддичу котлов будет просто невероятное количество? - Мисс, - тут же его тон стал саркастичным, - может, мне проводить ваши наказания в удобное для вас время? Вам вообще понятен смысл слова «наказание»? - Слишком хорошо понятен, - тихо ответила она, - вы – самое большое мое наказание. С этими словами она покинула его кабинет. Снейп вздохнул и присел за стол. Внезапно он обнаружил, что один из ящиков стола чуть приоткрыт. Он забыл его запереть. Выдвинув его, он увидел колдографию Лили, лежащую поверх бумаг. Слай! Ну, конечно же, она не упустила возможности покопаться в его столе. Он достал коробочку и открыл ее. Пальцы скользили по вещам, как бы лаская. Он взял платок и поднес его к лицу. Едва заметный аромат липы коснулся его обоняния, пробуждая воспоминания. Зачем он хранит эти вещи? Ведь все кончено, и ему нужно все забыть. С грустью он положил платок в коробку и запер ее в ящик. Он не хочет забывать, внезапно подумалось ему. На следующий день после завтрака Айрин спустилась в подземелья. Остановившись у кабинета Мастера Зелий, она достала палочку и, взмахнув ей, прошептала: - Иллюзор Экземплум. И вот у нее в руках уже две неотличимые друг от друга палочки. Спрятав в карман настоящую, девушка подошла к двери и постучала. Услышав приглашение войти, она толкнула дверь. С безмятежным видом она подошла к Снейпу и протянула ему копию своей палочки. - Залог вашего спокойствия, сэр, - не удержалась от иронии. Снейп молча положил ее палочку в карман и жестом указал на стол у стены. - Жабья икра и хвосты ящериц, - коротко сказал он, - разложить по банкам. - А потом? – спросила Айрин. - Ждете моего прихода, - он хмуро на нее взглянул. - И вы придете, как сказочный принц, чтобы вызволить пленницу? – продолжала ёрничать она. - Слай, вам хочется продлить отработки до начала каникул? – в голосе прорезалось раздражение. - О нет, что вы, профессор, - девушка ядовито улыбнулась, - я мечтала совсем о других подарках на Рождество. Просто матч может затянуться, и мне тут будет скучно. А от скуки меня всегда посещают, как вы точно подметили когда-то, бредовые идеи. Едва сдерживая готовый прорваться наружу гнев, профессор быстро подошел к шкафу и достал оттуда какую-то книгу. Он положил ее на стол. - Это скрасит время вашего ожидания. И вам не придется больше залезать в ящики моего стола, - он холодно взглянул на нее, - и совать свой нос в то, что вас не касается. Он проверил, все ли заперто, и ушел, закрыв девушку в кабинете. Айрин тихо рассмеялась. - Ну, профессор, я здесь надолго не задержусь. - И правильно, - отозвалось ее «альтер эго», - нечего прозябать в этих холодных подземельях. Найдутся занятия и поинтересней. Девушка достала палочку, и через несколько минут все ингредиенты были рассортированы. Она подошла к столу Снейпа. - Посмотрим, что нам предлагал профессор в качестве лекарства от скуки, - Айрин взяла в руки книгу. На обложке было написано «Темная магия – запрещенные заклятия». Девушка удивленно смотрела на книгу. - Он что, совсем рехнулся? – отозвался внутренний голос. - Книга из Запретной секции! - Похоже, - Айрин нервно рассмеялась, - он считает меня законченной ведьмой. Она присела, и некоторое время листала учебник. О непростительных заклятиях она знала по урокам ЗОТИ, но здесь были собраны не менее ужасные заклинания. Девушка задумалась. Она вспоминала о рассказах Северуса про Пожирателей Смерти. В этой книге, которую она держала в руках, была сокрыта темная сторона его натуры. И лишь его любовь к Лили не дала ему пасть окончательно. Но именно эта неразделенная любовь и подталкивала его к Тьме. - Ой ли? - отозвался голос. - Не будь в его душе предрасположенности, он бы и без всяких чувств мог стать темным волшебником. У твоего зельевара характер далеко не ангельский, вспомни об этом. - Все мы несем в душе какие-то внутренние противоречия, - отвечала девушка. - Не может человек быть лишь Светлым или Темным. А в его сердце все смешалось. Вздохнув, она закрыла книгу и положила ее на стол. - Пора выбираться отсюда, - решила Айрин, - но оставлю ему записку. В ней проснулось озорство. Девушка взяла чистый пергамент и написала: «Мой принц, я вас не дождалась и освободилась сама. Спасибо за занимательную книжку. Ваша узница». Хмыкнув, она оставила пергамент на столе и пошла к двери. - Алохомора! – Айрин взмахнула палочкой. Выйдя из кабинета, она закрыла дверь заклинанием и, довольная собой, направилась прочь из подземелий. Северус Снейп в тревоге и раздражении возвращался с матча. Мало того, что его факультет проиграл, так еще кто-то наложил заклятие на метлу Поттера. Профессору почти удалось нейтрализовать заклятие, как тут загорелся край его мантии. И сейчас он возвращается в кабинет, где его ждет язвительная фурия, Айрин Слай. Открыв ключом дверь, он вошел. В недоумении он осмотрел свой кабинет: все на местах, ингредиенты рассортированы, но девушки не было. Как ей удалось выбраться? Он полез в карман, чтобы достать ее палочку, которая – он точно знал – находилась с ним. Палочка исчезла. Внезапно с его губ сорвался хриплый смешок. Ну, конечно же, ее заклинание подобия. Ловко она обвела его вокруг пальца. Он подошел к столу и увидел ее записку. Прочитав послание, он взял в руки книгу. И похолодел, осознав, что именно оставил Слай. Он ведь даже не обратил внимания на название, просто взял первую попавшуюся книгу. Но раз книга осталась на месте, то беспокоиться вроде не о чем? Отчего же он волнуется? С холодной усмешкой он признался себе – ему не все равно, что подумает о нем Айрин. Когда же закончится этот невыносимый год, и он сможет, наконец, выкинуть ее из головы? Странное чувство охватило его – он больше ее не увидит в следующем году. Она уходит из его жизни. Почему, Салазар раздери, он не чувствует облегчения? Новые противоречия вспыхнули в его душе. Весна 1992. Зима пролетела для Айрин почти незаметно. Промелькнули, как во сне, Рождество и Новый год. Мастер Зелий, после того случая, как она обманула его, вручив копию своей палочки, тщательно ее избегал. Лишь уроки Зельеварения и редкие моменты в Большом зале позволяли ей наблюдать за ним. С каждым днем приближалось окончание ее учебы в Хогвартсе. Девушка становилась все печальнее. Она потеряла надежду на будущее с тем, кого любила. Все казалось ненужным и бесцельным. Подготовка к экзаменам немного помогала отвлечься, но часто девушка проводила ночи без сна, борясь с воспоминаниями и тоской. Иногда ей хотелось отбросить все сомнения и пойти поговорить с Северусом, но с грустью она признавала, что не верит в успех таких попыток. Июнь 1992. Наступили последние дни пребывания в Хогвартсе. Айрин сдавала экзамены, не особо заботясь об отметках. Однако, на удивление, все оценки были «Превосходно» или «Выше ожидаемого». С печальной улыбкой она смотрела на «Превосходно» по Зельеварению. - Ну, вот и все, - прошептала она. - Прощайте, Мастер Зелий. События, связанные с Гарри Поттером и профессором Квиррелом, всколыхнули всю школу. Невероятным казалось то, что одиннадцатилетним детям удалось прорваться сквозь все преграды, которые ставили опытные маги. И еще более невероятным оказалось предательство Квиррела. У Айрин, как и у остальных, было много невысказанных вопросов. И это хоть немного отвлекало ее от черной меланхолии, которая буквально иссушала девушку. На торжественном обеде в честь окончания школы девушка сидела напряженная и побледневшая. Во время речи директора и подсчета баллов факультетов она неотрывно смотрела на Снейпа. Профессор Зельеварения скрывал свои чувства под неизменной маской безразличия. Лишь в его глазах иногда проступала тоска. Вдруг она услышала свое имя. Оказывается, Дамблдор отмечал ее успех в деле создания заклинаний. Под его настойчивым взглядом ей пришлось встать. - Мисс Слай, - директор жестом подозвал ее к себе, - у меня для вас приглашение в Министерство на слушание, и предложения от Аврората о работе. Он вручил ей два конверта. Под аплодисменты своего факультета девушка вернулась на место, ловя на себе завистливые взгляды тех, кто мечтал стать аврором. Ее сокурсники поздравляли ее, - девушка вяло отвечала. Сердце ее сжимали невидимые тиски – завтра она уедет отсюда. Когда с торжеством было покончено, Айрин побрела к Черному озеру. Присев в тени дерева, она опустила голову на скрещенные руки - слезы прохладными каплями стекали по ее щекам. Так она просидела до заката. Когда солнце скрылось за горизонтом, девушка встала и устало пошла в свою спальню. Внезапно она свернула в сторону кабинета директора. Не дойдя до него, она встретила Альбуса Дамблдора, беседующего с деканом Слизерина. Увидев приближающуюся девушку, мужчины замолчали. - Добрый вечер, сэр, добрый вечер, профессор, - голос ее был ровным. Дамблдор и Снейп поприветствовали ее. На лице Мастера Зелий, как всегда, ничего не отразилось, но в душе все кричало о том, что он видит ее в последний раз. Неужели все вот так закончится? Айрин обратилась к Дамблдору. - Сэр, - она протянула ему конверт, - я не собираюсь быть аврором. Моей маме становится тяжело управляться одной, и поэтому я решила помогать ей. Благодарю вас за проявленную заботу обо мне, но я вынуждена отказаться. Дамблдор взял протянутый конверт. - Что ж, мисс Слай, - спокойно произнес он, - мне жаль, что такая талантливая волшебница отказывается от блестящего будущего аврора. Но это ваше право. Однако мне кажется, что мы еще с вами увидимся. Надеюсь, на слушание вы придете? - Разумеется, сэр, - Айрин сухо кивнула, - до свидания. Не обращая больше внимания ни на кого, девушка пошла в гостиную Когтеврана. На следующее утро Айрин стояла возле «Хогвартс-экспресса» вместе с остальными студентами. Вся суета проходила мимо ее сознания. Она напряженно искала взглядом в толпе профессора Зельеварения. Зайдя в вагон, она продолжала смотреть в окно. Поезд тронулся, и платформа вскоре исчезла из вида. Он не пришел. Спустя две недели Айрин стояла в вестибюле Министерства Магии в ожидании Альбуса Дамблдора. Несмотря на бледность и резко очертившиеся скулы, девушка была спокойна. Мимо сновали сотрудники Министерства, и вообще вокруг царила деловая суета. Наконец, директор Хогвартса появился в сопровождении Филиуса Флитвика и Северуса Снейпа. Девушка удивленно поздоровалась с ними. Короткий обмен взглядами с Северусом – и ее сердце заколотилось с неистовой силой. Он здесь – ее мука, ее любовь. Дамблдор обратился к девушке: - Мисс Слай, сейчас мы пройдем на слушание. Комиссия по Регистрации новых заклинаний рассмотрит ваше дело. Вы должны будете продемонстрировать ваше заклинание в действии, а ваши наставники, - директор лукаво улыбнулся, - выступят как свидетели. Профессор Снейп расскажет о технической стороне, а профессор Флитвик возьмет на себя теоретические обоснования. Айрин поблагодарила профессоров и директора, и они направились в Отдел Регистрации и Контроля Заклинаний. Заседание прошло успешно. Айрин продемонстрировала оба своих заклинания по просьбе комиссии. После недолгого обсуждения, большинством голосов, ее заклинания были признаны. Все это едва ли отпечатывалось в ее сознании. Она неотрывно следила за Снейпом, отвлекаясь лишь чтобы отвечать на вопросы. Покинув зал заседаний, девушка направилась к выходу, как вдруг ее окликнули. - Мисс Слай, подождите, - к ней подошел Дамблдор, - вы не передумали стать аврором? Поверьте, ваше искусство очень помогло бы нам. - Нет, сэр, - Айрин искусно скрывала раздражение, - я нужна своей матери. Пожалуйста, не стоит больше впутывать меня в ваши дела. Не сумев сдержать горечь, она отвела глаза. - Сэр, позвольте я пойду. Директор со вздохом попрощался с Айрин. Он найдет способ привлечь ее для борьбы с Темным Лордом. Скольким разведчикам ее новое заклинание смогло бы спасти жизнь в прошлой войне. Нельзя, решительно нельзя оставлять ее в стороне. Нужные им таланты должны быть использованы. Внезапно Альбус усмехнулся: Северус, он будет воздействовать через него, и у мисс Слай не останется выбора, кроме как согласиться работать аврором. Снейп сидел в кабинете директора и, все больше мрачнея, слушал Дамблдора. - Вы же понимаете, сэр, - сквозь зубы проговорил он, - я категорически против этого. Не смейте впутывать мисс Слай в свои интриги. - Северус, - строго одернул его Альбус, - ты хоть представляешь, насколько ее заклинание облегчило бы жизнь многим нашим разведчикам? Мы должны думать о благе всего магического мира, а не только о себе. Каждый, кто имеет полезный навык, обязан отдать его на службу Добра. Мастер Зелий зло усмехнулся. Этот старик любое преступление способен представить как акт Добра. - Что вы хотите от меня? – глухо спросил он. - Северус, ты должен поговорить с мисс Слай и убедить ее сотрудничать с аврорами. - Она не станет со мной говорить, - голос его дрогнул от затаенной печали. - Отчего же? – Дамблдор пытливо взглянул на Снейпа. - Догадываюсь, вы повздорили, верно? Но, мальчик мой, время лечит все. Думаю, мисс Слай уже успокоилась и готова вновь с тобой помириться. - Сэр, - в голосе Снейпа слышна горечь, - на сегодня я последний, кого она станет слушать. Подыщите другую кандидатуру для переговоров. Мужчина стремительно покинул кабинет Дамблдора, оставив того в недоумении. Директор вздохнул, придется ему нанести визит Айрин Слай. Июль 1992. Айрин стояла у плиты и помешивала варящийся суп. С начала лета девушка заметно осунулась и выглядела немного нездоровой. Мама поначалу пыталась расспрашивать ее о том, что так повлияло на дочь, но наталкивалась на молчаливое сопротивление Айрин. Сколько раз Саре доводилось слышать негромкие рыдания, доносившиеся из-за дверей спальни ее дочери. Женщина молилась, чтобы время успокоило безутешное сердце ее девочки. Она понимала, что все страдания Айрин связаны с кем-то, там в Хогвартсе. Погасив огонь на плите, девушка присела за стол и бездумно уставилась за окно. Сегодня у них с мамой выходной, а завтра они отправляются на восток Англии. Айрин вздохнула, конец августа она проведет в их летнем домике у моря. Втайне она надеялась, что, может, море поможет ей избавиться от тоски и депрессии. Она временами злилась на себя за то, что стала такой слабой. - Тысячи живут в одиночестве, - думала она, - и вполне довольны. Я тоже должна научиться так жить. И, как всегда, от подобной перспективы слезы наворачивались на глаза. Она слишком молода и полна желаний, чтобы хоронить себя в унылой повседневности. Ее переживания прервал стук в дверь. Девушка вытерла слезы и пошла открывать. От изумления она чуть не вскрикнула – ее гостем оказался Альбус Дамблдор. Впустив директора Хогвартса в дом, Айрин повела его в гостиную, гадая, что же на этот раз понадобилось ему. Предложив чаю и получив вежливый отказ, она вопросительно смотрела на Дамблдора. - Сэр, у вас ко мне какое-то дело? - Да, мисс Слай, - директор смотрел серьезно. - Я хочу вновь предложить вам вступить в ряды авроров. Девушка нахмурилась. - Я же говорила – нет. Вы зря тратите время, директор. - Хорошо, - неожиданно легко согласился Альбус, - вы простите мое любопытство, но что произошло между вами и профессором Снейпом? Удивленная таким поворотом беседы, Айрин неожиданно для себя рассказала, как подслушала разговор Дамблдора и Снейпа. Альбус пристально взглянул на девушку. - Вы слышали весь наш разговор? - Нет, директор, - помрачнела она, - но и того, что я услышала, хватило мне, чтобы понять – профессор лгал мне о своей любви. Кроме того, я сама несколько раз слышала, как он во сне зовет Лили Эванс. Согласитесь, жить в тени призрака былой любви – невыносимо. - Вы правы, мисс, - директор кивнул, - но ведь с призраками можно и бороться. А вы так рано опустили руки. Неужели вы откажетесь от любви? - Допустим, я смогла бы вытеснить Лили из его сердца, - раздраженно отвечала Айрин, - но он сам, он же сам не любит меня. Нельзя что-то заменить пустотой. Дамблдор встал. - Я понимаю, слова вас не убедят. Собирайтесь, мисс Слай, я хочу представить вам доказательства того, что наш Мастер Зелий чувствует к вам любовь. Пораженная Айрин ушла наверх переодеться. Надевая легкое летнее платье, она лихорадочно обдумывала сказанное Дамблдором. - Каким образом он собирается мне все объяснить? – сомнения в ней боролись с робкой надеждой. - Это же Дамблдор, - язвительно отвечал голос, - тот еще интриган. Может, он решил запереть вас с твоим профессором где-нибудь и не выпускать, пока ты не согласишься работать аврором. - Ты все шутишь, - укорила девушка, - а у меня поджилки трясутся от волнения. Выйдя из дома, Дамблдор и девушка аппарировали в Хогсмид. Довольно быстро они достигли Хогвартса, и сердце Айрин дрогнуло от воспоминаний. Как бы там ни было здесь прошли лучшие моменты ее жизни. По дороге в кабинет директора девушка жадно всматривалась в вечерние коридоры школы, вдыхала тот особенный, присущий только этому месту, запах. Зайдя в кабинет, Альбус подошел к небольшому шкафу с витым орнаментом на дверцах. Он открыл его, и удивленная девушка увидела каменную чашу, наполненную дымчатой жидкостью. - Это Омут Памяти, Айрин, - ответил на ее вопросительный взгляд, - здесь мы можем просматривать любые воспоминания. Свои собственные или же других магов. - И чем нам это может помочь? – недоумевала девушка. - Или вы заставите Мастера Зелий показать свои воспоминания? Не думаю, что он согласится. - Мисс, будьте терпеливы. Я хочу показать вам свое воспоминание о том разговоре, который вы невольно услышали. Точнее, ту его часть, которая вам неизвестна. С этими словами директор Хогвартса поднес свою палочку к виску. На конце палочки серебрилась полупрозрачная то ли дымка, то ли некая субстанция. Альбус опустил ее в Омут Памяти. Сделал приглашающий жест. - Прошу вас, мисс Слай. Девушка судорожно сглотнула и медленно подошла к чаше. Она склонилась к мерцающей жидкости. Воспоминание Дамблдора окутало ее. И Айрин услышала весь разговор, ставший причиной ее разрыва с Северусом.