Детективное агентство "Анна и её духи". Четвертое дело.

— Что? — на лице Василия появилась безумная смесь удивления, недоверия и надежды. — Мы нашли то самое здание, — пояснил Штольман. — И внутри на самом деле находилась Варвара Кирилловна. Всё прошло не без проблем, — он указал на свою руку, — но теперь всё хорошо. Она наверху в безопасности. Только сейчас Лазарев заметил, что плечо Якова и в самом деле было перевязано. Он почувствовал облегчение и благодарность. Штольман смог найти Варю, смог сделать так, чтобы она вернулась невредимой. Он надеялся, что ранение легкое. По виду Якова можно было это предположить. — Как она? — Лазарев машинально засунул письмо в карман и с волнением ждал ответа. — Всё хорошо, — успокоила его Анна, подходя ближе и беря его за руку. — Она сейчас спит. Ласковое прикосновение сработало, и соображать Василий стал немного лучше. Он вдруг понял, что в комнате находится много народу и ведет он себя совершенно невежливо. Он благодарно улыбнулся Ане и извинился перед присутствующими, говоря, что он был выбит из колеи. Мироновы, которые за годы жизни в Затонске привыкли к самым волнительным, странным и неожиданным происшествиям, уверили его, что всё понимают. Дальше разговор пошел на французском, потому как Лазарев узнал, что Поль Мартен является помощником префекта Парижа, и вести беседу на другом языке было совершеннейшим моветоном. — Я должен её увидеть! — сказал Василий. — Я должен своими глазами убедиться, что с ней всё в порядке! Аня кивнула и повела его наверх, где наблюдала удивительную метаморфозу: лицо Лазарева дрогнуло, совершенно поразительное выражение благоговения и нежности появилось на нём, он подошёл к кровати и опустился перед ней на колени, беря Варвару за руку. Аня покраснела и, отведя взгляд, вышла за дверь. Приличия приличиями, но то, что происходило в комнате, было слишком личным, чтобы кто-то еще там присутствовал. Василий появился в коридоре минут через пять и благодарно улыбнулся Анне. — Спасибо вам! — несколько неловко произнес он. — Скажите, отчего она спит так крепко? — Ей давали снотворное, чтобы она не создавала шума, — сочувственно ответила Аня и увидела, как кулаки Лазарева сжимаются так, что белеют костяшки. — Она проспит еще несколько часов, а после всё должно быть в порядке. Не волнуйтесь, она не будет одна, — она сделала знак Мари, ожидающей поодаль, и девушка вернулась в спальню. — Пойдёмте вниз, нам нужно многое обсудить. Василий кивнул, и они спустились вниз, где Мария Тимофеевна уже организовала чай, коньяк и закуску, снизив градус напряженности. Она видела, что Штольман периодически морщится и поняла, что плечо стало ныть. Нужно заварить полыни, если она есть в доме. Это немного облегчит боль. Мироновой не хотелось, чтобы Яков страдал. Василий еще раз поблагодарил всех за помощь и спасение Варвары. Его усадили на кресло и вручили коньяк и чай с булочкой. Всем была необходима передышка. — Нас сегодня навестил твой брат! — сказал Штольман, когда чай был допит, а равновесие установлено. Он видел по лицу друга, что он мыслями он еще наверху, но по крайней мере безумия в его глазах больше не было. — Марк? — удивился Лазарев. — Что ему было нужно? — Он выпил лишнего и решил нам поведать, что ты ведешь себя несколько странно в последние полгода, — пояснил Яков. — Странно? — переспросил Василий, которому в очередной раз стало стыдно за поведение брата. Он столько раз вылавливал его в самых разных увеселительных заведениях, что и не перечесть. — Да, — кивнул Штольман. — Отделяешь свой капитал от общего, распоряжаешься собственными накоплениями не так, как обычно, купил дом. — Ах, вот оно как! — покачал головой Лазарев. — Он всё-таки обратил на это внимание. Не ожидал! — Насколько я понимаю, ты решил жениться на Варваре Кирилловне и готовишься к масштабным изменениям в жизни и противостоянию родителям? — Нет, — усмехнулся Василий. — Противостояние родителям я предвижу, разумеется, но мы уже женаты. Вот уже полгода как.