Король аномалий

Pov Коцит

Тик-так… Тик-так… Хождение часов во временной резиденции Коцита было ровным и спокойным. Дыхание стража насыщало комнату морозной свежестью, в которой располагались доверенные лица. Их бедра покрывались мурашками — и не потому, что они трепетали от страха, находясь в непосредственной близости с могущественным воином, но и отчасти потому, что у них не было такого сильного иммунитета к холоду. Хотя они без проблем могли подобраться к устью озера племен людоящеров даже в такую плохую погоду, нахождение с тем, кто буквально сочится льдом, заставит даже самых стойких невольно дрожать. Когда они только ступали по этому заболоченному месту, переступая через липкую, тягучую, словно резина, грязь и зеленую трясину, обхватывавшую их ноги, то были уверенны в своих возможностях и четко знали, что им делать. Слуги подчинялись приказу Коцита, а он подчинялся приказу владыки: ''Исследуй местность озера и попытайся установить дружественный контакт с племенами.'' На самом деле, Коцит очень ценил то, что Айнз-сама не решил истребить этих зверей, так как они могли бы представлять какую-то угрозу. Он доверил ему важную миссию с мирным визитом, и ему не очень-то хотелось убивать бравых существ, что мужественно выживают, несмотря на суровые условия. Конечно, страж считал себя ''мечом'' повелителя, и если бы он только приказал — то Коцит, не колебаясь, уничтожил каждого из них. Воодушевленный, приподнятый ответственностью и таким высоким доверием Айнза, Коцит уже более не чувствовал себя так уверенно. Сейчас его накатила досада. Ведь группы, которых он отправил с делегацией, до сих пор не вернулись. Они не отвечали на приказы, а поэтому Коцит переживал. Но если простой не выход на связь вызывал обычное беспокойство (мало ли, что могло случиться во время визита, хотя это уже верх наглости — пренебрегать сообщениями начальника), то после того, как Коцит ощутил, что их ауры исчезли в тот же миг, когда ветер резко разбушевался, то стал волноваться еще сильнее. Ветер унес их жизни вместе с собой, туда, куда не мог проникнуть обычный смертный. Но в то же время, Коцит ощутил иной вой ветра. Он был беспокойный, отяжеленный свинцом, горячим и очень гадким. Проще говоря, он пах злом. А если еще проще, то чистой ненавистью… Коцит не видел, кто убил его слуг, так же он не чувствовал изменения ауры в пространстве достаточно отчетливо, как Аура. Он не обладал поисковыми заклинаниями, да и, честно говоря, не был силен в магии. Единственное в чем он считался одним из лучших: это бой на мечах. Коцит был воином. Достаточно сильным, чтобы соревноваться с Альбедо и Себастьяном. — Какая досада… — угрюмо заключил ледяной страж, топнув серебряной алебардой по полу. Пыль, поднятая во время удара, покрылась инеем, из-за пассивного навыка. Энтома, словно непоседливый ребенок, подняла руки кверху. Коцит решил, что она доедала кость, но потом понял, что та хочет что-то предложить. — Может, мы отправим сообщение владыке? — сказала горничная. Она недавно вернулась с миссией по моргу и тут же призвалась стражем, как помощница в экспедиции. Коцит считал, что взять ее с собой будет хорошей идеей. В конце концов, практически все их отряды состояли из инсектоидов, и было бы странно, если бы он не предложил ей отправиться вместе с ним. Ее голос звучал мелодично и довольно по-детски. Хоть по маске на лице Коциту с трудом удавалось понять, о чем она могла думать, однако он понимал, что по-другому поступить было нельзя. Владыка предупреждал его о том, что этот мир заселяют опасные объекты, и о том, что нельзя рассчитывать на свои силы. Коцит не имел эмоций. Точнее говоря, он не мог выразить их при помощи мимики, ведь он был заключен в хитиновый экзоскелет. Однако, если внешне он был спокоен, то внутри него все колебалось. Дыхание прерывалось, стало неглубоким, даже с теплотой из-за волнения, но спустя несколько вздохов, он согласился с ней. Энтома взмахнула одной из лап, и кожный пергамент исчез в голубом огоньке. Но затем паучиха замерла. Коцит замер следом. Что… что это такое? Коцит ощутил приближение - быстрое, но недостаточно, неуклюжее, как первые движения младенца, грубые, вспыхивающие землю под тяжелыми ударами шагов и тяжелого веса. Страж покинул шатер, и поразился увиденному. На противоположной стороне озера мелькало нечто салатового цвета. Хоть он был далеко, благодаря обостренным чувствам, Коцит смог разглядеть полный силуэт создания. Эта была огромная ящерица, имеющая развевающиеся черные волосы, собранные в гриву, тело которой, от головы до длинного острого хвоста, были покрыты пупырчатыми чешуйками блестящего цвета. Они состояли из плотного кератина и очень хорошо защищали от промокания, благодаря своей конструкции. На лапах создания были плавательные перепонки, которые сразу же раскрылись, стоило ей перейти берег и броситься в воду… Словно не замечая возле себя каких-либо преград, ящерица бежала по воде, так же быстро, как на суше. Перепонки отгоняли воду и работали, словно весла, а хвост, слегка расширенный в конце, напоминал рыбий плавник и прекрасно регулировал направление. Глядя на ее желтые, кошачьи глаза, Коцит ощутил дрожь. Но не такую, которая бывает при страхе. Эта дрожь, подгоняемая порциями адреналина, была гораздо слаще. Гораздо приятнее. Эта дрожь, схожая с трепетом, напоминала встреча охотника с желаемой добычей. Тик-так. Биение часов уже не поспевали за сердцебиением стража. Этот азарт, словно наркотик, накрыл его сознание, но он прекрасно контролировал себя. Ну почти. Хоть и владыка запрещал им вступать в конфронтацию с неизвестным противником, он также говорил о том, что в случае чего, если ситуация вынуждает их — то можно нанести удар. Коцит поглядел на стоящую позади Энтому и подумал о том, что нанести удар ящерице будет вполне оправданным действием. Ведь по факту, она сама неслась им навстречу, и это они были вынуждены защищаться. Хоть и стражу было стыдно за такие мысли, он не мог сдержать соревновательный звук, а поэтому твердо ступил ногой вперед. — Ледяные столпы! Из рук Коцита пронесся звук, похожий на снежный буран. Словно вихрь, он шелохнул с такой быстротой, что полностью заморозил часть озера, вместе с ящерицей. Она застыла в одном из ледяных столпов, которые образовались из-за заклинания. Коцит стыдливо потер голову. Он не рассчитал силы и не просто создал столпы, но и умудрился оледенить часть вод. Довольно странная ящерица… Водный вид? Вглядываясь в потускневшие зрачки создания, страж увидел то, как спустя несколько секунд они посмотрели на него в ответ. И на этот раз ненависть, горевшая раньше, стала еще более мрачной. Звук треска. Еще несколько неприятных хрустов разнеслись точечными осколками по льду, как битое стекло, и некогда бывшая ледяная тюрьма не выдержала и разрушилась, словно песчаный домик. Ящерица упала на лед и не бежала, поскальзываясь из-за своих лап. Они не могли нормально взаимодействовать с поверхностью, благодаря низкому трению. Коцит удивился. Но он удивился еще сильнее, когда увидел, что она сделала дальше. Яросто запищав, ящерица свернулась в клубок, вытянув хвост, словно бур. Она крутилась к ним, как железный шар, вытянув кератиновые чешуйки, как иголки дикобраза. Они пробивала надоедливый лед и катилась. — Невероятное упорство. — с восхищением отметил Коцит, наблюдая за тем, как его противник ловко маневрирует своим телом, умело подстраиваясь под ситуацию. Использовать неприспособленное для хождения по льду тело, чтобы разбить его, не могло не радовать. Только жаль, что все было уже кончено. — Пронзающая сосулька. — Коцит вытянул руку и, магическим образом, возле ладони образовалась 50-сантиметровая сосулька. А затем еще одна и еще. Они летели поочередно, словно пули, их скорость была не такой уж и высокой, но достаточно быстрой, чтобы обычный враг вовремя не сообразил и не увернулся. Толстые сосульки проткнули тушу ящерицы, пробив кератиновый слой. Лязг пластин перемешался с взвизгом существа. Из образовавшихся дыр стекала горячая кровь, нагревавшая сосульки, что те немного таяли, смешивая лед с кровью. Коцит отстраненно смотрел на безжизненное тело противника. Навык ''Сосулька'' был довольно мощным и мог пробить магические щиты, но страж хотел перестраховаться, чтобы наверняка убить его, поэтому выпустил в него три штуки. Айнз-сама напомнил ему, чтобы он никогда недооценивал соперников, особенно если они встретят какую-нибудь аномалию. Да и Коцит не был столь неопытным, чтобы не знать столь очевидных истин. Хоть владыка и просил по возможности захватывать их живыми, но если ситуация не оставляет другого выхода — приходится идти на убийство. Кровь ящера до сих пор лилась, выбрызгивая из крупных артерий. Этот большой объем растапливал сосульки Коцита, несмотря на их довольно внушительный размер. В голове стража крутились несколько вопросов. Первым из них был то, почему у ящеров кровь горячая, хотя они должны быть хладнокровными по своей сути, а второй состоял из того, почему у этого монстра такой запас кровушки. Даже не смотря на свой размер, ее было слишком много, и когда последние капельки иссякли, и в тот момент, когда сосульки выпали из тела, растворившись в кровавой лужице, Коцит забеспокоился. Тварь не шевелилась, лишь некоторые чешуйки двигались из-за ветра, усилившегося благодаря плохой погоды. Но воображение Коцита не давало ему спокойствия. Ему все время казалось, что мертвые веки волнообразно дергались. Хоть он мог списать их на безусловные рефлексы, однако тот ритм с которым они двигались, возбуждали рецепторы Коцита. И это ощущение было неприятным. И когда перед ним вновь возникли кошачьи зрачки, Коцит понял, что это не было шалостью ветра. Тварь возникла перед его лицом и цокнула перед головой, однако реакция Коцита была совершенней. Он видел ее движения даже, когда та только напрягла свои мускулы, чтобы просто встать, не то, чтобы оказаться перед ним. Он ударил ее лапой, вложив в этот удар все группы предплечья. Ящерица улетела на десять метров, постоянно переворачиваясь на земле, ломая кости. — Энтома… убирайся отсюда. — хладнокровно скомандовал Коцит. Горничная видела поединок и находилась в растерянности. Однако, когда буквально из воздуха напротив руки Коцита возник меч, то она сразу все осознала и в спешке телепортировалась в Назарик. Одной из своих четырех лап страж крепко обхватил серебряный самурайский меч, с золотой рукояткой. Металл был настолько тонким, что легче было лишь перышко. В блеске божественного орудия отражалась лежащая в десяти метрах тварь. — УВАХМХ-ХАЫХ-ЫФР. — под зарастающие конечности, автоматически вправленные косточки, ящерица регенерировала, перед тем, как встать обратно, как в ни в чем не бывало. Она пищала, и Коцит атаковал. Улетев вместе с ветром, он разрезал ее пасть напополам, круша тело еще дальше, пока на целой части не оказалось две. Две ровные, как параллельные прямые, туши. Коцит атаковал на одном лишь вдохе, настолько совершенная была его техника. И когда Коцит выдохнул, меч издал свистящий звук, напоминавший хлест розг. На нем не было пятен крови, так как они исчезли быстрее, прежде чем сумели попасть на оружие. Коцит обернулся и застал лежащего ящера. Органы были поделены на половинки. Но они не переставали регенерировать. Словно горячие паутинки, они выплеснули ткани друг на друга, пытаясь притянуть к себе и собраться во едино, попутно прижигаясь, как паяльники. — Навык: ''Дыхание мороза.'' Коцит выдохнул морозное дыхание, которое словно ледяной туман, окутывала восстанавливающиеся части. Возле поврежденных мышц образовался иней, распространявшийся дальше, пока не наткнулся на паутинки регенерирующих тканей. Их температура росла, и даже дыхание не замораживало их. Что происходит? Почему он перестал действовать? Коцит испускал дыхание, но тело ящера рьяно сопротивлялось, нагреваясь еще сильнее. Мышцы стали настолько горячими, что испускали яркое желтое сияние. Бах! Взрыв высокой температуры отбросил стража. Перегруппировавшись в воздухе, он заметил, что ящерица вновь стояла, в совершенно обычном состоянии. Она излучала пар. Она… опасна. Коцит не мог поверить в то, что она сумела нагреться до такой высокой температуры, что вызвало взрыв. Ящерица же пищала от боли и вновь атаковала Коцита. — Сосульки… — вновь скомандовал страж, выпрямив руку. Осколки льда вновь влетели в ящерицу, но на этот раз та ловко уворачивалась от ударов. И из трех сосулек, дошла лишь один, продырявив хвост. Пораженный Коцит прыгнул на противника, разрубив ей голову. И перед ударом, он заметил, как ящерица почти коснулась его своими когтями. Она почти среагировала на мой выпад? Как это вообще возможно? Наблюдая за лежащей головой, обмоченной в грязной луже, Коцит думал, как ей удалось отреагировать на этот выпад, если раньше она и сдвинуться не могла. Однако в следующий момент, Коцит поставил блок. Обезглавленная туша нанесла ему удары. Ударная волна от блока пробила землю под ногами Коцита, и он отступил назад. Она нежить? Но разве такое вообще возможно? Нет, я чувствовал кровь и живую плоть. Она не может быть нежитью. Что это вообще за зверь? Коцит видел, то как на шеи ящерицы с утроенной силой росли шейные позвонки, облепленные сетью капилляр. И то, как сухожилия прижимали тянущиеся мышцы. Теперь же на его руках было четыре меча. И теперь он был настроен серьезно. Ведь сейчас стало понятно, насколько противник опасен. Его регенерация потрясала, навыки, пускай и хаотичны, но довольно сильны. — СДХГРРИИИ! — Рявкнуло существо, набросившееся на Коцита. Ф-и-и-и-у! Четыре катаны нашинковали ящера на многочисленные осколки плоти, преобразив в мелкорубленое мясо. Тонкие ленты мясных обрубков тянулись в кровавом танце страже, разлетались в стороны из-за силы взмахов. Удары стража содрагали землю и потрясали ветер, скручивая его в маленький ураган, унесший обрубленный остатки в одну большую кучу. Страж заметил, как мясные кучки стали вновь собираться в целое, и запустил целый град сосулек. Острые концы разрушали куски в жидкие кашицы. А последующий навык мороза навечно оставил их в мерзлом состоянии. Страж выдохнул, но почувствовал еще один удар сбоку. Он откинул рукояткой одной из рук напавшее существо. Обернувшись, он обомлел. Это был маленький ящер. Отрубленная голова, которую он разрезал и оставил гнить в луже, отрастила себе тело и конечности и превратилась в крохотную ящерицу. Вот только теперь Коцит понимал, что тот порез, который она нанесла был довольно болезненный. Она становится сильнее? Или просто играется со мной? Ящерица злобно крикнула, хотя ее крик был не такой устрашающий, как вначале. Она понеслась на стража на огромной скорости, зигзагообразно перепрыгивая из одной стороны в другую. Коцит не мог нормально прицелиться из-за ее хаотичных движений. И когда ее тело оказалось перед ним и когда Коцит смог выпустить сосульку, он понял, что ящерица отцепила свою голову и бросила его, как футбольный мячик. Коцит посмотрел назад и с ужасом обнаружил, что замороженные разжиженные остатки мяса вновь собрались в единую систему, и то как лапы поймали прыгнувшую голову. Ящерица отвлекла Коцита, пока ее основное тело размораживало себя. — Ты… Невероятный воин. — с восхищением сказал Коцит, наблюдая за перерождением чудовища. — Как твое имя? Я хочу запомнить его. — Т-ТЕБЕ НЕЗА-А-АЧЕМ ЗА-А-АПОМИНАТЬ ЕГ-ГО, ЕС-С-СЛИ ВСЕ Р-РАВНО СДОХНЕШЬ, БОГОМОЛ! — Будто с трудом пропищала ящерица. Коцит удивился тому, что она говорила, хотя раньше издавала невнятные звуки себе под нос. — Прошу прощения… Но этого я позволить не могу. Коцит согнул колени, выпрямив спину. Вытянув мечи одну за другой, он образовал, что-то вроде квадрата. — Нападай. Ящерица мощным прыжком сократила расстояние, вытянув длинные стальные когти перед своим телом, защищая переднюю часть. Усмехнувшись, Коцит сделал пируэт и, оказавшись позади врага, порубил его позвоночник. Он обездвижел его колющими ударами, однако ящерица оттолкнулась от клинков стража, используя хвост. Раны омывали ящера в виде симметричных полосок. Она прыгнула и атаковала лапой. Коцит, присев, разрубил ее. И на этот раз он почувствовал, что клинок прошелся… Довольно тяжело? Словно, он пробирался через тесто, атакуя палкой. Его чешуя стала прочнее. Слой кератина остался однородным, однако его прочность возросла. Ящерица лишилась лапы, но в тот же момент дернула хвостом, пробив Коцита. Он успел выставить блок, но хвост, извиваясь сквозь блокирующие мечи, добралась точно в хитиновый панцирь стража. Бах! Страж столкнулся с булыжником, пробив его. Однако на теле Коцита образовалась трещина. Небольшая, но довольно глубокая, она вызывала беспокойство. — Как тебе удалось пробить мою броню? — спросил Коцит, однако вместо ответа, ящерица продолжила прессинг. Выпады Коцита были безупречными. Они попадали в цель, разрезая части врага. Однако на этот раз страж отступал время от времени, переходя в защиту, так как клинки оказались не достаточно острыми, чтобы полностью рассечь тело ящерки. В этот раз они оставляли лишь глубокие порезы, а в редких случаях — ящерице удавалось ускользнуть от цепких ударов. Она адаптировалась. Чем дольше они сражались, тем сильнее она становилась, чем больше он бил, тем меньше он попадал, чем чаще он атаковал, тем быстрее она подстраивалась под его стиль. Ее техника боя увеличивалась на глазах. Ф-и-и-и-и-и-у, Ф-а-а-а-х-с… Хлесты хвоста умудрялись отражать все выпады Коцита, и самой наносить урон когтями. Но они лишь царапали панцирь стража. Когда ледяной страж нанес еще один удар сверху, то понял, что все было кончено. Он услышал треск меча. Каким образом? Жвалы стража дрогнули, когда заместо крови они почувствовали то, как лезвие божественного оружия покрылось треском. Чешуя ящерицы стала невосприимчивой к его атакам. Блеклый кератиновый слой стал невероятно прочным. Бах! Удар хвоста оказался сильнее, чем думал Коцит. После этой атаки хитин треснул и на животе расплескалась трещина, идущая до самой лопатки. Он не мог пошевелиться. После многочисленных контрударов и блокирований, его панцирь не выдержал. Он больше не мог помочь стражу защититься. И если раньше он игнорировал весь полученный урон и сражался, несмотря на боль, то теперь его тело не могло пошевелиться. Мечи свисали с его ледяных синих лап, и плюхнулись на лужи, издав плескающий звук. — Простите меня… Простите, что не смог выполнить ваше обещание, владыка. — Сознание стража затуманивалось, он больше не слышал истошных криков несущейся на него рептилии.

Аура повелителя: мгновенная смерть…

Шумовая волна привлекла Коцита, и он из последних сил поднял голову, чтобы посмотреть. Перед ним стоял владыка Айнз. А ящерица не шевелилась. — Ты заставил нас поволноваться, Коцит. — Господин… Вы… должны знать… — Тихо, Коцит. Береги силы. — сухо прервал Айнз, невольно погружая его в дремоту. Но воля стража боролась изо всех сил. Она не могла покинуть его, пока он не выполнит свой последний долг. Собрав последние крупицы сил, богомол выдохнул: — Ящерица… адаптация… убить сразу… — Я знаю… — ответил Айнз, будто бы не дослушав Коцита, а зная его слова наперед. Страж потерял дар речи. И это не была приходящая слабость, а восхищение. Восхищение перед Высшим Существом… И перед тем, как он окончательно вырубился, то сквозь затемненные веки, он заметил дрожание рептилии. Она начала по-немногу привыкать к действующей магии. Снова…