позволь послушать твое сердцебиение (ускоряется быстрее и быстрее)

Неопровержимый факт: во всем ужасном, происходящем в мире, виноват Чайльд. Состояние экономики? Виноват Чайльд. Глобальное потепление? Точно виноват Чайльд. Растущее количество сторонников плоской земли и противников вакцинации? Сяо уверен, тоже виноват Чайльд. Ведь если бы не Чайльд и его проклятое существование, Cяо не сидел бы и не смотрел на то, что можно описать только как вебкам страницу Венти, и не переживал моральный, эмоциональный и духовный срыв из-за ярко розовых сосков оного. Если бы не Чайльд, Сяо бы расслаблялся после адской недели экзаменов, слушая музыку Венти, взамен он полутвердый и вынужден признать: да, он до сих пор влюблен в лучшего друга, и нет, время не погасило носимую больше десяти лет влюбленность. — Блять. Требуются огромные усилия, чтобы оторвать взгляд от экрана ноутбука и перевести на телефон, где последнее сообщение Чайльда — эйй, подумал, тебя заинтересует ;) — самодовольно смотрит в ответ. Сяо хочет позвонить ему и высказать все, что думает, но это означает признаться в открытии ссылки, однако он не может допустить, чтобы Чайльд узнал. Никогда. Лучше умереть. Так что поступает следующим образом: блокирует номер Чайльда, давно стоило. Жаль, не заблокировать в реальной жизни. Ужасно, ужасно, — оглядываясь на экран ноутбука, где в кружевном мятно-зеленом белье красуется Венти, думает Сяо, — что Чайльд, к сожалению, прав. Он до неприличия крайне заинтересован в этом — в Венти — и часть его ничего так сильно не желает, как пролистывать четыре фотографии в маленькой публичной галерее, пока те не отпечатаются на сетчатку, и проигрывать закрепленное приветственное видео. Но большая часть, безнадежно влюбленная в Венти с тех пор, как будучи детьми Сяо услышал его пение, понимает, что правильно и достойно выйти с сайта, забыть и никому об этом не рассказывать. Следует очистить историю, черт возьми, может, стоит сбросить ноутбук с крыши — уничтожить доказательства посещения вебкам страницы Венти и прожить остаток жизни в покое. Вместо этого Сяо нажимает на ссылку Создать аккаунт. Через две минуты он зарегистрирован под ником защитникякса и вводит данные кредитной карты, когда красная точка рядом с именем Венти — на сайте Барбатос — становится зеленой. Барбатос в прямом эфире. Никогда в жизни Сяо не кликал быстрее, указательный палец еще дергается, когда открывается окно с ужасно знакомым видом изголовья кровати Венти, которую Сяо помогал собирать. Внезапно возникает ощущение, что он бросается с обрыва в пропасть и находится в свободном падении, ибо блять, о блять, это и правда Венти. — Привет, всем привет! Как бы глупо это ни звучит, он надеялся, что Барбатос не Венти, а человек до жути похожий на его лучшего друга, и Сяо не полный урод из-за своего поступка. Но он узнает голос Венти, узнает его слегка курносый нос и даже сквозь черную кружевную маску узнает его глаза. Он узнает Венти вслепую. Это Венти. Точно Венти, и Сяо в полной заднице. — Да, не по расписанию, — откидываясь на гору подушек, говорит Венти, и если бы не закрывающая половину его лица полоска кружева, Сяо бы подумал, что это их обычный видеозвонок в Скайпе. Вообще, учитывая все странности, в которые за время дружбы ввязывался Венти, Сяо может оправдать хлипкую кружевную маску как некоторую странность. На Венти футболка Сяо — старая, изношенная и выцветшая до неузнаваемости майка с Заоблачным пределом, которую тот освободил (считай, украл) из его шкафа — и вид той в данной ситуации разжигает огонь в животе Сяо. — У меня была чертовски тяжелая неделя, думаю, вместе расслабимся. Насколько Сяо известно, у Венти на неделе прошло несколько сольных концертов. Он собирался в поддержку посетить некоторые, вот только их расписания совсем не совпали, и, к немалому огорчению, не сходил ни на один. Уголком глаза Сяо видит чат, взрывающийся от банальностей и пожеланий пятнадцати людей, смотрящих трансляцию Венти, и иллюзия видеозвонка лопается. Особенно стоит взгляду зацепиться за сообщение с крупным донатом, от которого расширяются глаза. магцицинов: бедняжка! держи, милаш, выпей за меня!!! магцицинов задонатил xxxx примогемов! Венти на экране звонко смеется. — Ооуууу, — откидываясь еще дальше к изголовью кровати, воркует он, и Сяо давится вдохом. Новая поза демонстрирует удивительно стройные ноги Венти и то, что кроме его футболки, на Венти самые короткие шорты, когда-либо виденные Сяо. Также поза позволяет видеть тату на его бедре, ранее наблюдаемую Сяо лишь частично, и он почти благодарен, что видит ее полностью сейчас, а не на публике, ибо не думает, что сможет не возбудиться. Зеленые чернила, как подвязка, обвивают левое бедро Венти, и, Архонты, что бы Сяо отдал за возможность провести по тату пальцами. — А ты знаешь, как обращаться с мальчиками, магцицинов! Обязательно вспомню тебя, когда выпью, — подмигивая в камеру, произносит Венти, и, не успевая опомниться, Сяо опустошает закрома в нежные руки Венти. защитникякса задонатил xxxxxx примогемов! Возможно, утром он пожалеет, однако сейчас кайфует от вида раскрытого в форме буквы о розового рта Венти. Адреналин бежит по венам, пока он наблюдает, как Венти берет себя в руки, будто не ожидал, что ему вывалят столько моры одним махом. Сяо тоже не ожидал потратить столько на, по сути, порнографию, но никогда бы и не подумал, что Венти занимается вебкамом, и вот они здесь. — Прив-ет, защитникякса! — шевеля пальцами, Венти слегка машет рукой, Сяо находит это столь же очаровательным, как и самого Венти. — Извини, обещаю, обычно мои трансляции намного лучше, — и добавляет: — во всяком случае, надеюсь, — когда чат взрывается дадада и непристойными заявлениями, насколько хороши его трансляции, насколько хорош Венти. — Какие-нибудь пожелания? Хочешь что-то конкретное? Сяо хочет, чтобы Венти, включая, но не ограничиваясь: позаботился о себе, сократил потребление алкоголя и влюбился в него. Поскольку ни одно не подходит, выбирает попроще. защитникякса: Все нормально. защитникякса: Можешь делать все, что хочешь. защитникякса: Я лишь хочу, чтобы тебе было приятно. Мягко изгибаясь по краям, улыбка Венти становится более ласковой, и Сяо, в духе Сяо, плавится от нее. Плавится сильнее, только другим жаром, обжигающим вены прямиком к члену, стоит, понизив голос, Венти зашептать: — Ты милый, — прежде чем медленно снять с себя одежду, пока на коже не остается лишь тату, — но ладно, как скажешь. Сяо остается только застыть и наблюдать, когда наконец-то начинается настоящее шоу. В выступлениях Венти присутствует что-то завораживающее, почти потустороннее, оседающее на нем, как вуаль, и это не меняется, даже если инструмент, на котором он играет, собственное тело. За годы наблюдения за Венти, перебирающим музыкальные инструменты, словно те выйдут из моды, Сяо выяснил, что тот по-разному играет на каждом инструменте — неторопливо на пианино, четко на флейте, божественно на арфе и сдержанно голосом. Сяо сразу понимает, что Венти безответственно, почти легкомысленно обращается со своим телом. Он жаден, отчаянно тискает и щипает соски, пока те не покраснеют и не опухнут, пока предэякулят с члена не потечет на упругий живот, руки двигаются в тандеме, надрачивают быстрее, быстрее и быстрее- — Эй, — говорит Венти, его мутный взгляд находит камеру, находит Сяо, руки скользят по животу, мимо истекающего члена, и, раздвигая бедра, открывают розовую дырочку. — защитникякса, какой — мммн — твой любимый цвет? защитникякса: зеленый Конкретно, зеленый оттенок глаз Венти. Зеленый, сейчас уменьшившийся до размера тоненького кольца, из-за расширенных зрачков едва заметный через экран. — Повезло, зеленый и мой любимый. Решимость Сяо не прикасаться к себе вылетает в окно и умирает страшной, мучительной смертью, когда Венти достает бутылочку смазки и пастельно-зеленый дилдо размером с предплечье. Архонты. защитникякса: не великоват ли для тебя? Только отправив сообщение, Сяо понимает, что совершил ошибку. Ну или сделал то, о чем в ближайшие секунды пожалеет, когда чат взрывается от О ПАРНИ и скажем ему, а у Венти на лице появляется выражение, которое можно описать только хищным. — Поскольку ты новичок, — на грани смеха, приторно-сладким голосом, смазывая игрушку, начинает Венти, — прощу, — смазывает напоказ, руки двигаются быстро и умело, Сяо почти не замечает, как, встав на колени, он располагает дилдо под собой. — Но в следующий раз обижусь. Сяо чудом успевает вытащить ноющий член, прежде чем Венти со стоном, который без арендной платы проживет в мозгу Сяо до конца его дней, до самого основания опускается на дилдо. Восхитительно. Непристойно. Вся выдержка Сяо уходит на то, чтобы не кончить прямо сейчас, но попытки тщетные, поскольку Венти сквозь черный веер ресниц смотрит в камеру и прижимает руку к месту — ох, блять — где дилдо выпирает в животе. — Видишь? В самый раз.

.

Последнее, что стоит делать Сяо после трансляции (и постыдной уборки) — звонить Венти, что он и делает, оргазм, видимо, расплавил оставшиеся клетки мозга. — Сяо? — отвечает запыхавшийся Венти, конечно же, запыхавшийся, и, точно зная, почему он так говорит, Сяо возбуждается, член в штанах дергается. — Привет! Что такое, почему звонишь? Вообще, Сяо не уверен в причине звонка, но, не успевая придумать, впадает в привычный ритм и выдает: — Я что, не могу позвонить? Даже через дерьмовую связь, смех Венти — жидкий, впрыснутый в кровь Сяо солнечный свет, и что-то внутри него расслабляется. — Эм, нет, чудила! Ты не звонишь, вообще никогда, — ворчит тот, — мы либо чатимся, либо созваниваемся по видео. — Венти прав. Сяо не помнит, когда в последний раз звонил ему. Может, во время академа Венти, когда тот, не имея доступа к интернету, путешествовал по Натлану? — Итак, спрошу еще раз, что такое? На языке вертится легкий подкол, который Сяо проглатывает и спрашивает: — Как прошли концерты? — проверяя Венти, он отправлял несколько сообщений во время перерывов на учебе, но после просмотра трансляции забеспокоился. В трубке Сяо слышит, как агрессивно сбиваются подушки, пока Венти долго, тягуче вздыхает. — Скажем так, хорошо, что ты был слишком занят, чтобы прийти, — так сердито отвечает он, что Сяо приходится сдерживать смех. — Все прошли ужасно, а я худший студент с музыкального. Такими темпами не доучусь. Сколько же раз за месяц он слышал этот треп, так что Сяо только вздыхает и говорит: — Ты же знаешь, Декарабиан — мудак, и его мнение о твоей игре не важно? — Агх, знаю! В пизду Декарабиана, лучше бы свалил на пенсию, — ноет Венти, и теперь Сяо не сдерживает смех. Он тоже хочет ухода Декарабиан на пенсию, ради душевного спокойствия Венти. — Но ладно, даже старик Андриус выглядел так, будто ему меня жаль, когда я облажался! — А что сказал Двалин? — прерывает Сяо разглагольствования о ледяном Андриусе, у которого, по словам Венти, каменное сердце. — Двалин слишком добр, — после долгого ворчания произносит Венти, что не отменяет факт: Двалин — один из самых выдающихся музыкальных авторитетов, о чем Сяо и сообщает ему. — Хорошо! Говорит, все не так уж плохо и не стоит слишком переживать, впереди еще финальное выступление с Венессой. На него обрушивается волна нытья, но ничего, что бы Сяо не слышал ранее после прошлых, не дотягивающих до требовательных стандартов Венти концертов, поэтому невозмутимо выслушивает. — Через телефон слышу, как ты дуешься. — Заткниииииись. Пожалей меня! Архонты помогли, он слишком далеко от Венти. — Угощу тебя завтра бранчем. — Сян Лин должна ему, и Сяо с радостью оплатит столик в «Народном выборе» во время их знаменитого бранча. — И куплю выпить, — подслащивая предложение, добавляет он, хотя не должен поощрять привычку Венти выпивать днем. — Божечки, кто ты и что сделал с моим Сяо? Он знает, что Венти ничего такого не имеет в виду. Боже милостивый, знает. Но сердце так и не отошло от долгих лет бесконечной тоски и делает кувырок, ибо сильнее всего на свете хочет принадлежать ему. — Спокойной ночи, Венти, — закрывая глаза, под звук дыхания Венти шепчет в тишину комнаты Сяо. — Спокойной, Сяо. Надеюсь, тебе приснятся самые сладкие сны.

.

Плюсы посещения ресторана «Народный выбор»: 1. Подают аутентичную и доступную по цене лиюйскую еду, затмевающую кухню «Глазурного павильона»; 2. Не так переполнены и перегружены, как «шатер Синьюэ»; 3. Их миндальный тофу почти так же хорош, как в «Ваншу»; и: 4. Сяо постоянный посетитель, знаком с владельцем и каждый раз получает довольно большую скидку. Минусы посещения ресторана «Народный выбор»: 1. Син Цю; 2. Чунь Юнь; 3. Сян Лин; и: 4. Ху Тао. Замечая два знакомых лица возле столика, к которому его подводит Сян Лин, Сяо не стонет вслух, но очень, очень близок. Честно говоря, возникает искушение написать Венти и сказать, чтобы шел в «Хороший охотник», к черту скидку в ресторане «Народный выбор», особенно когда Син Цю с гребаной ухмылкой подплывает к столику. Сяо не стоило соглашаться на найденное Гань Юй репетиторство, никакое количество моры никогда не станет достаточно, чтобы выдержать это. — Вижу, у кого-то свидание, — певучим голосом с книгой в руках приветствует Син Цю, а Сяо вместо приветствия многострадально вздыхает, ибо не поведется на уловки подростка- Только вот ведется, ибо Син Цю, когда хочет, крайне раздражающий, а Сяо на трех часах сна и стольких же чашках кофе рычит: — Не свидание, — в улыбающееся лицо Син Цю, не успев остановиться. В довершение Сян Лин позади в насмехающейся обиде вздыхает и встает рядом с Чунь Юнем, одаривая Сяо сильно разочарованным взглядом, словно он специально наступил на хвост Гобе. — Что? Я отдала тебе место на балконе, а это даже не свидание? Сяо, это такая трата! Прежде чем Сяо успевает ответить, возможно, даже воззвать их к совести и оставить его в покое — пожалуйста, из любви к Властелину Камня — Чун Юнь вполне невинным тоном, резко контрастирующим со знающей ухмылкой, спрашивает: — Но у тебя же встреча с тем музыкантом? С косичками? — как не свидание, если ты так долго по нему сохнешь, не сказано, но Сяо слышит. Боги, похоже, он должен поблагодарить, что Ху Тао нет. Сяо не в духе терпеть ее назойливость. Хотя, судя по поведению этой троицы, они, видимо, компенсируют отсутствие оной. — Я больше не буду заниматься с вами. Откровенная ложь, и все знают: Чун Юнь фыркает, Сян Лин подавляет улыбку, а Син Цю хлопает его по плечу и говорит: — Хорошего свидания, Сяо, — и они неизвестно куда уходят. Нет возможности убедиться, действительно ли они ушли — последнее, что Сяо нужно — слоняющаяся вокруг и создающая неудобства троица — ибо Венти приближается, и остальной мир исчезает. И правда, какой у мира шанс, когда Венти так выглядит? Свежее и практически сияющие лицо, а распущенные из привычных косичек волосы мягкими локонами обрамляют его. Венти выглядит блистательно, как солнце, как первое дыхание весны после бесконечной зимы, как- как будто опять надел одежду Сяо. — Это мой кардиган? — Сяо не это хотел сказать, но вид Венти в мягком, давно считаемым потерянным кремовом кардигане сбивает мыслительный процесс так же легко, как и дыхание. Венти не пытается отрицать. Даже самодовольно ухмыляется и притягивает его в однорукое объятие, в котором Сяо старательно не плавится. Если он случайно и прижимается щекой к груди Венти на несколько секунд дольше положенного, то только, чтобы выяснить: каким стиральным порошком тот пользуется. — Ага. — И сколько же моей одежды ты украл? — глупый вопрос, не меньше семидесяти пяти процентов гардероба Венти — вещи, позаимствованные у других. Нельзя стать хорошим другом Венти без украденной одежды, это чуть ли не обряд посвящения. — Ты ее не носишь! — присаживаясь напротив, с фальшивым гневом отвечает Венти. — Она пылится в шкафу, и признай, я выгляжу в ней гораздо лучше, — он бесстыже хлопает ресницами, и Сяо не сдерживает появляющуюся на губах улыбку, даже когда, потянувшись, щелкает Венти по носу. — Ты — ходячая угроза. — Ты любишь меня. К счастью, Сяо не успевает выпалить что-нибудь смущающее, появляется Сян Лин с едой, и, судя по тому, как смотрит на него своими яркими глазами, она в курсе (несомненно, Син Цю, Чун Юнь и Ху Тао в течении часа узнают о его конфузе). Если Венти и замечает что-то, ничего по этому поводу не говорит, а втягивает Сян Лин в разговор о заказанных блюдах. Сяо некоторое время наблюдает за ними, сдерживая улыбку, когда Сян Лин начинает выглядеть беспомощно очаровательно под проницательными вопросами Венти. — Ах, да, — Сяо прикосновением к запястью привлекает внимание Венти, пока Сян Лин оправдывается. — Заказать вино сейчас или позже? — он заранее попросил хозяина подготовить османтусовое вино, заслужив за это сердечное похлопывание по спине и обещание принести лучшую бутылку, поэтому его немного застигает врасплох, когда Венти со смехом отмахивается от предложения. — Устроит чай, — настаивает он, и Сяо слишком долго убирает с лица растерянность. — А теперь расскажи, как прошли экзамены. Следующий час пролетает в потоке хорошей еды и еще лучшей компании. Сяо не очень любит разговоры, предпочитает тишину, но есть в Венти что-то, проникающее в самое сердце, и под блеск его глаз, подбадриваемый изгибом его улыбки, он болтает без умолку. — Слушай, Венти, — неуверенно начинает Сяо, когда они съедают почти все блюда, а Венти со смехом приближается к его порции миндального тофу. — Хм? — Если-, — Сяо не знает, как, не обидев, сформулировать вопрос. — Ты же скажешь, если у тебя возникнет проблема с деньгами? — он смутно помнит, что несколько семестров назад у Венти была проблема со стипендией — вроде что-то связанное с пропажей документов — но тогда Сяо поглотили свои проблемы, и когда он наконец смог помочь, Венти, заверив, что все улажено и беспокоиться не о чем, отмахнулся. Интересно, остались ли у него проблемы, и не в них ли причина занятия вебкамом. — Чт- с чего это ты вдруг? — озадаченный внезапным вопросом, Венти по-совиному моргает в ответ. — Я в порядке! А жалуюсь потому, что обслуживание инструментов дорогое, но я все лучше управляю финансами! Джинн даже сделала мне таблицу для отслеживания трат, теперь у меня есть отдельный бюджет на вино! Комментарий о бюджете на вино явно призван успокоить Сяо, однако он лишь сильнее беспокоится и открывает рот, чтобы сказать Венти, но, сжимая его щеки, последний прерывает его. — Ты самый лучший, правда, — говорит Венти, серьезный даже в щипании Сяо за щеки. — Но у меня все хорошо, так что держи свою мору при себе, — прощально погладив щеки, что Сяо будет чувствовать до конца дня, он отпускает его и садиться обратно, скрещивает руки и слегка хмурится. — Новый босс хоть достаточно тебе платит? Сяо рассмеялся бы, если бы так сильно не болели щеки. Услышав откровенную нелепость, что в тату-салоне ему недостаточно платят, он фыркает. Хотя, полагает, после неразберихи с прежней работой Сяо, в Осиал, которую Чжун Ли пришлось помогать улаживать, у Венти есть право беспокоиться. — Честно говоря, Бэй Доу считает, что нынешняя минимальная зарплата — шутка, и платит мне больше, чем следует администратору. — Хорошо, — хмурый взгляд Венти исчезает так же быстро, как и появился, и с улыбкой, от которой сердце Сяо падает, он поворачивается к нему. — Кстати, еще хочешь, чтобы я пошел с тобой доделывать тату? Непременно. Безусловно. — Только если ты свободен в следующую субботу. — Хм, во сколько? У меня маленькое дельце с утра, но оставшийся день я свободен. — Запланировано на вторую половину дня, — врет Сяо. Он записался на утро, но догадывается о маленьком дельце Венти в следующую субботу и не хочет его пропустить. Бэй Доу, поди, простит его, если он попросит перенести. Может быть. Наверное. Венти ухмыляется. — Круто! Тогда точно приду держать тебя за ручку. — Повезло мне.