Моменты

Рон взглянул на часы, стоявшие у кровати, и тяжело вздохнул. Двадцать две минуты восьмого. Гермиона опаздывала уже больше, чем на час. Он снова вздохнул и поднялся со скрипучей кровати. Она обещала быть в Норе к шести, так где же она, черт возьми? От досады и тревоги он принялся мерить шагами свою захламленную комнату. Рон так и знал, что этим кончится. С той самой минуты, как Гермиона прислала короткую записку о том, что отсылает родителей, Рон понимал — ей будет тяжело. Нужно было сразу отправиться к ней и помочь. А он вместо этого просидел тут весь день, дожидаясь ее обещанного появления в Норе. И вот она опаздывает больше чем на час. Снова бросив взгляд на часы, он принял решение и схватил палочку. Гермиона не должна справляться с этим в одиночку. Он отправится к ней и поможет всем, чем сможет. Набросав короткую записку для семьи на случай, если его хватятся, Рон трансгрессировал в ухоженный дом своей лучшей подруги. Рон ахнул, едва его ноги коснулись крепкого дубового паркета в гостиной Грейнджеров. Комната была абсолютно пуста: ни единого предмета мебели. Ничего общего с тем красиво обставленным и уютным помещением, в котором он бывал ранее. Он быстро вышел в коридор, отмечая разлитые по всему дому тишину и пустоту. В животе скрутился тошнотворный ком паники, он бесшумно шагнул в просторную кухню. Что, черт возьми, сделала Гермиона? — Гермиона? — неуверенно позвал ее Рон в безжизненной пустоте дома. Тишина. Страх погнал его вперед. Он бросился обратно в коридор и взлетел по широкой деревянной лестнице, перепрыгивая через ступеньку. — Гермиона? Ни звука. Рон метался из одной пустой комнаты в другую, отчаянно зовя свою любимую заучку. Неужели она уехала без него? Его Гермиона никогда бы не бросила их с Гарри, правда ведь? — Гермиона, где ты, черт подери?! — крикнул Рон, взбегая на следующий пролет. Сердце бешено заколотилось от мысли, что она могла сбежать вместе с родителями. Он с силой толкнул белую дверь и вошел в комнату, которая, как он знал, принадлежала ей. Оглядев пустую спальню, Рон не сдержал сдавленного всхлипа. Никаких следов того, что она вообще здесь когда-либо жила. Она сбежала с родителями. Еще один всхлип сотряс его тело при виде голых стен. Никаких книг на встроенных полках, ни стола, заваленного перьями и пергаментами, ни фотографий, ни дорогих сердцу безделушек. И никакой Гермионы. Рон зарылся пальцами в волосы и с тяжестью опустился на пол. Горе буквально парализовало его. Как он справится без Гермионы? Как будет жить, не зная, где она и что с ней? Как он вообще сможет помочь Гарри без нее? Тишину разорвали горестные рыдания. Рон вздрогнул от неожиданности и огляделся. По его лицу градом катились слезы, но он не издал ни звука. Шатаясь, встал на ноги и вышел обратно на лестничную площадку. Он инстинктивно поднял голову и увидел: люк на чердак был приоткрыт. Оттуда и доносился этот жалобный плач. Рон осторожно потянул вниз чердачную лестницу. От тихого вздоха, раздавшегося сверху, его сердце радостно затрепетало. Ну конечно же, Гермиона их не бросила! Она была слишком идеальной, чтобы так поступить. Мысленно отругав себя за то, что вообще мог о ней так подумать, он бросился вверх по ступеням. — Гермиона? — Р-Рон? — сдавленно донеслось с пола захламленного чердака. Рон пробрался через комнату, лавируя между бесконечными коробками с семейными вещами. — Что ты здесь делаешь? — Он упал на колени и крепко прижал ее к себе. — Я чуть с ума не сошел, пока ждал тебя. Пришел сюда и увидел пустой дом. Я не знал, что и думать, и, черт его дери, Гермиона, я решил, что ты нас бросила! Она в шоке отстранилась. На заплаканных щеках блестели дорожки слез, а под глазами залегли темные круги. — Я бы никогда тебя не бросила! — горячо, но хрипло выдохнула она. — Знаю. — Рон почувствовал себя ужасно виноватым. — Просто запаниковал, когда увидел, что дом пустой. Прости; я ж знаю, что ты бы так не поступила. Гермиона кивнула, явно уловив его стыд. — Почему здесь всё так? — мягко спросил он, с тревогой глядя на съежившуюся рядом девушку. Выглядела она так, будто ей срочно требовались хороший ужин и долгий сон. — Я отправила родителей в Австралию. — Гермиона отвела взгляд. — Что?! — потрясенно воскликнул Рон. Из всего, что он ожидал услышать, такое ему в голову не приходило. — Как ты их убедила? — Я изменила им память, — ее лицо умыла волна свежих слез. — Изменила им имена и заставила забыть, что у них есть д-дочь. — Обалдеть, Гермиона... — Рон с благоговением смотрел на гениальную волшебницу, сидящую перед ним. — Это очень серьезная магия. — Я-я знаю, — пробормотала она, грубо вытирая глаза. — Ушло всё лето, чтобы подготовиться и убедиться, что я не причиню им в-вреда. Пришлось вычистить из дома всё, что хоть как-то связано со м-мной. — Она указала на заставлящие всю комнату коробки. — Пришлось организовать им жилье в Австралии и собрать вещи, которые понадобятся им для новых личностей и новой ж-жизни. Мне пришлось дорабатывать заклинания памяти и накладывать защиту на этот д-дом! — Почему ты мне не сказала? — Рон снова крепко обнял ее. — Я бы помог тебе! — Я не могла написать об этом в письме на случай, если его перехватят. Тем более, у тебя и со своей с-семьей хлопот хватает, — Гермиона уткнулась лбом ему в плечо. — Я должна была это сама сделать. Рон кивнул. Он понимал ее мотивы, но легче от того, что она взвалила всё это на себя в одиночку, не становилось. Как он вообще мог в ней засомневаться? Она была просто великолепной. — Они уехали три часа назад, — прошептала Гермиона. — Я произнесла заклинание и смотрела, как они собирают вещи и у-уезжают. — Ты всё сделала правильно. — Рон поцеловал ее в макушку непослушных кудрей. — Ты взяла и спасла им жизнь. — З-знаю, — запнулась Гермиона, — но это так тяжело у-уйти самой. Не надо было сюда подниматься, но я не смогла... Эти коробки — всё, что осталось от моей с-семьи. Рон потянулся к ближайшей коробке, достал тяжелый фотоальбом и осторожно открыл его. Со страницы на него смотрела неподвижная фотография, заставив его фыркнуть. — Твои детские фотки? Гермиона кивнула, не отрываясь от его плеча: — Пришлось спрятать здесь все мои фотографии. Рон перевернул страницу, любуясь хорошенькой кареглазой девочой, смотревшей на него в ответ. — Как-то непривычно видеть фотки, которые не двигаются. — А мне раньше было непривычно видеть те, которые двигаются, — заметила Гермиона, пока Рон разглядывал другое фото крошечной малышки в розовой балетной пачке. — Теперь ты живешь в нашем мире, а не с маглами, — Рон поднял на нее взгляд с легкой улыбкой. — Иногда мне кажется, что я не принадлежу ни к одному из них, — пробормотала она, глядя на альбом. — Да ты сплошное волшебство, родная. И ты это уже доказала, — ответил Рон, снова уставившись на фотографию в балетной пачке. — А чего ты вообще так нарядилась? — Я занималась танцами, — Гермиона слегка затаила дыхание. — Мама всегда хотела, чтобы я была более женственной, поэтому я занималась пару лет я занималась балетом. Вообще мне даже нравилось, но пришлось бросить, когда уехала в Хогвартс. Рон во все глаза уставился на свою лучшую подругу, с которой был знаком уже шесть лет, но никогда этого не слышал. — Танцами? Гермиона усмехнулась и быстро кивнула: — Еще брала уроки верховой езды, но получалось не очень! — Она сдвинулась с его плеча и перелистала альбом до фотографии перепуганного кудрявого ребенка верхом на большой лошади. — А чем ты еще занималась до Хогвартса? — изумленно спросил Рон. Как так вышло, что они ни разу не обсуждали ее жизнь до магии? — Училась играть на пианино, — застенчиво ответила Гермиона, краснея от такого пристального внимания Рона. — Папа этого хотел, считал, что это полезный навык. Я вроде как забросила это, когда уехала в... — ...Хогвартс? Она кивнула: — Папа говорил, что я от многого отказалась, чтобы стать волшебницей. — Но и взамен получила немало, — возразил Рон, рассматривая другие детские снимки. — Это да, — согласилась Гермиона. — Но для них это было сложно, они так и не увидели все то хорошее, что принесла мне магия. — Однажды увидят, — Рон коснулся фотографии, где сияющая Гермиона обнимала своих родителей. — Когда ты вернешь их, когда у тебя будет работа, семья и своя жизнь. Тогда они поймут, какая ты потрясающая волшебница. — Надеюсь, — Гермиона с грустью разглядывала улыбающиеся лица на снимке. Она осторожно вытащила фотографию. — Думаю, эту оставлю себе. — Отличная мысль, — поддержал Рон, наблюдая, как она прячет снимок в маленькую сумочку, лежащую на полу рядом с ней. — Уверен, с ней будет легче. — Кажется, теперь я готова идти, — Гермиона обвела взглядом заставленный чердак. — Пусть эти вещи лежат здесь до нашего возвращения. Я наложила на дом кучу чар, так что вряд ли кто-то сможет проникнуть внутрь. Рон поднялся и протянул ей руку. — Ты уверена? — Насколько это вообще возможно, — честно призналась она. — Я знала, что уходить будет тяжело, но... это ведь неизбежно, правда? — Да, ты нужна нашему миру, — Рон ласково коснулся ее щеки. — Я обещаю, мы вернем твоих родителей, когда со всем разберемся. — Спасибо, — лицо Гермионы тронул легкий румянец. — Не представляю, что бы делала без тебя. Рон пожал плечами, тоже краснея. — Делаю лишь то, что все бы сделали. — Нет, ты делаешь гораздо больше остальных. Благодаря тебе я еще в рассудке! Он усмехнулся, опуская руку. — Ну в этом я не уверен, по-моему, ты еще та чокнутая. — Не такая чокнутая, какой была бы без тебя, — она взяла его за руку и потянула за собой через комнату к чердачной лестнице. — А где твои вещи? — пока они спускались, спросил Рон. — Всё, что мне нужно, здесь, — Гермиона указала на маленькую бисерную сумочку. — Серьезно? А как же одежда и всё такое? Гермиона усмехнулась: — Я наложила заклятие незримого расширения, в нее поместится всё необходимое. Повозилась, но оно того стоило! — Слава Мерлину, что у нас есть ты, — Рон тут же представил насколько тяжелой оказалась бы эта охота без ее участия. Они медленно спускались на первый этаж. Гермиона задерживалась у каждой опустевшей комнаты своего детства, жадно запоминая каждую деталь. Рон тихо стоял рядом, прекрасно понимая ее потребность попрощаться с домом. В самом ближайшем будущем и ему предстояло сделать то же самое. И никто не знал, суждено ли им вернуться. — Прощай, дом, — едва слышно произнесла Гермиона. Они только что обошли все комнаты и теперь замерли в прихожей, крепко держась за руки. Девушка щелкнула выключателем и свет мгновенно погас. Их окутала темнота. — Увидимся, — Рон сжал ее ладонь ободряюще. Вытащив из кармана палочку, он представил свою оранжевую комнату. Секунда — и они пронеслись сквозь пространство, с мягким стуком приземлившись на его потертый ковер, обратно в свет. Из груди Гермионы вырвался душераздирающий всхлип, и она обессиленно припала к нему. Рон потерял равновесие, вместе они повалились на его кровать под скрип пружин. — Всё будет хорошо, — Рон бережно поглаживал ее по спине, пока слезы градом скатывались по ее лицу. — Однажды ты вернешься туда. Когда всё закончится и будет безопасно. Я позабочусь об этом. — РОНАЛЬД УИЗЛИ! Услышав голос миссис Уизли, оба вскочили. Рон дернулся, торопливо пытаясь отстраниться, но испуганная Гермиона только сильнее вцепилась в его рубашку. Снаружи послышался тяжелый топот, и уже через мгновение дверь с шумом распахнулась. На пороге возникла миссис Уизли, а за ее спиной, на верхних ступеньках лестницы, показались Билл и Джинни. — Где ты был, скажи-ка на милость?! — сурово потребовала она, размахивая его наспех нацарапанной запиской. — Захожу проверить, убрался ли ты в комнате, а тебя и след простыл, только записка, что вернешься попозже! Ты хоть представляешь, как мы переволновались все?! — Мам, я... — ...Опасные времена сейчас! Нельзя просто так уходить, никому не сказав! А если бы тебя Пожиратель смерти схватил? А если бы на тебя напали? Никто бы даже не узнал! — Но, мам... — ...Ты даже в комнате не соизволил убраться, а ведь знаешь, что Гарри будет здесь уже через пару дней. Что вообще может быть важнее Гарри и твоей собственной безопасности?! — Гермиона! — Что? — Молли Уизли резко замолчала, наконец-то разглядев представшую перед ней сцену. Гермиона всем телом вжималась в Рона, по ее заплаканному лицу до сих пор катились слезы. Рон и сам прекрасно понимал, как они сейчас выглядят со стороны. — Я был нужен Гермионе, — Рон бросил быстрый взгляд на старшего брата и сестру. У обоих на лицах застряло странное выражение. — Ты был нужен Гермионе? — Да, — в один голос отозвались Рон и Гермиона. — Ой, Гермиона, почему же ты не сказала кому-нибудь из Ордена?... Артур или Билл помогли бы тебе... — Мне нужен был Рон, — честно ответила девушка. Шокированный Рон наблюдал за тем, как его мать пересекла комнату, вырвала Гермиону из его объятий и крепко прижала ее к себе. — Ох-х, милая, иди сюда! Билл вскинул брови: — Напугал же ты нас, братец. — Извините, — Рон поднялся с кровати и подошел к брату с сестрой. — Просто хотел убедиться, что с Гермионой всё хорошо. Я понимал, что ей будет тяжело прощаться с мамой и папой. — Это же не навсегда, — Билл взглянул на заплаканное лицо Гермионы. — Уверен, она увидит их на Рождество. — Очень сомневаюсь, — мрачно буркнул Рон. — Да и вообще, не мог же я просто сидеть и смотреть, когда был ей так нужен. Будь кто-то из нас на ее месте, ты бы тоже не остался в стороне. — Но вы моя семья, — резонно заметил Билл. — Именно, — отозвался Рон. — Семья заботится друг о друге. Джинни тепло улыбнулась, а Билл одарил его озадаченным взглядом. — Мерлин, как же быстро ты растешь... — пробормотал он, потирая глаза. — Скоро заявишь, что женишься и съезжаешь. Уши Рона вспыхнули. Джинни тихо рассмеялась. — Пойдемте, мама сварила какао. Предлагаю вызволить Гермиону и пойти на кухню! — Джинни ловко подхватила подругу под руку, спасая ее от разговоров с миссис Уизли. — Да, пойдемте. Немножко сахара пойдет всем на пользу. Ты выглядишь так, будто месяц не спала, Гермиона! Они вышли из комнаты и по шаткой лестнице спустились вниз. Разлив по кружкам горячее какао, миссис Уизли торопливо обняла Рона и поспешила удалиться. — Пойду-ка я ложиться, пора уже, дорогие! — вздохнула она, бросив взгляд на семейные часы. — И чтобы больше никаких побегов, ясно? — Обещаю, мам, — виновато ответил Рон. — Спокойной ночи! — Спокойной ночи! На кухне повисла тишина. Рон окинул взглядом сидящих за столом: Джинни так и лучилась самодовольством, Билл изучал его с откровенным любопытством, а Гермиона изо всех сил старалась ни с кем из них не встречаться глазами. — Мне правда жаль, что я заставил вас поволноваться, — Рон вертел в руках кружку. — Да расслабься ты, — Джинни сделала изрядный глоток из кружки. — Хватились тебя всего минут десять назад, а тут и ты появился. Мама даже папе сову отправить не успела. — Ты вернулся раньше, чем она дописала записку, — заметил Билл, не сводя внимательного взгляда с Гермионы. — Да и вообще, я сразу догадалась, у кого тебя искать, — мягко добавила Джинни. Гермиона неуверенно ей улыбнулась, но, наткнувшись на изучающий взгляд Билла, поспешно опустила глаза. — И всё же тебе нужно быть осторожнее, — тихо сказал Билл. — Сбегать в дом к своей девушке, когда страну терроризируют Пожиратели смерти — не самая умная затея. — Никуда я не сбегал, — огрызнулся Рон, свирепо зыркнув на старшего брата. — Я просто помогал Гермионе собрать вещи. — Я всего лишь пытаюсь сказать, что бродить в одиночку неразумно, ради кого бы то ни было. — Билл! — возмутилась Джинни. — Если Гермионе нужна моя помощь — я помогу, и точка! — Рон изо всех сил старался не сорваться, поражаясь тому, насколько Билл его не слышит. — И во что нам это может обойтись? — жестко спросил Билл. — А если бы с тобой что-то случилось? — Посмотрим, как ты заговоришь, когда надо будет помочь Флёр — со злостью бросил Рон. — Ты бы совсем по-другому заговорил. — Это вообще другое, Рон! Флёр — моя невеста! — парировал Билл. — Она станет моей женой, я люблю ее. Это вообще другое. Гермиона густо покраснела, а Джинни кашлянула, одарив брата улыбкой. — Это вообще не другое, — Рон старательно избегал смотреть на сестру и лучшую подругу. — Я все что угодно сделаю, чтобы помочь Гермионе. Тем более, ничего бы со мной не случилось! Билл покачал головой и повернулся к Гермионе: — Прости, конечно, но ты-то должна понимать, почему мотаться по стране сейчас — сущее безумие! — Разумеется, я понимаю, — деликатно ответила она. — Но Рон всего лишь помогал мне паковаться. Мы ничем не рисковали, к тому же на моем доме висит уйма защитных чар. — Защитные чары можно развеять, — Билл поднялся и поставил кружку в раковину. — Да хватит уже! — Терпение Рона окончательно лопнуло. Гермиона и так за сегодня натерпелась, только нотаций Билла ей еще не хватало. — Оставь свои лекции при себе. Дом ее родителей под надежной защитой, мы были в полной безопасности. Я уже извинился, так что всё, тема закрыта. Билл молча уставился на младшего брата. — Рон прав, — Джинни встала, убирая оставшиеся кружки в раковину. — Всё с ними в порядке, нечего тут раздувать из мухи слона. Пойдем, Гермиона, пора спать. Приняв помощь Джинни, Гермиона вышла из кухни, бросив на прощание робкую улыбку. Порыв удержать её был почти невыносим, но здравый смысл все-таки победил: сон сейчас нужнее любых слов. Ничего, завтра в их распоряжении будет целый день Провожая девушек глазами, Рон ощутил, что душившее всё это время напряжение наконец-то отступило. — Я не хотел обидеть тебя, — осторожно сказал Билл. — Я просто не хочу, чтобы ты рисковал своей жизнью из-за каких-то глупостей. — Гермиона — это не глупость, — ровным тоном ответил Рон. — Вполне, — согласился Билл, со вздохом опускаясь обратно на стул. — Ты пойми, я искренне за тебя переживаю. На твои плечи так много взвалилось, а я ведь знаю — ради друзей ты пойдешь на все. Рон кивнул; конечно он будет защищать Гарри и Гермиону всеми силами. — Просто... не дай себя убить. Я знаю, вы что-то замышляете, подозреваю что-то очень опасное, — Билл похлопал Рона по плечу. — Не дай себя убить. Рон сглотнул. Разве мог он обещать, что его не убьют? Умирать не хотелось, но кто знает, что произойдет во время охоты за крестражами? — Если совсем прижмет или все пойдет наперекосяк, — продолжил Билл, — сразу ко мне. Мы с Флёр после свадьбы переезжаем в собственный дом, коттедж «Ракушка». Он достал из кармана фотографию и протянул Рону. На ней красовался чудесный домик, целиком выложенный из ракушек. Ему еще никогда не доводилось видеть ничего подобного. — Он шикарен, — Рон поднял глаза на покрытое шрамами лицо своего некогда красавца-брата. — Его еще кто-то видел? Билл покачал головой: — Это мой свадебный подарок для Флёр. Я никому не говорил, чтобы устроить большой сюрприз для нее. — Тогда зачем мне показываешь? — Сам не знаю, — честно признался Билл. — Просто у меня такое предчувствие, что после свадьбы тебя уже здесь не будет. Рон уставился на фотографию в руках, впитывая каждую деталь дома брата. — Если когда-нибудь понадобится помощь, ждем тебя в «Ракушке», — мягко повторил Билл, и Рон вернул ему снимок. — Спасибо, — его голос дрогнул от нахлынувших чувств. — Ты всегда мне помогал. Билл пожал плечами: — Ну ты ведь мой маленький братец. Рон улыбнулся с огромной гордостью. У него и правда чудесная семья. — Иди-ка наверх и спи. — Билл взъерошил волосы брата. — Завтра маме понадобится твоя помощь с подготовкой. — Но свадьба ведь только на следующей неделе! — Мама и Флёр решили начать пораньше, а я с ними спорить точно не буду. Они меня съедят. Рон, вставая, рассмеялся. — Смейся-смейся, — Билл тоже поднялся, чтобы пойти с ним наверх. — Вот соберешься сам под венец, посмотрим, как посмеешься. В предсвадебной суете даже самая нежная и покладистая девушка становится монстром! — Значит, надо просто найти ту, которой будет плевать на платья, торты и цветы, — отозвался Рон. — Поверь, в день свадьбы платья, торты и цветы волнуют абсолютно всех девушек, — прошептал Билл, проходя мимо комнаты Джинни. — Даже тех, на кого ты бы и в жизни не подумал. Переглянувшись, братья оставили закрытую дверь позади и пошли дальше. В голове у Рона сама собой промелькнула мысль: неужели и Гермиону ждет то же самое? Казалось, вся эта суета ей совершенно ни к чему, и всё же... Билл обычно знал, о чём говорит. — Спокойной ночи, братец. — Билл остановился у своей комнаты. — Не забудь, что я сказал насчет помощи. — Не забуду, — тихо ответил Рон. — Спокойной ночи. Он поднимался к себе на цыпочках. Домашние уже спали, а отец должен был вернуться лишь к полуночи. Непривычное затишье делало дом почти чужим, но сейчас покой был необходим всем без исключения. Добравшись до чердака, Рон заперся в комнате и устало прислонился к двери. Прикрыв глаза, он с шумом выпустил воздух, мечтая лишь об одном — выкинуть из головы события последних часов. — Ты в порядке? Вздрогнув от звука знакомого голоса, Рон резко открыл глаза. Гермиона сидела на кровати в пижаме, и в полумраке спальни она казалась совсем маленькой и беззащитной. — Прости, — быстро пробормотала она. — Если что, я могу уйти. — Нет, можешь остаться. — Рон подошел поближе и опустился на край матраса рядом с ней. — Просто не ждал кого-то здесь увидеть. — Мне не спалось, — ответила Гермиона, подтянув колени к груди и обхватив их руками. — Ясное дело, у тебя тяжелый день, — заметил Рон, стянув джемпер через голову. Гермиона густо покраснела, но взгляда не отвела. — Можно я останусь здесь? — Думаешь, это хорошая идея? — спросил он, разуваясь. — Ну, я же просто поспать, — прошептала она. — Гарри ведь тут все время спит. — Гарри не девчонка, — ухмыльнулся Рон и достал свою пижаму из старого комода. — Пойти переодеться в ванную? — О, нет, я просто отвернусь! — торопливо сказала Гермиона. Она резко развернулась на кровати и закрыла лицо ладонями. Рон усмехнулся, быстро начиная скидывать одежду и натягивать пижамные штаны с футболкой. — Не подглядывать! — Я и не собиралась, — смущенно отозвалась она. — Скажи, когда закончишь. — Все! — Точно? — недоверчиво переспросила Гермиона. Рон сел позади нее и мягко убрал ее ладони от лица. — Точно. Гермиона неуверенно повернулась. Ее щеки все еще пылали. — Быстро ты. Рон лишь пожал плечами, откидывая одеяло. — Точно хочешь остаться? — Да... Очень хочу. Глядя на её уставшие глаза и покрасневшее лицо, Рон понимал: ей просто необходимо выспаться. И, судя по всему, только здесь она чувствовала себя по-настоящему защищенной. — Дамы вперед, — кивнул он на свою маленькую кровать. Гермиона застенчиво улыбнулась и юркнула под одеяло. — Спасибо. Они немного поворочались, пока не устроились удобнее. Оба легли лицом к стене. Рон не удержался — осторожно положил руку на ее теплую талию. — Совсем измоталась, да? — прошептал Рон, утыкаясь носом в копну знакомых волос. — Такое чувство, будто я глаз не смыкала с самого Хогвартса, — Гермиона устроилась поудобнее у него под боком. — Но всё это позади. Они далеко, в Австралии, а я здесь. — И хорошо, что ты здесь, — Рона накрыло волной такого покоя, что даже дышать стало легче. Но стоило только осознать, что она сейчас лежит совсем рядом, как по телу тут же пробежал жар. — Здесь мое место, — прошептала она, чуть сильнее вжимаясь в него. С этим заявлением не поспоришь. Рон закрыл глаза и попытался выровнять дыхание, отчаянно подавляя желание притянуть ее сильнее. Он не хотел все испортить — ей нужен был покой. Но когда она снова подалась навстречу, притираясь к нему, Рон едва удержался, чтобы не застонать, и с силой втянул воздух. — Тебе правда не стоит так делать, — выдохнул он. Голова немного кружилась. — Прости, просто это так приятно, — тихо произнесла Гермиона, слегка отодвинувшись. — Это безумно приятно, но именно поэтому нам нельзя продолжать, — прохрипел Рон, пытаясь унять сбивчивое дыхание. Стоило ей оказаться рядом, как все попытки сохранить самообладание вылетали в трубу. Он сгорал от желания прикоснуться к ней ещё с похорон Дамблдора. Разлука чуть облегчила ситуацию, но теперь, когда они снова будут видеться ежедневно, им просто необходимы хоть какие-то границы. — Думаю, нам не нужно делать ничего «слишком приятного», — осторожно добавил он, разглядывая ее силуэт в темноте. — Искать крестражи будет гораздо проще, если мы не позволим себе лишнего. Гермиона медленно повернулась к нему лицом: — Ты считаешь, так будет лучше? — Я... не уверен, — Рон легонько коснулся ее щеки своей большой ладонью. — Но я знаю, что если мы... это сведёт меня с ума. Мы не можем... мы должны держаться рамок дружбы. — Но что если... — ...Нужно сконцентрироваться на Гарри и крестражах. Будет сложно думать об этом, если я начну отвлекаться на... нас. Гермиона замерла, вглядываясь в его лицо. Спустя долгую паузу она кивнула и невесомо дотронулась до его пальцев. — Ты потрясающий друг, Рон. — Я бы так не сказал, — Рон погладил ее по плечу. — Ты помог мне, пока я отпускала родителей, ты ставишь нашу дружбу превыше всего остального, а еще ты решил посвятить себя поискам крестражей. Сильно сомневаюсь, что многие способны на это, Рон. Он залился краской и ласково пихнул ее в бок. — Просто делаю то, что должен. Гермиона улыбнулась и бережно обняла его. — А еще ты заступился за меня перед своим старшим братом. — Да, какую же чушь он нес... — Рон прижался щекой к ее макушке. — Забудь, он просто переживает. — Переживает, потому что любит тебя, — заметила она, укладываясь поближе к нему. — Не повод срываться на тебя, — выдохнул Рон. От того, что она так близко, мысли в голове окончательно путались. Он мог сколько угодно внушать себе, что нужно держаться, но справиться с тем, что он чувствует к ней, было невозможно. Она стала для него чем-то вроде наркотика. — Ему будет тяжело, когда мы уйдем вместе с Гарри. — Думаю, где-то в глубине души он уже догадывается, что мы уйдем, — Рон принялся перебирать пальцами ее непослушные кудри. — Он показал мне фотографию своего нового дома и сказал приходить, если что-нибудь случится. — Правда? — Ага. Он купил для Флёр местечко под названием коттедж «Ракушка». Только об этом никто не знает, так что тс-сссс. — Чудесный свадебный подарок... — Гермиона провела ладонью по его боку, и от этого по коже Рона пробежал табун мурашек. — Очень красивый, — согласился Рон, жмурясь от удовольствия. — Красивый дом для красивой невесты! — Билл рассказывал, что она просто свихнулась на платьях, цветах и тортах, — Рон вспомнил недавний разговор. — Девочки и правда сходят с ума перед свадьбой? Гермиона рассмеялась, уткнувшись ему в грудь. — Думаю, да. Это ведь единственный шанс в жизни побыть настоящей принцессой! — А что, если она и так принцесса? — Рон открыл глаза и принялся накручивать ее локон на палец. — Тогда у нее есть шанс стать еще большей принцессой! — улыбнулась Гермиона. — Для девушек это просто нечто особенное. — Как думаешь, ты тоже будешь сходить с ума по всем этим платьям, тортикам и цветам? — Вполне возможно. Но это будет очень нескоро. У меня ведь даже парня нет, — слегка покраснев, ответила она. — Не то чтобы есть выбор, — с грустью отозвался Рон, продолжая перебирать ее волосы. — Сейчас для этого нет никаких возможностей. — Правда. Но, может быть, однажды... — ...Уверен, ты будешь отличной принцессой, — он легонько потянул ее за локон. — Спасибо, родной, — хихикнула Гермиона, шутливо отталкивая его руки. Рон расплылся в улыбке, заметив, как она скопировала его ласковое обращение. Она и правда была невероятной. — Все, тебе нужно поспать перед завтрашними свадебными хлопотами, — он крепко прижал ее к себе. — Уже завтра? — зевнула Гермиона. — Свадьба же только на следующей неделе! — Это всё те самые заскоки принцесс, — рассмеялся Рон. Гермиона с улыбкой покачала головой. — Спокойной ночки, — счастливо произнесла она. — И спасибо тебе за всё, что ты сделал сегодня. — Ноль проблем, — искренне ответил Рон. — Мой лучший друг... — прошептала она, с нежностью поцеловав его руку и переплетая его пальцы со своими. Рон улыбнулся и крепче сжал её ладонь. Они были лучшими друзьями, и ради нее он был готов на все, но внутри все равно жила надежда, что однажды она станет для него кем-то большим. Станет его принцессой.