Бей мое сердце

Глава 3. "Ах если бы, ах если бы! Не жизнь была, а песня бы!" POV Макс. Шесть лет назад.       Солнечное утро, 2014 год. С тех пор, как я бросил школу прошло две недели. Отца очень выводили мои гулянки и несерьезность. Я приходил домой под утро и просыпался ближе к вечеру, собирался и снова уходил. - Когда ты уже образумишься, Максим? - за завтраком спросил меня отец. Да именно он поднял меня раньше обеда, подготовив для меня какой-то "грандиозный план".       Со временем мне стало все равно, пусть делает, что хочет, главное не лезет в мою личную жизнь. Мой отец не знает, что я являюсь представителем нетрадиционной сексуальной ориентации, а если бы он узнал, наверняка, сразу бы выставил меня за дверь со словами: - " Ты мне больше не сын".       Отец всегда хотел примерного ребенка, чтобы я вырос серьезным, самостоятельным молодым человеком, закончил школу с красной медалью, поступил в престижный университет, а после его окончания начал работать в его фирме.       Мой папаша владелец крупной сети турфирм по всей стране, а я единственный наследник миллионов. Но я ненавидел эти деньги, которые текли ручьем, топив в нем, как в болоте нашу "семью". Может я и избалованный мальчик, но мне никогда не позволяли заниматься тем, что я хочу. У меня даже никогда не было хобби. Все строго по плану: дни по расписанию, даже выходные были распланированы на месяц вперед, все, чтобы вырастить идеального сына, или же безукоризненного робота.       Сам отец никогда не участвовал в моем воспитании, а моя мама умерла от рака печени, когда мне было только три года. Мной всегда занимались няни, мой водитель и репетиторы, которые проводили со мной все мое время. Я ненавидел эту жизнь, хотя у меня и было все, что я только мог пожелать, все кроме семьи. Даже пару раз сбегал из дома, за что мне хорошенько перепадало. И даже сейчас, когда мне уже исполнилось восемнадцать лет, влияние и контроль со стороны отца не уменьшился. А сегодня, как выяснилось за завтраком, мы едем знакомиться с моей первой в жизни работой, и только подумать! Я буду в роли секретарши, вот спасибо. Я знал, что это его такая своеобразная месть за мое поведение. Мы все время делали гадости на зло друг другу. Так я и перекрасился в блондина, сделал пирсинг, а вскоре и вовсе бросил учебу.       К полудню, прибыв в офис, отец показал мое рабочее место, подал мне форму и бейджик, со словами: - Получится, дам повышение. А пока ты будешь сидеть тут и улыбаться каждому.       Упав в мягкое кожаное офисное кресло, я начал оценивать обстановку: белые стены, зеркальный потолок, ресепшен был выполнен из какого-то темного дерева, за которым я и буду сидеть, маленький монитор с клавиатурой, бумажки, принтер, стикеры для заметок, маркеры, простые карандаши и ручки. Все было аккуратно расположено. Чуть ниже под ним стоял ящик с ключом. Потянув за ручку, убедившись, что он был пуст, я закрыл его и взял ключик себе. «Будет мой сейф», - подумал я про себя. Перебив мои мысли и заставив оторвать свой взгляд от золотистого ключика, подходивший к моему ресепшену парень, выглядел симпатично, явно не мой типаж, но на перепихон я бы с ним не отказался. Темные волосы, строгий костюм, на вид ему было лет двадцать пять. Не удержавшись, я решил первый показать ему свой неотразимой шарм. Что же, зря меня что ли сюда поставили «секретаршей» ?..       Прищурив глаза, я заметил бейджик на его груди: "Дмитрий Алексеевич Страпковский - заместитель директора". - Привет, сладкий! - обратился я к нему, немного вытянув губы. На такое приветствие парень покосил взгляд и улыбнулся одним уголком губ. - Отец твой на месте? - громким басистым голосом спросил он. "Вот я и попал", - промелькнуло в моей голове, и побледнев сухо ответил ему, - На месте. Кто же знал, что этот Страпковский знает, что я сын самого Сергея Владимировича? Парень, не дождавшись моего ответа, уже открывал дверь в кабинет отца.       И через несколько минут они оба вышли с серьезными лицами. Я уже начал морально готовиться к своей смерти. - Собирайся Максим, на сегодня твоя стажировка окончена, и кстати, познакомься - это мой хороший друг и незаменимый помощник в делах - Дмитрий. -Страпковский, - закончил я фразу отца.       Как позже выяснилось, мы едем все вместе в дом к моему новому знакомому, что пробуждало во мне отвращение. Это был первый раз, когда мы едем вместе с моим "любимым" отцом к кому-то в гости.       Зайдя в дом, меня восхитил интерьер, все было выдержанное, утонченное, минималистичное, где-то даже изысканное, но в тоже время было точно понятно, что тут живет молодой мужчина. Мы прошли в зал и уселись на темно-голубой диван. Дима поспешно достал из мини-бара бокалы, лед и виски. - Максим пить не будет, - отрезал отец. - Да больно надо, - недовольно ответил ему я. Я покосился на отца, не придавая особого значения его словам. А он продолжил говорить, пока Дима накладывал в бокалы лед, создавая приятный звонкий звук, что точно был лучше, чем слушать отца. - С этого дня ты будешь жить с Дмитрием. -Страпковским, - заметил я. Я увидел, как отец меняется в лице. До меня потихоньку начало доходить значение его слов. - Что ты сказал!? - с вытянутым от возмущения лицом, протянул громко я. - Понимаешь, Максим, ты совершенно неуправляем, а мне нужно уехать в Соединённые Штаты, для расширения бизнеса за границей. - На пару недель я согласен, - отрезал я, протягивая руку к алкоголю. - На два полных года, - подхватил отец. -Тебя я взять с собой не смогу, а вот Диме я полностью доверяю и уверен, что он точно не даст тебе натворить глупостей. - Добро пожаловать! - совершенно не к месту с восторгом выдал Дима. - Ага, - не посмотрев на парня, я опустошил рядом стоящий бокал. На этом и закончился наш разговор. Отец встал с дивана, и обернувшись к нам перед выходом из здания, сообщил: - А и кстати, секретарем ты теперь будешь не у меня, у Дмитрия, на время командировки, он будет тут рулить за меня. - Ну и отлично, всем плюс, кроме меня, - простонал я.       Попрощавшись с нами, он незамедлительно покинул дом. И я остался один на один, с человеком, которого абсолютно не знаю. Он, кстати, показался мне не таким уж и плохим. Мы поговорили и пришли к решению, что на роль секретаря он наймет другого человека, и разрешит мне занимать любимым делом. А я в ответ буду вести себя адекватно и приходить ночевать не позже двенадцати ночи. Что меня очень обрадовало.       Первые пару дней, я даже придерживался договора. Но на третий день, я немного (очень много) выпил и пришел домой в три часа ночи, с грохотом с ноги, открыв дверь, при этом, разбив хрустальную вазу, что стояла на входе. - Упс..., - с невинным выражением лица выразил я.       В глазах все плыло, что я даже не мог бы без помощи подняться по лестнице. Но фигуру в зале, я не мог спутать ни с кем. - О, Мистер Стапоковский!.. Он медленно подошел ко мне и дал пощечину, которая меня на мгновение отрезвила. - За что?.. Парень, не обращая внимания на мое недовольство, пошел в сторону кухни. А я, упав, не раздеваясь на мягкий диван в зале, сразу же окунулся в царствие Морфея.       Проснувшись от ужасной головной боли, я оглянулся, поняв, что находился в спальне, на мне была его футболка. - Что же вчера произошло?.. Повернув голову, я заметил две таблетки и поллитровую бутылку газированной воды на серебристом подносе. Не думая, сразу же выпил обе таблетки, полностью осушив стеклянный сосуд. Повернувшись на бок, я уткнулся в подушку, тяжело вздыхая, почувствовал запах Димы.       Головная боль постепенно уходила, вскоре полностью освободив меня от своего нещадного плена. И меня тут же охватило иное чувство, жар разливался волнами по всему телу, щекочущее чувство внизу живота, сердце забилось сильнее, а дыхание стало тяжелым.       В спальню зашел Дима. - Что за таблетки ты подсунул мне? - возбужденным голосом выдавил я. Но он ничего не ответил, только лишь повернулся к двери, и я услышал щелчок проворачивающегося ключа. - Будем тебя перевоспитывать. - спокойным голосом ответил парень. Он медленно подошел к кровати, сел рядом со мной, отодвигая одеяло. - Снимая футболку, - протяжным голосом начал он, помогая мне освободиться от одежды. Я ерзал, но сопротивляться был не в состоянии. Лекарство давало о себе знать. Он сел на мои бедра, наклонившись к шее начал ее целовать, то нежно, то грубо прикусывая нежно кожу, заставляя меня с шумом выдыхать воздух, сдавливая стоны. Он проводил своими руками, по-моему, и так слишком чувствительному телу, я чувствовал его каждой своей клеткой, каждым атомом и молекулой. Я хотел его, а он словно мучал меня, целуя спускаясь к низу живота, оставляя следы от укусов и засосы, поднимался обратно к шее. Я чувствовал, что мы оба были на пределе. Он поднялся еще выше, так, что его голова склонялась над моей и не выдержав, вцепившись в его волосы, наклоняя к себе, я жадно врезался в его губы поцелуем. Чувствовав отдачу, это сводило меня с ума еще сильнее. Прикоснувшись руками к моему члену, через ткань постельного белья, с моих губ, проскользнул стон и он, улыбаясь, смотрел на меня, как я изгибаюсь под ним. - Я не продолжу, пока ты попросишь, - прошептал мне на ухо парень. - Прошу тебя! - застонал я. - Да? «Что ты хочешь?» —вопросительно и с ухмылкой спросил он. - Войди в меня..., - умоляюще протянул. - Что ты сказал? Я плохо расслышал, - все так же продолжал он. - Не издевайся...- вымолвил я. - Отнюдь ты будешь себя хорошо вести? - спросил уже более серьёзно Дима. - Да! Я буду... Не закончив фразу, он один движением сорвал с меня оставшуюся одежу и выполнил мою просьбу.       С того дня я начал спать с Димой, я вернулся на прежнюю, точнее он заставил меня это сделать и со временем даже втянулся.       Мы пользовались друг другом. Он снимал на мне свой стресс, а я жадно хватался за свободу, которую мне никогда не давал отец.