Игра теней

«Врагов надо иметь, иначе ими станут друзья.»

©Генадий Малкин.

Эндер Брэнвен. Вейл. Десять минут назад.

      — Каковы шансы на успех? — рассматривая на свитке старую карту железнодорожных путей королевства, спросил я. — Производится вычисление вероятностей… Сканирование… Расчёт… Подведение результатов… Вероятность успешного завершения операции составляет 38,7%. Вероятность провала—57,2%. Возможность внесения неизвестной переменной и недостаток информации—4,1%. — инородным женским голосом, ответила Диспетчер. — Рекомендовано применение воздушно-десантного батальона. — Отрицательно. У нас нет резервов. Сообщи всем единицам группы Лань о согласовании действий с одобрением подрыва подземной ветки. Отправь данные Айронвуду с пометкой «срочно». Разрешены ограниченные меры упразднения теракта. Выполнять. — закрывая схему и отключаюсь от канала связи, я бросил взгляд на группу AMAS.       Действовать нужно было немедленно. Счёт шёл на минуты. Не думал, что, находясь в городе и проводя время за бесполезным просиживанием штанов в одном из кафе, БК наконец сделают свой ход. Атака ранним утром хоть и была вынужденной, но это был их шанс. Хотят посеять панику и уничтожить максимум людей, заодно ввергая в хаос всё, до чего смогут дотянутся. На согласование и оповещение времени не было. Полиции, Озпину, Айронвуду и независимым охотникам придётся сражаться самим за себя. Сообщить будет не лишним, чтобы отыграть роль союзника, но на этом всё. Если всё пройдёт гладко, то предстоящий теракт только сыграет для общественности, в достаточной степени надавив на неё. Прольётся кровь — это факт, но это необходимо. Мне нужны резервы, а Айронвуд ни за что не допустит усиления влияния Фатуи в Вейле, если… Если не подтолкнуть его к этому решению. Может и не в первоначальных масштабах, но давление со стороны и народа он уже попросту не сможет игнорировать. Увеличение численности контингента Атласа не успокоит общественность. Но если внушить идею уже через СМИ… Они сами себя загонят в угол. — Группа, приготовиться к бою. — выходя из кафе и направившись к месту предполагаемого прорыва, я взял контроль над студентами.       Без лишних вопросов, подростки полностью сокрыли свои эмоции и приготовились к сражению. Пересекая улицу за улицей, мы всё ближе подбирались к площади на востоке города. Переулками и крышами, игнорируя недовольство людей, расстояние было преодолено за доступное время. Оглядывая будущее поле для сражения на возможность занятия более приоритетных мест для обороны, я разделял группу на вверенные им точки контроля. Затишье подходило к концу. В кровь стал поступать адреналин. Проснулась жажда. Жажда кровопролития, смерти, страха и боли.       Обратив внимание на клинок, который я не обнажал, но и чьи ножны мои руки уже не могли отпустить, я насторожился. Лёгкая алая дымка, исходившая из закрытых ножен лёгким шлейфом, тянулась к моему лицу. Вены руки, удерживающей клинок, почернели, плоть становилась белее, разум взвыл от того зова, что слышал только я. Голод. Непреодолимый, всеразрушающий, безразборчивый голод, который невозможно было утолить, даже утопив весь мир в крови. Каждое сражение давало лишь отсрочку, каждая смерть была для него лёгкой закуской, каждый носитель в чьих руках покоился этот меч — лишь глашатаи его воли. Человек не выбирает оружие, это оружие выбирает схожего по своей сути человека. Пока я наблюдал за изменением своей плоти, реакция остановилась. Не добравшись до моей шеи каких-то пару сантиметров, изменение сначала замедлилось, а потом и вовсе начало уходить вспять. Медленно, оно наслаждалось тем, что причиняет мне боль и калечит душу. Словно в насмешку, оно играло со мной, показав свои возможности. Я был готов к этому, к изменениям, боли, искажениям. Это лишь очередной зов клинка и того монстра, что заточён в нём. Время кровопролития. Время жатвы. — Мы жаждем. Мы ждём. Мы голодны. Время выполнить свою часть сделки. Не подводи нас. Выполни условие договора, жнец. — шёпот, разнёсшийся со всех сторон впился пальцами в мой мозг. — Я помню о договоре. Не тебе меня направлять. Ты получишь свою жертву. Неужели твоему виду не свойственно терпение? Что за узколобость… Если хочешь получить жатву, то оставайся таким же острым, как и всегда. Сегодня твоя жажда будет утолена. — не обратив внимание на недовольства голоса в голове, я продолжил наблюдать за площадью. — Грррр… — оскалился демон, недовольный отсутствием покорности. — Пакт крови нерушим. Принеси боль на эту землю. Не смей подводить нас. Твоя душа принадлежит нам и находится в наших руках. — Если это всё, что ты хотел сказать—исчезни. И приготовься к пиршеству. Надеюсь предстоящее действие покажется для тебя усладой. — проводя рукой перед собой и развевая пелену, образовавшую еле заметный облик существа, я спрыгнул с крыши и направился ближе к площади. — Все непременно, жнец. Все непременно. — раздался отдаляющийся голос сущности, а вместе с ней пропал и алый дым.       Связь с основой группы Лань появилась внезапно. Маркер показывал приближение обоих из попавших на поезд функционалов, один из которых был более не активен. Расчётное время прибытия не более полуминуты. Приготовившись к бою, я занял выжидательную позицию. Бросаться с головой в битву я не планировал. В первую минуту будет паника, во вторую столкновение охотников и преследующих поезд гримм с остатками БК. Пусть они перебьют друг друга, всё равно. Большой роли это не играет.       Раздавшийся звонок отвлёк меня от обзора территории, и я, несмотря на иконку звонившего, ответил на вызов. — На сколько информация подтверждена и можно ли ей верить? — с ходу спросил напряжённый, но такой же строгий голос Айронвуда. — Мой человек погиб, добывая её и стараясь предотвратить теракт. Информация подтверждена и вскоре станет реальностью не только на бумаге. — мой ответ был зеркальным, не намекающим на какие-либо неточности или ошибки. — Когда? — задал прямой вопрос Айронвуд, а я почувствовал подземный толчок, который скорее всего был взрывом заминированного участка железной дороги. — Сейчас. — ответил я и отключился, послав координаты своего местонахождения.       Как только моя рука сбросила вызов, земля разверзлась. Проломивший несколько слоёв земли и бетона неуправляемый локомотив на полной скорости вылетел из подземного тоннеля, падая и по инерции пролетая ещё несколько кварталов, разрушая всё на своём пути. На удивление, жертв пока не было. Пока. Чему и соответствовало появление четырёх охотниц команды Рубин. Пара ссадин, синяков и царапин. Ничего опасного для их здоровья нет, что существенно сокращает мой фронт работы. Быстро выбравшись из вагонов и самого локомотива, они сразу же атаковали первых гримм, добравшихся до выхода из разлома. Беовульфы и урсы им не соперники, дезсталкеры и тайджицу тоже, пара тройка неверморов и с три десятка оставшейся мелочёвки. Разочарование. Даже числом не создадут проблем. Окружить — да, оказать какое-либо угрозу жизни — вряд ли. Смотря на начавшееся представление, я перевёл взор на ожидавших сигнала группу подчинённых студентов. Как командир команды, Алекс следил за мной, но и не забывал мониторить ситуацию вокруг. Как и его сокомандники, он рвался в бой, оказать помощь одногруппницам, что вели бой в окружении. — Действуйте. — отдав команду на вольную охоту, я не стал наблюдать и контролировать её ход.       Всё моё внимание было приковано к составу. Добравшись за десяток секунд до места крушения, по пути срезав особо рвавшихся умереть гримм, я прошёл в один из вагонов. Пустота. Вернее, пустота и парочка почти пришедших в себя боевиков, помогавшая друг другу прийти в себя. Пройдя мимо и лёгким движением руки освободив их бренные тела от тупых голов, я прошёл в следующий вагон. Как и предыдущий, он ничем меня не удивил. Все встреченные мною животные истреблялись, раненые — умерщвлялись, не приходя в сознание. Каждый взмах сопровождался шлейфом, исходящим из меча. Их души пожирались, их кровь впитывалась в меч, их тела иссушались. Голод постепенно начал утоляться, чему соответствовало алое сияние клинка. Добравшись до одного из последних вагонов, я застал потиравшего шею функционала. Он уже уничтожил тело своего подчинённого и успел направить пистолет, но как только увидел меня, незамедлительно отпустил. — Кто? — подходя к своему телохранителю, задал я резонный вопрос. — Неизвестно. Глубокая резаная рана от плеча до сердца. Умер мгновенно. Среди боевиков никого похожего не встречал и не видел. Работал мастер. Половину обоймы успел расстрелять и столкнуться в ближнем бою, где и погиб. Каковы мои указания? — кратко рассказал Юрий о сделанных выводах. — Бери под контроль остатки группы. Помогите отразить нападение гримм. Что с Торчвиком? — задал я вопрос, направившись к последнему неразведанному вагону состава. — Статус неизвестен. Предположительно жив. Мы почти остановили его. Везучий сукин сын. — с заметной злобой в голосе ответил Юрий. — Почти? — остановившись и развернувшись к функционалу, я продолжил. — Нет такого слова. Ты либо делаешь, либо не делаешь. Не бывает почти живого или почти мёртвого. А теперь, исчезни. — Да, господин. — поклон головой и Юрий исчез в угольно-чёрной дымке.       Последний вагон был изувечен больше всех. Вырванная и покорёженная с корнями железная дверь, изувеченная изнутри и не тронутая снаружи. Кем бы тот, кто это сделал ни был, он вырвался и теперь бродил совсем рядом. Ощущения подсказывали, что я был не один. За моей спиной, я чувствовал огромное желание. Желание насилия, смерти и страдания. Идеальный корм для любого гримм, деликатес. На инстинктах меняю положение головы и тут же ухожу в бок. Звук включившейся пилы просвистел над моим ухом. Волна искр накрыла мою левую сторону лица, промахнувшись и оставивив глубокую разорванную пробоину на обшивке многострадального вагона. Уклонившись от уже горизонтального взмаха, третий принял уже на клинок, уводя пилу с траектории направления. Ещё пара грубых взмахов мечом-пилой не приводят моего врага к достижению цели. Вместо этого, мне удаётся с лёгкостью найти окно для атаки. Отбив вновь летящий в район туловища меч, я наношу размашистый удар по маске фавна-переростка. Не выдержав удара, часть маски, скрывавшей лицо гиганта, рассыпалось. Звериный зрачок и взгляд от которого веет только одним — желанием убивать. — Брэнвен! Сегодня ты сдохнешь! Я лично оторву твой череп и преподнесу его Адаму. Сначала твой, потом Шни, а затем и всех, кто вам был дорог! — изливался пропащий своими фантазиями. — Слишком громкие слова для того, кто только и умеет громче всех лаять. Сегодня, ты… — указав на будущего мертвеца наконечником одати. —…поучаствуешь в одном очень продуктивном ритуале. Продуктивным для меня, так как я извлеку очередную отсрочку и получу лояльность своего меча. Что же до тебя, ты получишь незабываемый опыт, перед своей смертью, который тебя удивит, изменит и поглотит. Будь благодарен, корм, ты послужишь более благой цели, чем бесполезное брождение и существование на этой планете. — Убью!!! — видимо исчерпав запас своего крошечного терпения, фавн с яростью бросился в атаку.       Размашистые и рубящие удары были крайне предсказуемы. Не стоило много времени осознать тот факт, что лейтенант Бейнсо, правая рука Тауруса, был бесполезен, по сравнению с хотя бы более-менее подготовленными студентами. Он выигрывал за счёт грубой силы и роста, попросту давя своего противника. Полагаясь лишь на грубую силу, мало чего можно добиться. Как и сейчас. У нанесенных ударов не было конечной цели. Этим я и пользовался. Чтобы хоть как-то растянуть момент сражения, я только контратаковал. Каждый взмах его двуручного пило-меча оставлял на теле фавна маленькую кровоточащую рану. Каждая попытка нанести мне удар кулаком или ногой — оборачивались нанесением лейтенанту ровно диаметрального урона. Стоит отметить, что как груша для битья он был вполне неплох. Живуч и вынослив, может быть поэтому Таурус держит его рядом с собой — спускать пар? Раз его подружка ушла, то насилие тоже выход. — Мне долго ждать, пока ты наконец начнёшь драться всерьёз? Эта разминка меня утомила и наскучила. —даже эта простейшая провокация даст свои плоды против таких как этот фавн. — Я тебя раздавлю! — с тяжёлым дыханием произнёс Бейнсо и ринулся в очередную атаку. — Какая скука. — произнёс я и использовал проявление.       Сделав один шаг на встречу несущемуся на меня фавну, я растворился, а затем появился уже за спиной противника в десятке метров от него самого. По инерции пробежав ещё пару метров, лейтенант остановился в ступоре. Сначала на железную стенку перевёрнутого вагона упало его оружие, затем несколько капель крови стали предвестниками грядущей картины. После, уже его тело не выдержало. Вывалившиеся наружу кишечник, отрубленные руки и стопы, а также с дюжины глубоких порезов по всему телу стали завершающим штрихом разочаровавшего меня боя. К его несчастью, даже с наличием образовавшейся под ним лужи крови и упавшего в неё тела — он был жив. Повернувшись к полутрупу и медленно подходя к телу фавна, который продолжал испепелять меня взглядом, я поднёс клинок к его горлу. — Не проси меня о сострадании, его не будет. — убирая клинок от его шеи, я позволил себе улыбку. — Помнишь, я сказал, что твоя смерть принесёт мне благо? Я не обманул тебя. В следующую минуту, ты испытаешь коктейль эмоций, состоящий из агонии, отчаяния, гнева, бессильной злобы и… Смирения. Ты станешь кормом. Впрочем, не переживай. Я позабочусь о том, чтобы душа Тауруса также была поглощена. Надеюсь вам понравится вечность страдать всеми возможными способами. Прощай, животное. Никто о тебе не вспомнит и не будет плакать. Последние слова? — Чтоб…вы все…сдохли! — кряхтя и захлебываясь в собственной крови, выпалил фавн. — И это всё? Как оригинально. Не удивительно, что вы все обречены подохнуть, оставшись теми, кем являетесь — жалкими животными, которые лишь внешне подобны людям.       Обойдя тело и встав рядом с образовавшимся и тянущимся в сторону из общей лужи крови ручейком, я пронзил тот клинком. Положив ладонь на рукоятку одати, я прикрыл глаза и с пренебрежением взглянул на всё ещё трепыхающееся тушу фавна. — Выпей крови и пожри плоть, Демон Триггер. — произнёс я.       Стоило моей команде сорваться с губ, как последняя преграда между клинком и жертвой была устранена. Вся вытекшая кровь стала стекаться и поглощаться клинком. Жадность и скорость, с которой на полу оставалось всё меньше и меньше жидкости, говорила о ненасытном голоде и жажде. После того как последняя капля вытекшей крови была впитана, пришло время тела. Сначала отрубленные руки, а затем и основное тело фавна начали гнить. Заживо отваливающиеся куски плоти растворялись и поглощались. Под крик невыносимой боли и адской агонии, клинок продолжал свой пир. Органы, мышцы, всё разлагалось и поглощалось. К окончанию ритуала, на месте когда-то здорового тела фавна, остался лишь обугленный изнутри скелет. Чёрные, выжженные изнутри кости продолжали дымиться и служить единственным напоминанием о проведённом ритуале. — Даже кости обглодал. Насколько же ты был голоден… С тебя этого хватит… На время. — вкладывая клинок обратно в ножны, подмечая, что он стал по цвету более ярким и менее острым, чем был изначально.       Пройдя в рубку локомотива, я застал в ней прелюбопытнейшую картину. Лежащий в стороне фавн-водитель, шея которого была явно не в том положении, при которой можно было бы жить, а также пытающегося выбраться Торчвика, что, держась за пострадавший бок тянулся к ручке двери, дабы открыть её. — Ну и ну. — оглянувшись и не заметив ловушки, я стал подходить к Рыжему. — должно быть Новый год пришёл раньше. — удар ногой по рёбрам, за которые держался Роман был для меня истинным удовольствием. — Аууу… Эй, я вообще-то ранен, а ещё лежу. Это как минимум ущемление моих прав военнопленного. Ух… — под конец его жалобы, я ударил повторно. — Прости, что ты сказал? «Военнопленного»? К сожалению, для тебя, мы не на войне. А ещё, если ты хочешь соблюдения прав, то сдаваться надо было Атласу. — ещё один удар, но уже в ногу, был достаточно болезненным, если судить по выражению лица. — Извини, что-то я сегодня не в форме. Отдачи от ударов не чувствую, ты же не в обиде, из-за этого? — Кхе-кхе… Прямо свечусь от счастья. — сплюнув подступившую кровь, ответил Торчвик. — Ой, ты моё солнышко рыжее. Тогда, будь так добр, затухни на пару часиков. — удар в голову и Торчвик на ближайшие три часа вне зоны доступа к сети.       Подхватив тело клоуна за воротник и не забыв его трость, я направился обратно. Выбравшись на поверхность, успел к самому моменту подхода кавалерии. Десант атласких рыцарей усилил сражающихся, что и без того добивали остатки гриммо. Помимо команд Джунипер, Рубин, Амариллис и Кофе, на стороне охотников участвовала и половина команды Синдер. Пока её подчинённые зарабатывали алиби и хорошую репутацию, функционалы добили последнего дезсталкера, а Глинда успешно закрыла проход. — Гвардии капитан Бранвен, вы в порядке? — Подбежавший к моей персоне солдат ВС Атласа выглядел слегка озадаченным свалившимся в его руки Торчвиком. — Генералу Айронвуду подарок. Надеюсь, он найдёт ему применение. — ответил я и двинулся в пустующую сторону.       По итогу, прорыв был ликвидирован. Погибло 17 человек, что, по общим меркам, было абсурдно мало. Видимо, первый этап плана Синдер прошёл не так грандиозно. Монстры перебиты, как собственно и фавны, Торчвик пленён, чем обеспечил мне лояльность в глазах Озпина и Айронвуда. Стоит отметить, что пленение Рыжего никак не сыграет на планах Синдер. Пытать его будут в самом крайнем и критическом случае, но не думаю, что он будет ждать наступления этого времени. Из дополнительных плюсов можно отметить, скорее всего, последующий раскол и дальнейшее уменьшение роли Атласа в усилении королевства на момент чемпионата Вайтел. Что же до меня… Мне остаётся только не отсвечивать и наблюдать. — Эй, Эмеральд, подойди сюда. — стоя в стороне и закурив сигарету, я выхватил пешку Синдер, вспомнив её имя. — Эм… Вы что-то хотели? — с неохотой и с особой настороженностью, девушка подошла ко мне и задала вопрос, глазами найдя наблюдавшего за ней партнёра. — Передай Синдер, что в этот раз я отрезал все возможные хвосты, ведущие к ней. Но если это ещё раз повторится, то она будет сама за себя. — сделав новую затяжку, я передал ей послание. — Вы с ней… Друзья что ли? — как-то обескураженно спросила Эмеральд. —Ну… Пусть будет так. Мы из одной команды. Не партнёры, но этого тоже не мало. Бывшие партнёры, разумеется. Теперь так, неопределённости. То друзья, то враги, то союзники, то партнёры. От случая к случаю. Ты запомнила послание? Иди. — затушив сигарету и проводив взглядом, приближающийся буллхед академии, я отпустил девушку.

Бикон. Два часа спустя.

— Озпин? Озпин! — пытался докричаться до директора Бикона один из членов Совета Вейла. — Да, советник? — наконец обратил внимание вызываемый. — Вы не оставили нам выбора. Турнир фестиваля Вайтела мы не то что показывать, проводить не будем, пока не обеспечим безопасность жителей. — продолжил советник, наконец перейдя к сути звонка. — Поэтому мы связались с Советом Атласа и совместно приняли решение, что лучше всего назначить генерала Айронвуда отвечающим за безопасность мероприятия. — Благодарю, советник. Наше королевство будет радо предоставить столько солдат, сколько нужно, чтобы мероприятие произошло тихо и спокойно насколько это возможно. — подал голос Айронвуд. — Это ещё не всё. Гвардии капитан Бранвен, вы на связи? — обратилась фигура советника уже ко мне. — Да, советник. Я вас слушаю. — ответил я, сидя в своём кабинете. — Совет также принял совместное решение о допуске солдат Фатуи в распоряжение королевства Вейл и непосредственно генерала Айронвуда. Конечно, это не снимает с вас обвинений и отмену судебного процесса, который пройдёт после окончания Вайтела, но в данной ситуации это будет не лишним. Временно вам разрешено размещение когорты солдат для обеспечения безопасности, как в городе, так и в его окрестностях. Надеемся, что вы выполните ваш долг ради благополучия мира и избавления мирных граждан от опасности террора Белого Клыка. — залился сановник в хвалебных речах. — Можете не сомневаться, советник. Фатуи не подведут ни Вейл, ни Атлас. Для нас честь, что вы доверяете нам жизни людей. Мы не допустим кровопролития. — в том же тоне отозвался я. — С вашего позволения, я немедленно займусь этим вопросом. — Да, можете быть свободны, капитан. — ответил мне генерал Айронвуд. — Всего хорошего, уважаемые советники, генерал, директор. — попрощавшись со всеми, я отключился.       Закат в Биконе — это одно из прекраснейших чудес света. Прохладный бриз, мягкие уходящие лучи Солнца и уже вспыхивающие на небе звёзды. Сделав очередной глоток из бокала с вином, я отставил его в сторону и, подперев склонённую голову кулаком, закрыл глаза. — Die Kaninchenjagd war noch nie einfacher. — прошептал я и не заметил, как лёгкая улыбка появилась на моём лице.