На поводке

Некоторым одного «гав» достаточно, чтобы описать множество мыслей.

*** — Зачем ты его взял к себе? — спрашивает Чимин, округляя глаза и явно источая непонимание. — Он… просто бездомный был. А это… доброе дело, — запинаясь, отвечает Тэхён. — Ты что, господина Бана не боишься? Он же вышибет тебя из квартиры, если узнает о новом незаконном жильце. — Но он такой милый, — Тэхён растягивается в улыбке, переводя взгляд на комок пушистой милоты, сидящей на полу. Чёрные глаза-бусинки любопытно смотрят в ответ, густая шерсть торчит во все стороны, и хвостик незамысловатым крючком махает над спинкой. Вид у малыша важный, чуть ли не королевский, но всё равно милый, аж сердечко ёкает. Как же его можно было не забрать? — А вдруг он блохастый? — Чимин пристально разглядывает сию плюшку с высоты кухонного стула. — Исключено. Я водил его в ветклинику, там на все болячки проверили. — А вдруг бешенный? — Спокойно же сидит. — Значит, грызёт и царапает всё, что не попадя. — Он за ночь даже не пискнул. — Метит каждый угол? — Тоже нет. — Тогда странно это всё, — цедит Чимин, всё так же сверля взглядом спокойный комок шерсти. Тэхён уже начинает расстраиваться из-за скептицизма лучшего друга, хотя тот животных обожает. Но откуда такое недоверие к бездомному животному понимает. Померанские шпицы на дорогах не валяются, стоят кучи денег и требуют воспитания. А Тэхён, вот, просто подобрал с улицы такое золото, что сидит тише воды ниже травы, не кусается, не балуется, только смотрит черными бусинками чуть ли не в самую душу и нюхает каждый предмет, до которого может дотянуться, но быстро теряет интерес. Даже сбежать к прежним хозяевам не пытается, если таковые были, а Тэхёна заверили, что точно были, потому что шпиц выдрессирован великолепно и послушен, как примерный питомец. Вообще-то это чудо само за Тэхёном уцепилось. Пёсик словно на поводке по пятам за парнем ходил, подстерегал возле дома и несколько раз встречал после занятий в универе. И вот за эти две недели Тэхён очень привык к обществу собакена, что вопреки собственной инфантильности и вероятных плачевных последствий взял его к себе. Не пропадать же милому пушистику на улице, где холодно, голодно и одиноко. А так хоть они будут сожительствовать и точно когда-нибудь подружатся. Наверное. — Нет, это круто, — заверяет он друга, — Я всегда мечтал о собаке, а сейчас… Ну, очень нужно что-то тёплое и живое рядышком. — Видимо, ты от безнадёжной любви уже волком воешь. Вон, стаю брошенок собираешь, — Чимин кидает быстрый взгляд на смирного пса, что смотрит по сторонам, выискивая что-то интересное. — Не то, что бы вою, — уныло шепчет Тэхён, наблюдая, как болтается в простецком стаканчике вино из круглосуточного, — так, поскуливаю. Кому как не лучшему другу видеть, что с Тэхёном не всё прекрасно. Красивый, не глупый, добрый парень уж очень долго страдает от одиночества в четырёх стенах съёмной квартиры. А последнее время, так совсем без ласки чахнет. Как только заприметил на горизонте потенциального объекта влюблённости, так расцвёл. Но вот цветение было не долгим и удручающим, потому что этот самый объект за словами не следит, когда отшивает такого прекрасного обожателя, как Тэхён. К сожалению, влюблённость никуда не делась спустя даже целый год, и тоска явственно жрала изнутри. Тэхён всегда был таким — увлечённым по уши и слишком привязывающимся к своим чувствам. А ещё романтичным и мечтательным. Жаль только, что всё это скрывается под слоем стеснительности. Смелым он, конечно, тоже бывает, но для этого одной бутылки винца маловато. Тогда пришлось влить аж четыре упаковки с последующий психотерапией в виде подбадривания для совершения первого важного шага. Печально, что итог пошёл коту под хвост и нанёс не хилую душевную травму. — Может все-таки зарегаем тебя в тиндере? — закидывает удочку Чимин. Надо же как-то из депрессии вытаскивать этого мастера самобичевания. — Зачем? — Ну… Давай по-честному, Тэ, — Чимин уже плюёт на всю обходительность по отношению к ранимому сердцу друга, — Всё, что тебе нужно — это страстный жаркий трах. Как бы сильно я не верил в твои чистые чувства к Чон Чонгуку, главное твоё желание это секс. Он тебе всё равно никогда не даст, потому что гадёныш до кончиков ушей, и поэтому любой из этого трахприложения будет ахуенным вариантом. Тэхён начал было возражать, но лучший друг умел затыкать одним только цыц сквозь зубы. — Не спорь, ты сам об этом говорил когда-то. Да? Когда такое было? Наверное, через месяц страданий после отказа Чона. Тэхён под градусом свой язык контролирует в последнюю очередь, а уж те времена даже дымку после себя не оставили. Одной филигранно сказанной фразы хватило, чтобы втоптать все добрые намерения дико влюблённого парня и возродить спрятанную ещё с подростковых лет закомплексованность. Может быть всё было не так грубо, как кажется, но до сих пор ощущается раной после выстрела. Потому что больно. «Напомаженные эксцентричные мальчики вне списка моей заинтересованности.» — засело кусающей змеёй в мозгу. — Вдвоём мы найдём тебе какого-нибудь дрочибельного красавца с крепкими булочками, ну а ты разомнёшь его яйки, и Чон ПридурГук заплачет от зависти, — ухмыльнулся Чимин. — Чокнутый что ли? Хочешь, чтобы я кувыркался с левыми типами из херпоймиоткуда? — Тэхён испуганно поднимает глаза на лучшего друга, — Пожалей меня. Не хочу чувствовать себя шлюхой. — Ой, да брось, — морщится Чимин, — один раз всего-то! Чисто ради эксперимента. Чон же перебирает девок словно перчатки. Почему тебе нельзя? Это не шлюховство. В твоём случае это побег от одиночества. — Очень грязный побег и я такого не хочу. — Чтобы забыть одного мерзкого человека, нужно погрузится в другого, желательно, лучшего человека. Твой ненаглядный вот уже светит свободной кассой. Тэхён вопросительно щурится на Чимина, пытаясь понять его изысканные метафоры. Иногда это удаётся, иногда приходится просто кивать, типо понятно. Но нихера не понятно. — За ним началась новая охота, — поясняет друг, — с той крошкой-длинноножкой он расстался, оказывается. Она теперь по всему кампусу про него такие сплетни пускает, ух. Уши вянут, хуй сжимается. Я только сегодня узнал. — Да ладно? Опять расстался? — Тэхён удивлённо вскидывает брови. — Спустя всего-то месяц, — качает головой Чимин. В принципе, ожидаемо. Тэхёнов краш, и по совместительству краш половины универа, парень ветреный и любвеобильный. По слухам на его счету больше двадцати красавиц. С какого они курса ему не важно, даже к школьницами и преподавательницам не грешит подкатывать. А сколько у него было подружек до поступления? Страшно представить. Он кадрит всех, кто на него флиртующее смотрит, красиво за ними ухаживает, но встречается не долго. За два года, что парень учится в универе, Тэхён больше двух месяцев с ним рядом никого не видел. Распадается пара так же быстро, как и начинает отношения. — А почему расстались, не слышно? — Вроде как, длинноножка потеряла один из его подарков, — Чимин пожимает плечами, будто эта информация абсолютно не важна, и вообще подвергается сомнениям. — Случайно, не то кольцо, что он всем своим девушкам дарит? — настораживается Тэхён. — Ну да, его, — так же безразлично отвечает друг, — у него ещё и не здоровый бзык на украшения. Тэтэ, он парень явно не здоровый. Почему ты всегда западаешь только на чудиков? — Чувствую себе подобных? — усмехается тот и опять принимается разглядывать стакан с вином. — Он с девчонками совсем не сходится. Вопрос только почему? Потому, что конченый придурок или… — Чимин оттопыривает свой крохотный мизинец, нарочито ухмыляясь, — потому, что у него, на самом деле, вот такой член? — а потом начинает жутко смеяться. Звук разлетается и отлетает от стен, от чего Тэхён почти пугается, но тут его изумляет такой же громкий лай. Чимин замолкает, округляя глаза на пса, а Тэхён поверить не может своим ушам. Шпиц впервые за всё время при нём гавкнул, и навострился так, будто собрался отгонять врагов. — Ты его напугал своим хохотом, — новоиспечённый хозяин тянется к питомцу, чтобы успокоить, но тот, мельком взглянув на его руку, разворачивается пушистыми панталонами к заботливому жесту, и удаляется в противоположную от людей строну. Повеяло своеобразным недовольством. — Говорю же, дикий он, — тихо причитает Чимин. День сегодня вообще плещет открытиями. Пёс, постоянно спокойный, внезапно раскрывает свою звериную сущность, друг ошарашивает интересными новостями, а где-то там, в общаге универа тэхёнов объект воздыхания теперь официально (по сплетням) одинок. Но Тэхён как-то радости от известий не ощущает. Напротив — на душе тяжёлый камень, а теперь он потяжелел раз в сто. — Давай закроем тему и забудем, — говорит он другу, — Не хочу забивать голову сплетнями и всякими тиндерами. У меня сейчас другие заботы. Он сам эти заботы взвалил на свои плечи и их наличие греет душу похлеще градуса выпитого вина. Милый пушистик улёгся, сложив мордочку на лапки, игнорируя людей и их голоса. Тэхён планирует крепко подружиться с этим чудом. Чимин сказал, нужно погрузиться в другого, лучшего человека, но ведь милые пушистики тоже могут сыграть эту роль. Может так удастся отстраниться от своей односторонней влюблённости. *** На следующее утро голова отказывалась подниматься с подушки, а тело до талого куталось в одеяло. Тэхён вертелся с одного бока на другой, пока сквозь щёлочки глаз не заметил уставившуюся на него мордочку с немигающим взглядом. И всё, сна как не бывало. Тэхён тут же выскакивает из тёплой кровати, кидается на кухню и неокрепшими руками сыпет в первую попавшуюся глубокую тарелку сухой корм из пачки. Только потом наливает себе кофе и достаёт из верхнего ящика булочку. — Приятного нам аппетита, — произносит он, растягивая щёки в улыбке. А пёс продолжает смотреть, сидя уже возле тарелки, но к корму даже не прикасается. — Ты не голодный что ли? — Тэхён проглатывает сухой кусок и запивает его огромным глотком из кружки, — Хочешь булочку? — и протягивает свой завтрак шпицу. Тот разочарованно скулит и отворачивается, клацая когтями по паркету, на выход из кухни. — Ну что тебе не нравится? — хрипит Тэхён, абсолютно не понимая в чём причина недовольства его нового сожителя. Тарелка не та или всё-таки корм? Странно, ведь покупал самый лучший по совету ветеринара из клиники. — Вредина, — цокает в пустоту, — Так тебя и назову. Да, это имечко такому привереде явно подходит. Он даже ушел с высоко поднятой головой. Странный пёс. Это и без слов Чимина понятно. Пока Тэхён жевал завтрак, придумывая ещё варианты имени для своего нового недодруга, прозвенел будильник. Удивительно, но это первый в истории день, когда Тэхён встал раньше трезвонящего телефона. Всё-таки от питомца есть толк, путь даже такой необычный. Парень врубает музыку для настроения и, подпевая знакомым песням, не спеша собирается на занятия. Запаса времени хватает чтобы быстро принять душ, уложить непослушные выкрашенные кудри в классную причёску, подобрать отличное сочетание для наряда, и даже подкрасить глаза. Так, для уверенности. Тэхён сегодня чувствует приятный прилив бодрости, что в его организме редкое явление. А пёс улёгся в уже излюбленном уголке и, не спуская глаз, наблюдал все его приготовления. — Спасибо, что поднял меня раньше времени, — Тэхён улыбается в ответ на зоркий взгляд двух бусин, — оказывается, столько можно успеть, если не спать. Пес, в ответ на такое только зевнул широкой пастью. Тэхёна его поведение очень забавляет. Он и так привык разговаривать сам с собой, постоянно находясь в квартире один, а теперь появился повод делать это чаще и со смыслом. Тем более, на его голос шпиц реагировал, будто понимал все сказанные слова. Хм, может так и есть. Тэхён ведь не знает, кем были прежние хозяева. Пёс явно привык, что человечки с ним общаются. На всё про всё ушёл целый час. Тэхён со свежим разумом и красивым внешним видом оглядел себя в отражении холодильника, достал из него заначку кусочков ветчины (которые уже давно были приготовлены для, тогда ещё бездомного, пса), уложил их в миску возле тарелки с кормом. — Вредный Пух, я пошёл, — крикнул он из коридора, глядя на лежащего пса, — там ветчина и вода рядом, если что. Ай, сам учуешь. Пёс остался смирно лежать, провожая Тэхёна взглядом. Тот помахал ему на прощание с широкой улыбкой и выскочил из квартиры. Дверь захлопнулась и закрылась, пропиликав электронным замком, а Тэхён, довольный началом утра, пошёл получать профессиональные знания. А знать то, что происходит в его съёмной квартире пока он слушает лекции, ему не стоит. *** — О, да-а-а-а, — протягивает Чонгук слова, ощущая всей кожей струи воды, льющиеся из душа. Пар заполонил всё вокруг, смешиваясь со сладким ароматом какого-то геля для тела. Горячая вода расслабляет и заставляет ломящиеся кости биться в экстазе. Чонгук мечтал о ванне два гребенных дня и так спешил искупаться, что забыл про полотенце и одежду. Вспомнил, когда выполз наружу и испугался лужи, стекающей с него на светлый кафель. Но потом понял, что на данный момент ему на всё пофиг. Он сейчас один-одинёшенек (что радует), лужа высохнет (если тряпку кинуть), а сверкать подтянутым телом ему не зазорно. Он и по нему тоже очень скучал. — И это у меня член с мизинчик? — возмутился Чон, встречая своё шикарное отражение в зеркале, — Пак Чимин, я тебе это припомню когда-нибудь. Из туалетного шкафчика он достал какое-то более менее свежее полотенце, тщательно вытерся и обмотал его вокруг таза. Так себе одежда, но другую Чон искать не спешил. Вместо этого, в оставленную часом ранее другим человеком кружку налил кофе, повозмущался в пустой холодильник, и из-за неимения других вариантов, закинулся кусками нарезанной ветчины с пола. Когда целые сутки живёшь на одной воде, становится пофиг откуда еда и для кого она. А вот сухой корм из тарелки высыпал обратно в пачку. Ибо нефиг кормить человека такой гадостью. Пусть даже этот человек тут на птичьих правах. Ой, на собачьих. Да, Чонгук в этой квартире неожиданный гость. Парень попал сюда не случайно. Дверь не взломана, окно закрыто, а жилец квартиры думает, что оставил внутри неё только миленького маленького пса. Того самого пса, в которого Чонгук имеет способность превращаться. Как говорится, у всех свои таланты. — Вредный Пух, — фыркает Чонгук в кружку с кофе, — оригиналочка у него так себе. Даже собаке имя красивое не может придумать. Пока он один, можно чуть-чуть повозмущаться и громко похлебать кофе, лапая какие-то предметы, до которых раньше не мог дотянуться. И подумать над тем, что люди обожают обсуждать других за спиной. Чонгук был свидетелем множества таких разговоров про себя или знакомых, и после вспышек ярости, злоба быстро спадала. Как и сейчас. В конце концов, ни Ким ни Пак об особенности Чона ничего не знают. Да и вообще никто не знает. Такими дарами не хвастаются. Это же не нормально для обычных людей. К несчастью, Чонгук не совсем обычный. Это осознание пришлось на его нежные 14 лет, когда все подростки встречают пубертат, Чонгук познакомился со своим проклятьем, которое достался ему в наследство. В семье не без урода, так тоже говорится. И урод этот, как в типичном фэнтезийном кино, во времена далёкие, перешёл дорогу не самой доброй женщине. А дальше всё и так понятно. Проклятье, обращение, и многовековые страдания потомков. Всё, как по учебнику. И выход из положения тоже типичен, предсказуем и банален. Именно поэтому Чонгук сейчас здесь, а не в универе, строит из себя ниндзя в овечьей шкуре. Он с брезгливой гримасой оглядывает квартиру, допивая утренний напиток, тяжело вздыхает, потому что бардак вокруг бросается в глаза даже слепому, и кое-как переламывает самого себя, чтобы не кинуться прибираться. Нет, ну Тэхён тот ещё лентяй. Ему что, так сложно заправить постель? А скидывать грязные вещи на стульчик это норм? В раковине грязные стаканы с осадком вина и целая гора кружек мозолят глаза вопиющим преступлением. Пыльный слой на книжных полках вызывает желание хорошенько чихнуть. Здесь точно как в общаге, в которой Чон уже пару дней не появлялся. — Времени, чтоб с подружкой-болтушкой побухать есть, а чтоб хату в порядок привести нет, — пробурчал под нос Чонгук и издал тяжёлый вздох, — Холостяки, блин. И как его только угораздило вляпаться в Кима? Вроде бы никогда не общались, вещи друг друга не лапали, траектории занятий тоже не пересекали. Как так получилось? Чонгук прекрасно помнил неожиданное признание Тэхёна, и, разумеется, свой логичный ответ. Но проклятая судьба заставила лапы пушистые к нему потянуть, и Чонгук остро ощущает настроение слащавой драматичной комедии. Вот о чём, так о парнях он прежде никогда не думал. В диснеевских сказках все проклятья снимали прекрасные принцессы, а не мальчики, вкрашенные в принцев. «Что-то тут не чисто, — думает он, — В прямом и переносном смыслах.» Чонгук пораскинул мозгами и принялся за дело. Нужно было найти злосчастное кольцо, от которого зависела вся его дальнейшая жизнь. Эта вещичка порядком заколебала своей упрямостью. То девичьи руки жжёт, то теряется, то вообще оказывается у парня. Чем прежняя красотка ему не угодила? Чон ей нравился, она ему вроде тоже, парочка отлично смотрелась вместе, тусовалась душа в душу. Но нет же. Колечко решило опять слинять, да к тому же к какому-то Киму. Главная задача этого украшения — найти того, кто застопорит проклятье. Кто сможет полюбить Чонгука во всех его ипостасях и кого он сам будет любить в той же мере. Днями, месяцами, годами, тем самым подпитывая магию внутри кольца, не давая заколдованному парню обратиться вновь. Таково условие и пока оно работало безошибочно. Все прадеды Чона счастливо проживали свои жизни с теми, кого выбирало кольцо. А сейчас всё походило на нелепицу. Может быть Тэхён самую малость влюблён в Чонгука, но вот взаимности никакой нет даже в зачатке. А чтоб остановить проклятье она необходима. И Чон очень сомневается, что хоть какое-то нежное чувство к оболтусу, который совершенно выпадает из его пристрастий, появится. Точно не после того, как Чонгук проник в это нечистоплотное жилище. — Ты совсем совесть потеряло? — негодовал Чон, разговаривая с кольцом, как с живым существом, — найдись уже! Шёл третий час поисков. Он перерыл всю квартиру вверх дном, проверил все тумбочки, все карманы джинс на стульчике и в шкафу. Даже коробки с крайне личным содержимым подверглись обыску. Но колечко будто испарилось. — Ты точно здесь, Ким тебя не надевал. Чонгук уже начинал нервничать. По спине липкими щупальцами пробегал страх. Потерять единственную помощь совсем не хотелось. Мама убьёт Чонгука раньше, чем это сделает проклятье. А ведь ещё год и красавец парень окончательно превратится в собачонку. Идей больше не осталось, как и неизученных углов в тэхёновой квартире. Чонгук точно знал — кольцо у Кима. Сам лично видел, как тот мельком разглядывает безделушку в университетском кафе. Здесь его негде прятать. Но можно таскать с собой. — Вот же жук, — скрипнул Чон зубами. Что-то ему подсказывает, что парой деньков под прикрытием не обойтись. План выкрасть кольцо (по праву его) и свалить под шумок, откладывался на неопределённый срок. Он ещё раз прошёлся руками по хаусу в поисках вещички и окончательно смирился с положением. Желудок заныл от многочасовой пустоты. Тырить что-то кроме ложек растворимого кофе Чонгук не хотел, да и не стал бы по соображением конфиденциальности. Поэтому, одевшись в первые попавшиеся тэхёновы вещи и повторив пару раз незаметно выученный пароль от электронного замка, вышел из убежища в поисках еды для себя любимого. К тому моменту, когда Тэхён придёт после занятий, его милый «Пух» вернётся обратно. Будет старательно делать вид, что очень ждал возвращения своего нового хозяина и ни в каких человеков в его отсутствие не превращался.