Переплетение жизней

POV Люк После того памятного утра, когда отец Кира прояснил нам мне своё видение ситуации с нашим браком и переездом, прошёл месяц, за который Рэй успел обручиться, а мы погулять на его свадьбе. В планах стояло торжество Яра и Кайло, которые решили или, скорее, за которых решили, что они посидят в семейном кругу со своими родителями, а уже потом с нами, чем мы не были огорчены, понимая, что по-другому в крепкой семье Яра быть и не могло. Да и хватило нам впечатлений со свадьбы Рэя с Юэном, чтобы понять, что после таких выходных нужны выходные, потому что мы натанцевались, набегались, напрыгались и наржались и без нажрались. С конкурсами мы явно переборщили, но испробовали всё, что запланировали, и вспоминали их с улыбками, даже несмотря на ноющие мышцы поутру и заставляющие всех краснеть фотоулики, сделанные Михелем по вине нашего неосмотрительного доверия фотоаппарата в его руки. У меня же в планах стоял ещё разговор с отцом Кира, о котором мы негласно условились ещё в то утро, но точную дату которого всё никак не обозначили. А буквально пару дней назад Кир, выступая посредником, попросил меня о встречи с отцом в конце недели, поскольку Эндрю, как служащий, имел фиксированный рабочий график с понедельника по пятницу, поэтому пятничная встреча для тяжёлого разговора по душам была наиболее комфортным вариантом для всех. Мы уговорились о встрече в тихом баре, ещё тихом в шесть вечера. Когда я зашёл, Эндрю уже сидел за угловым столиком подальше от основной массы посетителей с бутылкой пива, я заказал себе того же и, поздоровавшись, присел напротив. - Мы решили обручиться и переехать сразу после выпуска Кира, - не стал я увиливать и озвучил всё напрямик. - Несмотря на то, что вы против, я не вижу ничего зазорного вместе начинать семейную жизнь на новом месте. - Я почему-то так и думал, - спокойно ухмыльнулся альфа, расслабленно облокачиваясь на спинку стула. Похоже сегодня он не был настроен бить мне морду. - Понимаю ваше недоверие мне, но считаю, что сейчас оно больше связано не с моей личностью, а с влиянием вашей работы на вас. - Хм, возможно. Я действительно видел немало грязи в чужих семьях, когда боль причиняют те, кто должны были быть самыми надёжными и близкими. А ты не похож на окрылённого любовью придурка. Считаю, у меня есть повод для беспокойства. - Не согласен. Большинство конфликтов внутри семьи происходит под влиянием гормонов, то есть наиболее ярких эмоций, которые человек не может контролировать. Поэтому то, что я решился на вступление в брак с ясным рассудком, а не под влиянием момента больше плюс, чем минус. - Но ты его не любишь и мой супруг этим фактом недоволен. - Любовь - субъективное чувство, - помолчав, всё же ответил я, смочив горло. - Кир мне нравится настолько, что я хочу быть с ним весьма продолжительный период своей жизни. Сейчас мои чувства таковы, что он мне важен и нужен. Поэтому я готов о нём заботиться и идти на уступки лишь бы удержать его рядом с собой. - Там, где решил жить ты, - поднял наш камень преткновения Эндрю. - Да, там, где хочу жить я, - слегка перефразировал я. - Мой сын уступает тебе куда больше, чем ты ему, - покачал головой Эндрю. - Я знаю, что категоричен в этом вопросе. Но уединённое проживание также хорошо скажется и на Кире, что привык дистанцироваться от людей из-за метки. - Ха, решил и свою мечту осуществить и моего сына реабилитировать? - я неопределённо пожал плечами. Натура Кира, который комфортно себя чувствует сутки напролёт дома, хорошо подходит для проживания за городом (уж не знаю каким был его характер до травмы). Ему не нужны регулярные походы в магазины и бары, так чем плох тот вариант, что я предлагаю? - Вы, как альфа, понимаете, почему для меня важно добиться в этом вопросе своего. - Территориальный признак, дающий чувство независимости и право защиты своей собственности и семьи. Ты, выросший вдали от крупных городов, привык полагаться на себя, а не правоохранительные органы. Гипертрофированный инстинкт альфы. - Ну, инстинкт-то уже подточенный жизнью, всё же во многом на ребят полагаюсь, понимая, что один не справлюсь, а вот память предков осталась. - Хм-м, верно, не ужился бы ты с альфами при таком положении дел, я потому и удивился, когда ты сказал, что живёшь не один. - Вы хорошо разбираетесь в этом из-за своей службы в спец.подразделении, что во многом сформировала ваш характер, или это уже психологический аспект вашего юридического образования? - Что, информаторы, уже всё выяснили? - задал встречный вопрос Эндрю, разом давая понять, что он-то уже всё про нас выяснил. - Нет, лишь почитали про вас в Интернете и дополнили теми факторам, которыми поделился Кир. - И к чему пришли? - К тому, что с вашим знанием всех тонкостей законодательства и узконаправленными навыками, удивлены, что обидчик Кира остался безнаказанным. Вы имеете ярко выраженный отцовский инстинкт, что наводит на мысль: в тот раз, когда Киру поставили метку, парень сбежал... Вы его нашли? - Эндрю покрутил в руках бутылку пива, вспоминая не самые приятные моменты своей жизни. - Нашёл, - подтвердил альфа наши подозрения. - Это было не сложно. Куда бы он делся? Если б придурок додумался сразу же свалить из города, то тогда я бы его потерял за прошедшие неделю с лишним, когда мы с супругом ничего не подозревали о состоянии сына, а затем узнав, дневали-ночевали в больнице с Киром. А так, зайти в бар и спросить про завсегдатая было легко. Народ его там помнил и где он учился сказали быстро. Так что выйти на него труда не составило, никаким великим сыщиком не надо быть. - И что дальше? - А что дальше? - Эндрю горько усмехнулся. - Вот и я задавал себе этот вопрос, глядя на избитого парня перед собой, осознающего кто я и в какую ситуацию он попал. Я, когда шёл к нему в съёмную квартиру, предполагал тысячи вариантов: думал, что это могла быть злая шутка, неудачный спор, изощренная месть, попытка получить моего сына в своё пользование, ведь мало кто из омег, тем более в столь юном возрасте, решился бы уйти от альфы, имея от него метку. Но парень, когда я объяснил ему кто я, испугался, искренне испугался... Он пытался оправдываться и извиняться, пока я вымещал на нём весь свой гнев кулаками. В самом начале ещё пытался предлагать мне деньги в качестве компенсации, потом наконец заткнулся, осознав, что все его слова ещё больше меня провоцируют. Никаких денег не будет достаточно, чтобы помочь моему сыну обрести утерянное душевное спокойствие. Драться пацан не умел, а может был так напуган, чёрт его знает, но ни ответить мне, ни поставить блок ударам он не смог, тормозить себя пришлось мне, поэтому его избиение закончилось быстро. Я перевёл дух и подтащил стул, чтобы примоститься на него и обдумать ситуацию по двадцатому кругу. Потому что всё оказалось действительно так, как виделось врачам, а именно - случайностью. Это действительно был несчастный случай. Молодой альфа никогда до Кира не помогал омеге с течкой и переоценил свои силы. Но как же успешный и популярный студент признается в этом? Злую шутку сыграла их хорошая совместимость, подтолкнувшая Кира нарушить свои принципы и подойти с откровенной просьбой к малознакомому альфе, и затуманившая юному альфе рассудок в пик течки. Он даже не помнил, как укусил Кира... - Эндрю разом выпил оставшуюся половину пива и, открыв ещё одну бутылку, продолжил. - Тот парень, он был бледен, как мел, и не шевелился, лёжа на полу, лишь смотрел на меня и ожидал моих дальнейших действий... А я увидел на его красивом лице страх, а в глазах отчаяние. Он понимал, что я взбешённый отец омеги, которой он сделал больно, и понимал, что он вообще может живым из квартиры не выйти... Я был в отчаянии. Что делать? Протаскать пацана в суде, только чтобы удовлетворить своё эго, что обидчик наказан по закону, а в итоге получить те же деньги, что он сейчас готов мне заплатить? Но помимо этого, вогнать своего сына в ещё большую депрессию, выставив его душевные раны на всеобщее обозрение и обсуждение? Да и пацан не дурак, понимал что натворил, раз изучал, чем ему это грозит, и готов был ответить за свои действия. Я и сказал молодому идиоту, что не желаю таскать сына не только по больницам, но ещё и по инстанциям, поэтому пусть сидит тише воды и не болтает лишнего. Его откупные мне не нужны, потому что его сломанные рёбра, что будут срастаться несколько месяцев и причинять ему боль, меня удовлетворят куда больше. А в качестве напоминания о его ошибке, ему будет служить шрам на боку от раздавленного стакана, на который этот идиот упал. Только после моих слов парень заметил, что ему в рёбра впились осколки стекла. Я сказал ему не вытаскивать их самостоятельно и идти в больницу... и ушёл. Что ещё я мог сделать? Только вернуться в больницу к сыну и попытаться снова поставить его на ноги. - Вы поэтому взялись защищать альфу при аналогичном случае, потому что знали, что это может быть неудачным стечением обстоятельств? - задал я интересующий меня вопрос. - Ха-ха, родители того пацанёнка, что неудачно погулял на школьном выпускном в клубе, когда узнали, кто вызвался защищать их сына, тоже меня спрашивали об этом. И скажу тебе то же, что я сказал им. Я вызвался защищать их сына не из-за ошарашенного поведения их альфы, я с ним тогда ещё даже не виделся. Я вызвался им помочь, потому что по горькому опыту знаю, как ведёт себя омега, для которой метка действительно непоправимое клеймо на теле и неизлечимая рана на сердце. Тот омега слишком легко начал хватать кусок пожирнее от ситуации, в то время как мой сын чуть не умер от обезвоживания, замкнувшись в себе. - Простите, - не выдержал я взгляда старшего альфы. - За что? - удивился он. - За то что беспричинно разбередил старые раны только из-за своего любопытства. - Что ж, не волнуйся. Я не буду бередить твои раны в ответ, - на мой вопросительный взгляд, Эндрю сделал глоток и пояснил. - Кир уже рассказал мне, какими были и как погибли твои родители и чем ты занимался впоследствии. Ну, а как сложилась твоя жизнь и так видно. - И что скажете? - вернул я ему вопрос, о том, какой мой образ выстроился в его голове. - Скажу, что врач ты хороший, - он снова сделал глоток и завершил, всё же ткнув меня носом, - даже без полноценного образования. - Он размял ту руку, что я недавно зашивал, сжав и разогнув обратно пальцы, а меня пронзила безумная догадка. - Вы специально порезали тогда себе руку, повредив сухожилия? - ошарашено произнёс я. - Конечно, - улыбнулся он, смотря на меня как на дурака, что забыл, что он десять лет провёл в спецназе, - уж с ножом обращаться я умею. Но мне же надо было тебя проверить. Я должен был убедиться, кому я сына отдаю. - И кому? - Хм, скептику, что боится открыть своё сердце даже израненной омеге, которая не представляет ему угрозы, и готов найти тысячу оправданий лишь бы не назвать свои чувства любовью. - О, уже не «категоричному собственнику» и «первому встречному интригану»? - Ну-у, все альфы собственники, на интригана мой сын найдёт управу, а что касается твоей упёртости, то я считаю, для альфы эта черта необходима. Да что уж там говорить? Сам был таким же. Не будь я упёртым бараном, я не имел бы сейчас ни мужа, ни сына. А не будь также упёрт, как я, мой муж, я был бы мёртв. - Мы помолчали, переосмысливая слова друг друга, но Эндрю разбил тишину судьбоносным решением. - Как альфа я хочу держать Кира в поле своего зрения и в зоне моей досягаемости... Но я не могу запретить сыну жить своей жизнью. Я дал ему благословение и право решать самому, потому что вижу, что Кир влюблён и счастлив рядом с тобой. Мы с мужем всё обсудили с сыном и не раз, да и он не глуп, понимает, на что идёт ради тебя, и какое бы решение он не принял, оно будет только его и мы его примем, как бы не волновались за его судьбу... - Спасибо... - я хотел сказать что-то ещё, но Эндрю продолжил за меня. - Но, по-правде говоря, я не буду вмешиваться только потому, что когда-то такой же шанс дал мне мой омега и ты заслуживаешь своего, - я растерялся, и альфа увидел непонимание в моих глазах. - Про нас с Джоззи Кир не рассказывал? - с тёплой улыбкой на губах заметил он. - Лишь сказал, что это Джозеф заставил вас бросить опасную работу. - Да-а-а, но по факту мой омега куда отважнее меня, я лишь делал всё от меня зависящее, чтобы суметь оправдать его доверие. Сколько мне лет? - вдруг спросил Эндрю невпопад. - Ам-м, честно не интересовались, - снова растерялся я от его вопроса, - прикинули, что под пятьдесят. Джозеф при первой встрече беспокоился, что будет рожать в сорок четыре, - начал вспоминать я, - ну и вам должно быть примерно столько же. - Мне сорок, - я сначала не увидел в этом ничего предосудительного, ну ошиблись с ребятами на несколько лет, а потом до меня дошло. - Подождите, Киру сейчас двадцать четыре, это получается... - Мне было шестнадцать, - добил меня альфа. - Когда родился Кир, мне было шестнадцать. Представь, в каких обстоятельствах оказался мой омега по моей вине. Он был студентом, из обеспеченной семьи, а я даже школу ещё не закончил, да и жил бедно, только с папой, который один нас тянул, отец-пьяница, слава Богу, под машину попал, когда мне было десять, - я не смог сдержать изумления, отразившегося на лице от этих слов, глядя на которое, Эндрю понимающе усмехнулся и пояснил. - Увы, но полноценная семья не всегда благо для ребёнка, а наличие официального мужа не всегда благо для омеги - это я понял ещё в детстве. Отца плохо помню, хорошо помню слёзы папы, когда весь наш заработок уходил ему на выпивку. Благо побоев в семье не было, но это лишь заслуга папы, который всегда знал и меня с младенчества учил, что с пьяным спорить бесполезно. Зато как отца не стало, мы раскрутились, жили также бедно, но папа больше не изображал приведение и стал чувствовать себя дома свободнее, хотя привычка ходить бесшумно осталась до сих пор, - грустно покачал головой мой собеседник. - И вот представь, когда такой оборванец как я, выросший на дворовых улицах, оказался наиболее подходящим альфой для молодого аристократа. Глаза моего омеги в нашу первую встречу надо было видеть, - Эндрю так искренне расхохотался, что я невольно улыбнулся, глядя на него. - Но он не отвернулся от меня, мы решили встречаться тайно. Его не отдали бы замуж раньше, чем он получит образование, а значит пару лет в запасе, как раз до моего совершеннолетия, у нас было. Он всё учёл, кроме того, что я подросток, а он мой истинный и мой первый омега. Несмотря на то, что наш первый раз был до его течки, я всё равно потерял контроль, почуяв весь спектр его феромонов, а он под моим напором потерял презервативы и все предостережения. И, конечно, с такой совместимостью, наша близость не прошла бесследно. Он мог сделать аборт, чтобы избежать скандала с родителями и продлить нашу тайную связь ещё чуть-чуть, и я бы даже не мог ничего ему возразить - не имел на это права, поскольку незапланированный ребёнок всецело моя вина, а расплачиваться за мою ошибку придётся ему. Как я выл от отчаяния, что не могу просить его оставить нашего сына, понимая, что не могу дать ничего взамен, не смогу его обеспечить, если родители выгонят из дома, не смогу дать той красивой жизни, к которой он привык, да я просто загублю его жизнь и опущу в наши трущобы. - Эндрю остановился, перевести дух, а я, даже зная развязку истории, поскольку сейчас планирую обручиться с его сыном, ожидал продолжения, затаив дыхание. - Но он принял решение за нас. Он решил оставить ребёнка и преподнёс это как своё право омеги, освободив меня от необходимости умолять его сохранить жизнь нашего малыша. И даже в таком непростом положении он ловко маневрировал между обстоятельствами. Он не дал мне бросить школу. До тех пор, пока не был виден живот и не появился молочный запах, он от лица родителей оплатил себе оставшиеся годы учёбы и взял финансов про запас, ссылаясь на свои траты в магазинах с друзьями. Перевёз к нам с папой свои учебники и вещи, часть из которых сразу отдал папе, который был одной с ним комплекции. Он делал все эти приготовления, отшучиваясь, что хорошо, если они будут напрасны, но, к сожалению, Джоззи верно просчитал все шансы. У него подрастал младший брат - альфа - наследник, так что его родителям было проще избавиться от не оправдавшей ожидания омеги, чем терпеть унижение его возмутительным беременным положением, которым он опорочил свою честь и их семью. Так что Джоззи перебрался к нам с папой, который спокойно принял мою ошибку и так же быстро как и мой омега окоротил мои извинения, сказав, что как-то же меня он поднял, и с ещё одним младенцем они справятся. Как ты понимаешь, при таких обстоятельствах дальнейший выбор профессии у меня не стоял. Тут или так и оставаться всю жизнь грузчиком, или отличаться в армии, тогда может хоть какие-то дороги откроются. А через пару лет моей службы, Джозеф сказал мне получать образование. Это потом выяснилось, что он уже тогда готовил мне пути отступления из спецназа. О, сколько мы с ним ругались из-за моей работы, сколько раз я ему говорил, что мне нужно их обеспечивать, а он на меня орал, что ему нужен муж в настоящей жизни, а не в светлой памяти, и что он не останется один с ребёнком на руках. Ха-ха-ха, я помню как Джоззи угрожал переломать мне ноги и был готов исполнить угрозу, но не отпустить в очередную командировку, в которую я заупрямился ехать из-за обещанной оплаты. Но когда очередной мой товарищ возвращался в цинковом гробу, я понимал, как он был прав... - Эндрю с такой нежностью говорил о своём муже, что я залюбовался, вспоминая своего отца с папой. Мой отец постоянно бухтел на папу, когда тот болел, но исправно готовил ему сытную мясную похлёбку, чтобы тот быстрее выздоравливал, а папа с умилением слушал его бубнёж, наслаждаясь нашим обществом и горячим бульоном, принесённым ему в постель. Эндрю, заметив мой взгляд, смутился и, прочистив горло, продолжил разговор. - Кхм, кхм, так что, как видишь, мой муж дал мне шанс там, где я сам бы себе не дал, и тогда, когда я сам в себя не верил и не дал бы за свои обещания ни гроша. Наш малыш такой же отважный как он, поэтому береги его. - Почему вы решили рассказать мне свою историю? - задал я ключевой вопрос. - Потому что скоро ты станешь частью нашей семьи, ведь сам сказал, что впускаешь Кира в свою жизнь на продолжительное время. Какими бы чувствами ты не руководствовался, решая вступить в брак, но о своём омеге ты позаботишься, или я ни черта не разбираюсь в людях. Но всё же надеюсь, что мой жизненный опыт и личные суждения относительно тебя меня не подводят. - Я сделаю всё от меня зависящее. - Так же что касается регистрации вашего союза. Свадебная церемония будет, - непреклонно заявил альфа. - У меня нет денег, - сконфуженно признался я в своей финансовой несостоятельности. - Ещё бы они у тебя сейчас были, - возмутился альфа. - Небось не осталось ни цента после приобретения собственного дома. Да-а, парень ты целеустремлённый. В двадцать девять осилить свой дом, да ещё вместе с прилегающей территорией... - Эндрю присвистнул. - Похвально, но не называй мне количество гектаров земли у себя в собственности, а то у меня будут комплексы, - я рассмеялся на его шутку, за которой он скрыл своё одобрение и поддержку. - Так к чему это я? А! К тому, что праздничный банкет оплачу я, как отец жениха. Сын показывал мне торжество вашего друга - Рэя, кажется. И у Кира в момент просмотра видео сияли глаза. Так что мой омежка тоже достоин праздника. Вечеринка с тамадой никому не нужна, но после росписи посидеть за столом считаю необходимым. Со стороны Кира будем мы с Джозефом и мой папа со своим спутником, с твоей стороны, я так понимаю, будут парни со своими парами. Вопросы? - У Рэя есть маленький ребёнок... - в шоке от того, как быстро разговор по душам перешёл в деловой, заторможено проговорил я. - Я видел, - улыбнулся Эндрю, видно вспоминая видео, которое удостоилось показа родителям Яра и Кира. - Без проблем, пусть берёт, он не помешает. Точную дату назначим после выпускного, не будем расслаблять Кира перед защитой диплома и мешать два праздника в один. Что-то ещё? - Как давно вы приняли меня в качестве альфы вашего сына? - поражённо спросил я. Да он уже всё распланировал, вот и нафига было устраивать это показательное выступление с его кулаками на моём лице? - Окончательно? После того, как ты искренне удивился на все озвученные подозрения, относительно чистоты твоих намерений к моему сыну, где-то в воскресенье утром, когда я случайно зашёл к вам в гости по пути в магазин. - Угу, совершенно случайно, - вот говнюк, развёл нас. Я-то переживал, с ребятами консультировался, с Киром всё обсуждал, а этот... хороший отец подтолкнул меня к разговору по душам со своим сыном. Вот же ш, юрист хренов. - Хм, тонко, - только и смог сказать я. - А Кир к нам тогда зашёл тоже по пути? - Нет, боюсь, это уже мой супруг сделал свой ход, подредактировав мою игру. - Короче говоря, послал вас всё выяснить втихаря от Кира, а потом сам же отправил сына вам на подмогу... или мне? - Точность формулировок, свойственная хирургу, - покивал головой Эндрю. - Непредсказуемость намерений всех юристов, - я покачал головой на его проверку. - Но с хитростью вашего мужа даже вы не сравнитесь. - И не стремлюсь. С ним мало кто может соперничать, поэтому советую тебе не обижать Кира. Наш омежка достался нам тяжело с первых дней, мы за него боролись, и мы очень хотим, чтоб он был счастлив. Не обмани наше доверие. - На это я смог только кивнуть головой. - Ваш муж поражает, - невольно вырвалось у меня, когда я вспомнил, кто выведывал у меня всю информацию при первой встрече и как ловко тот ставил вопросы. Думаю, если бы я не огорошил Джозефа его же беременностью, он из меня бы тогда всю душу вытряс. - А ты думал? Именно омега истинный хозяин в доме, кто бы что ни говорил. После откровений в таком количестве разговор иссяк сам собой, как пиво в наших бутылках, и мы начали собираться по домам. Однако на улице Эндрю всё же нашёл, что добавить напоследок, пожав мне руку на прощание. - Я передаю своё сокровище под твою заботу. Сделай его счастливым, Люк, не обеспеченным, нет, твои деньги ему не нужны, а именно счастливым, и он вернёт тебе всё в ответ в троекратном размере. После разговора с Эндрю в баре я был в раздрае. Такие жизненные перипетия смутили даже меня. Его тернистый жизненный путь, его невероятный омега, что рискнул всем ради любимого, потерял всё, когда его альфу и ребёнка не приняли, и обрёл всё - и любящего родителя в лице папы Эндрю, и надёжного мужа, и прекрасного сына, и достаток впоследствии появился без всяких приданных от обеспеченной семьи. Вот так отказаться от всего ради призрачного шанса на счастливую семью... страшно. Я был вынужден начинать всё сам, но я лишился всего под гнётом обстоятельств, а не осознанного решения. До чего ж отчаянный омега. А Эндрю? Да, легко переносить чужие проблемы, когда они тебя не касаются. А вот так, как у Эндрю, когда пострадал твой единственный сын, а ты альфа - глава и защитник семьи не можешь ему помочь. Я даже не знаю, как поступил бы, будучи на его месте. А он, несмотря на всю свою боль за ребёнка, сумел собраться и чётко проанализировать ситуацию и принять верное решение. Он не завёл судебное разбирательство для очистки своей совести, а в первую очередь думал о своём сыне, что просто нуждался в покое и его поддержке. Поэтому, когда я поделился с парнями своими переживаниями, те были рады приобщиться к проблеме и искренне восхитились поступком Эндрю, что не стал срываться на невинном парне, хотя со своей-то выучкой мог легко отправить пацана не то что на больничную койку, но и прямиком на тот свет.