Переплетение жизней

POV Рэй Я весь измаялся искать кольцо своему маленькому купидончику, бесповоротно пронзившему моё сердце своей любовью, но наблюдая на сияющие от слёз глаза своего кудрявого ангелочка, понимаю как верно было это решение и как необходимо было Юэну такое банальное подтверждение моих чувств. Он ещё не понял, что я бы никогда не решился на жизнь вместе с кем-либо не испытывая сильных чувств, не переосмыслив всё тщательно с разных сторон не один раз и не имея веских оснований для таких серьёзных решений. Вон, парни - яркое тому подтверждение. Не, ну где ещё четверо взрослых сознательных альф мало того, что работают вместе, так ещё и живут под одной крышей, и досуг проводят сообща? Не встречал я больше таких экстраординарных коалиций, состоящих из не менее неординарных личностей. Да, мы не сразу ужились вместе и долго делили сферы влияния в доме и на работе, и со всей ответственностью могу сказать, что без Бьёрна, бывшего кэпом на нашей прошлой работе и сохранившего и, главное, не побоявшегося взять лидерство и в доме, мы бы давно разосрались все к чертям. Поэтому, чья главная заслуга наших нынешних тесных отношений знает каждый из нас, кроме, разве что, самого Бьёрна, который ничегошеньки за собой не замечает. И вот парни уж за столько лет тесного общения и именно моего яркого протеста жить с ними под одной крышей точно знают, как для меня болезненно пускать на свою территорию чужаков. Уж не знаю, с чем это точно связано, предполагаю, что с моей компьютерной зависимостью в детстве, когда мне было достаточно компьютерных технологий и я не любил подпускать к себе живых людей. Вот они-то, наблюдая весь спектр моей истерики первые два месяца совместного проживания и работы вчетвером, выражающейся постоянным плохим настроением, неуверенностью в себе, замаскированной в неизменных подколках, шпильках и нападках на них, давно в курсе, как тяжело мне менять среду обитания и, главное, ближайших ко мне обитателей. Уж не знаю, как парни меня вытерпели, когда я пытался им под шкуру залезть, проверяя их на прочность, тем самым выясняя, заслуживают ли они моего доверия. Но, спасибо им, продержались и, к тому же, хорошо прощупали в ответ меня. Поэтому они-то, зная как остро территориальный вопрос важен для моего восприятия, сразу поняли всю серьёзность положения дел, когда я сказал, что съезжаюсь с Юэном, а вот последний малыш ещё совсем не знает альф и то, как ревностно мы оберегаем свою территорию и всех находящихся на ней. Это уже ярко проявляется в поведении Михеля, что в столь юном возрасте всеми силами защищает своего папу, и мне ещё чертовски повезло, что Михель так легко меня принял и пустил не только в своё пространство, но и согласился разделить со мной своего любимого папу, потребовав в ответ обещания, что я буду защищать и оберегать его любимую омегу, к которой он меня подпустил. Ха-ха-ха, истинный альфа, мой ребёнок сразу определил мои намерения, а вот мой милый омега ещё не понимает, почему я так легко решился на брак, и так недоверчиво смотрит на моё счастливое лицо. Да просто мой переезд с ним в одну жилплощадь уже был равносилен браку в моём понимании. Ну да ничего. У нас ещё будет масса времени, узнать друг друга получше. Парни радостно за нами наблюдали, когда видели в моих глазах благодарность им за осознание и исправление мной своей ошибки, состоящей в неправильном истолковании для Юэна нашего совместного проживания. И я безмерно им благодарен за помощь мне в подготовке свадебного торжества. Именно благодаря им за предстоящие организационные хлопоты я мог не волноваться и был спокоен в долгожданный час бракосочетания. Михель подарил нашей с Юэном росписи непередаваемой значимости. После того как вся наша группа друзей-семей вошла в красиво обставленных зал, наши друзья окружили нас с Юэном полукольцом, оставшись перед пьедесталом, где мы с Юэном, взявшись за руки, остановились вполоборота перед алтарём, ожидая когда начнёт звучать положенная речь из уст регистратора, ребёнок понял всю торжественность момента и посчитал необходимым проконтролировать честность произносимых нами друг другу клятв. Так, на вопрос готов ли я взять в мужья Юэна Грифтжа, Михель перебил человека, изображающего роль священника, встал между нами с Юэном и добавил пару вопросов от себя. Он уточнил правда-правда ли я останусь с ними навсегда, заглядывая мне в душу бесхитростным взглядом и не давая шансов соврать его шоколадным глазам. Пока я отчитывался перед ребёнком в искренности своих намерений, на периферии я заметил копошение друзей и шёпот омег: «Телефон... Видео... Быстрее... Снимай-снимай...». - Ты обещал мне защищать моего папу, - я присел перед Михелем на одно колено, чтобы он не задирал голову. - Верно. И я обещаю тебе это ещё раз перед всеми свидетелями. Если ты позволишь мне стать вашей семьёй, то я всеми силами буду защищать и заботиться о вас двоих. - Нет, заботиться о нас будет папа, а мы с тобой будем его оберегать от всех опасностей. - Хорошо, но пока ты не вошёл в полную силу, надеюсь ты примешь мою помощь, если поймёшь, что не сможешь справиться с чем-то сам. - Хорошо, а ты будешь просить о помощи меня, когда не сможешь справиться с папой. - Михель, когда это со мной нужно было бороться? - ошарашено проговорил Юэн под смешки наших друзей. - Когда ты меня не слушался, - ответил ребёнок, а смех стал громче. - Иногда тебя так тяжело переубедить, - пожаловался нам малыш, - вот я и готов помогать в этом Рэю. - Ловлю на слове. - Рэй, - возмутился мой омега. - Альфы должны держаться вместе, - пожал я руку сыну. - Особенно, когда речь идёт о благе омег, даже если сами омеги с этим не согласны. - Именно, - искренне возмутился малыш, - это же нам их защищать. Не надо нам мешать в этом! - Смех друзей отразился со стороны алтаря. - Тогда мне не надо мешать заботиться о своих альфах, когда я говорю что что-то лучше для них, - непреклонно проговорил мой жених. - Вот об этом я и говорил, - устало произнёс Михель. Мы все не смогли сдержать смех на искреннюю обречённость малыша заботой папы, а Юэн краску смущения на лице, заметную даже на его смуглой коже. - Значит, компромисс, - подвёл итог я, - Юэн, мы с Михелем обещаем защищать тебя, а ты обещаешь позволять нам это делать, чтобы чувствовать себя альфами рядом с тобой. - Да, так будет честно, - поддержал меня Михель. - Уже сговорились? - поднял бровь Юэн. - Буквально только что, - согласно качнул головой я, переглядываясь с Михелем. - Обещаю, - смирился наш омега. - Тогда ты, как альфа, тоже будешь помогать папе вместе со мной по дому, - безапелляционно подвёл итог нашей договорённости Михель. - Ам-м, мне помогать вам на кухне? - уточнил я, будучи неуверенным в своих силах выполнить это. - Не, ты готовить не умеешь, так что будешь убираться, а я буду помогать папе на кухне, - я тяжело вздохнул и согласился, а мои друзья уже открыто ржали над моими условиями вступления в брак, зная мою нелюбовь к уборке. - Михель, остальные нюансы нашей жизни втроём мы можем проговорить позже, - попытался спасти меня Юэн от дальнейших обязательств. - Нет, у тебя же теперь будет два альфы, значит надо сразу решить, что первым ты укладываешь спать меня. - Согласен, - поспешил я принять это невинное условие. - Мы будем спать втроём, - прозвучал следующий пункт. - Не, по мере твоего взросления места для троих будет всё меньше, - привёл я контраргументы. - Ты прав, я же хочу стать таким же большим альфой. Ладно, будем спать с папой по очереди. - Чур сегодня с папой сплю я, - поспешил я застолбить себе брачную ночь. Ребята уже не могли сдерживаться и смеялись в голос. Михель же, видно, был удовлетворён моими ответами, поэтому замолчал, только хмурил брови, явно вспоминая, всё ли он уточнил. - Михель, проси себе поход в кинотеатр каждый месяц, - стали подсказывать ребёнку друзья, зная его любовь к мультикам. - Проси вкусняшек каждую пятницу, - присоединились их омеги. - Лего проси себе, лего, пусть потом собирает детали по всему дому, - не понял, это кто там такой зловредный? - Или катание на машинках в парке аттракционов, может, хоть ты его водить научишь, - подсказал Яр, только этот гад постоянно меня подкалывает на тему вождения. - Велик проси, Рэй кататься на нём не умеет, - поддержал тему развития моих слабых мест Люк. - Тише вы, научите ребёнка плохому, - а то правда попросит велик, а я потом летай на нём по ближайшим кустам за малы́м. Но малыш так и не попросил больше ничего конкретно для себя. - Я могу продолжить? - аккуратно спросил госслужащий у ребёнка, в образовавшуюся паузу. - Да, - кивнул тот. Я выпрямился, - Ой, нет. Я забыл самое важное. - Михель схватил меня за край пиджака, я сложил руки в молитвенном жесте. - Михель, давай что попроще. Я согласился на уборку, - попросил я для себя поблажек. Михель схватил меня за руку. - Ты любишь моего папу? - я улыбнулся. Правильный вопрос, но для нас с Юэном он звучит больно двояко, всё же у Михеля в жизни было два папы-омеги. Поэтому я решил обратиться напрямую к Юэну, а не отвечать на вопрос Михеля. - Юэн, - я взял омегу за руку второй рукой, Михель поспешил повторить мой жест и тоже взял папу, который до этого просто касался его плеча, за руку. Я выдержал минутную паузу, собираясь с мыслями. - Знаешь, я каждый день старался тебе сказать, какой ты чудесный омега, а сегодня в спешке я, кажется, забыл это сделать. Юэн, ты очарователен. Ты неповторимый омега, интонации голоса которого я никогда не могу повторить и на которого я не могу перестать залипать, как Михель на экран телевизора при просмотре мультфильма... Ты занимательная личность, которая периодически занимает все мои мысли, и умудряется это делать не только нашими разговорами, но и мимолётным движением, вроде утреннего поцелуя на прощание, после которого улыбка не покидает моё лицо... Ты замечательный папа, любовь которого я не устаю подмечать в каждом движении и с замечаниями которого в мой адрес я всегда буду согласен, потому что сам никогда не смогу стать таким же образцовым отцом для сына... Ты поразительный, ты всякий раз поражаешь меня своим обаянием, а когда я был неправ и мы с тобой поругались, ты поразил меня красочностью эпитетов и восклицаний литературного языка, что мне впервые нечего было добавить в свой адрес... Знаешь, до знакомства с тобой я никогда не задумывался насколько я на самом деле слаб перед обстоятельствами. Ты отважный и смелый, там где я пасовал и не мог двинуться дальше без пинков от своих друзей, - я перевёл взгляд на ребят, что выражали мне поддержку одними своими взглядами, - ты просто делал то, что должно, не боясь противостоять жизненным трудностям в одиночку, когда рассчитывать больше было не на кого. Надеюсь, теперь ты сможешь рассчитывать на меня... Ты чертовски сильный омега, с которым я боюсь без помощи нашего сына и вправду не смогу совладать. И сейчас я очень боюсь преодолеть последний рубеж между нами, но ещё больше я боюсь остаться без вас, потому что люблю вас. - Рэ-э-эй, - произнёс Юэн и расплакался. - Папочка! - воскликнул Михель и подёргал того за пиджак, чтобы Юэн опустился к нему. После того как омега присел на корточки малыш стал его успокаивать и гладить по голове. - Ну ты чего? Он же тебе в любви признался, ты радоваться должен. - Нет, всё в порядке, - сказал Юэн, но Михель ему не поверил. - Он что-то не так сказал? А то я не всё понял. Рэй, ну что ты там так много наговорил? Надо было сказать: «Я люблю тебя как шоколад!» или как мультики, коротко и ясно, - друзья рассмеялись на отповедь ребёнка. - Оу, точно. Юэн, - я потянул омегу, чтобы он выпрямился, - я тебя люблю как видеоигры или как аниме и мармеладки. Так пойдёт? - уточнил я у Михеля. - То-о-очно? - сомнительно протянул малыш. - Точно, - качнул головой я, а Юэн рассмеялся. - Во-о-от, теперь правильно, видишь, папа смеётся. - Простите, я научусь, - покаялся я. - Кхм, итак, судья, мы можем дать высказаться другой стороне? - спросил госслужащий у Михеля, еле сдерживая улыбку. - Да, - жизнерадостно ответил малыш. - Что ж, полагаю, про «в горе и в радости» мы уже выяснили? - работник вопросительно обратился к нашим свидетелям, которые согласно загомонили, желая пропустить эти формальности. Михель сработал лучше всяких заветов. - Тогда, Юэн Грифтж, согласен ли ты стать законным мужем Рэя Дагласа и заключить священный брачный союз с этим альфой? - Да, согласен. - Тогда я торжестве... - Вы тоже забыли спросить, - обратился Михель к регистратору. - Что я забыл спросить? - ошарашено уточнил альфа. - Папа, а ты любишь Рэя? - Люблю, - счастливо сказал Юэн. - Сильно-сильно? - Сильно-сильно. - Как мультики? - Как книги. - Ты будешь читать их нам с Рэем на ночь? - Буду. - Теперь всё правильно, - заключил Михель. - Объявляю вас супругами, - наконец завершил свою речь госслужащий. - Можете скрепить свой союз... а-а-а, объятиями? - растерялся регистратор под открытым взглядом детских глаз, направленных на него. - И поцелуем, - помог ему Михель. Я обнял Юэна, а затем и поцеловал его в губы, согнувшись в три погибели, не имея возможности углубить поцелуй, под требовательным детским взором. После просто обозначенного поцелуя Михель распахнул к нам руки и мы с Юэном не сговариваясь присели к сыну и, обняв, поцеловали его в щёки с двух сторон. Малыш расцвёл. - Поздравляю. А теперь хочу уточнить у вас ряд формальностей, - начал чиновник. - Возьмёшь мою фамилию? - спросил я у своей омеги, поскольку понял куда клонит делопроизводитель. - Рэй, а какая у тебя фамилия? - Михель, ты не слушал регистратора? - спросил Юэн. - Я следил, чтобы он не пропустил самого важного, - значимо сказал сын. - Даглас, - ответил я. - А что, можно выбрать фамилию? - Это решать твоему папе. - Я не хочу менять фамилию, - уловил суть малыш, что если фамилия изменится у его папы, то соответственно и у него. - Она у тебя странная. Звучит как а́тлас, но я же не карта. - Хей, классная у меня фамилия. Звучит как у ковбоев в старых вестернах. - Но папа уже выбрал моё имя, почему я не могу выбрать нам фамилию? - Потому что это право омеги. А имя никто из нас не выбирал. Вон, меня вообще зовут как светлячка из мультика «Принцесса и лягушка». - А папа тоже будет для тебя звёздочкой, - вспомнил Михель про любовь всей жизни для светлячка в этой анимационной картине. - Михель, посмотри на его кольцо, он уже для меня солнышко. - Но фамилия странная... - я увидел беспокойство Юэна, ведь всё же Михель мой кровный сын, но я лично не видел в этом проблемы. - Можешь взять себе двойную: Грифтж-Даглас. Михель Грифтж-Даглас. Как тебе? По половине от каждого родителя. - И Юэн Грифтж-Даглас. Да, так мне нравится. Так правильно. Папа, берём. С тобой, Рэй, мы тоже поделимся. Будешь Рэй Грифтж-Даглас. - Ха-ха-ха, спасибо. Отлично, мистер, запишите нам всем двойную фамилию. - Двойную? Вы уверены? Всё же ребёнок... Вы можете обсудить всё ещё раз со своим супругом, - заволновался госслужащий. Видно, здесь редки случаи, когда собственники альфы соглашаются сменить свою фамилию. - А что такого? У нас же союз? Юэн, ты согласен? - Мне нравится. Если ты не против, я только за. - Мы согласны. - Ха-ха-ха, ну что, мистер Грифтж-Даглас, тут не только ты поделился своей фамилией с омегой, но маленький альфа заявил свои права и на тебя? - смеялся Бьёрн, на то, что малыш умудрился присвоить мне свою фамилию, а не наоборот, пока мы ждали оформления документов. - Молодчина! Такой маленький и такой собственник, одобряю, - протянул с восхищением Яр. - Да-а, вот это сюрприз, тебе повезло, что на работе некому обращаться к тебе по фамилии - это непроизносимо, - ржал надо мной Люк. - Молчал бы, ещё неизвестно, возьмёт ли твою фамилию Кир, - поддел я наглеца. - У него она классная - Уинтер. - Кир, моя фамилия тоже здоровская, - моя шпилька достигла нервов друга, заставив того задуматься и заволноваться, - тебе же нравится Элмерз? - Задай мне этот вопрос на нашей росписи, - не стал облегчать жизнь Люка омега, хитро прищурившись. А по залу дома бракосочетаний разнёсся наш гогот, по-другому эту звуковую волну было не назвать. После порции поздравлений, нескольких видеозапечатлений, кучи фотографий со всевозможных съёмочных устройств и нескончаемых радостных улыбок и настроений мы всем составом отправились отмечать в заказанный ресторан, продолжая вести фотосъёмку на улице, доверив одну мыльницу Михелю, который был горд порученной миссии запечатлеть на память этот день. Друзья наперебой выражали восторг от получившийся церемонии, обещая скинуть видео, не забывая подкалывать меня на тему, что сын всё-таки заставил меня произнести свадебную речь, которую я со всем своим красноречием не удосужился написать в ответ на искренность Юэна, выраженную мне в письме, хоть и не озвученную во всеуслышание. Мы с парнями дружно выдохнули, осознав, что Михель своим непосредственным детским вмешательством решил все наши вопросы, расслабив и заразив всех своим позитивным настроем. Больше всего за столом волновались наши омеги, которые были мало знакомы друг с другом. Ну, тут уж, ситуацию спасал Кайло, как самый старший из омег и как первый омега, прочно обосновавшийся в нашей компашке альф, и очень скоро наши дорогие сердцу спутники смогли расслабиться и от души повеселиться на нашем с Юэном празднике. Ребята, переживавшие за комфорт Михеля, быстро поняли, что общительный ребёнок не его замкнутый в цифровом пространстве отец, и только рад находиться в окружении людей. Вот он-то чувствовал себя совершенно комфортно в нашем кругу и был счастлив со всеми перезнакомиться. А потом, налопавшись за общим столов вкусняшек, отправился на соседний диван смотреть захваченные специально для него мультики. Счастью ребёнка не было предела. Мы не прогадали в выборе ресторана, обустроив зону отдыха для малыша. Он так весь вечер и путешествовал: то с нами посидит, поест, пообщается и поиграет в конкурсы, вроде угадывания животных на лбу, то возвращается снова к новому широкомасштабному анимационному миру и шикарной акустике моих больших наушников. Омеги парней умилялись, глядя на общение Юэна с Михелем. Дабы не было каких-либо недомолвок парни до торжества посвятили их во все тонкости наших с Юэном и Михелем отношений и объяснили, кто кому кем приходится, чтобы за столом не были подняты неприятные темы. То же самое касалось и остальных наших спутников, имеющих свои неожиданные сюрпризы. Поэтому, чтобы не возникло каких-то казусов, мы с ребятами также решили предупредить омег друг друга. Так, каждый сидящий за столом знал, что у Кайло есть новорожденный ребёнок не от Яра, которого тот сам запланировал, и что они с Яром сочетаются браком только в следующем месяце, что Кир имеет печальный опыт и носит метку от чужого альфы, что Крим встречался с Бьёрном будучи студентом и три года был его любовником, пока тот не созрел или скорее прозрел для брака. Так что каждый из нас до этого дня имел вечер откровений со своими избранниками, а потом уже и мы с парнями анализировали реакцию омег на подобные откровения чужих жизней. Не буду объяснять, как тяжело дался каждому из нас тот разговор по душам, могу лишь сказать, что все наши омеги были в тихом шоке и от отчаянного и отважного решения Кайло родить ребёнка от незнакомца, от стойкости моего лапочки - Юэна, так рано воспитывающего малыша самостоятельно, от терпеливости Крима в отношениях с тугодумом Бьёрном (наш лидер был в шоке, когда Люк поделился с ним реакцией Кира, который сказал, что не готов бы был ждать альфу столько лет). Но больше всех омеги сочувствовали Киру, носящему чужое клеймо, и мы все уверились в правоте Люка, что здесь действительно задета чисто омежья сущность, какие-то глубинные закладки формирования слабого пола. В целом праздник проходил великолепно. Омеги каждого из нас были ослепительны и на общем фоне выделялись каждый своей неповторимой красотой. Я не без удовольствия заметил, что единых типажей внешности среди наших избранников нет. Так же, как мы с ребятами ярко контрастировали на фоне друг друга, что внешностью, что возрастом, что характерами, так же и омегу каждый из нас выбрал себе под стать. «Под стать» - очень точное выражение для пары Яра - высокий, умный, самодостаточный, обладающий какой-то житейской мудростью созвучной с жизненным опытом самого старшего в нашей компании друга. При том гибкий и сильный, что Бьярне может не опасаться сломать омегу своим нравом или мощным телом и чувствовать себя рядом с Кайло свободно, что в общем доме, что в общей постели. Омега Бьёрна виделся мне противовесом или магнитом другого полюса. Глядя на эту пару можно было сказать уравновешивают или дополняют друг друга. У Крима отсутствовала эта основательность по жизни, свойственная Бьёрну, Яру с Кайло да Люку. Он, как и я, стремился жить, получая от жизни удовольствие, занимаясь любимым делом, ну и пусть заработать на своей работе он не сможет, на хлеб хватает и ладно. Бьёрн же всегда выбирал стабильный заработок, и был запасливым и прагматичным, считая, что работа в первую очередь должна удовлетворять потребности и лишь потом приносить удовольствие. Там, где Крим тратился на впечатления, Бьёрн делал вложения. Да даже во внешнем виде ярко виден контраст. Бьёрн по телосложению чертовки пропорционален, прям атлет. Крим же низкий и аппетитный, его фигура это не твёрдый треугольник Бьёрна, а мягкая восьмёрка. А уж выдержанные цвета в одежде у лидера и неизменные яркие акценты у Крима вообще не поддаются описанию. Так что «Инь и Ян» это про них. А ещё про нас с Юэном. Надо же было так совпасть, чтоб мы с моим омежкой так различались внешним интерфейсом и внутренней сборкой. Он низкий, я высокий. Он излагает свои мысли тихо на бумаге, я громко в разговоре. Он смуглый, а у меня молочная кожа, никогда не видевшая загара. Мои прямые волосы, его кудри. Мой вредный темперамент и привычка подначивать, его тёплая понимающая улыбка и манера сглаживать углы. Моя безалаберность, его ответственность и так далее и тому подобное. В общем, умничка он у меня. Ну а Люк с Киром представляли из себя два одиночества, что нашли друг друга. С одной стороны Люк, потерявший разом все свои цели и выстраивающий сейчас шаг за шагом свою былую мечту продолжить дело родителей и жить на собственном ранчо. С другой стороны Кир, имеющий простые омежьи желания и мечтающий о крепкой семье и надёжном альфе рядом, с которым он сможет растить детей. Люку повезло, что его избраннику неважно в какой глуши будет жить его семья, главное, она у него будет и будет счастлива. Кир - простой парень, говорящий всё напрямик, Люк - молчун, что пять раз всё переосмыслит и так и не произнесёт вслух, что решил, а сделает. Да, сочетание хорошее. И ловя взгляды ребят, я понимаю, что каждый из них заметил гармоничность и неповторимость каждой сформировавшейся пары. После нескольких часов безудержного веселья, шумных диалогов, поздравлений, песен, танцев, конкурсов и подарков, когда Михель уже сладко спал на облюбованном диване, а мы больше отдыхали за столом, общаясь на разные темы и наслаждались уютной атмосферой, настало время собираться по домам. Юэн не знал, как благодарить ребят за свадебные подарки, которые в большинстве своём выбирали омеги на свой вкус, поскольку с ребятами я уже условился о единственном подарке, который жду от них в беспрекословной форме - это помощи с переездом. Поэтому омеги, как хранители домашнего очага даже и не интересовались моими пожеланиями, точно зная, что преподнести в подарок нам в дом, исходя из того, чего бы хотели сами. Так, от пары Яра и Кайло нам был подарен фарфоровый сервиз на шесть персон и по глазам Юэна я понял, какая это для него роскошь и осуществившаяся заветная мечта. Кир и Люк преподнесли комплекты постельного белья на тёплый и холодный сезон для нас как пары и отдельно ярких расцветок для Михеля в будущую детскую. Опять же, чутко отслеживая реакцию Юэна, я понял, что делая подарок не только для новобрачных, но для нас, как для семьи, учитывая наличие ребёнка, парни заработали себе ещё плюс несколько очков симпатии от моего милашки. А пара Бьёрна и Крима нам презентовала сертификат в мебельный магазин для покупки дивана Михелю и набор глиняных горшков. Ха-ха-ха, похоже Бьёрн не смог убедить Крима в рациональности подарка, который выберем мы сами, и его омега добавил милый сувенир от себя. Вот и учитывая прежние скромные доходы семьи Грифтж, Юэн не знал, как реагировать на такие дорогостоящие подарки. Ребята были счастливы лицезреть такой бурный восторг на дары и радовались, что не прогадали с выбором, успокаивая новобрачную омегу. Суматошное солнечное утро предпраздничной суеты, красочный обеденный час торжества, тёплый застольный вечер в шумной компании самых близких людей миновали и впереди нас с Юэном ждала тягучая чарующая ночь на двоих. Мы разбудили Михеля, чтобы перекантовать его на ночёвку к Яру с Кайло, поскольку забыли предупредить малыша о его походе в гости к нашим друзьям. Тот не возражал, вот только попросился к Люку с Киром, чем нас обескуражил, и снова уснул, пока мы одевались. Люк с Яром были не прочь поменяться не глядя, но то, что наш немногословный доктор умеет расположить к себе детей, не прилагая никаких усилий, оценили все... и запомнили... на будущее. Ребята церемонно распрощались с нами у дома, предварительно подбросив нас и наши подарки до съёмной квартиры на такси, и разъехались в жёлтой колонне из трёх машин с шашечками к себе по домам. А вот уже оказавшись с Юэном в квартире наедине, мы ощутили накалённое напряжение, повисшее в воздухе. Дабы не увеличивать растерянность невинной омеги в такой ситуации и дать времени избраннику всё осмыслить, я первым пошёл в душ, смыть с себя весь угар праздничного накала страстей и самому привести мысли в порядок. Ожидая Юэна из душа, разложил диван, расстелил свежую постель. Не стал доставать новый комплект постельного белья, пусть Юэн порадуется, сам распаковывая свадебные подарки. Да и не было желания что-то менять в привычном укладе. У меня были подготовлены свечи и креплённое вино с фруктами, чтобы расслабить омегу и затуманить восприятие первого, скорее всего, болезненного полового акта, но не хотелось всего этого. Как-то претило от выражения столь банальной и часто искусственной романтики, не раз проверенной с другими омегами. С Юэном хотелось теплоты и искренности, он заслуживал это. Поэтому я зашторил окно и включил торшер, только сейчас осознав, что все действия совершал в потёмках на автомате, довольствуясь светом уличных фонарей из окна. Прислушался к шуму воды и как был в полотенце сел на разложенный ко сну диван. Сколько раз мы спали на нём вместе, иногда с Михелем, просто спали или валялись и нам было уютно. Сколько раз я дурачился, целовал и ласкал на нём Юэна, ловко соблазняя, не переходя при этом определённой им черты, и нам было комфортно. Мы откровенно кончали на нём друг другу на животы при свете дня, не смущаясь расхристанного вида, оголённого тела, своей страсти и взрослых порывов, и нам было хорошо. И никогда ещё у меня так громко не стучало сердце, не тряслись в волнении руки и не метались в голове мысли в панике, что делать. Вроде бы, знаю, что делать, теорию вопроса изучал, да и на практике не раз проходил. И с Юэном уже друг друга за член подержали. Так что не так? У меня в голове при любой задаче всегда была чёткая постановка вопроса, выявлена закономерность и взаимосвязь, выработан алгоритм решений, создана цепь взаимодействия, задана последовательность действий. А тут как заклинило. Волнуюсь. Нервничаю. Не могу вести себя как обычно, осознавая всю ответственность, понимая всю серьёзность ситуации. Чёрт! Так ждал этой ночи, так хотел его, а теперь боюсь дотронуться, не знаю, с какой стороны к нему подойти. Фак! Да я в свой первый раз так не мондражировал. Чёртовы превратности судьбы! Я вздрогнул, когда Юэн положил мне руку на плечо, и только сейчас осознал, что он стоит передо мной. Я поднял на него глаза. Он, как и я, в одном полотенце, с мокрых кудрей стекает вода, в глазах неуверенность, а на губах мягкая улыбка. Он сделал шаг мне навстречу, встав между моих разведённых ног и погладил скулы. Я пристроил руки ему на талию, прикрывая глаза от его незатейливой ласки и решаясь. Мой храбрый омежка, ты даже здесь отважней меня. Я притянул его ближе и стал выцеловывать грудь, так удачно оказавшуюся напротив моего лица. Он охнул и зарылся пальцами мне в волосы, нежно перебирая пряди и лаская шею и затылок. Как приятно. Обожаю эту его привычку. Я обнял его теснее, обхватывая узкую спину руками, и почувствовал как под лопатками грохочет его сердце. Эх, Рэй, верно Яр тебя зовёт эгоистичным ублюдком в порыве гнева. Тут неопытный омежка, которого ты с таким трудом приучал нормально смотреть на свои порывы и не стесняться после взаимного удовольствия, вынужден первым решаться на прикосновения. А ты?... Я оторвался и поднял на Юэна взгляд. - Как ты? - Ты о чём? Если про вечеринку, то всё прошло чудесно. Если про сейчас, то нервничаю. - Если ты не готов или устал, то мы можем просто лечь спать. Нам некуда торопиться и нет смысла перебарывать себя, лишь бы соблюсти иллюзию традиций. - Нет, - подумав, покачал головой Юэн. - В крови бурлит адреналин, не усну. И я хочу свою брачную ночь, которая мне полагается после свадьбы, - требовательно заявил омега, но я-то чувствовал, как дрожат его руки и как напряглось его тело. - Ну, ладно. Сейчас получишь, - протянул я и пощекотал его рёбра, зная как он боится щекотки. - Ай, Рэй. А-ха-ха, прекрати. Щекотно, - вертелся в моих руках Юэн, расслабляясь. А я снова приник к его груди. На этот раз я настойчиво вылизывал и посасывал его соски, проводил ладонями по рёбрам, гладил спину, опустился к копчику, забрался под полотенце, стремясь огладить ягодицы, и махровая ткань сама скользнула на пол, давая мне возможность погладить бёдра партнёра. Я прервался лишь услышав первый стон и потянул Юэна на кровать, избавляясь от своего полотенца. Устроившись над омегой, я принялся выцеловывать шею и ключицы, добираясь до скул, а по ним и до губ. Юэн, как и во все наши предыдущие ласки, был необычайно отзывчив и активно участвовал в процессе. Вопреки ожидаемой мной в первый раз невесомости прикосновений, он всегда касался меня уверенно, я бы даже сказал требовательно. Я ярко ощущал его сильные маленькие ладони, привыкшие не только на клавиатуре печатать, но и тяжести переносить, он с нажимом гладил мне спину твёрдыми пальцами, напоминая мне, что мой партнёр, пусть и несёт в себе биологически репродуктивные функции, но всё же является таким же сильным мужчиной, как и я. Редко омеги демонстрируют партнёру свои реальные силы, все мои партнёры всегда хотели казаться слабее, чем они есть на самом деле. Люк говорит, что это наша природа, омеге в постели рядом с альфой не надо бороться, вот они невольно и покоряются, а альфа в свою очередь не должен видеть в омеге противника, поэтому их показная слабость заставляет альф расслабляться и сбавлять обороты. Я же считаю это последствиями нашей эволюции и развитием современных технологий, при которых альфам не надо быть сильными. Чтобы добыть еду больше не надо охотиться, достаточно сходить в магазин. Чтобы добыть омегу больше не надо сражаться с соперником в поединке, демонстрируя себя и доказывая своё право на размножение. Теперь соблазнить кавалера можно не силой, а лёгкой жизнью. Вот омеги и вынуждены казаться слабее, чтобы не затмевать своей нормальной врождённой силой нынешних слабых альф. И здесь я не принижаю каких-то знакомых альф, я сужу по себе. По тому слабому себе - подростку, выросшему под влиянием информационной среды, которому никто не объяснил, каким должен быть альфа, никто не разъяснил, что виртуальный и реальный мир не одно и то же, и которому было неуютно во внешнем мире, потому что он был слаб. Он больше не был тем сильным крутым героем из игры, защитившим свою команду и победившим других участников в бою и завоевавшем своим упорным трудом несколько наград. В реальном мире он не мог защитить даже себя, потому что никто не научил как надо жить, никто не дал правил этого мира и не вручил руководство к действию. Мы с Юэном оба неправильные. Я - слабый альфа, он - сильный омега. Но как приятно чувствовать сейчас, что омега подо мной так силён, как приятно осознавать, что он так открыт, что ни в чём не сдерживается, и как чертовски приятно понимать, что я достаточно силён для него, и ему нет нужды казаться слабее. Пока я упоённо его целовал, он твёрдой рукой совершенно неосознанно направлял мои движения, заставляя меня улыбаться в поцелуе. Я гладил его по бокам, он, пройдясь по спине, провёл рукой по моей руке и чуть сместил ей с рёбер себе на грудь. Боится щекотки. Забыл. Я стал теребить сосок и он рвано выдохнул. Он положил свою руку мне на шею, ощутимо массируя затылок и начало роста волос, чутко отслеживая моё удовольствие, зная, что я млею от этой ласки. Было так хорошо, но попытавшись спуститься ласками ниже, у меня опять затряслись руки. Да что ж такое? - Рэй, ты тоже нервничаешь? - моё волнение не укрылось от омеги. Он накрыл мою руку, лежащую на его груди, своей. - Да, - честно ответил я. Зачем лгать? - У тебя тоже это в первый раз? - бесхитростно спросил малыш. Я тихо рассмеялся. - Нет. - Тогда почему? - Потому что это в первый раз у тебя. Боюсь напортачить. К тому же, я впервые испытываю к партнёру столь сильные чувства. - Я рад, что я у тебя первый... - пока я переосмысливал эту фразу, и шкандыбал к пониманию того, что традиционно её произносит альфа, этот шалопай закончил, - эмоциональный возбудитель. Мой хохот, что грянул на всю гостиную, мог бы разрушить весь настрой, будь я в постели с другим омегой. Но Юэн именно его и добивался, так же как и я, смехом пытаясь расслабить и раскрепостить партнёра. Пока я приходил в себя, он оторвал мою руку от своей груди и поцеловал в тыльную сторону ладони. - Тебе совершенно не о чем волноваться, Рэй. Всё чудесно, а ты всегда очень чуток ко мне. - Я дорожу тобой, подсолнушек мой. Юэн нежно рассмеялся и не отводя от меня взгляда развёл ноги шире. Я плавным движением скользнул ниже, поцеловал живот и, разводя его ноги ещё шире, решился на то, что не пробовал. Ты действительно будешь у меня в этом первым, мой омега. Удобно расположившись у его промежности, я лизнул стоящий член по всей длине и, не долго думая, взял в рот, аккуратно погружая его в горячую тесноту рта. Никогда не ласкал промежность омег языком. Ни член, ни тем более анал. Брезговал в какой-то мере, ведь мои партнёры не постоянны. В какой-то мере был предосудителен, считая, что это не достойно..., хм, не подходит альфе..., хм, в общем, не мужественно. А вот для супруга - омеги, которого я хочу видеть своим партнёром всю дальнейшую жизнь, это не кажется чем-то неправильным. Наоборот, с любимым человеком будет неправильно как-то себя ограничивать и не попробовать в сексе всё. И громкий стон наслаждения, ошарашенный взгляд Юэна и его попытка отстранить меня, несмотря на гримасу экстаза на лице, подтвердили мне, что я на верном пути. Я, не отпуская его взгляда, медленно пососал его член, опускаясь вниз и поднимаясь вверх, стараясь изобразить наслаждение процессом, что, в принципе, являлось истиной. И, видимо, у меня на лице было достаточно убедительное выражение, чтобы Юэн больше не пытался мне препятствовать и переместил мне руки на голову, мягко массируя кожу за ушами. Ох, чёрт, вот теперь стало совсем хорошо. И чего я так тянул с минетом? Думаю, это Юэн позволил бы мне и до свадьбы. А всё предрассудки. Хотя знаю, Люк этим наслаждается и при этом не теряет ни капли мужественности. Как-то зашёл домой за ноутом, когда у нас был Кир, и случайно увидел, как Люк делает минет омеге, причём явно получая удовольствие от процесса, а тот извивался и стонал так, что я выскочил из квартиры со стояком в штанах и полным сумбуром в мыслях. Слава Богу, они меня не заметили, а то б Люк мне не простил подобный вуайеризм. У нас не принято обсуждать половые пристрастия друг друга. Ну, разве что, когда совет требуется. А так... Вот и я не знал, что нет ничего зазорного делать омеге минет, всегда обходя эту сторону секса стороной. Несмотря на то, что я ласкал член омеги по наитию, одновременно поглаживая тазовые косточки и стройные бёдра супруга, судя по глубоким бархатным стонам, что заставляли мой собственный член каменеть, я делал всё правильно. Юэн не пытался надавить на меня или как-то задать темп, за что я ему благодарен. Да что там, судя по тому как у него застывали руки у меня в волосах он вообще терялся в ощущениях, так что я был полным хозяином положения и чувствовал себя альфой даже больше, чем порой бывало при обычном сексе с темпераментным партнёром. Спасибо тебе, Люк, за правильный пример. В какой-то момент я почувствовал дурманящий запах, а член во рту показался сладкой конфеткой, вот тогда пришло осознание, что омега готов к соитию настолько, что из него течёт как в течку. Это заставило меня прерваться, чтобы убедиться, что нюх меня не подводит, давая тем самым партнёру передышку. Не предполагал, что можно вызвать смазку из заднего прохода, активно лаская член, всегда считал, что эта реакция возникает, только если стимулировать соответствующие железы в анусе омеги. Дурак. Плохо я учил биологию, ой, плохо. А то, что смазка ануса - это естественная реакция на возбуждение омеги, про это ты забыл, Рэй? Рассматривая текущую дырочку, жаждущую моего внимания, понимаю, что изучать мне своего супруга и его реакции, наверное, всю оставшуюся жизнь. Если уж сексом я занимался, а столько в сексе, оказывается, не знаю. Ну что? Раз уш я решил рушить все свои психологические барьеры - вперёд! Я склонился к анусу и вставил в дырочку самый кончик языка, одновременно вращая им, он легко проник внутрь, а стенки плавно расступились, давая проникнуть глубже. Не предполагал, что язык такая сильная мышца. Я настолько увлёкся этим открытием, что меня отрезвил лишь полустон-полувскрик Юэна. Оторвавшись от снятия пробы с сокровенных соков моего очаровашки, я осознал, что всеми своими научными экспериментами заставил свою омегу кончить. Он раскинулся на кровати, грудь ходила ходуном, а на золотистом животе белели капли семени. Открыв глаза и встретившись со мной взглядом, я увидел блеснувшие дорожки слёз в уголках его глаз. - Юэн? - Это было слишком хорошо, Рэй, и слишком откровенно. Я даже не предполагал, что ты такой развратник. - Ха-ха-ха, ну ты же хотел быть у меня первым. Ты и стал. В оральных ласках ты у меня первый, - совершенно искренне признался я. - Что? - осипшим голосом спросил Юэн, всегда прекрасно чувствуя, где я говорю правду, а где фиглярствую и привираю для красоты словца. - Просто я старался доставить тебе удовольствие. Даже в приглушённом свете торшера я смог оценить его яркий румянец, увидеть потрясение моим поступком и почувствовать его смущение на эмоциональном уровне. - Я думал, мне померещилось, что я ощущал, что ты на что-то решаешься. Рэй, зачем? Если тебе не нравятся оральные ласки, зачем ломать себя? - В том-то и дело, что мне понравилось, просто не было партнёра, с которым я на это бы решился. - Я сделаю для тебя то же, - решительно сказал Юэн, желая доставить и мне подобное удовольствие, опуская руку на мой член, чем вызвал мой сдавленный стон. Долгое возбуждение было болезненно. - Не сегодня, - я мягко убрал его руку и опустил свою ему между ног, дотрагиваясь до ануса. - Позволь мне довести начатое до конца. - Он медленно кивнул и обнял меня за плечи, прижимаясь всем телом, хотя я хотел вернуться языком к его заднице, поскольку не распробовал его до конца. Мне всегда казалось, что он пах солнцем, но я не мог понять, какие составляющие запаха я вкладываю в это определение. Ну да ладно, будет время. Вопреки моим страхам причинить боль и готовностью терпеть возбуждение и долго подготавливать Юэна, дальше, блять, всё пошло как по маслу. Как такое возможно? Первый палец вошёл без сопротивления, за ним второй, а после того, как я нащупал простату у Юэна сорвали тормоза и три пальца он даже не почувствовал. Он так елозил подо мной, так стонал, так откровенно просил взять его, обхватывал мой торс своими невозможными стройными ногами, заставляя меня рычать, работая рукой в его заднице всё быстрее. Под конец я просто не выдержал и проклиная своё терпение, вернее его отсутствие, я перехватил ноги Юэна удобнее и вошёл в него сразу наполовину, он откинул голову, выгнув шею в сладострастном стоне, а я окончательно озверев от долгого воздержания, других причин не нахожу, впился клыками в его шею и насадил его на себя до упора. Вот тут я поторопился. Если по толщине Юэн принял мой член наполовину сразу быстро и безболезненно, то вот в длину я его будто на штырь посадил. Ведь знал же, что надо аккуратно продвигаться в глубь. У меня член полностью соответствует моему внешнему виду: не сильно крупный (вообще не крупный), но длинный. Юэн дёрнулся и замер, боясь пошевелиться и болезненно хватая воздух ртом. Блять. Я насколько возможно осторожно приподнял его с себя, выходя из нутра омеги, и задел простату, вызвав его стон. Поняв мои намерения покинуть сей гостеприимный приют, Юэн сцепил ноги за моей спиной и обнял покрепче, не давая пространства для манёвра. Я, собирая остатки мужества, заглянул ему в глаза, боясь увидеть в них страх, боль и слёзы. Слёзы были и боль была, а вот вместо страха была решимость. Решимость преодолеть всё вместе. И Юэн, закусив губу, начал плавно насаживаться на мой член. Так же закусив губу, я стал придерживать его, чтобы он ненароком не причинил себе вред, неотрывно следя за эмоциями на его лице. И когда он нахмурил брови, почувствовав что ему слишком много, я не дал ему продолжить, вынимая член. Подобным продвижением по чуть-чуть туда обратно мы подняли член Юэна из павших, а он снова ушёл в отрыв. Но на этот раз я не дал свести себя с толку, и лишь когда взгляд омеги был полностью расфокусирован, а внизу я услышал хлюпающие звуки, позволил себе расслабиться и совершать более смелые поступательные движения, однако же больше не тараня хрупкое тело на всю длину. Спустя всего пару-тройку полноценных толчков я кончил и чуть не отрубился от накатившего кайфа, в глазах на пару секунд потемнело, а всё тело содрогнулось в ошеломительном экстазе. Юэн кончил от моих судорожных движений. После одного раза мой член совсем не опал и требовал продолжения банкета. Я начал выцеловывать Юэну шею, ключицы, зализал свой укус и, даже не выходя из него после первой эякуляции, начал снова шевелиться, натирая его чувствительное нутро своим фаллосом. Малыш даже если и имел возражения на этот счёт, быстро их лишился, да и не учёл бы я их, теперь распробовав всю полноту ощущений во мне проснулся тот эгоист, что не собирался оставлять себя без сладкого. И на этот раз, точно зная нужный угол и длину проникновения, я не стал себя ограничивать, раз за разом вознося Юэна к вершинам наслаждения. По крайней мере, я на это надеялся, поскольку после моего третьего захода он просто отрубился. Сбежал от моей страсти в страну грёз, негодник. Но наконец сбросив морок желания, я рассмотрел его меченную моими губами кожу, забрызганный семенем живот, и губы потерявшие чёткие очертания от моих поцелуев, и понял, что дорвался и пора остановиться - омега от меня уже никуда не денется. Вот только залюбовавшись деяниями рук своих, не смог себя пересилить и кончил ещё раз, любуясь на него. Бля-я, я и вправду вуайерист. Сколько всего нового я узнал о себе за один сегодняшний вечер. Юэн, ты раскрываешь во мне неожиданные стороны. С тобой я действительно становлюсь всё больше собственническим альфой. Ещё раз оглядев его, поднялся, чтобы привести его тело в относительный порядок, а укладывая его себе под бок, снова пришёл к мысли, что омега от меня никуда не убежит, да, теперь не убежит, ведь связан со мной узами брака, причём сам об этом просил, решил я, задержав взгляд на его руке с моим кольцом. Мой малыш, ты даже не представляешь, какого алчного монстра и чудовищного эгоиста ты впустил в свою жизнь. Но теперь я из ней не выйду и всё будет так, как будет лучше для нас, ведь ты мой, а своё я хрен кому отдам и делиться ни с кем не стану, ну, разве что с моим сыном, что условия ставит пожестче, чем я. Ишь, придумал, на бракосочетании меня проверять. Вот маленький собственник, похуже меня. Ещё и фамилию мою не хотел тебе давать, заупрямился, поганец. А ты всё, Уголёк, Уголёк, да уж, Уголёк, да такой, что сами черти позавидуют. С чувством удовлетворённости от полного обладания омегой на законных основаниях, негодованием на маленького альфёныша, что устроил мне подставу и не хотел отдавать мне папу по всем формальностям и не позволил поменять омеге фамилию, а, следственно, обозначить его принадлежность мне, я и уснул, всё же восхищаясь малышом, что умудрился отметить своей фамилией меня. Следующее утро, всеми моими силами наполненное романтикой нежных поцелуев и объятий, было щедро сдобрено щебетанием нашего альфёнка, что звонил с телефона моего друга и счастливо тараторил, как он впервые ночевал в гостях и что они с Люком и Киром после завтрака собираются в кино на мультик, но он всё-всё перескажет папе. Спасибо ребятам, что додумались отвлечь ребёнка и дали нам ещё немного времени побыть вдвоём. Я не преминул воспользоваться этим шансом и, всячески отвлекая Юэна от приготовления полноценного завтрака в дополнение к моему чаю с бутербродами, притащенным ему с утра в кровать, всё же затащил омегу на диван, чтобы показать всю свою нежность, не решаясь однако тревожить его попу после активных вчерашних нагрузок. А в итоге в который раз за это утро сам покаянно принёс ему остывший омлет в кровать, который ничуть не потерял вкуса под теплом наших горячих взглядов, бросаемых друг на друга. Мы чудесно провели день валяясь в обнимку на диване и только ближе к вечеру нам позвонил Люк Михель сказать, что он соскучился, и мы поспешили к ребятам забрать малыша, который при встрече придирчиво нас обнюхал и заявил, что мы с Юэном стали пахнуть одинаково. Я, ничуть ни смутившись в отличие от Юэна (покраснел как и он, а учитывая мою светлую кожу, то ещё более явственно, чем мой омега), сообщил маленькой ищейке, что раз мы теперь семья, то и запах будем носить общий. Михель принял подобную версию после долгого раздумья, во время которого Люк подло ржал над цветом моего лица. Вот так и прошла наша свадьба. После чудесных выходных мы все вышли на работу, поскольку с предстоящими хлопотами нашего с Юэном и Михелем переезда, затем браком Яра и Кайло и опять-таки переездом, выпускным Кира, браком Люка и уже их переездом (святые прародители, мне уже страшно, когда люди изобретут телепорт?) позволить себе медовый месяц мы не могли, ввиду отсутствия времени и финансов, отложенных на жильё. Заходя в нашу с парнями хату под радостные возгласы, понял, что ребята меня уже ждали, чтобы во всю поздравить с завоеванием омеги. - Ну что, казанова, познал всю прелесть первой брачной ночи? - пошутил Яр, зная, как я ждал взрослого уровня любви со своим избранником. Но я, вопреки ожидаемой им ответной колкости, вспомнив эту самую ночь, густо покраснел и проглотил язык. - Ты чего заалел так, как будто девственности лишали тебя? - ошеломлённо продолжил Яр, а парни уставились на меня как на новый код в старом алгоритме. В ответ я только отвёл взгляд и попытался спрятать лицо от их пытливого взгляда, устраиваясь в гостиной поудобнее за привычным местом. Парни расположились рядом на диване и кресле вокруг журнального стола. - Рэй, ты своим молчанием сейчас заинтриговал нас больше, чем своим красноречием. Что случилось? Вы с кровати упали? - предположил Бьёрн, исходя из своего опыта что ли? - Вы кровать сломали? - Яр дополнил, видимо, из своего. - Вы о кровати забыли? - завершил перебор вероятностей Люк. - Знаете, - всё же включил я звуковоспроизведение, - я так ждал... Столько фантазировал... а в итоге так разволновался, чтобы ничего не испортить, что совершенно растерялся. С ним всё было, как в первый раз. Забыл все учебные пособия. У меня руки дрожали, когда я его касался. - О, чёрт возьми, вот как выглядит «всё серьёзно», - продолжал стебаться надо мной Яр. - Что? - Ты просто не видел себя со стороны, - пояснил Бьёрн, - такое мечтательное выражение лица мы у тебя ещё не лицезрели. - Да идите вы! Я тут о сокровенном... Я так нервничал... Шум ударов сердца в ушах звучал гулким эхом... Не знал, как к нему подступиться. Он же невинный. Первый раз - это же такой ответственный момент, а я терпеть не могу ответственность. Ещё и первая брачная ночь - всё ж должно было быть волшебно, а у меня безболезненно не получилось, - я уронил голову на руки, смотря в пол. - У меня от понимания, что я стал причиной его слёз, всё внутри переворачивалось. Кто-то сказал: «Брачная ночь - незабываема». Да уж, блять, такое не забудешь: кровь бурлит, в ушах звенит, член стоит колом, низ живота судорогой свело от напряжения, в руках такое желанное тело, а в глазах напротив застыл хрусталь слёз от одного твоего неосторожного движения. Тело в кипятке, а в душе всё заледенело. Инстинкты орут благим матом, а в мозгу установка: «Замри!»... Эх... Уже думал: «Game over!», но Юэн вознамерился довести дело до конца и моё титаническое терпение было вознаграждено. Потом было так сладко, что я чуть сознание не потерял от экстаза вслед за Юэном. - Вау... - многозначно сказал Яр в повисшей тишине. - И это всё что вы можете сказать? Вывели на откровения. Подняли ворох воспоминаний. Взбаламутили эмоции. Я тут испереживался. А в ответ никакой поддержки. Ну и что вы заткнулись? - Да нам и помочь толком нечем, - осторожно начал Бьёрн. - Ни у кого из нас не было опыта с девственными омегами... - Что ты врёшь? - моему возмущению не было предела. - Ты у Крима был первым! - наблюдая ошарашенные глаза лидера, я мог только закатить глаза. - Ой, идиот. Как можно быть таким слепым, если что-то касается тебя? - Ум, да нет, он не был девственником, он же студентом тогда был, курсе на третьем уже, - сконфужено стал опровергать очевидное Бьёрн. Ну да, а то я не помню Крима в начале нашего знакомства: бойкий энерджайзер, что светился от счастья в объятиях Бьёрна, и был полностью поглощён своим творчеством в его отсутствие, не обращая внимания на сокурсников-альф. На мой раздражённый его тупостью скептический взгляд он поспешил заткнуться. - Можешь тешить себя этой иллюзией, - не мог не добить его я. - Ты думаешь... Но я же должен был заметить. Ну, смущён, ну, скован, но это нормальная реакция для первого раза с новым любовником. Вроде как. - Бьёрн, серьёзно? Он первый предложил тебе встречаться. И был чертовки робок. - Я был старше его, плюс мы были в кафе, где куча народу. Он волновался, что я отошью его на глазах у всех. - Да иди ты... уточни этот вопрос у своего мужа. Непрошибаемый болван! У меня тут трагедия. Не получилось всё сделать идеально. - Яр хрипло рассмеялся и выразил мне слова поддержки. Наконец хоть кто-то додумался. - Успокойся, ты сам сказал, что в итоге вы потонули в экстазе. Так что угомони свою совесть, нечего грызть себя. Я и сам прекрасно понимаю, какого тебе сейчас, сам чертовски боялся навредить Кайло, вот и тянул с полноценным сексом как можно дольше. Самому неловко за свою нерешительность. - Ты зря переживаешь, - включился в беседу Люк. - Для большей части омег первый половой акт не проходит безболезненно. Это только для альфы с опытом или без всё будет приятно. А для омеги нужно и дополнительной смазкой запастись и терпением. На прелюдию в первый раз надо отдавать ещё больше времени, чем для опытного любовника. Да и теория на практике не сильно поможет, хоть транспортиром угол проникновения вымеряй. - А ты откуда знаешь? - Я ж учился на медицинском. На первом курсе нас учили правильно заниматься сексом с точки зрения анатомического расположения эрогенных зон у альфы и омеги. Хоть какое-то преимущество у интеллигентов-врачей по части соблазнения. - Ахринеть. А ничо, что они слегка запоздали с половым воспитанием? По статистике больше половины подростков пробуют первый половой акт в школьные годы, - заметил я, поскольку изучал статистику и процент моего выпадения из неё, когда сам созрел до половой активности. - Ну, в школе обучать этому детей неэтично, а вот после совершеннолетия они считаются взрослыми сознательными личностями. И Яр прав, не стоит заниматься самобичеванием. Что-то я не заметил, чтобы Юэн выглядел несчастным, когда вы забирали Михеля. Наоборот, цвёл и пах. Пожалуй, пах, да, пах тобой даже в буквальном смысле. - Ах ты, - в него полетела подушка. - Ха-ха-ха, серьёзно, брось волноваться. Даже для Кира, что не был невинным с проведённой течки с тем парнем, после длительного перерыва наш первый секс был болезнен при первом проникновении, как я ни старался его отвлечь от неприятных ощущений. - Да, я тоже старался. Блин, я так нервничал, что он решил, будто у меня, как и у него, это первая близость. Так стыдно. - Как так? - Так он же чувствовал мои эмоции и колебания. Ну, я и признался, что в минете для омеге он у меня первый. - Ты что никогда не делал омеге минет? - удивился Люк. - Нет, как-то не доходило до такой близости. - Ты же знаешь, что в этом нет ничего предосудительного? - осторожно заметил Яр. - К тому же несёт тебе свою толику удовольствия, - добавил наш доктор. - Да, знаю, что тебе это нравится, - бездумно сказал я. - Откуда? - тут же подозрительно прищурился Люк. - Да, так, предположил. Ты как-то говорил, - попытался я спасти положение или скорее себя от скорой расправы. - Не говорил. Рэ-э-эй? - Да случайно увидел вас с Киром, когда заходил вечером за ноутом. - Допустим, - милосердно согласился он. - И хочешь сказать, звуки из моей комнаты тебя не остановили? - Не остановили, - не подумав ляпнул опять я. - Ладно. Меня больше интересует, каким же образом ты мог нас СЛУЧАЙНО увидеть в МОЕЙ комнате? - Упс, - успел сказать я, подрываясь из кресла. - Ах ты озабоченный, - в меня вернулась подушка. Ну, это не страшно. Главное, чтоб у него под рукой кирпича не оказалось. - Ты нарочно подсмотрел! Извращенец. У тебя ещё и встало небось? - Я не удержался, - покаялся я в своих грехах, выставляя кресло между собой и Люком, под дружный смех Яра и Бьёрна. - Вот и я убью тебя, а потом скажу, что я не удержался. Вуайерист ты хренов. - Ты зря переживаешь, там всё было красиво. Даже очень, иначе б я не отвлёкся от цели своего визита, - кресло меня не спасло, пришлось курсировать по комнате. - Р-р-рэй, ну ты и гад. Ты думаешь меня утешит, что тебе «даже очень» понравилось наблюдать за нами? - Это был комплимент! - Ах ты говнюк. Ну, я тебе устрою. - Ой, подумаешь, застал прелюдию. Я же ушёл. Что ты нервничаешь? - Но ты сначала пришёл, - спокойно сказал Люк, после того, как его кулак всё-таки достал мои рёбра и скулу. Блин, теперь будет синяк. - Ау, фак, вот ведь баг. По лицу бить было не обязательно. - Обязательно. Вот посмотрим, что ты Юэну скажешь, когда он спросит, за что это. - Скажу, что мне перепало на мальчишнике за слишком длинный язык и ограниченные функции мозга под влиянием переизбытка гормонов в крови. - Ха-ха-ха, ну-ну. В общем от Люка мне всё-таки влетело, но зато это, наверное, был наш первый столь откровенный разговор за все годы, где каждый выразил, что испытывал груз ответственности и определенную долю волнений при близости со своими омегами. Ну, хоть здесь я не отличился.