Детективное агентство "Анна и её духи". Четвертое дело.

— Вы полгода женаты? — Штольман понял уже, что его друга и Варвару связывают гораздо более глубокие отношения, чем он пытался показать, но такого он предположить всё же не мог. — Да, это довольно простая история, но я вижу, что она требует прояснения, — Василий откинулся на спинку кресла и слегка улыбнулся. — Варя понравилась мне с самого первого дня. Я слишком долго вращаюсь в свете и по долгу службы сталкиваюсь с особенно яркими его представительницами, поэтому настолько отвык от простого и человеческого отношения, от искренних эмоций и улыбок, что поверить в то, что она такая, какой кажется, было для меня настоящим испытанием. Я бежал от этого, пытаясь отстраниться и от собственных чувств, и от неё самой. И потом, она почти на двадцать лет меня моложе, это тоже казалось неправильным. Василий сделал паузу, будто погрузившись в воспоминания, а Штольман посмотрел на Аню. О, он прекрасно понимал и сомнения, и переживания друга. Он тоже вдоволь насмотрелся на расчётливых придворных дам, которые нередко оказывались еще более циничными, чем мужчины. Поэтому встреча с Аней, её доброта к людям, неприкрытые интерес и восхищение по отношению к нему, её желание кидаться на помощь всем тем, кто об этом попросит, вызвали волну недоверия. И возраст опять же! Столько бессонных ночей, проведенных в раздумьях, Яков пережил на своей затонской квартире - не перечесть! Всё осложнялось его положением, долгом и заданием. Чем дальше она от него, тем меньше её заденут. Вышло совсем не так! Вышло горько, больно, мучительно! Теперь, слава Богу, всё изменилось. Штольман внезапно улыбнулся. Всё это того стоило. Он бы предпочел, чтобы все негативные моменты коснулись его одного, а Анну они миновали, но он снова готов был пережить всё, что случилось с ним за эти шесть лет, чтобы быть здесь, в их уютной парижской жизни, вместе в ней. За два месяца он получил столько тепла и искреннего участия, сколько не испытывал за предыдущие тридцать лет. Аня научила его любить, потому что только с ней значение этого слова приобрело истинный смысл. Улыбка и взгляд Штольмана стали тем самым фактором, который склонил Марию Тимофеевну на сторону Якова. В нём была не страсть, не любование, а глубокое понимание, любовь, признательность и много всего ещё. Анина мать немедленно и окончательно признала человека, который так относится к её дочери. Большего для того, чтобы завоевать её доверие, он сделать не мог. — А потом я уверился в том, что и её отношение ко мне выходит за рамки простой симпатии. С каждым днём мы узнавали друг друга лучше и лучше, и в конце концов я понял, что пора что-то решать. Мне почти сорок лет, я достаточно вложил в семейное состояние, мои родители ни в чём не нуждаются, а Варя… Варя показала мне другой путь. Он вдруг ухмыльнулся. — Она мне отказала! Стала говорить, что у неё за душой ни гроша — мои родные уже успели внушить ей ценность этого ресурса. Варя даже порывалась уехать, потому как не хотела мучить меня и страдать самой. Мне стоило довольно много времени и терпения её убедить. А дальше началось самое сложное. Я пошел к родителям и, зная об их отношении к подобным союзам, завел разговор крайне издалека. Разумеется, мои опасения подтвердились. Подобный брак сочли бы страшной ошибкой, мезальянсом, позором и еще два листа подходящих эпитетов по списку. Да к тому же маменька намёками дала мне понять, что она желает пригласить в гости свою старую подругу с дочерью, чтобы те погостили у нас некоторое время. Мне сразу стало понятно, что истинной целью приезда будет вовсе не приятное общение вечерами. Василий посерьезнел. — Если бы только я сказал родителям, что я сделал предложение Варе и она согласна, то поверь мне, они бы нашли способ нам помешать. Её бы услали, уговорили, сделали бы всё, чтобы свадьба не состоялась! Увезти её сразу и поставить в такое положение, когда она будет вынуждена некоторое время жить со мной до брака, вызвав скандал и причинив ей лишние волнения, я не мог. Поэтому мы поженились тайно, но по всем правилам. Я сразу стал заниматься необходимыми делами: озаботился финансами и неделю назад нашел и купил подходящий дом. Буквально через пару дней я бы увез Варю туда и объяснился бы с родителями, чтобы избавить её от всей этой ругани. Если бы не вся эта история, то мы бы уже жили отдельно.