Страж любви

      Мраморные ступени, мелькающие под сапогами, смущённо порозовели от ласковых прикосновений солнца. Диана неслась во дворец с такой скоростью, словно опаздывала на встречу всего-то на час. Она прекрасно понимала насколько это глупо, но жжение в лёгких и острые уколы в правом боку, отчего-то помогали хоть немного себя оправдать. Или скорее наказать. Ведь всю ночь промучившись бессонницей, до треска ткани сжимая в руках подушку, она думала вовсе не о переживаниях брата.       Диана коротко кивнула и влетела в парадные двери, что едва успели распахнуть перед ней удивлённые столь ранним визитом стражники. Она запретила взгляду цепляться за их бело-голубые гамбезоны – для этих мыслей у неё будет ещё много одиноких ночей. Сейчас необходимо было сосредоточится на искренних извинениях перед Константином.       Лишь строгий взгляд холодных голубых глаз, заставил Диану притормозить. Окладистая борода с идеально ровными бакенбардами, и неизменная морщинка жёсткости меж густых бровей – Клод д’Орсей осуждающе смотрел на всякого, кто осмеливался вступить на укрытую красным сукном парадную лестницу. Де Сарде замерла, представив, что сказал бы дядюшка, увидь он её, сломя голову несущейся через весь дворец.       “Константину простительно мальчишеское безрассудство. Даже не обладая талантом и особыми способностями он, будучи мужчиной, по праву крови и наследования получит уважение и титул. А вот ты обязана быть выдающейся, Диана. Быть олицетворением всех достоинств нашей семьи. Не ошибся же я в тебе, дитя? Ты ведь способна на нечто большее, чем махать веером на балах, да ублажать высокородного мужа?" – требовательный голос князя звучал в голове так отчётливо, будто он стоит у неё за спиной.       Передернув плечами и сделав глубокий вдох, Диана оправила сюртук и продолжила подъём уже в более достойном темпе.       И всё же её вторжение в столовую залу вышло вызывающим и заставило мерно вкушающих завтрак подскочить со своих мест. Диана в нерешительности замерла в дверях перед неожиданно большим количеством встревоженных лиц. За столом, пестрящим множеством золоченых блюдечек и чашечек над которыми вились завитки ароматного пара, помимо Константина сидели так же их старый наставник господин де Курсийон, леди де Моранж и первый министр Новой Серены лорд дез Эссарт.       Константин не сдержано выдохнул “Диана” и порывисто направился к ней навстречу. Де Сарде была готова простить сейчас ему любую, даже самую дерзкую выходку, понимая, насколько провинилась перед ним. Но Константин вдруг сбавил шаг, приветливо улыбнулся и заговорил неожиданно спокойным голосом:       – Милая кузина, как я рад видеть тебя в добром здравие.       Спокойствие брата обескуражило и даже немного уязвило Диану. Но стоило ему приблизится, как она отчётливо разглядела в хрустально-голубых глазах с трудом сдерживаемую бурю эмоций, а красная паутинка сосудов, красноречиво поведала о прошедшей без сна ночи.       – Прошу простить меня за столь неожиданное появление, – с любезной улыбкой обратилась она к присутствующим и добавила, понизив голос, – Я лишь хотела извиниться перед тобой за отсутствие на ужине. Прости, что даже не предупредила, просто произошло…       – Пустое, Диана. Уверен, тебя отвлекли крайне неотложные дела, которые мы сможем обсудить чуть позже, – аккуратно протянутая рука сжала её запястье с ощутимой силой. – А сейчас прошу, присоединяйся к нашему завтраку. Поверь он не менее изыскан, чем отвергнутые тобой вчера блюда.       Осознавая, каких усилий кузену стоит держать маску спокойствия и не набросится на неё с дотошными расспросами и требованием объяснений прямо посреди столовой, не взирая на присутствие советников, – а ведь именно так, Константин поступил бы ещё совсем недавно, – Диана не могла не восхититься тому, насколько старается её брат соответствовать своему новому назначению.       Она вернула ему теплую улыбку и последовала к месту, спешно сервируемому для неё расторопными слугами подле наместника.              – Давно ли ты завтракаешь в компании своих советников?       – С тех пор, как понял, что поток государственных проблем просто нескончаем и стоит пользоваться любой возможностью, чтобы обсудить текущие дела.       – Я волнуюсь, не забываешь ли ты оставлять себе время на спокойные трапезы и отдых, – нежно сжала Диана ладонь брата, показавшуюся ей необычно холодной.       – Вчера у меня был совершенно свободный вечер, – с подкладкой ответил Константин. – Собственно именно он и послужил поводом сегодняшнего неофициального собрания.       С самого детства Константин обладал уникальным талантом вызывать в Диане острое чувство вины. Сейчас, однако, более чем заслуженное.       Де Сарде потянулась за одной из румяных булочек с корицей, сложенных на блюде замысловатой горой завитков, лишь из желания занять руки – после вчерашнего её ощутимо подташнивало.       – Ваше превосходительство, правда ли, что принцесса-дикарка, которую вы представили нам во дворце, вернулась вместе с вами в Серену, примкнув к вашей дипломатической миссии? – осведомилась де Моранж с аппетитным скрежетом размазывая кусочек мягкого масла по поджаренному до золотистой корочки хлебу.       – Да, миледи, это так. И её зовут Сиора. Постарайтесь запомнить, ведь вам предстоит вписывать её имя во многие официальные бумаги.       – О, ну конечно. Простите мне мою забывчивость, миледи, – беззлобно усмехнулась советница, пряча лицо за белоснежной чашкой с чаем.       – Помилуйте, но вы ведь не собираетесь брать дикарку с собой на аудиенции к наместникам? – насмешливо поинтересовался дез Эссарт.       – Отчего же? Именно для этого Сиора и присоединилась ко мне – ради налаживания диалога между её народом и представителями различных фракций, прибывших с Гакана.       Министр замер, не донеся до рта маслянисто блестящую на солнце сардину.       – Но ведь это просто смешно! Что она может знать о политике? Да и в каком виде эта девица собирается появляться во дворцах? Официально являясь частью вашей миссии, она рискует опозорить всё Торговое Содружество!       Слова дез Эссарта, неожиданно оживили в памяти Дианы лицо весело хохочущего над ней Курта, благодаря чему девушке оказалось намного проще сдержать свой гнев.       Первый министр слыл закостенелым в старом устройстве мира человеком, алчным до власти. Однако его блестящее юридическое образование и множество полезных связей, делали его весьма полезной фигурой на политической доске.       – Не извольте беспокоиться, министр. Я вполне способна контролировать поведение всех членов моей, как вы удачно подметили, миссии. А благодаря благосклонности Сиоры к Торговому Содружеству, мы вероятно сможем предложить нашим союзникам помощь в урегулировании многих проблем с коренным населением острова. Уверена, это положительно скажется на репутации нашей державы, – окончила Диана свою речь, демонстративно вонзив зубы в засахаренный бок булки.       – Я так же, как и моя кузина весьма обеспокоен, тем что за прошедшие годы Содружество не сумело наладить сколь-нибудь дружеские отношения с местными племенами, – не преминул поддержать её Константин, суровым взглядом из-под светлых бровей давая понять министру, что тому стоит внимательнее следить за своим тоном, даже в столь неофициальной обстановке.       Кузены осознавая, как на них, молодых и неопытных, будут смотреть привыкшие к своей неконтролируемой власти советники, заранее готовились выступать против любых недовольных единым фронтом.       – Ваша светлость, – нервно комкая в руках салфетку, выдавил дез Эссарт, сузив и без того небольшие глазки. – Мы предпринимали множество попыток, но местные дикари…       – Быть может, министр, для начала нам стоит перестать называть местных жителей дикарями? – предложил де Курсийон, с присущей ему во всём интеллигентностью не спеша отрезающий аккуратный кусочек сочно-розовой ветчины.       – Милорд, боюсь мы с вами вынуждены признать, что отношения с местными племенами сейчас действительно находятся не на подобающем уровне, – опередив, заметно нахмурившегося министра, подала голос де Моранж, тонкими пальчиками отщипывая зелёную виноградинку с художественно собранной фруктовой тарелки. – Именно поэтому мы так рады вашему приезду, леди де Сарде, и всецело полагаемся в этом вопросе на ваши выдающиеся дипломатические таланты.       Снисходительный взгляд советницы был красноречиво дополнен звонко лопнувшей на зубах ягодой.       Диана надела на лицо вежливую улыбку, чувствуя возрастающее на плечи давление.       До окончания трапезы они успели обсудить ещё несколько безотлагательных вопросов, предстоящие в этом месяце приемы и необходимость наладить на острове более быстрые и безопасные торговые пути.       – Я надеялась после завтрака вытянуть тебя на прогулку – успеть провести вместе хоть немного времени до отъезда, – заговорщически произнесла Диана придвинувшись вплотную к Константину.       – Прошу прощение, ваше превосходительство, но это никак не возможно. Наместника уже ждут встречи с несколькими высокопоставленными торговцами, от договоров с которыми будет зависеть полнота казны Новой Серены на ближайшие несколько месяцев, – слова леди де Моранж кололи холодными нотками строгости.       Константин по-мученически тяжело вздохнул, смотря на Диану наполненными сожалением голубыми глазами, в которых отчётливо читалась его мольба: «Пожалуйста, давай просто сбежим».       – Миледи, я так же осмелюсь напомнить, что нам с вами необходимо обсудить несколько важных аспектов предстоящей вам встречи с Предстоятельницей Корнелией, – промокнув салфеткой и без того чистые губы, заметил де Курсийон.       – Значит после Сан-Матеуса, – с грустью произнесла Диана и поднялась из-за стола, нехотя отпуская изящную руку брата. Подтачиваемое виной сердце будто трещало от нежелания вновь с ним расставаться.       Вдруг Константин мягко взял её под локоть и увлёк в дальний угол столовой.       – Диана, – с неожиданной хрипотцой произнёс он, старательно игнорируя замерших за их спинами советников. – Я надеялся вручить тебе это в другой обстановке, наедине, но…       Он ловко обвил запястье де Сарде и развернул его ладонью вверх. Мягкая подушечка пальца нежно проследовала вдоль жилки, заметно подрагивающей под её кожей, и тут же отстранилась, оставляя на ладони плоскую бархатную коробочку.       Диана с удивлением уставилась на лучащееся нетерпением лицо кузена и, чувствуя на себе давление ещё нескольких взглядов, нервно сглотнула. Открывающаяся с неприятным скрипом крышечка резко распахнулась. На белоснежной атласной подкладке лежала овальная миниатюра. С крохотного портрета, способного уместиться у нее на ладони, на Диану смотрели наполненные нежным теплом васильковые глаза её матери.       – Я подумал, что тебе будет приятно всегда иметь возможность взглянуть на неё.       – Константин, это… – Диана почувствовала, что сердце готово разорваться от распирающей его нежности, а глаза щиплет от горячих слёз. – Спасибо тебе!       Она привстала и, обхватив брата за широкие плечи, отчаянно-нежно поцеловала в щеку, нарушая все мыслимые правила придворного этикета. Руки Константина аккуратно сомкнулись у неё на лопатках плотнее притягивая кузину к груди.       – После Сан-Матеуса! Я обещаю! – прошептала она, прижавшись щекой к виску брата.